Часть 16

Раннее утро. В морге царит полумрак, создавая атмосферу загадочности и тишины. Патологоанатом Владимир Михалков заканчивает вскрытие тел Власовой и Данилова, сосредоточенно изучая их внутренние органы и делая необходимые записи в документах. В это время он берёт телефон и кому-то звонит. Медсестра, одетая в медицинскую маску, спокойно входит в помещение. Она уверенно направляется к Михалкову, не привлекая лишнего внимания. — Доброе утро, — произносит она, стараясь придать своему голосу профессиональную уверенность. — Доброе, — коротко отвечает Михалков, не поднимая глаз от документов. Он не сразу замечает медсестру, полностью погружённый в работу. — Да, — коротко подтверждает медсестра, принимая из рук Михалкова результаты анализов и тела капитанов Власовой и Данилова. Она аккуратно забирает их и покидает морг, оставляя патологоанатома продолжать разговор по телефону. В коридоре медсестра достаёт из кармана халата небольшой нож и делает аккуратные надрезы на пальцах Власовой и Данилова. Она собирает выступившую кровь на ватную палочку, после чего обрабатывает раны антисептиком, чтобы остановить кровотечение. Закончив с этим, она продолжает свой путь, оставив за собой лишь едва заметные следы своей работы. Далее медсестра встречает нескольких лейтенантов, которым передаёт тела капитанов. После этого она поспешно уходит с их глаз, выходя через служебный вход, и незаметно покидает больницу. Уже отойдя от больницы, она снимает с себя медицинскую маску, халат и шапочку. Отойдя в безлюдное место, успевает за пару минут стянуть с себя форму медперсонала и переодеться в обычную гражданскую одежду. Свою одежду для работы в ФЭС она наденет уже в самой конторе. На лицо она надевает маску, но не типичную медицинскую, а черную из ткани, чтобы никто точно её случайно не узнал. Рогозина включила свой телефон. Там было множество сообщений от Вали, которые ясно давали понять, что она сильно злится на начальницу за её безрассудные поступки и риск, которому она подвергает себя. Вали не понимает, зачем Рогозина так поступает, когда у них уже за решеткой Субботин, Шустов и Белозёров. Рогозина прочитала сообщения, но не ответила и пошла в контору, чтобы успокоить своих подчинённых, которые, возможно, скоро начнут её ненавидеть за такие действия. Самой ей тоже было страшно идти в больницу, так как могли что-то заподозрить, но никто ничего странного не заметил, отчего Рогозина вздохнула с облегчением. В ФЭС уже были Валя, Рома, Юля, а с ними Таня. Белая и Антонова молились, Соколова пила успокоительное, а Березин пытался всех успокоить. Ну а кто виноват что Рогозине будто вышибли голову от того что погибли Коля с Юлей?! Антонова первой заметила Рогозину, которая только что вошла в контору, и бросилась к ней. За ней последовали остальные. Рогозина едва успела расписаться, как её окружили обнимашки от Вали и других сотрудников ФЭС. Рогозина сама ещё даже не поняла что случилось, а они не хотели её отпускать. — Ребят, ну успокойтесь, всё хорошо, ничего не слу..... — пыталась успокоить Галина Николаевна, но те особо не слушали, а Валя её перебила. — Ага, ничего не случилось, а если бы случилось?! Когда Таня мне это рассказала, я чуть в обморок не упала! — Валя вообще нас всех тут довела! — сказала Юля, которая сейчас выглядела как будто она напилась алкоголя, а на деле успокоительного. — Один Березин нас пытался успокоить, но из него психолог хреновый, по правде говоря. — Нормальный я психолог, это вы напридумывали себе! — начал спорить Березин. — Ага, не ты ли Рогозину назвал безмозглой идиоткой, у которой шило в жопе? — саркастично спросила Таня. — это я вас ещё берегу от нецензурщины, Галина Николаевна — Да я уже нецензурщины начиталась от Вали — она строго посмотрела на подругу, а Антонова тоже начала строго смотреть на Рогозину, молча опять ругая её за такое безрассудное решение. — Всё равно вы безмозглая идиотка, раз уж пошли туда — пробормотал Роман. — Я тебе потом разборки такие устрою, Роман, но потом, сначала проверить нужно кровь Данилова и Власовой. Таня взяла у Гали образцы ДНК Власовой и Данилова и начала проводить экспертизу. Все ждали с нетерпением что покажет результат. Пару минут проходит и… ДНК совпадает. Все кто был в лаборатории, разочаровались в этом, потому что надеялись что это не Власова с Даниловым. Рогозина ушла к себе в кабинет, буркнув что то по типу «чёрт», а остальные тоже разошлись кто куда. Только зайдя в кабинет, Рогозиной кто то позвонил. Она взяла трубку — Полковник Рогозина — Галина Николаевна, вы помните что в пятницу у нас? — это был Руслан Султанович. — И вам доброе утро, Руслан Султанович. Помню, помню — ответила Рогозина как-то устало — Хорошо, сегодня вечером все вы должны быть в ФЭС, кроме тех что работают сегодня, ещё остальные, кроме мелких лаборантов и стажёров. — Хорошо, товарищ генерал, как скажите — а в это время Рогозина уже думала о деле Крестьяновой, которое они что то до сих пор не расследовали — А ещё расследование дела об убийстве Крестьяновой на время операции приостанавливается — добавил Султанов. Рогозина встала в ступор. — Почему? — Не, Рогозина, ты там со смерти мужа и дочери совсем уже что ли? Вы как будто сможете сразу и дело закрыть и операцию провести! — «А то что я сегодня пробралась в больницу для взятия ДНК Риты и Стёпы вам о чем то скажет?» — подумала Рогозина, но не сказала это в слух — Да просто подумала что вы дело хотите отдать какой то другой конторе — Ну вообще да, после операции хочу отправить в отпуск всех — сказал Султанов, как-то слишком ехидно, из-за чего насторожилась Галина Николаевна. — А дело.? — Дело об этой операции ФСБ расследовать будут, об убийстве Крестьяновой кто то тоже возьмется, а вы отдыхать. Всё, до вечера — он отключился, а Рогозина осталась с каким то тревожным звоночком. Весь день Рогозина была сама не своя. Коллеги думали, что причина в Рите и Степе или в Круглове и Рогозиной-младшей. Антонова попыталась поговорить с ней, но Рогозина молчала. Она сказала, что хочет побыть одна, и упомянула приезд Султанова вечером. К концу рабочего дня, когда должен был приехать генерал, большинство сотрудников уже собрались. В переговорную вошёл Руслан Султанович. Он поздоровался и начал говорить: — Завтра в 4 утра всем расскажут план и выдадут оборудование. Экспертам — сверхсекретные устройства, оперативникам — оружие, врачи также там будут, в том числе Антонова и Селиванов, вдруг надо будет срочно, а Галине Николаевне… — Рогозина перебила его: — А я пойду с оперативниками. — Все замерли от неожиданности. Антонова что-то пробормотала, Майский перекрестился, решив, что ему показалось. Султанов тоже был в шоке. — Рогозина, ты с ума сошла?! Ты… — Но она снова перебила его, как бы сказал Тихонов, чтобы не втыкал. — Я не собираюсь оставлять сотрудников там одних, а сама прятаться! — Она чуть повысила голос, чтобы он понял её намерения. Султанов задумался на пару секунд, а потом согласился: — Хорошо — никто не ожидал что генерал на такое согласится, всё-таки целого полковника в случае чего никто не мог потерять, тем более сотрудники. Но поспорить с его решением никто не мог, а то гнев его страшен, только одна Рогозина его не боится. Все решили что Рогозиной бы не помешало немного у психиатра обследоваться, вдруг что то там не так? Когда генерал спустя час уехал, сказав всем чтобы оставались в ФЭС, все ушли кто куда, Антонова, Селиванов, Соколова, Лисицын и Майский были в морге, Тихонов с Холодовым собирались в магазин купить кому сока, кому газировки или минералки, а кто и энергетиков попросил. Ваня зашёл к Рогозиной. — Галина Николаевна, вы что будете? Минералку, газировку, сок? — спросил Ваня, зная что Рогозина не пьёт энергетики и даже его ругает за слишком частое употребление их. Она не заметила и не услышала его, и что то писала в каком то странном дневнике, который никто не видел у неё в руках. За то видели в руках у её дочери, и этот дневник был, как Юля говорила «будущая книга для будущих поколений», в которую иногда писали и другие сотрудники, а начала писать такую книгу с самого начала своей стажировки в ФЭС. — Галина Николаевна-а-а — А? Что такое Иван? — наконец-то она обратила внимание на него. — Да ладно, вы обратили внимание! — начал ёрничать Тихонов — Вы сок, газировку или минералку будете? Я могу ещё и энергос предложить, но… — Энергетик, кофе не помогает — сказала она резко, отчего Иван чуть не упал в обморок. Не каждый день полковник просит ей взять энергоса. Ох как Вале это не понравится, когда узнает, но ладно, и Ваня наконец-то пошел вместе с Андреем в магазин, а Галя всё что то писала в этой будущей книге: «Анализ ДНК Риты и Стёпы подтвердил их гибель. Ужасно. Сегодня в 18:30 Султанов пришёл и рассказал план. Оперативники зайдут в здание министерства. Антонова и Селиванов будут с врачами. Тихонов, Амелина и Холодов получат особые секретные устройства. А я… Я согласилась быть с операми. Зачем? Может, я сошла с ума. Или что-то подтолкнуло меня к этому. В последнее время я не могу расслабиться. Везде вижу сомнения, постоянно тревожусь, поэтому вместо того чтобы я пряталась где то, я хотя бы с кем то буду и буду знать что происходит с кем. Но я не могу рассказать о тревожности другим. Ведь кто полковник? Кто начальник? И кто не должен их подводить? Верно, я.»