День Второй: Громкая тишина 403 (В2)

Наспех надев на себя то, что попалось под руку, он вышел босиком в коридор. Люмин, по-видимому, то ли ещё спала, то ли до сих пор не до конца простила его, несмотря на подарок, однако из комнаты своей не вышла. Итэр настороженно приблизился к двери, уверенный стук в которую не просто не прекращался, но будто бы даже нарастал. Кем бы ни был незваный утренний гость, он всеми своими действиями давал понять, что не уйдёт. «Вот только… Кого могло принести в такую рань? – спросил парень самого себя. – Я не верю, что это Эмбер или кто-то из…» И тут в его памяти что-то шевельнулось. Что-то давнее, ещё с тех времён, что предшествовали поездке на поезде длиною в вечность. «Вот оно… Ну тогда…» Он пулей бросился назад в комнату и, расстегнув походный рюкзак, извлёк из широкого кармана небольшую красную папку. В ней были некоторые документы, что тётя велела хранить, как зеницу ока. «Однажды, - вспомнил Итэр её напутственные слова с перрона, - к вам могут прийти люди, которым нужно будет показать эти бумаги… Держи их под рукой на этот случай, хорошо?..» Он вернулся ко входной двери и быстрым движением руки распахнул её. Снаружи было светло. Слишком светло. На долю секунды его буквально ослепил яркий солнечный свет. - Вот ведь… Итэр замер, поморщившись, заслоняясь красной папкой, а когда всё же убрал её от глаз, то увидел перед собой неподвижную рослую фигуру… С пепельными с вкраплением чёрного волосами, белее, чем у Розарии, лицом и странными, но завораживающими тёмными глазами, зрачки которых представляли собой перекрестья кроваво-красного оттенка. Женщине было, по всей видимости, лет тридцать. - Прошу прощенья за столь ранний визит, - низким негромким голосом проговорила она. Та, кого в этом городе знали под множеством чудны́х имён, одним из которых, как позже узнал Итэр, было Арлекино. – Итэр Траулер, полагаю?