Дазай на платформе девять и три четверти

Тишину номера в «Дырявом Котле» разорвал резкий, настойчивый звонок старого телефона. Дазай, не отрывая взгляда от потолка, где трещины складывались в знакомые узоры абстрактного страдания, протянул руку. Он не смотрел. Знал. Знал этот голос, как знал вкус крови на губах после особенно удачного удара. – Алло, Мори-сан? – Голос его звучал ровно, почти безжизненно, словно он читал по бумажке. В трубке послышалось легкое, почти ласковое покашливание. – Привет, Дазай-кун. Надеюсь, не разбудил? – Голос Мори был гладким, как масло, но Дазай почувствовал, как по спине пробежали ледяные мурашки. Он сидел на краю кровати в дешёвом номере отеля, сумка с волшебными книгами, которые прислал ему Дамблдор, валялась у ног, а за окном Косой переулок погружался в ночь, полную странных теней и отблесков незнакомых огней. – Просто хотел узнать, как продвигается подготовка к миссии? Все необходимое приобрел? Дазай закрыл единственный видимый глаз, пытаясь заглушить внезапный приступ тошноты. Волшебный мир… Он был так же чужд и отвратителен, как и его собственная жизнь. – Приобрел, Мори-сан. Мантия, палочка, сова…– Он машинально перечислил, глядя на клетку, где Фукузо дремала, свернувшись в углу, похожая на комок грязного снега. – Но позвольте уточнить… В чем истинная суть моей миссии? Изучение магии и сбор информации о Пожирателях – это понятно. Но конечная цель? - Голос его оставался спокойным. В трубке повисла тяжелая пауза. Потом голос Мори смягчился до опасной, ядовитой сладости: – Дазай-кун… милый… – Дазая чуть не стошнило, его пальцы рефлекторно впились в пластик. – Ты – моя правая рука. Мой самый ценный инструмент. Ты должен сделать невозможное, - Голос понизился до шёпота, полного скрытой угрозы: – Мир магии балансирует на краю. Пожиратели Смерти набирают силу. Твоя задача – не дать им захватить его. Или… – Мори сделал паузу для драматического эффекта, – …заставить их встать на нашу сторону. Представь, Дазай-кун, какие возможности откроются перед Портовой Мафией, если мы получим доступ к их силам, их знаниям? Если они станут нашими союзниками? Ты должен стать их тенью, их кошмаром или… их спасителем. Как потребуется. Ты должен понять этот мир изнутри, проникнуть в его самые темные уголки, стать для них своим, чтобы потом… предать. Понимаешь, Сюдзи? – Последнее имя прозвучало как удар хлыстом. – Вас понял, Босс, – выдавил из себя Дазай. – Отлично! Тогда будем ждать тебя с Элизой на зимних каникулах. Я постараюсь купить тебе новые платья Даз… – Дазай не стал дослушивать. Он резко бросил трубку на рыхлый матрас, словно отшвырнул раскаленный уголь. Звонкий щелчок отключения прозвучал как выстрел в тишине. Он зарылся лицом в ладони, вдыхая запах старой ткани и пыли. Фукузо бесшумно выпорхнула в открытое окно, растворившись в темноте Косого переулка – охотиться, быть свободной хоть на мгновение. Дазай завидовал ей. Сам он сидел в ловушке, собираясь с мыслями перед завтрашним днем – днем, который обещал быть адом толпы, детских криков и притворства. Он ненавидел толпу. Ненавидел притворство. Но больше всего он ненавидел себя за то, что делал это снова и снова. --- Дазай стоял среди утренней суеты вокзала Кингс-Кросс, чувствуя себя инопланетянином. Его черное пальто (стандартное, без излишеств, как и все его мантии) и клетка с сонной Фукузо, которую он нес как обузу, привлекали любопытные, а то и осуждающие взгляды прохожих. "— Идиоты, - "Он стиснул зубы, стараясь смотреть поверх голов. Его чемодан, набитый волшебными книгами, которые он успел проглотить за последние бессонные ночи, казался непомерно тяжелым. Он пришел за полтора часа. Хотел найти эту чертову платформу 9¾, забиться в самый дальний угол вагона и раствориться в книге, в тишине, в небытии. Но платформа… ее не существовало. Но что поделать? Пришлось искать их. Дазаю не оставалось выбора. Он направился к женщине, лет сорока, с добрыми, но усталыми глазами. – Здравствуйте, простите за беспокойство, – его голос автоматически включил режим вежливой мягкости, хотя внутри все сжалось от отвращения к необходимости просить. – Не подскажете, пожалуйста, где находится платформа девять и три четверти? Я… новенький? Женщина окинула его быстрым, оценивающим взглядом, задержавшись на повязке и бинтах. Сочувствие? Любопытство? Дазай ненавидел и то, и другое. – Ах, да, конечно, дорогой, – Она указала на ту же колонну. – Видишь ту колонну? Просто иди прямо на нее. Беги, если страшно, но главное – не останавливайся! Мой Томас только что прошел. Смотри! Мальчик, того же возраста что и Дазай разбежался и буквально растворился в кирпичах. Исчез. Без звука, без вспышки. Магия. Дазай знал, что так и будет. Это нарушало все законы физики, но сейчас главное – как отреагирует его собственная аномалия, его способность «Неполноценный человек»? Он научился сдерживать его, создавая тончайшую мысленную перегородку, чтобы его антимагическое поле не гасило волшебство палочки полностью, лишь ослабляя. Но барьер платформы… Это была достаточно сильная магия. Что, если его способность сработает как щит? Что, если он просто разобьет себе лоб о кирпич на глазах у всех? Идея была заманчиво абсурдна. Почти смешна. Хотя неплохой способ умереть, хоть и неприятный. – Спасибо вам, миссис, – его голос прозвучал чуть хрипло. Он сделал глубокий вдох, сфокусировался. Сжал ручку чемодана до побеления костяшек под перчаткой. "— Просто дверь. Обычная дверь. Не думай. Иди." Он не побежал. Он пошел. Твердым, размеренным шагом. Прямо на холодную, шершавую поверхность кирпичной кладки. Мгновение – ощущение ледяного душа, давления на все тело, словно он нырнул в густой сироп… И вот он уже по ту сторону. Шум, свет, пар! Платформа 9¾ встретила его оглушительным гомоном. Сотни людей – дети, родители, совы, кошки, чемоданы, летающие чемоданы! Пестрые мантии, смех, крики, прощальные объятия, плачущие матери, орущие младенцы. Запах угля, паровозного масла, сладостей и шерсти животных ударил в нос. Всё это до жути раздражало Дазая. Он закрыл глаза, пытаясь представить тишину своего контейнера в Йокогаме, мерцающий экран консоли, даже вечный гневный крик Чуи… Все что угодно, лишь бы не это. --- Ему повезло. Он нашел купе в самом хвосте поезда, почти пустое. Забросив чемодан на багажную полку и поставив клетку с Фукузо (вернувшейся сытой и довольной) на сиденье напротив, он рухнул у окна. Стер с лица маску вежливого любопытства, позволив усталости и пустоте затянуть его черты. Алая стрелка паровоза "Хогвартс-экспресс" тронулась, увозя его прочь от Лондона, в сердце этого безумного волшебного мира.