15. Время расслабиться

Тоша сразу чувствует, как его сердце начинает биться сильнее. — Н-нет... Не надо... Всё нормально, ничего не болит... — неуверенно ответил мальчик, ведь рука болела сильно, и ему приходилось сдерживать слезы. — Нет, Антон, не нормально. Пойдём, вставай, — учитель помогает мальчику встать, и ведет его к выходу со спортзала. — Остальные сели на скамейки! Сергей Андреевич в соседнем кабинете! — громко сказал физрук, и повел Тошу дальше. Уже вне зала, мальчик остановился. — Н-нет... Не пойду... Не надо... — из глаз Антоши потекли слезы, ведь помимо боли появился страх. Учитель посмотрел на ребёнка, и понял, что тот боится. Он присел перед ним на корточки. — Тош, у тебя сильно болит рука. Надо чтоб тебя посмотрели, и вызвали твоего папу, если это перелом. Не бойся, я буду с тобой, никто тебя не обидит, — посмотрев в опущенные зелёные глазки, говорит мужчина. — Н-не надо... Т-там б-будет больно... — ответил Тоша. — Послушай, ты же сильный? Ответь, ты сильный? — Д-да... — всхлипнув, ответил мальчик. — Неужели ты не сможешь промто посидеть, пока твою ручку посмотрят? Тебе не будут ничего делать, а просто посмотрят ручку. — Смогу... — Вот, молодец! Давай, слезы вытираем, только кулачками, а не пальцами,все-таки, ты отжимался, а пол грязный, и идем в медкабинет. Готов? Тоша вытирает слезы, думая о том, что он смелый, как говорил папа, а папа не ошибается. — Готов... Учитель улбынулся, и встал. — Пойдём, я буду рядом, — он берёт мальчика за руку, и ведёт всторону лестницы.

***

Пока Арсений ведёт прием, ему на телефон поступает звонок. — Давайте ребёнку противовирусные еще два дня, и с понедельника можно идти в садик! Вот ваша справка. — Спасибо, Арсений Сергеевич! До свидания, — говорит мать пятилетнего мальчика, которого лечил Арсений. — До свидания! — улыбнулся мужчина, и услышал звонок телефона. Пациенты вышли, и Арс взял трубку. — Алло? — Арсений Сергеевич, здравствуйте! Это Елена Александровна, медработник школы, в котрой ваш сын учится. — Здравствуйте. Что-то случилось? — Ваш Тоша на физкультуре упал, и ручку скорее всего сломал. Он у вас еще очень боится врачей, да? — Да, есть у него такое... — вздохнул Арсений, думая о масштабе травмы — Вы сможете приехать в школу, и забрать его? Просто я, как могла, его осмотрела, но ему больно. С ним сейчас учитель физкультуры, отвлекает его. — Да, скоро буду. Минут 10 примерно. — Хорошо, ждём вас! Арсений завершает звонок. Благо, прием уже был окончен, и мужчина быстро собрался, и поехал в школу. Дойдя до медкабинета, он вошел в то самое место, где и впервые поговорил с сыном, вспоминая, как раньше работал тут. Мужчина увидел на той же кушетке своего ребёнка, который был весь в слезах, и немного напуган, но когла его взгляд попал на отца, в зеленых глазках плявилось немного уверенности. — Тоша! — Арсений подошёл к кушетке. — Ты как, малыш мой? Что случилось? — Арсений Сергеевич, давайте лучше я объясню? — вмешался физрук. — Давайте. Что произошло? — Во время пробежки у вашего сына развязался шнурок, скорее всего, и он упал на руки. Он упал больше на левую, и она сильно выгнулась. Вероятно с лучевая кость сломана, — рассказывает учитель, в то время, как Арсений присел рядом и с Тошей, и приобнял его. — Понятно... Упал, Тош? — Арсений посмотрел на ребёнка. — Угу... — ответил мальчик, прижимаясь к отцу. — Бедный мой... Ничего, сейчас посмотрим твою ручку. Пойдем в класс, заберем твой рюкзачок, и поедем к врачу, чтоб твою ручку посмотрели, — мягко говорит Попов-старший, и поблагодарив медсестру и учителя, поднимает ребенка на руки, и выходит из кабинета. — Пап... — позвал Тоша. — Что, малыш? — А что будет у врача?.. Мне не будут уколы делать? Арсений улыбнулся, понимая, что его сынок сейчас сильно напуган, и боится ехать к врачу. — Нет, мой хороший, только ручку сфоткаем, и наверно гипс наложим, — ответил Арс, поглаживая мальчика по спинке. — Гипс?.. Я теперь крутой? — спросил Тоша. — Крутой? Ты и без него у меня очень крутой! Вспомни, как ты подтягивался! Мало кто в твоем возрасте может подтянуться сам 3 раза! — говорит мужчина, показывая гордость за младшего. — Ну... Я всегда думал, что если мальчик хоть раз носил гипс, то он крутой и очень много может! Гипс это наверно круто! Я знаю, что на нем еще рисовать можно! — рассказывает Тоша, немного забыв о боли. — Может и крутой, но ты у меня и без гипса самый крутой! Люблю тебя, сынок! — Я тебя тоже люблю, пап... — ответил Тошка, и случайно двинул рукой. — Уже не болит... — Это хорошо, что не болит, малыш! Но перелом всё-равно может быть, поэтому нужно посмотреть, — Арсений открывает дверь в кабинет класса Тоши, и забирает его рюкзак. Учительницы на месте не оказалось, поэтому мужчина решил написать ей, когда они дойдут до машины. Он несет младшего до машины, усаживает его в детское кресло, пристегивает, а сам садится за руль. — Тош, ручкой не двигай, а то может быть больно. Сейчас доедем до моей... Работы, и посмотрим, — говорит Арс, избегая слова «больница», чтоб не пугать своего маленького ятрофоба еще сильнее. Всю дорогу мальчик ехал молча, но его глаза выдавали панику внутри. Уже на входе в больницу, мальчик стал совсем тихим. — Тош, ну ты чего совсем затих? Не переживай, малыш, больно тебе не будет! — успокаивает ребёнка Арсений, неся его в сторону кабинета травматолога. Тоша посмотрел на отца напуганным взглядом. — Малыш... — Арсений остановился, и присел на корточки перед ребёнком с взяв его ручки в свои руки. — Обещаю, больно делать тебе не будут, только сделаем снимок, и гипс наложим. Тош, лучше давай поболтаем? — решил отвлечь мальчика Арсений, и поднял его на руки. — Расскажи, что сегодня делали с Димкой? — Ну... Мы на перемене случайно парту уронили.... — тихо начал Тоша. — Ого! Как вы так умудрились? — усмехнулся Арсений, идя по коридору больницы в сторону кабинета своего друга — Сергея Матвиенко. — Ну... Мы хотели кто быстрее добежит поспорить... И нас оставили без перемены... — Понятно, — улыбнувшись, ответил Арсений. — Хулиганы вы мои... Так, а вот мы и пришли. Вроде очереди нет... — сказал Арс, и постучал в дверь, после чего, зашёл. — О! Арсений! Какими судьбами? — поздоровался мужчина, сидящий за столом. — Это и есть твоё чудо, про которое ты говорил? — Привет, Серёг! Да, сынок мой. В школе на руку упал... Боюсь, перелом. Посмотришь? — Конечно! Хоть и на обед идти планировал, но ничего. Проходи, сажай своего героя на кушетку.

***

Прошло 2 часа. Арсений выносил расстроенного Тошу из больницы. Правая ручка мальчика была в гипсе от кисти до локтя. — Ну что ты, Тошунь? Не грусти, герой мой! Смотри, какой ты молодец! Всё выдержал! — идя к машине, старается подбодрить Антошу Арс. — Пап... А как же мои прыжки?.. — расстроенно спросил мальчик. — Ничего, малыш, подождём чуть-чуть! Не переживай, как только ручка заживет — ты сразу начнешь ходить! — ласково ответил мужчина, разблокировав двери, и усадив ребёнка в кресло. — Но... Мне будет скучно... Арсений сел за руль. — Мы обязательно найдём, чем заняться, Тош! Ты думаешь, я позволю тебе скучать? — Попов-старший завел машину, и включил музыку, чтоб ехать не так нудно.

***

Дома, Тошка впервые прочувствовал, как тяжело мыть руки, когда одна из них в гипсе. — Папа! Па-ап! — позвал мальчик отца, стоя у раковины в ванной. — Что, малыш? — Арсений подошел к сыну. — А как мне руки мыть? А? Ну как? — Ох, чудо ты моё.. Точно, я забыл. Давай, покажу тебе. Вставай ближе... Здоровой ручкой настрой водичку, а потом этой же ручкой выдви мыло. Тоша делает, как сказал папа. — Теперь вот так мой ее, и смой мыло, — Арсений показал движение рукой. — Хорошо... А с этой как? — Теперь аккуратно намочи пальчики, чтоб не задеть гипс... Вот, молодец. Теперь здоровой ручкой выдави мыло, и намыль ею больную, а потом смой мыло. — Хорошо... Вот так? — Да, Тошенька, молодец. Теперь смывай. Антон смыл мыло. — Вот так теперь будешь ручки мыть пока... Это сложно, но ты привыкнешь. — Мне уже надоел этот гипс... Быстрее бы его снять... — недовольно сказал мальчик. — Понимаю, сынок, но ничего нельзя сейчас поделать... Ладно, теперь мы с тобой можем пойти покушать. Проголодался наверно? — решил сменить тему Арсений. — Ага, хочу есть! — немного оживился Тоша. — Тогда давай я тебя переодену в домашнее, а потом сразу сядешь за стол. Пельмени подойдут? — Конечно! Ты еще спрашиваешь? — Ну, вот и замечательно! — усмехнулся Арс. Пойдем переодеваться.

***

Стоит ли говорить, что эти две с половиной недели для Антона были адскими? Еще бы! Такому любителю что-то делать, бегать, и в общем не сидеть на месте, сломать руку — лишиться половины занятий. В любом случае, Арсений делал всё, чтоб его малыш не скучал. Но вот пришло время снять гипс, и наконец-то то Тошка смог двигать своей ручкой. — Та-а-ак... Молодец, Тошунь. Всё! Открывай глазки, бояться нечего, гипс тебе уже сняли! — говорит Арсений, как только медсестра закончила снятие гипса. — О! Ничего себе... А почему она тоньше другой? — удивился мальчик, посмотрев на свою руку, а потом на папу. — Потому что, малыш, она была под повязкой, кожу чуть-чуть сдавило, такое бывает. Можешь двигать смело, на снимке все уже зажило. Но, пока нужно нагрузки ограничивать. Еще недельку на облегчённых тренировках будешь. На прыжки то пойдёшь? — Да! Ура!! Я так соскучился! — мальчишка спрыгнул с кушетки, и подпрыгнул от радости, а потом крепко обнял отца. — Паап, пойдем гулять, а? Смотри, она двигается! А на звёздочки сегодня посмотрим? Посмотрим, да? — закидал просьбами ребёнок. — Тише, тише, Тошунь, не спеши! — посмеялся Арсений. — Погулять можно, но ручку много не напрягай, чтоб не болела. На звёздочки обязательно посмотрим, обещаю! Только давай хоть с больницы выйдем? Или тебя хочется здесь остаться по-дольше? — Нет-нет! Пойдем! — заводил руками мальчик. — Вот и правильно! — посмеялся Арсений с реакции ребёнка.

***

К вечеру, как Арс и обещал, они пошли смотреть звëзды. Тошу по прежнему они интересовали, и в момент, когда он смотрел на небо, он замолкал. — Красиво, малыш, да? — тихо спросил Арсений, сидя с Тошей на лавочке. — Да... Вот бы еще ближе на них посмотреть... Но и так хорошо. — Посмотришь ещё, не переживай! Кстати, а Венеру видно? Давай поищем яркую точку. — Вон, пап! — кроха указал пальчиком в сторону. — Молодец! Сам нашел! — похвалил ребенка Арсений. — Она такая яркая... Странно, что планета ярче звёзд... — Тош, так звёзды очень далеко, а Венера намного ближе. Я тебе книжку куплю про космос — почитаем про всё, и картинки посмотрим, да? — А там картинки с телескопов? Ну тех, которые в космосе? — Да, малыш, много фотографий с телескопов! — Круто-о-о... Спустя примерно 10 минут Тоша начал замерзать. — Пап, холодно... — Холодно? Пойдём тогда домой? Чайку попьем, согреемся, — ответил Арсений, вставая с лавочки. — Да. Пойдём, — согласился Антоша, и встал, взявшись за папину руку. — Ручка твоя не болит? — вдруг спросил Арс. — Нет, совсем не болит! — Отлично! Наконец-то я вижу тебя радостным и любопытным, а не грустным. Они пошли домой, как вруг, Тоша спросил то, чего Арсений не ожидал. — Пап... Вот ты лечишь детей... Ты меня не разлюбишь?.. Ты просто с некоторыми такой добрый, почти как со мной... — только он успел спросить, как Арс остановился. — М?.. Папа?