Во тьму

— Почему самое крутое всегда происходит с вашей гильдией? — Стинг проныл Нацу, глядя на старшего брата. Нацу только закончил рассказывать и показывать им, что случилось во время экзамена на S ранг. — Потому что все здесь такие же din’la, как Нацу-нии. — Венди честно сказала, отчего Роуг хихикнул, а Нацу возмущённо вскрикнул. — Думаете, мастер Макаров разрешит нам вступить? — Роуг спросил, когда его смешки стихли, и сердце Стинга ушло в пятки. — Но мы были Плавником Орочи с тех пор, как нашли их! — возразил он. Конечно же, было бы здорово жить с остальными, чтобы Гажил мог лично прийти, потрепать их по голове и поворковать с их иксидами, чтобы все могли собраться вместе ночью и обняться, если кому-то приснился кошмар, но… Плавник Орочи воспитал их не меньше, чем Гажил. — Не рассказывайте Гажилу, но… — Нацу усмехнулся, скрытно и восторженно. — Он «Я обращался за советом к некоторым старым пердунам из гильдии по поводу поиска дома. — Как можно искать дом? — Роуг спросил, выпрямившись. — Это значит, Гажил-нии ищет дом, чтоб купить, и мы все сможем жить там! — счастливо объяснила Венди. — Ну, он и вы трое. — Нацу пожал плечами. — У меня уже есть собственное место. — Правда?! — Роуг ахнул, его радость потекла в kara’cika. — Чур я живу рядом с Гажи-нии! — Воу, остынь, prud’ika. — Нацу рассмеялся и взьерошил волосы Роуга. — Он ещё не нашёл места. — Мы должны вернуться на Тенрю. — Венди вздохнула, ее лицо стало полупрозрачным, когда она отвернулась. — Кажется, мастер Макаров собирается объявить победителя экзамена на S ранг и Гажи-нии скоро должен проснутся. Нацу вздохнул, нежелание сходило с него, словно приливная волна, но он не стал спорить. — Обещай, что ты позовёшь и расскажешь нам, кто выиграл? — Стинг спросил, сильнее схватившись за Нацу. — Обещаю, dral’ika. — Нацу улыбнулся, связь наполнилась тёплой привязанность. — Но мы всё равно оставим связь закрытой, нет смысла заставлять вас двоих страдать вместе с нами. — Я как можно скорее вылечу их. — Венди пообещала и они вчетвером обменялись щекочущими поцелуями на прощание, после чего Нацу и Венди исчезли. — Думаешь, Гажи-нии найдёт нам раздельные комнаты для всех нас или мы будем делить одну? — Роуг спросил, когда они направлялись на завтрак в зал гильдии, чтобы встретиться со своими иксидами. — Ты хочешь одну? — Стинг спросил в ответ и Роуг на мгновение задумался. — Да. — В итоге кивнул он. — Мне нравится обниматься с тобой и нашими иксидами. — Тогда Гажи-нии найдёт комнату, которой мы сможем делиться. — Стинг сказал, как всегда уверенный. — Он всегда хорошо заботился о нас. — И всегда будет. — Роуг кивнул, соглашаясь, поманив Фроша к себе и подобрав его, когда он оказался в пределах досягаемости. — И Фро так думает! — вмешался он и Роуг хихикнул. — Ты хоть знаешь, с чем соглашаешься? — Он спросил у иксида, тот моргнул. — Фро соглашается с Роугом. — Ага, ты всегда делаешь. — Роуг поправил руку, обнимавшую Фроша, и повернулся к брату. — Давай узнаем, куда забрёл Лектор и ввозьмем закуски для тренировок. — Ага. Мы должны стать достаточно сильными, чтобы произвести впечатление на Гажи-нии, когда мы снова его увидим! — Стинг взволнованно сжал кулаки. — Что, больше не пытаешься произвести впечатление на Нацу-ни? — подразнил его Роуг. Стинг толкнул его в плечо, хотя и не так сильно, чтобы даже сдвинуть Фроша с места. — Нацу-ни сейчас многое впечатляет, — Стинг пожал плечами. — Ну ладно, пошли, найдем Лектора и пойдем тренироваться!

***

Стинг с криком метнул в Роуга «крыло», и его брат рухнул на землю с воплем боли, пронзившим его гораздо глубже, чем следовало бы. Однако через мгновение беспокойство исчезло из его сознания под натиском такой сильной боли, что он упал на колени, а из его горла вырвался нечеловеческий вопль. Он слепо потянулся к Роугу, но его пальцы ухватились лишь за помятую траву тренировочной площадки. Он потянулся к своему близнецу в kara’cika и отшатнулся с новым криком боли. Это было больно, болело сильнее, чем любая рана, которую когда-либо получали Нацу или Гажил, сильнее, чем все они вместе взятые. — Стинг. — Роуг рыдал, а Стинг не мог даже произнести имя своего близнеца, лишь раненный дравический звук между… о, он кричал. Крошечные когти впились ему в грудь сквозь рубашку, и Стинг обмяк, когда жгучая агония внезапно прекратилась. У него всё ещё горело горло, пока он хрипел, пытаясь вдохнуть, и его глаза были открыты, но он не мог разобраться в том, что видел. Очертания и цвета, но ничто не могло сравниться с зияющей чернотой в его груди, где, насколько он себя помнил, всегда были тепло, свет и любовь. Их kara’cika казалась неправильной. Она была мрачной, холодной и пустой, словно в его груди зияла дыра, будто монстр пронзил его своим рогом. Он протянул руку к Рогу сквозь холод, и его брат крепко прижался к нему; его присутствие лишь усилило ощущение отсутствия тех троих, кто должен был быть. — Венди? — тихонько спросил Роуг, и когда они попытались дотянуться до сестры, оба отшатнулись: Роуг с резким вздохом, а Стинг — с криком боли. Ее там не было. Как тогда, когда они отправились в Эдолас, но хуже. В ту ужасно одинокую неделю их kara’cika казалась слишком большой для одинокой маленькой двойной звездной системы, но они оставались на орбите вокруг того места, где должно было находиться присутствие Гажила. Теперь она казалась бездонной, и их души вращались только друг вокруг друга, едва достаточно, чтобы отразить наступающий холод. Из его горла вырвалось рыдание, посылая свежие приступы боли в грудь, и Роуг подполз к нему, прижавшись к нему, дыша неровно и с трудом, пока их иксиды беспокойно порхали вокруг них. Домой, они… они должны были вернуться домой, было небезопасно оставаться на открытом месте, когда они были так беззащитны. Роуг выдал звук согласия, и вместе они шатаясь поднялись на ноги, тяжело опираясь друг на друга, чтобы спотыкаясь добраться до своего общежития.

***

Только через неделю они смогли заставить себя встать с постели и отправиться в зал гильдии, а Лектор и Фрош бежали за ними, словно беспокойные тени. Стинг обнял Роуга за плечи, но он ничего не мог поделать, чтобы защитить своего близнеца от тех взглядов, которые на них бросали. Взгляды сострадания, шепот, в котором гадали, знают ли они уже, как они так быстро узнали. Стинг прижал Роуга к себе ещё сильнее, выпрямился и прислушивался, пока они направлялись к столику. Акнология. Остров Тенрю стерт с карты. Пока не найдено ни одного выжившего, даже несмотря на то, что более половины флота участвует в поисках. Одна из барменш встретила их у их обычного столика с любимыми блюдами и покачала головой, когда Стинг потянулся за своим мешочком с драгоценностями. Он не мог выносить жалости в её глазах, будто он был каким-то глупым ребенком, который не знал, что работа волшебника опасна. Что иногда всё идет не так, и люди не возвращаются. — Я настаиваю, — сказал он и чуть не испугался того, насколько нормально это прозвучало. Драгоценность, которую он всунул ей в руку, почти наверняка не попадет в кассу, но ему было на это наплевать — гораздо важнее было обеспечить безопасность себе и Роугу, чего Гажил уже не мог сделать. Теперь они остались одни, а kara’cika превратилась в воющую пустоту, окружающую их крошечные, одинокие двойные звезды, но он сделает так, чтобы всё было хорошо. Он выступит вперед и станет защитником, пока Роуг будет в нем нуждаться. — Ты не можешь исправить ситуацию, Стинг, — прошептал Роуг, сгорбившись в кресле и крепко обнимая Фроша. — Их больше нет. — Я знаю. — Стинг с трудом сглотнул, разжег магию, чтобы сжечь слезы в глазах, прежде чем они успеют упасть. — Но… но кто-то из нас должен быть сильным, — и они оба уже видели, что Роуг не в состоянии это сделать, что он сжимается в комок под тяжестью их потери. Стинг хотел разразиться яростью, выплеснуть ее наружу, но их ori’vod’e не было здесь, чтобы принять на себя удар за нарушение обещания, а Роуг и так уже страдал. Поэтому он проглотил свой гнев, зарыв его глубоко, и вместо этого улыбнулся, как сделала бы Венди. — Теперь мы должны заботиться друг о друге, верно? Так что… так что теперь я буду ori’vod’e, пока тебе это нужно. Когда принесли еду, официантка, по крайней мере, была достаточно любезна, чтобы не упомянуть о том, что, хотя Стинг и уткнулся лицом в голову Фроша, это не скрывало, как сильно рыдал Роуг. Или о том, что улыбка Стинга выглядела столь же натянутой и фальшивой, каким он себя и чувствовал. Возможно, между ними всё уже никогда не будет как прежде, но Стинг собирался сделать всё, что в его силах, чтобы они хотя бы приблизились. Притворяйся, пока не получится, и всё такое.

***

Недели сменялись месяцами, но от Хвоста феи по-прежнему не было ни следа. Роуг всегда был более молчаливым из них двоих, но после разрушения острова Тенрю он стал ещё более замкнутым, почти не реагирующим на окружающее. Даже в их tome’mir его голос едва был слышен, едва ли громче шепота. Он словно превратился в… ну, в тень самого себя, в пустую тьму в облике мальчика. Но это было лишь ещё одной причиной для Стинга бороться изо всех сил, чтобы сохранить привычный уклад жизни. Рутина помогала, насколько это вообще возможно в работе волшебников. Задания, выполняемые в определенные дни тренировки, проходящие в определенном порядке, приемы пищи в определенное время. Роуг не ел, пока не начинали есть остальные, а Стинг часто забывал, что он голоден, так что это было делом Лектора — не забывать об этом. Кошки — или «иксиды», как, по-видимому, называли летающих говорящих существ — были чрезвычайно хороши в том, чтобы определять, когда наступало время еды. Фрош тоже был полезен, по-своему, всегда находясь рядом с Роугом в свободное время и во время путешествий, маленький, мягкий, тёплый и полный чистой, простой любви. Прошло восемь месяцев, одна неделя и три дня после разрушения острова Тенрю, когда Стинг наткнулся на эту статью. Это не было главной новостью, статья даже не попала на первые три страницы, но там была фотография группы волшебников с татуировками, которые казались ему почти такими же знакомыми, как те, что были выбиты на его собственной коже. Макао — выглядящий более изможденным, чем Нацу когда-либо видел его — улыбался и пожимал руки мастеру Чешуи змеедевы и мастеру Синео пегаса. — Что это? — прошептал Роуг в его голове, и Стинг положил газету, чтобы Роуг мог увидеть заголовок. «Чешуя змеедевы» и «Синий пегас» продолжат поиски пропавшей команды Тенрю на новом дирижабле. — Они всё ещё ищут, — его голос дрожал, глаза горели, пальцы сжимали края газеты. — Даже после… — дыхание застряло в горле, и он зажмурил глаза, отпустив газету, чтобы впиться ладонями в веки. — Почему они всё ещё ищут? — Может, они думают, что тут задействовано какое-то заклинание? — предположил Лектор, устроившись рядом с ним. — У одного из волшебников Сердца гримуара была магия времени, верно? Эти слова пронзили его грудь, как нож, поразив прямо в сердце. Стинг привстал, дрожа, и встретился взглядом с Роугом. Они видели профили членов темной гильдии, которую Хвост феи уничтожили перед тем, как сами были разгромлены Акнологией; они видели женщину, которая, как предполагалось, владела магией времени. Но ни один из них не осмелился надеяться. Но если эти волшебники могли… то они были бы бедными vod’ike, если бы верили в своих tra’viin меньше, чем в совершенно незнакомых людей. — Нам нужно поговорить с ними, — решил Стинг, ударив ладонью по фотографии. Кого волновало, что Чешуя змеедевы и Плавник Орочи были соперниками? Семья всегда превосходила верность гильдии.