Часть 11

Сергей и Игорь вели непринуждённую беседу, когда к ним присоединилась Галина. Она вошла в лабораторию и села на один из стульев. — Галина Николаевна, о чём вы говорили с Русланом Султановичем? — поинтересовался Игорь. — Да так, он в ближайшее время должен предоставить информацию о подозреваемых, которые, вероятно, связаны с Бюро или являются двойниками, — ответила Галина. Она всё ещё была напряжена. — Галина Николаевна, не переживайте так сильно, вы же никогда не переживали, даже когда всё было пиздец как плохо — сказал Сергей, чем удивил Игоря. — Ты умеешь материться? — А что, если я такой интеллигентный, то не могу материться? — ответил Сергей. — Можешь. Кстати, как принцесса? Как она после той трагедии? — спросил Игорь. — Плохо, она почти ни с кем не разговаривает, но это типичная реакция после такого события, — сказала Галина, тяжело вздохнув. — Галина Николаевна, а тела Миши и Глеба есть? У Антоновой или у кого-то из судмедэкспертов? — спросил Сергей. — Нет, нам не поручили это дело из-за того, что они связаны с нашими сотрудницами. — Это же нелогично! Мы же не убивали их! — воскликнул Шустов. — А может, это вы? Вы оба? — в лабораторию вошли Рита, за ней Юля, а следом за ними — спецназ и генерал Колосов. Галя, Сергей и Игорь встали со своих мест. — Белозёров Сергей Вениаминович, Шустов Игорь Владиславович, вы обвиняетесь в убийстве Петрова Михаила Александровича и Громова Глеба Владимировича. Наденьте на них наручники, — приказал Колосов. Спецназ приступил к выполнению приказа. — Михаил Степанович, что происходит?! — спросила Галя. — Объяснят ваша дочь и оперативница, — ответил Колосов. Игоря и Сергея вывели из лаборатории. Рита ушла вместе с ними. — Юля, объясни! — попросила Галя. — Нас вызвал Колосов, нам ничего не сказали, только приехали, и тут всё объяснили: по камерам видно, что Глеб и Миша уже были без сознания, когда их положили на мину, а тащили их Белозёров и Шустов… — рассказала Юля. Галя снова села на стул. — В смысле они?! Они… — Галя не могла понять и принять услышанное. — Мы сами в шоке, мам… — вернулась Рита и ударила кулаком по столу, а затем села на стул и заплакала. Юля тоже пыталась сдержать слёзы, но не смогла, и они потекли ручьём. Галя обняла обеих и погладила по спине. — Вы сами в это верите? — спросила Галя. Она явно не хотела в это верить. — Я лично не верила, но результаты экспертизы говорят сами за себя, — призналась Рита. — Ясно. Сейчас вызову Таню и Ваню. Таня и Ваня, а также все остальные, кто должен был быть на смене, быстро пришли в переговорную. Даже до Вани Галя дозвонилась с первой попытки. Никто не знал, что происходит, кроме Риты и Юли, которые остались в переговорной. Когда Галя вошла, все разговоры стихли. — Вам уже рассказали, что Белозёров и Шустов арестованы по обвинению в убийстве Петрова и Громова, — сказала Галя. — Но я не понимаю, как они могли это сделать, если Шустов был с нами в тот день! — удивилась Юля. — А если это был двойник? — предположил Николай. — Может быть, с нами был двойник, а настоящих подставили? — Кстати, да. А что, если это вообще монтаж? — предположил Иван. — Есть видео? — Нет, нам запретили вмешиваться в это дело, — сказала Галя. — Можно же… — Ваня, нет! — Почему? — Ты же знаешь, чем это грозит, особенно тебе, ведь ты у нас хакер, — сказала Галя, и Ваня немного обиделся. — И что теперь делать? — спросила Таня. — Разбираться! — ответил Коля. В этот момент Гале позвонили. — Слушаю, Руслан Султанович. Подозреваемых нашли? Да, присылайте данные. Спасибо, товарищ генерал, — она закончила разговор и повернулась к остальным. — Вань, Тань, нам должны прислать информацию о подозреваемых. Возможно, они связаны с Бюро или являются двойниками. Также будут данные об их телефонах. — Почему Султанов нам помогает? — удивилась Рита. — Это госслужащие. Их данные шифруются тщательнее, — объяснила Галя. — Ребята, идите в лабораторию. Там, наверное, уже пришли данные сотрудников министерства. Проверьте их. Через полчаса в лабораторию зашла Юля. Она надела халат и подошла к Тане, которая работала за компьютером. — Ну что там? Вань, как успехи? — спросила Юля. — У всех, кого я проверил, ничего подозрительного. В мессенджерах и соцсетях они ведут обычную жизнь, даже в удалённых аккаунтах ничего не нашёл, — ответил Ваня. — Похоже, подозреваемых выбирали наугад. — А у меня для вас новости, — сказала Таня. — У подполковника Крестьяновой Кристины Владимировны нашли подозрительную переписку с неизвестным номером на её втором телефоне. — Ну что, как дела в министерстве?

Дела нормально, никто ничего не подозревает -

— Отлично, а как там остальные наши?

Тоже ничего, живут -

— ФЭС ничего не говорит?

Если бы заметили, то было давно бы всем нам тут плохо -

Юля спросила: «Стоит ли мне отправиться за ней?» — Недавно оба телефона Крестьяновой были активны, она находилась неподалёку от министерства, но на камерах не было зафиксировано её входа в здание, — сообщила Таня. — Есть ли ещё какие-либо подозрительные личности? — поинтересовалась Юля. — Мы проверили всех, и только Крестьянова вызывает подозрения, — ответил Ваня. — Если она говорила своему собеседнику, что всем будет плохо, если мы что-то заподозрим, то, вероятно, это что-то незаконное… — Честно говоря, меня беспокоит Султанов, — сказала Юля. — Султанов — это Султанов, у генералов свои причуды, — ответил Ваня. — Ну да, но он какой-то… подозрительный. — Если у тебя есть его ДНК, то давай проверим, он это или нет, — предложил Ваня. Юля закатила глаза и вышла из лаборатории. Она вошла в буфет, где находились Круглов, Рогозина-старшая и Власова. — Что у них там происходит? — спросила Рита. — Таня обнаружила одну подозрительную личность, но сейчас она недоступна, и неизвестно, где она. Это Крестьянова Кристина, вы её знаете? — Подполковник, которая? — уточнил Круглов. — Да, — ответила Юля. — Она очень непростая женщина, тронешь — матом обложит. А что она сделала подозрительного? — У неё была подозрительная переписка со второго телефона, в которой она говорила, что если ФЭС что-то заподозрит, то всем будет плохо. Оба телефона выключены, в министерстве её нет… — И где она может быть? — Ваня с Таней, наверное, смотрят по камерам. И вообще, мне что-то не нравится Султан, он какой-то подозрительный. — Ты его никогда особо не любила, потому что в детстве я часто уезжала в ФЭС рано утром или не приходила домой, потому что он давал нам задания быстрее, чем ты успевала увидеть меня дома за ужином. — Да, но это не отменяет того факта, что он какой-то странный. — О чём ты вообще говоришь? — спросил Коля. — Он помогает нам, хотя раньше он только угрожал всем возможным. — Кстати, да, это странно, — согласилась Рита. — Я однажды проверяла его ДНК, и это был Султанов, совсем недавно, — сказала Галя. — Ты уже проверяла? — спросил Николай. — Да, и ничего подозрительного не обнаружила, но согласна, что-то не так, — согласилась Рогозина-старшая. — Вот! Я же говорила! — в буфет вошла Таня. — Галина Николаевна, вы заняты? — Нет, заходи, Таня. Что нового? Юля уже рассказала мне о Крестьяновой, — Таня подошла к сидящим за столом. — В общем, я обнаружила, что Крестьянова находилась у Москвы-реки, включила телефон и написала своему собеседнику: «Я так больше не могу. Прощайте». — Суицид, — сказала Рита. — Не мягких ей облачков, — добавила Юля, потягиваясь. На неё строго посмотрели: — Нехрен помогать Бюро. А этот собеседник, вероятно, оформил номер на другого человека, который умер примерно три года назад! — Как ты это узнала? — спросила Таня. — Номер привязан к эмигранту из Туркменистана, который умер три года назад. — Опа-на… Мам, у нас в роду точно не было ведьм? — У твоего отца, кажется, бабка была знахаркой, — ответила Галя. — Ну вот и всё, я ведьма. — Тебе не хватает рыжего, а так похожа на ведьму, ещё бы волосы подлиннее, а глаза итак зелёные, — сказала Галя. — Спасибо, мам, но я не собиралась краситься в рыжий. — Мы едем или как на место происшествия? — спросил Коля. — Едем, едем, я с вами, засиделась я уже в офисе, — сказала Галя. Все удивились. — Юль, это ты уже нагадала? — спросил Коля. — Ага, абракадабра, едем, — все пошли в гараж, а оттуда уже на мост через Москву-реку. Через полчаса мы прибыли на место происшествия. Там действительно лежал труп Крестьяновой, она утонула в реке, спрыгнув с моста и сломав себе шею. Рита и Юля были на берегу, Николай плавал в водолазном костюме по реке и искал какие-то улики, а Серёжа и Галя были на мосту. С ними была ещё Валя, которая осматривала тело. — Ребята, вряд ли она сама прыгнула с моста, — сказала Валя. — Почему? — спросила Рита. — Смотрите, всё выглядит так, будто она сама прыгнула, но чтобы сломать шею, нужно падать вниз головой, но череп в порядке, но есть кое-что интересное, — она перевернула женщину на живот и показала на шее сильную гематому от чьих-то рук. — Обычно предельная скорость падения составляет около 54 метров в секунду, а здесь максимум 14 метров, а чтобы удариться об воду, как об землю, нужно около 29 метров в секунду, значит она скорее всего не смогла бы достичь такой скорости падения, только если она очень толстой была бы. — у тебя же тройка по физике была, — сказала Валя. — Да, но эти долбанные формулы всё равно в голове, и вообще, физичка мне занизила оценку. Николай Петрович! Вы где? — крикнула Юля и на поверхность вышел Николай Петрович. — Искал мобильник Крестьяновой, а то на мосту его нет — сказал он, высовывая дыхательную трубку из рта — нашёл его еле еле — Юле позвонила Галя. — Да мам? — В общем, тут есть два следа: один от каблуков Крестьяновой, а другие скорее всего кроссовки, и знаете как всё выглядит? Сейчас на видео покажу — Юля сделала видео звонок и Галя с Серёгой стали объяснять как примерно убийство происходило. — Это выглядит примерно так: Крестьянова просто шла по мосту, как тут… — Майский взял Галю слабо за шею, чтобы её не удушить и они вместе развернулись на пятках — Они развернулись на пятках, убийца сломал Крестьяновой шею, и кинул за мост, а потом написал то самое сообщение, или заставил написать это сообщение. — Это, вероятно, кто-то из врагов, потому что Таня написала, что у этой женщины нашли минимум три контакта, которые ей писали неприятные вещи. Все трое — мужчины, и все говорили одно и то же: мол, она получила должность через постель, да что мы можем сделать, ты же ничего не умеешь. В общем, всё то, что обычно говорят девушкам, которые работают на опасной работе и занимают должности выше, чем обиженные мужчины, — сказала Рита. — Да, мне тоже постоянно говорили с другого потока, что у меня ничего не получится. И своим однокурсницам говорили то же самое… Половина того потока ушла раньше второго курса, и среди девушек тогда практически никто не отчислилось, — добавила Юля. — А я была единственной девчонкой на своём потоке, только после того, как одного паря уложила, ко мне стали относится с уважением — рассказала Рита. — Рит, если бы мы тебя называли бы Маргаритой, то никто бы и не подумал бы, что ты такой грозной можешь быть — сказала Валя. — Ну я о том же. Все говорили: ой, Маргарита, такая нежная наверное, даже отдать отпор не можешь. А потом пожалели, очень сильно и боялись меня — Рита улыбнулась. — Мы тебя боимся Рит, даже Галя иногда начинает водку мою хлебать после того, что ты натворишь! — сказал Николай. — Наглая ложь, Круглов! Если ещё в чём то соврёшь, спать будешь месяц на диване — сказала строго Галя. Все засмеялись, кроме Николая. — Работаем! Нам с этим делом ещё разбираться! — Никому не кажется странным, что как-то странным образом у нас: убийство двойника, ложное задержание и обвинение, причём виноваты мы, хотя это не так, Копосова была под ядом и была похищена, Белашев куда то делся, непонятное убийство Глеба и Миши, а сейчас ещё и убийство Крестьяновой? Вот лично мне кажется странным, а всё ведь началось просто с трупа двойника Султанова! — подметила Юля. — Ты хочешь сказать что это как-то всё взаимосвязано? — спросил Николай. — Интересные совпадения — сказала Валя — Нет, это не просто совпадения, Валюш, это прям целое запутанное дело! Мне такое нравится — сказала Рита. — Главное чтобы тебя не убили, Ритусь — в шутку сказала Валя. — Валя, я тебя ревную — сказала Галя. — Не ревнуйте, Галина Николаевна, а то уже Николай Петрович вас ревнует — сказала Рита, смеясь. — Ничего я не ревную! — сказал Николай. — Вы всё собрали? — спросила Галя. — Да, всё что нашли — сказал Николай. — Тогда едем в ФЭС — сказала Галя и отключилась. К ней и Майскому начали подходит репортёры и ведущие новостей. — Галка, они тебя сейчас будут терроризировать — сказал на ухо Серёга. — Без тебя знаю, Серёг — ответила ему также на ухо Галя. К ней подошли сразу с несколькими микрофонами и начали задавать вопросы: — Галина Николаевна, подтверждаете ли вы, что трое ваших сотрудников подозреваются в совершении убийств? — поинтересовалась одна из журналисток. — А правда что ваша дочь была всё детство в интернате, раз уж о ней никто не знал до получения своей награды в… — недоговорил один из журналистов, потому что Сергей громко сказал. — Прочь отсюда! Это место преступления, здесь нельзя находиться! — но его, казалось, не слышали. — А НУ ОТОШЛИ ВСЕ! — он взял Галю за руку и повёл её к машине. Она была так ошеломлена, что не могла даже ответить, даже сказать, что занята. Он усадил её в машину, где уже сидели остальные. Они собирались ехать в ФЭС. Круглов сразу почувствовал напряжение, когда Галя и Майский подошли к машине. — Галь, что случилось? — спросил Николай. — А? — не поняла Галя. — Галь, ты вообще спала? — спросил Майский. — А, да, спала, но плохо, — ответила Галя. — Ты уверена, что с тобой всё в порядке? — спросила Антонова. — Да, просто спала плохо. — Ага, снились кошмары, в которых ты нас убивала, — сказал Николай. Через секунду он понял, что сказал. — Круглов! Я ещё подумаю, убивать тебя или нет. — Мам, ты, кажется, переутомилась, раз уж нас убиваешь во снах, — попыталась отшутиться Юля. — Может быть, а ещё журналисты пристали — В смысле? — удивился Коля. — Да вот, пристали журналисты, а потом наверное будут писать: «Рогозина — полковник которая получила свои погоны через постель и ей они жмут, не смогла ответить на вопросы от журналистов». Кстати, Юль, они хотели узнать, правда ли ты была в интернате, пока Галя работала. — Ага, а ещё у меня есть сестра близняшка, с которой меня разлучили в детстве. Нет конечно, не была я никогда в интернате! Откуда они вообще берут такие теории? — спросила Юля. — Примерно также как и все идеи: сидели люди, скучали — сказал Николай. — Ага, и в соцсетях начали фигню писать — сказала Валя. — В ФЭС едем? а то там Таня с Ваней нас проклинают уже — сказал Майский и все сели в машину.