XII

      В ожидании вечера Микасу слегка потряхивает, швыряет из угла в угол из-за того, что она как бы знает, что ее ждет, но совсем не представляет, какой диапазон ощущений придется испытать. Это именно то, о чем она всегда думала, представляя разнообразную сексуальную жизнь с партнером. Загвоздка в том, что этот партнер совсем не постоянный, предложивший отношения, основанные на взаимном удовольствии. И все.       Хочется ли Микасе чего-то большего? Определенно, да. Хочется ли этого с Леви? А с Жаном? Или с Конни?       Эрена она исключила из списка, хотя было очень больно вырезать шрам его имени на сердце. Пульсирующая рана все еще болит и истекает кровью, но, когда рядом невысокий брюнет, предлагающий разные приятные авантюры, жить становится в разы легче, а черно-белая реальность приобретает яркие краски. Это можно сравнить с выходом из депрессии, когда вся еда казалась пресной, и вдруг начала играть вкусами соли и приправ. Саша бы оценила такое сравнение.       Подруги были рады, что не придется киснуть дома в вечер субботы, и уже строили планы на то, как оторвутся на шоу. А когда Микаса сказала, что напитки из бара поставлены на безлимит, Энни громко присвистнула и приподняла одну бровь.       - Ты уверена, что между вами с Аккерманом нет ничего, кроме секса?       - Не уверена. Но могу полностью оправдать его поступок тем, что ему надоело, что я срываю планы своим состоянием.       - Что ты имеешь ввиду?       - Меня вчера вырвало на его брюки, когда я выходила из машины.       - Ну ты пиждеч! – Саша прикрывает рот ладонью, чтобы из него не вывалилась порция чипсов в громком хохоте, а прожевав, добавляет, - Лошара.       - Я была готова провалиться под землю от стыда, - при воспоминании о произошедшем, Микаса слегка краснеет и прикрывает глаза ладонью, - Просто удивительно, в каких состояниях он меня уже видел.       - И он все равно тебя хочет. Тебе не кажется это звоночком?       - Не заставляй меня надумывать лишнее, Энни. Ты прекрасно знаешь, чем это чревато. Мне хватило Эрена и моих безответных чувств к нему.       - Но у чебя же вше профло к нему?       - Сложно сказать. Я ужасно злюсь, и за этим не вижу ничего другого.       Молчание троих нарушается звуками от телевизора, на экране которого вампиры расправляются с людьми. Микаса любит ужасы, и часто благодарит высшие силы за то, что Энни тоже нравятся вампиры. Правда, Сашу обычно приходится сажать посередине, чтобы у нее была возможность вцепиться в чье-нибудь плечо и спрятаться за него.       «Не вздумай пить ничего, кроме просекко» - 20:14 от абонента «Леви Аккерман».       «Я вообще не планировала употреблять алкоголь. На всякий случай» - 20:15 ответное сообщение.       «Бокал тебе не повредит, наоборот, поможет расслабиться» - 20:15 от абонента «Леви Аккерман».       «Хорошо, как скажешь» - 20:17 ответное сообщение.       «Слишком покорно» - 20:18 от абонента «Леви Аккерман».       «Пошел нахуй» - 20:19 ответное сообщение.       Получив в ответ ухмыляющийся смайлик, Микаса кладет телефон на тумбочку и с улыбкой продолжает красить ресницы. В предвкушении вечера внутри начинают танцевать бабочки, бедра двигаются, в края ягодиц упирается ограничитель пробки. Пульсирующая промежность отвлекает от ощущений, ставших привычными.       Охранники на входе в клуб стараются спрятать улыбки, когда Микаса называет свою фамилию. Девушка с вызовом смотрит на амбалов, когда те переговариваются по гарнитуре, а затем пропускают ее с подругами в звенящее музыкой пространство. В фойе им снова приходится положить телефоны в ячейки для хранения вещей, и брюнетку накрывает легкой волной паники из-за того, что она не знает, как потом связаться с Леви.       - Микаса, здравствуйте, - невысокая блондинка с короткой стрижкой вежливо улыбается, встречая их в дверях помещения, - Вы становитесь завсегдатаем женского шоу.       - Здравствуйте, Нанаба. В прошлый раз я работала, в этот пришла отдохнуть.       - Кстати, о Вашей работе. Нам очень понравилось сотрудничать с Вами. Не хотели бы Вы еще раз поснимать для нас?       - С удовольствием. Позвоните мне после выходных. У Вас остался мой номер?       - Да, конечно. Свяжусь с Вами. Приятного отдыха.       Брюнетка уходит, пустив Нанабе вежливую улыбку. Было бы неплохо обзавестись постоянным местом работы, еще и близ Леви.       Столик недалеко от сцены открывает чудесный вид, и Микаса первый делом вспоминает расположение танцоров, чтобы заранее определить, как лучше повернуться, чтобы разглядеть двигающиеся под белоснежной кожей мышцы невысокого брюнета. Остальные ей неинтересны. В ягодицы снова впивается край пробки, но это уже перестало быть раздражающим фактором. Осталось совсем немного времени.       Яркий прожектор освещает тела танцоров на сцене, но ни за одного из них не цепляется взгляд Микасы так, как за Леви. Если бы он только мог представить, как влияет на нее. Томный вздох, пронесшийся по залу, будит внутри давно спящую ревность, и Микаса качает головой из стороны в сторону, чтобы выкинуть из головы мысль и надежду на то, что между ними не только секс. И откуда вообще могло появиться это чувство, которое теплится крошечным угольком в ожидании чуда?       На протяжении почти всего вечера в желудок брюнетки вливается единственный бокал просекко и падает несколько ягод черешни. Зато подруги пошли в разнос, устроив на столике выставку разных видов бокалов. И если Энни вполне может держать себя в руках даже в состоянии сильно алкогольного опьянения, то Саша уже несколько раз пыталась выкрасть с подносов официантов чужую еду.       - Тебе сейчас принесут твой салат, несчастная! Держи себя в руках!       - Я хочу есть, Энни! Ты не понимаешь! Меня никто не понимает! Только Конни! Уж он то точно пошел бы на воровство, чтобы я поела.       При упоминании имени бритоголового Микаса приподнимает уголок губ. Этот точно не стал бы отсиживаться в стороне рядом с голодной Сашей. Их дружба поражала и вызывала улыбку. Микаса не была уверена в том, что подруга будет против ее связи с Конни, но рассказывать ей не хотела все равно. Пусть он останется в ее глазах готовым на все героем, незапятнанным сексуальной связью, которая порочит и его, и Микасы имя. Эрен четко дал понять, что не поощряет похождения брюнетки. И пусть Энни поддержала ее, не факт, что так же сделает Саша.       Официант с подносом, полным еды, подходит к их столику и пытается поставить на него несколько заказанных блюд. Саша спешно двигает стаканы и бокалы, чтобы побыстрее насладиться вкушением пищи, чем вызывает у и без того смущенного парня улыбку.       - Мисс Аккерман? – официант наклоняется к Микасе и говорит так, чтобы слышала только она.       - Да?       - Вам просили передать, что будут ждать Вас через двадцать минут у входа.       - Благодарю.       Кровь бурлящим потоком несется по венам, и в помещении становится нестерпимо жарко. Микаса сдувает со лба челку и обмахивает себя ладонями. Совсем близко, совсем рядом.       - Ты будеф шалат?       - Нет, можешь съесть мою порцию. Меня ждут.       - Оу, уже? – Энни приподнимает одну бровь и закидывает в рот половинку черри.       - Ну, он выступил. Сегодня приват никто не заказал, наверное, - нервный смешок вырывается из груди с булькающим звуком.       - Ты нервничаешь, как девственница. Успокойся. Сегодня ты точно не блеванешь.       - Ха-ха! Очень смешно! Я пошла.       - Ты не замерзнешь в туфлях?       - Нет, мне еще надо телефон забрать, и одеться. Я же не побегу на улицу прямо сейчас.       - А выглядиф так, фто побежиф.       - Ешь молча, несчастная. Иначе скажу, чтобы убрали безлимит.       Саша показывает Микасе средний палец и улыбается, похожая с набитыми щеками на мишку с детского рисунка. Брюнетке хочется заключить ее в крепкие объятия, что совершенно для нее не свойственно. Видимо, нервозность действует не только на эмоциональное состояние, но и на мозг.       Саша была права, когда говорила о том, что Микаса готова сразу бежать на улицу. Девушка очень быстро справилась возвращением телефона и своей одежды, и теперь стоит на улице под мокрым снегом, высматривая в толпе машин белый мерседес. Конечности рвано дергаются, но не от холода, а зубы – еще чуть-чуть – и начнут стучать друг о друга.       «И зачем ему нужно, чтобы я была именно в туфлях?»       - Воу, какие люди! – знакомый голос вырывает девушку из размышлений, и она видимо дергается от испуга, - Пришла искать нового партнера, Микаса?       - Ты, видимо, тоже пришел в поисках женщины для утехи, Эрен.       - И я ее нашел, даже внутрь заходить не пришлось.       Зеленые глаза стреляют в девушку изумрудными пулями, пропитанными токсическим веществом, вызывающим парализацию мышц. Конечности не двигаются, и Микаса молит высшие силы, чтобы нужная ей машина появилась в пределах зрения как можно скорее. Разговаривать с Эреном, как и видеть его, она точно не планировала в ближайшее время.       - Не хочется тебя огорчать, но тебе придется постараться еще. Со мной тебе ничего не светит.       - Судя по твоему внешнему виду, я бы так не сказал.       Из-за угла выруливает знакомый автомобиль и пару мгновений мигает аварийными сигналами так, чтобы Микаса точно увидела его. Девушка благодарит небеса и Леви, который появился, как нельзя вовремя.       - Извини, но у меня другие планы. Была рада поболтать. Передам Энни от тебя привет.       Мокрый снег забивается в неглубокие протекторы туфель, пока она пытается ускориться на пути к машине, выглядывающей бампером из-за угла. Мягко открывает двери, садится в прогретый салон и улыбается, встречаясь взглядом с Леви, который любопытно осматривает ее. Тревога и нервозность испаряются, дышать становится легче, а думать проще. И когда автомобиль трогается с места, никто из них не обращает внимания на еле заметную вспышку вдалеке.       Знакомый запах квартиры Леви окутывает теплом и спокойствием, как только Микаса переступает ее порог. Его пальцы помогают освободиться от пальто, ревностно ощупывая оголенные участки кожи на предмет переохлаждения. На шею мягко опускаются теплые губы, оставляя влажный след, и девушка приоткрывает рот в глухом стоне. Попытка освободить ноги от обуви проваливается под тяжелым взглядом мужчины.       - Ты думала, я просто так попросил прийти в туфлях?       - Но они же грязные.       - Это не на долго, не волнуйся. Просто хочется начать с порога.       Губы Леви снова касаются ее шеи, сползая ниже к ключицам. Пальцы спускают лямки платья так, чтобы освободить грудь из тисков плотного хлопка: она не надела белье, и это было верным решением сегодняшнего вечера. Вставшие от возбуждения соски оба одним движением заключены в горячий влажный плен, когда прохладные ладони Леви сдвигают ее груди вместе. За спиной нет никакой опоры, и девушка хватается за его голову, чтобы устоять на ногах от такой головокружительной ласки. Леви опускается на колени и приподнимает подол короткого платья, чтобы насладиться видом ее длинных ног. Приподнимает бровь, глядя на нее снизу-вверх.       - Чулки?       - Я знала, куда шла.       - Замерзнуть не боялась?       - Ты продолжишь начатое или будем разговаривать о моем здоровье?       Тихий хмык раздается на уровне ее бедер, когда его ладони ползут от коленей вверх к краю кружевных трусиков. Пальцы тут же проверяют уровень влажности ее влагалища, и девушка снова пытается ухватиться за что-нибудь, чтобы устоять на ногах. Импульс удовольствия прошивает электрическим разрядом все эрогенные зоны разом, от чего голос становится хриплым и тихим. Губы Леви влажными поцелуями спускаются от бедер к голеням, и он закидывает одну ногу на свое плечо так, чтобы щиколотка была напротив лица. Кусает ее за выпирающую косточку, тут же зализав место укуса. Указательным пальцем задевает край туфли, и она повисает на носке, обтянутом тонким капроном. Он проводит подушечками по приятному изгибу ступни, придерживая девушку так, чтобы она не свалилась. Прикасается к изящным маленьким пальчикам, откидывая обувь в сторону. Зубы оставляют след на икроножной мышце и дырявят тонкий капрон чулка.       - Ты неотразима, Аккерман.       Комплимент, сказанный томным хриплым голосом, повисает в звенящей тишине, нарушать которую обоим не хочется. И только звуки сбитого дыхания органично вписываются в обстановку. Леви снимает вторую туфлю и ведет девушку мимо гостиной.       - Мы в спальню?       - Не обольщайся. В гостевую. Там на стене огромное прекрасное зеркало.       И снова по голове Микасы ударяет мощным флешбеком в виде Эрена, который боялся оторваться от вида своей задницы, отражающейся в серебряном полотне напротив кровати. Настрой это не портит, но противный мелкий червячок пищит где-то под ухом: «Опять?»       Гостевая комната в персиковых тонах освещена ярким светом от двух торшеров, стоящих на полу.       - При свете?       - Только не говори, что ты смущаешься.       - Только не говори, что ты хочешь посмотреть в зеркало на то, как трахаешь меня.       Леви ухмыляется, присаживаясь на жёсткий матрас широкой кровати, и подзывает ее ближе к себе. Стягивает кружево трусиков пальцами и откидывает его в сторону. Расстегивает молнию на платье и спускает его вниз, оставляя на полу.       - Развернись. Сядь мне на колени и раздвинь ноги, - Микаса подчиняется, не в первый раз он видит ее полностью раздетой, - А теперь смотри на себя.       В отражении зеркальной поверхности напротив, Микаса видит раскрепощенную слегка румяную девушку. Ее глаза горят огнем, который невозможно потушить, но темпераментный нрав полностью подчинен человеку, который невесомо гладит ее кончиками пальцев, пуская по телу электрический ток.       - Нравится? – девушка кивает и откидывает голову на его плечо, - Я хочу смотреть не на себя, Аккерман. Я хочу смотреть на тебя. Хочу, чтобы ты была повсюду. Здесь, подо мной, и там, в зеркале за мной.       Прилив густого скользкого секрета в промежность усиливается после его слов. Микаса цепляется ладонями за его колени, когда его пальцы с легкостью проскальзывают внутрь, и низко стонет. Сколько еще лавин ощущений будет накрывать ее сегодня?       - Ложись. Мы только начали. Смотри на себя в зеркало и не вздумай отворачиваться.       Под спиной прогибается жесткий матрас, но девушке сейчас не до него. Она будто со стороны наблюдает за тем, как ее трахают языком, ощущая при этом каждой клеткой своего тела прикосновения мужчины. Кончик его языка кружит по сгустку нервных окончаний, иногда скользя широкими мазками по половым губам и проникая внутрь. Его пальцы цепляются за ограничитель анальной пробки, прокручивая ее внутри девушки, что только усиливает удовольствие и приближает оргазм. Достаточно хорошо подготовленная до этого, Микаса кончает с громким стоном, зажмурив глаза, перед которыми пляшут миллионы искр.       - Умница. Теперь давай попробуем по-другому.       Отвечать ему нет никаких моральных сил, поэтому она просто кивает, скользя ладонью от груди к животу. Пробка все еще в ней, но спросить о том, что будет дальше, девушка не желает. Пусть делает, что хочет, лишь бы эти приятные волны, на которых она качается, никогда не заканчивались.       Леви быстро стягивает с себя рубашку и брюки, оставаясь перед ней нагим. То, что он не носит нижнее белье, всегда вызывает в ней двоякое чувство: с одной стороны, это странно, с другой – неимоверно возбуждает. Ее ладонь тянется к вставшему члену, чтобы ощутить бархатистость кожи и движение крови по выпирающим венкам. Леви на мгновение запрокидывает голову и приближается к ее голове, пристраиваясь так, чтобы член с легкостью проскользнул прямо в ее глотку. Микаса готова к таким играм, и с легкостью и удовольствием принимается за дело, поглядывая в сторону зеркала, как и просил мужчина.       - Опусти голову за край кровати. Да, вот так. Умница. Так можно глубже взять. Да, детка. Ты охуенно сосешь.       Амплитуда его движений становится шире, когда он вколачивается членом в глотку Микасы. Любому другому мужчине она бы не позволила так с собой поступать, но Леви можно все. И даже, когда из ее глаз бегут дорожки слез, она не прекращает заглатывать, стараясь доставить ему как можно больше наслаждения. Пальцы одной руки оттягивают набухший сосок, а второй – орудуют между ног, погружаясь в скользкую влагу.       - Твою мать, Аккерман! Ты заставляешь меня попотеть. Вставай раком. Посмотри, как это красиво, - белый камень ограничителя переливается на свету, и девушка уже надеется на то, что он вытащит его, но надежда разбивается о другие желания, - Если будет больно – скажи. Но я не могу отказать себе в удовольствии поиметь тебя сегодня в обе дырочки.       Из верхнего ящика прикроватной тумбочки, мужчина достает коробку презервативов. Дрожащие пальцы слегка усложняют задачу, но он справляется с ней. Приставляет головку к дрожащему в нетерпении влагалищу и медленно заходит внутрь. Микасе нравится. Она комкает простыню в ладони и громко стонет. Леви слышит и начинает двигаться, придерживая пальцами анальную пробку. Ощущение наполненности с двух сторон заставляет глаза закатиться за орбиту, и прочувствовать всю гамму положительных эмоций, неизведанную до этого момента.       - Быстрее, Леви. Пожалуйста, быстрее.       Мужчину не нужно долго просить, он готов исполнить любое ее желание, особенно такое, которое касается взаимного удовольствия. Ускоряясь, он не сдерживает хриплого стона, а голос Микасы, который становится все выше с каждым толчком, и сжатие стенок ее влагалища ускоряет приход оргазма. Его пальцы зарываются в ее густые волосы, оттягивая голову назад. Каждое движение внутри нее ощущается в разы сильнее, будто клетки тела увеличились в размерах. Когда до слуха доносится глухой рык мужчины, Микаса кончает, уткнувшись лицом в подушку.       Густая смазка, стекающая по ее ногам вперемешку с потом, выделяется мокрым пятном на простыне. Уже после двух оргазмов девушка пытается прийти в себя, что получается с большим трудом. Леви лежит рядом на боку и рвано дышит, прикрыв глаза в удовольствии.       - Это еще не все, Аккерман. Теперь самое важное.       - Боюсь, что третьего оргазма я не вынесу.       Ухмылка Леви стала привычной, будто он упрекает ее в том, что та сомневается в своих способностях. И Микаса с готовностью в глазах смотрит на него, погружаясь в пучину стали с синими вкраплениями. Нужно быть идиоткой, чтобы отказываться от его предложений. Такого влияния на нее еще никто не оказывал.       - Я начну медленно, чтобы ты привыкла. Но трахать буду долго, пока ты не начнешь захлебываться от оргазма.       Микаса вздрагивает, но не от страха, а от новой волны возбуждения. Леви широко раздвигает ее ноги и лицом приближается к промежности. Длинные пальцы цепляются за ограничитель пробки и медленно делают поступательные движения. За всеми его действиями брюнетка наблюдает со стороны, изредка опуская взгляд на его лицо. Влажные пряди волос зачесаны назад пятерней, он чертовски сексуален и горяч, и, если бы прямо сейчас перед девушкой появился дьявол с предложением продать душу за одно желание, во-первых, он бы имел внешность Леви, во-вторых, она бы заключила сделку только ради того, чтобы быть рядом с ним вечно.       «Блять! Не отвлекаться на посторонние мысли! Не сейчас!»       Стеклянная пробка поблескивает влагой, переливаясь на свету, когда Леви рассматривает ее. Затем он опускает взгляд вниз и проводит двумя пальцами от влагалища к анусу, распределяя смазку. Микаса закусывает губу от приятных ощущений. Ладонь накрывает грудь, беря в тиски сосок. Мужчина улыбается. Надевает презерватив и медленно входит в нее, мягко массируя клитор.       - А-ах!       - Все в порядке?       - Ах… Да, наверное. Еще не поняла.       Медленные размеренные движения расслабляют ее тело, разум будто твердит ему о том, что бояться нечего, неприятных ощущений будет минимум, если они вообще будут. Леви четко и не раз дал понять, что хочет, чтобы ей было хорошо. Микаса ерзает бедрами, давая ему понять, что можно ускориться, и амплитуда движений постепенно нарастает. Только скорость не увеличивается. Леви будто просто наслаждается теснотой анального пространства, запрокинув голову и прикрыв глаза. Его пальцы впиваются в бедра Микасы, и она вторит его позе, с тихим стоном, сорвавшимся с губ.       - Все хорошо?       - Да. Можно быстрее, пожалуйста.       - Нетерпеливое отродье.       Но дважды повторять ему не нужно. Выдавив на член немного смазки из тюбика, мужчина начинает быстрее двигать бедрами, пальцами продолжая ласкать клитор. Микаса тонет в ощущениях и захлебывается наслаждением. Слишком широкий спектр ощущений, доступных для ее тела и неизведанных раньше. Леви – умелый любовник, который не только сам получает удовольствие, но и думает о партнере.       - Да! Да, Леви! Вот так! Да!       - Аккер-р-р-рман, блять! Я готов трахать тебя вечно! – его член выходит из нее, и Микаса ощущает пустоту внутри, - Садись на меня, лицом к зеркалу. Посмотри, какая ты красивая. А когда кончаешь – еще красивее.       - Не уверена, что смогу кончить еще раз.       - Открой средний ящик тумбочки, - Микаса подчиняется, и, открыв ящик, видит небольшой вибратор вида «кролик», удивленно смотрит на Леви, но тот только приподнимает уголок губ, - Доставай, так ты точно кончишь.       В ее влагалище погружается вагинальный отросток, который начинает медленно нагреваться. Его величина, хоть и заключается в тиски стенок, не доставляет дискомфорта наполненности. Когда клиторальный отросток начинает вибрировать, Микаса вздрагивает. Кровь быстро устремляется к промежности, пульсируя скоростью в такт с вибрацией. Член Леви плавно входит в ее анальное отверстие и активно двигается. Пальцы до боли сильно комкают влажную простынь, а глаза зажмуриваются от полноты ощущений. Микаса тонет под волнами похоти и захлебывается удовольствием. Головокружение усиливается с каждым движением тела, которое полностью перешло во власть мужчины, стонущего под ней. Девушка цепляется за реальность, которая ускользает от нее с запредельной скоростью. Последнее, что она помнит – ее крик и дергающиеся в оргазме конечности.       Веки с трудом поднимаются, а головокружение все еще главенствует над мозгом, когда Микаса открывает глаза.       - Что это было? – с трудом произносит она, найдя взглядом Леви, сидящего напротив в кресле.       - Я тоже вначале испугался, Аккерман. Ты потеряла сознание от оргазма.       - Пиздец. Убей меня дважды, пожалуйста.       - И не подумаю. Мне понравилось. А теперь иди в душ. Я постелил тебе диван в гостиной.       - И долго я была в отключке?       - Не очень. Идти сможешь?       - Не знаю. Ноги не хотят слушаться.       - Как же ты заебала, - Леви закатывает глаза и улыбается, - Лежи, я наберу ванну и отнесу тебя.       Теплая вода с пеной расслабляет и приводит организм в порядок, но Леви настаивает на том, чтобы отнести ее в гостиную на руках. Укладывает на диван и дает пару таблеток. Микаса привыкла к тому, что он постоянно ее чем-то пичкает, и без слов выпивает лекарства. Желает спокойной ночи, когда он подходит к двери своей спальни, и кутается в воздушное одеяло.       «Любовь после секса. Удивительно. Теперь-то можно не упираться и не прятаться, дорогая. Сама себя не обманывай. Ты влюбилась».