Первая глава

       Предисловие Доброго времени суток, вы перешли в Google документ, содержащий Первую главу любительского сочинения написанного на тематику мира Warhammer Fantasy. Первая глава разделена на 3 подглавы. Текст посвящён истории о Зеленокожих и содержит большое количество жаргонизмов и неприятных речевых оборотов, которые я(автор) считаю уместными. Любительское произведение не придерживается каких-либо позиций и соблюдает цель сугубо погрузить читателя в видение автором взаимодействия зеленокожих в рамках собственного, вымышленного общества. Автором текста выступает DeltarFollen. История основана на одноимённом любительском сюжете Настольной Ролевой Игры, где главные лица этого повествования были отыграны непосредственно игроками. Если вам вдруг понравилось прочитанное или у вас есть предложения по улучшению качества содержимого, не стесняйтесь оставлять комментарии. Делитесь своими впечатлениями и идеями. Я(автор) прислушаюсь или отвергну их по собственному усмотрению. Чем большее количество положительных отзывов получит данная работа, тем с большим энтузиазмом я(автор) выпущу книгу полностью. Спасибо за внимание, приятного чтения. Ознакомление в Google: https://docs.google.com/document/d/1RJxcpiEqx4olY6WQCcvPQ6y-07wJSUllQEcc-usq5uU/edit?tab=t.0Группа VK: https://vk.com/club229597841        Подземное недоразумение        Глава первая        Не больше чем грязь На просторах Старого света достаточно личностей, одна лишь воля которых влияет на мир вокруг. Под чьими стягами собираются бесчисленные полчища единомышленников, чьи подвиги записаны в летописях или передаются из уст в уста как легенды, заставляя врагов вжимать головы в собственные тела. Однако, что если я поведаю вам историю о маленькой группе существ, чья изначальная слабость на пути к личностному росту сначала вызывает лишь жалость и отвращение? Скромная история о группе мелких зеленокожих, более известных как ночные гоблины. На границе бесплодных земель, там, где равнины переходят в неприступные горы, а речные стоки ударяются о мягкую землю, расположилось войско вождя зеленокожих. Вскрывала, известный среди соплеменников своим прозвищем, был крепким и высоким гоблином, чуть выше гномов. Его орда состояла главным образом из племён ночных и степных гоблинов, некогда объединившихся под его знаменем. Однако теперь среди них были и орки. Неизвестно точно, была ли схватка Вскрывалы с прежним вождем орков честной, но вероятнее всего, он одолел черного орка благодаря своей хитрости и самым мощным ядам, которые только смог достать. Зеленокожие разместили свои лагеря на холмах, плавно переходящих в горы, где в неприступных крепостях жили гномы. Ночные гоблины обосновались в глубокой пещере, а у выхода из нее был разбит полевой лагерь для степных гоблинов и орков. Степные гоблины служили своего рода буфером, позволяя могучим оркам выплеснуть злость на слабых собратьев, избегая при этом конфликтов между собой или ночными гоблинами, укрытыми за массивными деревянными воротами, охранявшими их подземное жилище. История вряд ли называлась бы «Подземное недоразумение», если бы речь шла о гоблине, который уже добился многого в жизни. Заглянув в десятки пещерных туннелей, переоборудованных под нужды зеленокожих, можно заметить прямо у их ног просыпающихся героев сего повествования. Эти четыре гоблина открыли глаза в этот день, вынашивая грандиозные планы на будущее. Ведь прежде чем отправиться в Великое Зелёное, каждый — будь то гоблин или орк — стремится совершить нечто значительное, хотя бы в собственных глазах, даже если ради этого придется расстаться с жизнью. У отстойных ям, в зловонии которых засомневается лишь мертвец, гоблины развели скромный костерок, да развалили свои тканевые настилы, чтобы было где перевести дух от борьбы за жизнь. Четыре кореша, некогда выбравшихся из грибниц в обличии никчёмных недомерков, сейчас валялись рядом с друг-другом в ободранных и грязных чёрных балахонах. Жизнь простых недомерков позади, время стремиться к тому чтобы стать чёткими ребятами, сколотить вокруг себя банду, достигать своих неосуществимых целей. Вероятно, стоило бы рассказать их предысторию, как они дожили до своего жалкого возраста в пару месяцев, как встретились и почему решили держаться вместе, но это мало кого волнует, это лишь глупые, грязные гоббо, жизни которых ничего не стоят. И так, первым, расположившимся к костру ближе остальных выделялся крупный гоббо, с явно присутствующей мускулатурой и отъетым брюхом. В одном лишь балахоне, но явно выглядел как тот, кто способен больно ударить. На его поясе из пеньковой верёвки болтался кастет. Помятое лицо с выпуклыми щеками злобно пялилось в танец костерка, вспоминая свои будни на местной бойцовской яме, в коей он ненавидел проигрывать. А проигрывать порой приходилось. Имя ему Сназ’Так, что с местного диалекта просвещает обладателя этого имени как сильного и неуравновешенного, редкость в рядах ночных гоблинов. Недалеко от него, на соломенной подушке восседал чуть менее сложенный, но всё ещё не тощий товарищ по имени Уд’Рак. Оперевшись на короткое копьё, он поглаживал маленький, но злобный комок мышц с широкой клыкастой пастью и короткими, упругими ногами. Тепло-красного оттенка сквиг, наслаждался вниманием своего хозяина, выжидая, когда тот позволит ему приблизиться к остаткам пищи, разбросанным у костра. Уд’Рак метил однажды стать погонщиком сквигов, от чего смелости ему было не занимать. Неприятная на вид рожица Уд’Рака с слегка косящим влево длинным носом, кривилась от очередной порции грибного пива, что он вливал в себя сквозь неполный набор зубов. Парень же, с зубами у которого обстояли дела куда лучше всё ещё дрых в обнимку со своим живым ярко-красным комком счастья. Кар’Кок, толстопузый, высокий гоблин с худыми конечностями. Вымазанный в дерьме собственного зверя он продолжал сопеть. В общей команде он был хорошим болтуном и шныряя гонцом, часто был в курсе происходящего в пещере или за её пределами. Под его рукой лежал более верный, нежели сквиг кинжал, на случай если его дружки вдруг поменяют о нём своё мнение. Мясодыр, как звали его почти ручного сквига, периодически открывал глаза, чтобы убедиться в том, что хозяин его не бросил. Мерзкое, худое лицо с впалыми щеками и узким подбородком уместилось меж складок зверя, доверяя ему свой покой. Подальше от всех, чтобы не раздражать шумом своего рукоделия, сидел на широком коврике Мелкозазнай. Его редко кто звал по имени, предпочитая упомянутое прозвище, кое его полностью оправдывало. В росте чуть выше недомерка, этот молодняк обожал напрягать мозг для создания очередной идеи, но пока, единственный что он смог соорудить, это очередную кучу помёта в углу и без того засранной пещеры. Мелкозазнай яро оберегал большую книгу, которую некогда получил на местном рынке. С его собственных утверждений, он умел читать каракули гномов и более того, стрелять из их же пороховых ружей. Но мало кого интересовали его инновации, от чего тому, оставалось лишь скривив личико мастерить руками малоценные поделки. Их умиротворённый недельный запой так бы и продолжался, если бы пиво в бочке не поспешило закончиться. Сназ’Так поднял взгляд с костра и угрюмо уставился на Уд’Рака. Толкнув того ладонью, он прокричал: — ЭЙ, НАЛЕЙ МНЕ ПИВАСА, УД’ДРАК! — его голос, хриплый и громкий, как гром среди гор, разнёсся по пещере. Кружка в его руке дрожала, угрожающе нависая над носом погонщика. Уд’Драк, с трудом фокусируя взгляд, медленно повернул голову в сторону бочки. Она стояла в углу, словно насмехаясь над ним, такая близкая и одновременно недостижимая. Его ноги, похожие на две тряпичные куклы, отказывались слушаться. На полу перед бочкой, как живой барьер, валялся Кар’Кок, его сквиг под ним мирно похрапывал. — Ща, ща… — пробормотал Уд’Драк, пытаясь собрать мысли в кучу. — Чё дрыхнешь, Кар’Кок? Сназу пиваса плесни, а то я тут с ног валюсь! — недолго думая, он швырнул обе кружки в спящего. Деревяшки с глухим стуком ударились о лоб Кар’Кока, и тот, как от удара молнии, вскочил на ноги. — Ты чё, зог, совсем охренел?! — заорал Кар’Кок, потирая лоб. Его сквиг, недовольно хрюкнув, сдвинулся в сторону, но продолжал лежать. Кар’Кок попытался подняться, ухватившись за край бочки, но его движения были настолько неуклюжими, что бочка с грохотом опрокинулась, выливая последние капли пива на грязный пол. — А-А-А-А-А! — визг негодования разнёсся по стенам пещеры, уведомляя всех в округе о произошедшем несчастье. Сназ’Так поднялся на ноги, закатывая рукава своего балахона и сближаясь с валяющимся в пиве Кар’Коком. — Ща тебе влетит, недомерок! — весело поддерживал происходящее Уд’Рак. — О-У-Е! — выдавил на выдохе Сназ’Так, обрушивая свой кулак Кар’Коку в морду. — Терь встал и достал мне пива, дохляк, усёк? — Ты чё, братан, да всё нормас, всёравно этот пивас уже стух, я спецом вылил шоб вас не отравить. — закрывая лицо руками, виновник поднялся, пятясь назад. — Щас отправим Мелкозазная за пивом, а то чё он сидит ничё не делает. — Делай чё хочешь, лишь бы пиво было к завтрашней луне, ясн? — Да канечн, без базара, кореш! — Уд’Рак! — Сназ’Так обратился к погонщику, суя свой кулак тому под нос — Сходишь с Зазнаем за пивом. — А чё я? — весёлая ухмылка сползла с лица Уд’Рака, его сквиг поднялся на ноги, чувствуя настороженность хозяина. — Если’б ты поднял задницу и налил пиво сам, то его бы не разлили. И покуда Сназ’Так отчитывал Уд’Рака за его косяк, объясняя тому причину своего негодования, Кар’Кок шатаясь доплёлся до уголка Мелкозазная. — Зазнай, кореш, сгоняй-ка за пивом. — ласково начал Кар’Кок, горбясь над ремесленником. — У меня нету жубов! Дай и я схожу. — безучастно ответил Мелкозазнай, продолжая перебирать в своих руках какую-то деревяшку и верёвочку. — Там Дриг предлагал какую-то работу, возьми Уд’Рака и сходите, получите жубов и купите нам с Сназ’Таком пива, придурок. — Кар’Кок насел над душой Мелкозазная, укладывая измазанные в дерьме руки тому на плечи. — Ну щас я эту металу доделаю… — Мелкозазнай показательно поднял свою заготовку, чем-то напоминающую деревянное ложе арбалета. — Ты не слышал, затупок? Я ХОЧУ ПИВА! — Кар’Кок выхватил деревянную конструкцию из рук гоблина и отбросил в костёр. — Ублюдак, ЗОГ! — вспылил Мелкозазнай, поднимаясь на ноги, он хотел полезть на обидчика с кулаками, но тот одним движением толкнул того к Уд’Драку. — Притарань пива и потом делай свои беспалезные штуки, пока и тебя самого не признали бесполезным. — Кар’Кок злорадно ухмылялся, располагаясь обратно на своём жиреющем сквиге. О чем-то поговорив, Уд’Драк и Мелкозазнай взяли свои немногочисленные пожитки и устремились вон из зловонных ям, на поиск богатств для своего лидера. Плёвое дело — Да чего ты мнёшься то? Плёвое же дело! — брызгал слюной, сквозь забитый нос тощий, высокий ночной гоблин в ржаво-чёрном балахоне и кольчуге. Уд’Драк и Мелкозазнай нашли таки своего работодателя. Пошастав по обжитым туннелям и сквиговым загонам, двоица встретила Дрига, тот был далеко не молодой гоббо со своими связями и полезными для выживания навыками. Обладая скромной бандой, он занял широкий грот, в котором ныне отдыхала его небольшая свора. — Даж’е не з-знаю, босс… — заикался стоящий перед ним Мелкозазнай — Злющее солнце уже поднимается вверх, не время для ночных гоббо вроде нас. — его взгляд замешкал по силуэту Уд’Драка, выискивая в его лице поддержку. — Да нормально всё, мелкий — подбодрил своего сотоварища Уд’Драк, заодно зарядив тому живительного пендаля — Дриг нам доверяет реально дело! — Послушай своего братка, Зазнай — подмигнул Дриг, уже выдёргивая из-за пояса полный жубов кожаный мешочек — Сгоняете наружу, приведёте сюда здоровяка и я откину жубов на лапу, а если ещё и в драке подсобите, то и снарягу подгоню — вытянув руку, Дриг смачно высморкался себе в ладонь и потянулся для рукопожатия — У степняков всегда есть чё взять, так шо? — Ладно, уговорил, решала, уболтал — Мелкозазнай судорожно пожал руку Дригу. Его глаза блестели от возможной выгоды, а брови дёргались от отвращения при соприкосновении с мазнёй в руке Дрига. Немного помешкав, он добавил. — Но в оплату хочу чёрный песок, дашь? — Сначала на деле не сирани, борзяк! — Дриг вытер оставшиеся на ладони сопли о балахон Мелкозазная. — Реально, чё ты прикопался к блатарю? Пошли! — вмешался Уд’Драк, чтобы избежать лишнего конфликта с работодателем. Его босые ноги пинками подгоняли Мелкозазная, выводя его из грота. Пускай задача и казалось на деле проще некуда, но всё-таки не зря ночные гоблины отделили свои лагеря от орков. Массивные ворота из бревенчатого сруба ограждали беснующих во мраке ночных гоблинов и орков со степными гоббо, бодрствующих днём. Помимо разницы в режиме сна, эти две социальные субстанции сильно недолюбливали друг-друга. Как известно, внутривидовая вражда зеленокожих всегда была высока, это приводит не только к нездоровой конкуренции, ну и как не трудно догадаться, постоянным смертям. А вождю ой как не хотелось сокращать свои ряды перед битвой с гномами. Поэтому только самые смелые, крепкие и достойные гоблины могли занять место постовых на воротах. Имея власть впускать во владения ночных гоблинов кого угодно и когда угодно, стража на воротах наглеет чаще принятых в обществе стандартов. Чтобы выйти за пределы ворот требовалось проявить смекалку, харизму или признаки зажиточности. Или хотя бы подождать, пока это сделают за тебя. Но у наших героев напрочь отсутствовали все перечисленные качества, в том числе время. — Да ладно вам, парни. Мы проскочим и обратно с орком вернёмся, даж’ Солнце так быро не встанет, а? — Уд’Драк активно жестикулировал перед заведующим воротами. Его убогое снаряжение разительно выделяло его низкий социальный статус по сравнению со своим собеседником. Оба стояли буквально перед одной из лестниц, ведущих к бойницам и платформе, на которой скучали лучники. Гоблин перед Уд’Драком опирался на свой длинный лук, беззаботно лыбясь на попытки уговоров со стороны нищеты. Мелкозазнай мялся где-то позади, изучая схему работы ворот и пытаясь придумать как именно их отворить. Однако безнадёжный диалог получил продвижение, когда глаза смотрителя зацепились за мешочек с валютой на поясе у зеленокожего инженера. — Эй, чё это у тебя там? Жёстко ты накопил, малой. — гоблин указал пальцем в сторону Мелкозазная, подзывая его жестом когтистой руки — А чё вы словами махаетесь? Есть же жубы, давай сюда и сразу ворота откроем. — Я… ээ, это? Это не для… — отреагировал с запозданием Мелкозазнай. — Это не для ворот, это нам надо орку отдать, чтоб с нами пошёл, сечёшь? Давай мы вам на ворота после работы пива притащим, хоть покутите, а? — Продолжал наседать Уд’Драк, не взирая на разницу в габаритах. В момент он и вовсе встал перед своим товарищем, чтобы оградить его жадных взглядов. Стража на воротах зашевелилась, наблюдая как их босс уже достаточно долго болтает с какими-то олухами. — Не-е-е, парень, ты мне не затирай тут. Вы попали, конкретно попали. Гоните мешок и пройдёте туда и обратно с орком без вопросов, усёк? Или я щас вам двоим рожи ворочу и базарю решалам, чо вы собирались сюда громилу протащить и бучу устроить. — грозясь кулаком, смотрящий перехватил в руку лук и отшагнул назад, давая своим гоббо сигнал приготовиться. — Э, зог… — протянул Мелкозазнай, отцепляя мешочек с валютой. Он достаточно ловко сохранил оттуда пару жубов в своей руке, но это гроши по сравнению с общей ценностью, которую он так небрежно отдал. — На, придурок… Теперь пропускай, раз договорились. — Зазнай ты чё?! А чё мы орку скажем, а? Он с нас кожу сдерёт. — Уд’Драк толкнул Мелкозазная с лестницы. Стража залилась гортанным смехом от перепалки между двумя сородичами. — Выкрутимся, чё ты сразу лапами машешь?! Ща… придумаем что-нить в лагере уже… — Оттряхивая балахон, Мелкозазнай поднялся, уже перемещаясь к неспешно открывающимся воротам. — Приятно иметь вас, ой, типа, с вами дело, Х’АХ! — рассмеялся смотрящий, провожая двоицу взглядом — Давайте, тока чтоб ваши дела мне проблем не доставили. — Падонок… — выругался Уд’Драк, смеряя грозным взглядом управленца входом. — Ладн, Зазнай, раз ты такой уверенный, что вывезешь, то веди. Аг’х... зоганое Солнце. А солнце к тому времени и вправду поднималось, озаряя холмы и горы своим тёплым светом. Напарники жмурились, пряча глаза под тенью капюшонов, в то время как орки и степные гоблины время от времени открывали глаза. Внешний лагерь представлял из себя небольшую стоянку, переполненную палатками и загонами для ездовых кабанов. Кучи экскрементов, хлам и кровь были обязательным атрибутом каждого закоулка орочьего лагеря. Границами служили частокол, выполненный из местной древесины, а боевые знамёна разных банд красовались поверх укреплений. Многие обитатели этого места валялись кто-где придётся, ужранные или отравленные в хлам разномастным варевом, тела пьянчуг служили мясной мебелью для тех, кто уже проснулся. По округе порой отсвечивали ночные и степные гоблины, которые спешили что-то украсть у спящих и ослабевших. Уд’Драк и Мелкозазнай настороженно шли вдоль основного тракта, выискивая именно того орка, который был им нужен. Не смотря на отсутствие описания или даже имени, орка со сбитым режимом сна можно было заметить издалека. Совсем скоро, эти двое уже уверенно приближались к тлеющему костру, у которого сидело несколько зеленокожих. — Так, чё базарить будем, умник? — Уд’Драк разорвал напряжение, прежде нарастающее с каждым шагом. — А ты как думаешь? Скажем, что Дриг платит только после выполненной работы. Ну или дадим чё есть… — Мелкозазнай показательно вытянул пару небольших жубов, до этого сжатых в его кулачке. — И всё? Ему этого тока на пирог и пару кружек пойла хватит, а эти кабаны жрут… жрут как кабаны. — У тя есть идеи получше, дебил? Если’б не я, то ваще через ворота не прошли и валялись в говне! — МелкоЗазнай схватился за воротник Уд’Драка, потряхивая его. — Там бы нас гоббо били, а тут будут бить орки! Мы в любом случае в говне, зога ты кусок! — Уд’Драк в ответ схватил меньшего товарища, метая его по сторонам. — Хош чтоб били гоббо? Катись обратно тогда, Дриг тебе быстро в зад копий напихает и сквигу твоему! Сквиг тем временем бегал вокруг конфликтующих гоблинов, время от времени останавливаясь чтобы жидко дывануть на землю от переполняющего его напряжения. — ЭЙ, недо’ерки, полеза’те на вертел, жрать охота. — в один миг, своим утробным голосом один из орков остановил зарождающийся конфликт. Оба со страху переглянувшись, гоблины уставились на большего сородича, нервно перебирая ногами. — А-э… г-подин Босс, эм… Мы пришли предложить работу… — неуверенно заклацал языком Уд’Драк. — Жубы и пиво за драку! — подхватил Мелкозазнай. Орк, всё это время, восседавший в окружении двух безразличных соплеменников, смотрел на гоблинов с чуть большим интересом, чем оркам свойственно. Будучи одетым в одну лишь повязку, да перебирая пальцами грубый кастет, его сморщенная рожа потянулась вперёд, чтобы лучше разглядеть тех, кто к нему подошёл. — Пива и жубы? А ‘де драц’а, то? — от нетерпения, мышцы существа задёргались в конвульсиях, а кулаки сжались. Взгляды сородичей, валяющихся неподалёку зациклились на проявившем интерес орке, тем самым они выражали своё недоумение. — А, в пещерах у нас, босс! — мямлил Мелкозазнай. — Надо побить степных гоббо, ты’ж эт легко сделаешь, да? — добавил Уд’Драк более уверенно. — А-а-а… в пещеры лезть… Не, тогда сначала жубы с пив’ом, п’том я ужо помахаю кулаками. — Сплюнув в сторону, зеленокожий расселся поудобнее, закидывая руки на затылок. — А, мы, да, мы да… — замялся Уд’Драк, прогрызая взглядом своего напарника — Делай чё-нить, дегенерат… сделка срывается. — шептал он сквозь зубы. — Гляди, ща жиранёшь на это и ещё мы дадим те… — попытался исправить положение Мелкозазнай, потряхивая на ладони парой жубов. — И скв’ига. — неожиданно добавил орк, раскрывая глаза в изумлении на пещерную тварь, беснующуюся у ног Уд’Драка. — НЕ-Е-Е-Т! — уверенно отрезал хозяин твари. — ЗОГ ДА! — одним взмахом, орк схватил сквига за одну из лапок и продел того через вертел. С диким визгом агонии, существо истекая кровью болталось на палке. Окружающие этот акт приготовления орки потянулись, чтобы поспешить разогреть костёр и отобрать свой кусочек завтрака. Их пренебрежение сменилось довольством, поступок товарища заставил их измениться в лице. В то время как Уд’Драк дрожал от злобы и страха, Мелкозазнай посмеивался над потерей друга, в голове переминая всех их перепалки. — Красава, Об’Храк, туд’ы эту мелочь! — Хы-Гы, ща похаваем на халяву. Поддерживали агрессора местные зеваки. — Ну так чё, сделка? — ворвался в говор Мелкозазнай, постукивая ногой от нетерпения. — А? Ща-ща… дохаваю и пойдём. — лениво ответил Об’Храк, отрывая ногу ещё живого существа, даже не дожидаясь пока то прожарится. Он поместил лапу сквига себе в пасть, отдирая клыками несколько кусков. Кровь стекала по его подбородку, но он, казалось, даже не замечал этого. Закончив с едой, орк забрёл в свою палатку и вышел с грубым подобием топора, уже облачённый в рваную кольчужную рубаху. Пока к костру подтягивались всё больше зеленокожих, гоблины поспешили вернуться к воротам со своим новым товарищем. — Кароче, ты рожи начистишь степнякам за так, ты’ж орк, ваще без проблем всё организуешь. — пытался подбодриться Уд’Драк, каждый раз отводя взгляд с самодовольного Мелкозазная. — И мы свою долю урвём. — Классно я добазарился, а? — язвил Мелкозазнай. — Заткнись, затупок, ты мне сквига торчишь. — Пошёл в зог, я весь базар вывез. Силуэты троицы приблизились к воротам перед пещерой. Уд’Драк поспешил постучать, задрав нос он заорал: — Открывай, уплачено! Через пару мгновений несколько лучников уставились под ворота, придерживая неподалёку своё оружие. — Чё разорался? Зло Солнце уже торчит, спать надо. — высказался в ответ один из них. — Тот который жубов за вход отвалил? — Добавил второй. — Ну-ну, босяк то отошёл наш. Так что… — стражник закатил глаза, наигранно зевая. — Нед’амерок, ворота открывай или я свал’ваю. — пошатнул воздух орк, взмахнув рубилом по воротам, оставляя на тех глубокий порез. — Спокойна, здоровяк, щас всё решим. — успокаивал Мелкозазнай. — Копьё у тя хорошее, слышь? Подгони, а мы ворота приоткроем. — толкнул предложение один из стражников, его товарищи согласно закивали, перешучиваясь между собой. — Меня сёдн всего разденут? Чё за муть весь день. — негодовал Уд’Драк, сжимая древко своего копья до деревянного хруста. — У нас времени нет на твоё нытьё, Драк, кидани им копьё и пойдём на драку уже! После неё подберёшь се рубило, чё ты паришься? — с ноткой усмешки, Мелкозазнай надавил на своего товарища. Со злобой на весь мир, погонщик без сквига бросил своё копьё в сторону лучников. Спустя пару мгновений, ворота отворились, запуская троицу внутрь. Всю дорогу до грота Дрига на троицу смотрели с опаской. Ведь видеть орка в стенах пещер было не такой большой редкостью, но почти всегда это шагал кто-то важный, как видно, не в этом случае. Готовящиеся ко сну ночные гоббо не желали оставаться на пути крупного зеленокожего и потому те, кому не хватало хладнокровия предпочитали спрятаться куда поглубже. У грота работодателя тем временем уже давно собралась приличная толпа гоблинов. Вооружённые кто чем горазд, они, в большинстве своём из брони имели лишь плотные нагрудники из сквиговой кожи, но это уже лучше, чем ничего. Завидев орка, Дриг и несколько его подручных поспешили с ними встретиться. — О, верзила, ты таки пришёл! Кайф, щас мы точняк все пальцы степным пересчитаем. И рубило прихватил, всё всерьёз, да? — выкручивался Дриг, пытаясь выглядеть в глазах орка максимально дружелюбно. Не давая орку ответить, он сверил своих спутников взглядом. — Маломер, отведи большого пацана, начинайте шагать к степнякам, я нагоню. — взгляд Дрига переметнулся обратно на орка и сопровождающих его гоблинов. Сподручные Дрига, заводя с орком непринуждённую беседу повели его к остальной толпе, а затем под насмешки и визги, принялись разжигать толпу. — Всё прошло гладко, босс! — указывал большим пальцем вверх Мелкозазнай. Уд’Драк всем своим видом выказывал недовольство, но таки не спешил жаловаться напрямую. — Чё, застряли, храмоногие?! — не дожидаясь ответа, решала продолжил, его голос звучал как ржавая пила по металлу. — Чё, на драку пойдёте или, как последние зассанцы, свалите сёдня? — Дриг оскалился, его улыбка вспорола лицо, как нож, обнажая кривые имплантаты, которые выглядели так, будто их ставили в подвале у глинщика. — Степяки уже сопят в своих гнёздах, а мы, падлы, наваляем им так, что они утром проснутся в другом мире. И я вам, зог, выделю столько добра, что вы обосрётесь от счастья. Мелкозазнай и Уд’Драк в унисон кивнули, перспектива разжиться всего в одной драке выпадала не так уж часто. — Да спокойно, Дриг, веди, а то ещё опоздаем. — среагировал Уд’Драк, обнажая кривоватый деревянный кастет. — Ха, чё, тыкало просрал? — Дриг усмехнулся над оружием погонщика, бессловесно проводя кончиком своего меча по его рёбрам, заставляя того съёжиться и отойти. — Да Уд’Драк ваще сёдн, тупит весь день, ха-ха-ха! Он ещё и сквига, сквига своего орку скормил за так! — улюлюкал Мелкозазнай, доставая импровизированную пращу. — Заткнись, брехло! — всплыли Дриг, одного его удара кастетом о щеку Мелкозазная хватило, чтобы половина лица гоблина тут же опухла. — А-э-э… не, не б’е-ей! — Мелкозазнай упал на холодный пещерный пол, прикрывая лицо руками, его язвительный тон сошёл на плевки слюной вперемешку с кровью. — Тихо, тихо! — Дриг уткнул лезвие меча в плечо Уд’Драка, преграждая тому путь — Ты, встань. — Вякнул он на Мелкозазная. — Харе друг-друга гасить, мне вы целые в драке нужны, понятно? Идём. Поднявшись, Мелкозазнай ещё долго косился на Уд’Драка, воображая свою кровавую месть, но таковы мысли держались в его голове недолго. Их в любом случае выбило бы либо время, либо повторный удар. Гоблины нагнали устремившуюся в дальние пещеры толпу. Через пару десятков минут пути, они уже стояли на перепутье к небольшому лагерю степных гоблинов. Они обосновались в отдалённой пещере, рядом с небольшой подземной речушкой. Их было явно меньше ночных гоблинов и к тому же, всего пара-тройка из них стояла на охране своих сонных соплеменников. Дриг без лишней мороки скомандовал атаковать. Ряды степняков были сломлены меньше чем через минуту, те из них, кто успели взять в руки оружие были зарублены на месте. А те, кому удалось отбиться от более слабых, ночных гоблинов, были забиты в усмерть орочьим топором. Наша двоица вышла из боя практически невредимые, всего пара порезов, да синяков и те в большей степени были получены из-за образовавшейся толкучки. Выживших гоббо, кто не успел сдохнуть, вывели за ворота, а мёртвых пустили на мясо. Драка — дело голодное, тут не до сантиментов. Горк, как говорится, сам всё решил. — Эй, вы двое, сюда! — окликнул Мелкозазная один из сподручных Дрига. Сейчас гоблинский решала валялся на камне, покуда его соратник перематывал рваную рану, которую босс умудрился получить в прошедшей стычке. Мелкозазнай и Уд’Драк устало доковыляли до работодателя, не желая заставлять его ждать. — Чё-чё такое, главарь? — ляпнул Уд’Драк, выходя вперёд. — Берите вон те две кольчуги и ещё вот эта на бошки можете напялить. — Дриг с щедрой улыбкой прошёлся ладонью по нескольким повреждённым трофеям, снятым с умерщвлённых степняков. — А и ты, можешь взять копьё какое-нить. — Щ’едра бос’з! — мямлил Мелкозазнай сквозь опухшую щеку, увидев кольчужную рубаху он и думать забыл о том, что хотел получить порох в качестве награды. — Да, жёсткий падгон. — выражая уважение в виде незамысловатого жеста, Уд’Драк примерил на голову понравившийся ему закрытый железный шлем, с нелепо толстым забралом. — Сёдн бухаете с нами, а завтра шоб я ваши пятки тут не видел, ясно? — Перебил радостный настрой Дриг, стукнув кулаком по камню. Перебинтовывающий его в этот момент врачеватель подпрыгнул со страху и нервно посмеялся. — Поняли. — единовременно ответила двоица, одеваясь. — А терь брысь, пока не пригодились, спиногрызы. Обрадованные своему новому обмундированию, парни отбежали в сторону, продолжая мародёрствовать на нескольких трупах и разграбляя немногочисленные палатки. Отковыряв среди припасов бочку пива, они словно братья, позабыв о собственных разногласиях предались кутежу и присоединившись к сородичам, провели последующий день в праздновании. Кар'Кок и Сназ'Так с нетерпением ожидали их возвращения, надеясь, что они вернутся с пивом. Щит и ботинки Очередной день планомерно подходил к концу. И покуда Мелкозазнай и Уд’Драк весело проводили время среди сородичей, опьянённых лёгкой победой, Сназ’Так и Кар’Кок, отоспавшись, недовольно косились на отсутствие пива в прямой досягаемости их зелёных ручек. "Ёкарный бабай, где моё, пиво?!" — бурчал Сназ’Так, шаря взглядом по углам. "Да зог его знает, — огрызнулся Кар’Кок, — может, эти ушлёпки всё выпили?" Зелёные рожи морщились от возмущения, а в воздухе витало недовольство, густо замешанное на желании опохмелиться. — Так не пойдёт! Так ваще не пойдёт! — Сназ’Так поднялся с места, пошатываясь на ватных ногах. Сдерживая порывы рвоты, он схватился за живот, уставляясь мордой в каменный пол. — А’ргх… Кар’Кок сходи за пивом на рынок. — выдавил он из себя сквозь стиснутые клыки. — А чё я один то пойду? Мне рожу начистят эти мудозвоны и все жубы отберут. — возмущался Кар’Кок, перебирая ногами на месте, словно его загнали в угол. В момент он решил согласиться раньше, чем его лицо взрастит новый синяк. — Сушай, Сназ, ты’ж хотел щит на рынке прибарахлить, ы? Давай я ботинки се напялю пантовые, а ты щит притаришь, заодно пива бутыль-другой раздавим, братан, чё скажешь? — Хмм… — Сназ’Так напрягся, от того что его поручение не было выполнено в тот же миг, что было отдано, но он ведь действительно давно хотел получить себе хороший щит. — Ладна, как скажешь, скользкий ты, как панос. Пойдём вдвоём, разберёмся. — утирая подступившую к губам рвоту, Сназ’Так принялся собираться. Не тратя зря время, Кар’Кок растолкал своего сквига – Мясодыра и поскольку вещей гоблин толком не имел, оставалось лишь оседлать зверя, да проверить на месте все ли конечности. В отличии от Сназ’Така, гонец таки не нажирался в стельку и чувствовал себя немного лучше, вот только уверенности в предстоящем дне это ему не добавляло, наоборот только вызывало сомневаться в возможности Сназ’Така в случае чего, выступить живым щитом. Закончив с приготовлениями, двоица уже через несколько минут выдвинулась в сторону рыночных палаток. Рынок – само по себе место интересное, в отличии от захудалых прилавков, стоящих на каждом углу, рынок почётно занимал центр системы гоблинских пещер и работать на нём могли только статные торговцы, имеющие при себе излишки товара и определённые связи с главным квартирмейстером этого племени. Красивые палатки стояли в импровизированные ряды, каждая из которых словно маленький островок, желающий занять как можно больше места на каменном полу. Куча разного рода атрибутики и показушные товары болтались снаружи, завлекая всех тех, у кого есть чем торговать. В гоблинском обществе был распространён как обычный бартер, так и валюта в виде жубов, чем те крупнее, тем больше ценятся. Если же очень хитрый гоблин хотел быстро обнести палатку и побить торговца, то ему следовало дважды подумать, потому как вокруг рынка, как и в нём, нередко ходили патрули из заряжённых на драку гоблинских пацанов. Имеющие опыт в драках и снаряжённые подстыть местной страже, они за неплохое вознаграждение охраняли коммерсантов и их товары. Прибыв на территорию рынка, Сназ’Так и Кар’Кок, тут же устремились в сторону лавок с оружием. Их зелёные морды светились от предвкушения, а глаза бегали по сторонам, выискивая что-нибудь острое, тяжёлое и желательно смертоносное. Однако рынок — это место, где соблазны подстерегают на каждом шагу. Пройдя мимо лоточников, которые зазывали их заманчивыми криками о "самых низких ценах на пойло и мясные закуски", гоблины не смогли устоять. Сназ’Так, слюнявясь, купил пару кружек какого-то подозрительного зелья, которое пахло то ли ягодами, то ли серой. Кар’Кок, в свою очередь, набросился на мясные палочки, которые выглядели так, будто их вырезали из чего-то, что ещё недавно бегало и хрюкало. Сытые, довольные и слегка подвыпившие, они наконец добрались до первой попавшейся полки с выставочными щитами. Сназ’Так уже представлял, как будет неуязвим с этим щитом в бою, а Кар’Кок мечтал о том, как будет использовать его как сковородку для жарки мяса. Но тут их ждал холодный душ реальности. — Эй, олух, почём эта херь? — буркнул Сназ’Так, тыкая пальцем в ближайший экземпляр. Продавец, высокий и тощий гоблин с лицом, выражавшим крайнюю степень скепсиса, посмотрел на пьяниц и назвал цену в несколько орочьих жубов. — У мена жубы кончились — прошептал Кар’Кок, копаясь в своих карманах. — У меня тоже — признался Сназ’Так, опустошая свои мешочки для всячины. — Н’Да ну и гавном ты торгуешь! И цена подстать, пошли поищем чё подороже, а? — изображая зажиточность, Кар’Кок толкнул плечом Сназ’Така. — Да, внатуре, а то ещё этой крышкой бочечной светить! Позови когда буш продавать чё-то реальное, ага? — подхватил бугай, разворачивая своего товарища обратно в сторону шумной рыночной улицы. Заливаясь смехом, они отошли в сторону. И пока Кар’Кок продолжал смеяться, улыбка Сназ’Така черствела с каждым шагом. Оказавшись на почтительном расстоянии, он ударил друга в живот, заставляя того согнуться в три погибели. — Гр’Ха… ты чего? — ловил ртом воздух Кар’Кок, пытаясь выпрямиться, но Сназ’Так схватил за его капюшон и притянул к себе. — Сышь, гадёныш, ты чё все жубы отдал за эти обосраные мясные рулеты, совсем озогел что-ли?! Я сюда за щитом пришёл и я уйдут отсюда с ним в любом случае, даже если дубильщик мне его наварганит из твоей задницы, понял? — Сназ’Так ещё раз ударил обжору с коленки под пузо. — Да всё… всё будет, не кипятись, кореш! — бурчал Кар’Кок, краем глаза с надеждой смотря на своего «верного» Мясодыра, который занимательно разгребал какую-то кучу хлама. Кар’Кок молил всех богов, чтоб его зверь развернулся и откусил Сназ’Таку ноги, но этого не произошло. Вместо этого, животина предпочла продолжить скакать по рыночной площади, пока не наткнулась на бушующую в спорах толпу гоблинов близь торговца-бронника. Перед владельцем товара стояло три гоблина, а позади них стояли сани, в которых постанывая валялся ещё живой, но тяжелораненый соплеменник. Обвешанное на них снаряжение говорило о том, что эти парни определённо боевитые и могут в случае чего постоять за себя. Главным среди них определённо был тот, кто открывал рот почаще остальных, а таковым являлся с плотный ночной гоблин с ужасно раздутым носом, занимающим две трети пространства его лица. С одной из его ноздрей бесперебойно текли сопли, от чего он постоянно шмыгал. Так он и продолжал бы этот балаган, если Мясодыр не подошёл к умирающему гоблину. Чуя запах крови, существо с телом мясной тефтели приблизилось к жертве, раскрывая рот пошире, словно в ожидании что гоблин сам прыгнет ему в рот. Увидевший эту картину носач, оторвался от диалога с торговцев и подойдя к сквигу со всего размаху зарядил ему удар кулаком. Мясодыр закрыл рот, оба его глаза смотрели в разные стороны, не в состоянии понять, что вообще происходит. Увидевший это боковым зрением Кар’Кок, тут же потянул Сназ’Така: — Там моего Мясодырика щас на фарш киданут! Надо выручать, пупса, Сназ! — вырываясь из хватки старшего сородича, Кар’Кок устремился к своему питомцу. Проморгавшись от удивления, Сназ’Так сжав кулаки поспешил догнать непутёвого заводчика. — Твоя тварь? Убери его от меня, обсос! — Встретил подбегающих носатый главарь. Он утёр кулаком очередной комок соплей и толкнул сквига в сторону Кар’Кока. — Мой, мой! — жалобно схватил сквига Кар’Кок, выискивая на нём следы увечий. — Тя не обидят, я базарю… — шептал он зверю. — Сышь, малой, рисовать умеешь? — гоблин подметил несколько ярких рисунков на одежде Кар’Кока, тем самым понимая, что тот возможно питает тягу к искусству. К тому времени Сназ’Так таки нагнал беседующих, сразу заявляя: — Та мы всё умеем ваще! Чё надо сделать? Замутим… — верзила уронил свою лапу Кар’Коку за шею и притянул к себе, словно то был мешок с золотом. — Да! Умеем калякать! — подтвердил Кар’Кок, лыбясь неполным набором зубов. Лидер банды совсем отмахнулся от стоящего перед ним коммерсанта и сделал пару шагов к двоице, подзывая за собой ещё и своих подчинённых. — Ой харашо… — облизывался он, оглядываясь, не является ли эта беседа новой подставой. — Слушайте сюда, лапочки, мне нада пантовое знамя замутить, для банды и чтоб на нём был гоблин с огромным шнобелем. Потянешь, рисовала? — А чё платишь? — сразу возразил Сназ’Так, заставляя глаза собеседника покинуть орбиты. — Давай щит и ботинки, а? — хитро добавил Кар’Кок, разбавляя повисшее в воздухе напряжение. — И жубов до кучи. — тихо продолжил Сназ’Так, не желая по видимо так дёшево продаваться. Предложения двух едва-знакомых ему гоблинов казались главарю не слишком заманчивыми, он отрезал. — Щит и тапки первые были, гы-гы, ими расплачусь. А если знамя ещё и блатное выйдет, то до кучи что-нибудь надумаем, ясна? Чё, берётесь? — снова утерев сопли, он вытянул руку, заставляя кольчугу на теле позвенеть — Я Ба’Хак Шнобель кстате… — гордо высказался, постукивая зубами. Двоица незамедлительно хватились всеми четырьмя руками за протянутую им лапу и встряхнули Ба’Хака так, что тот чуть не шлёпнулся. Их удовлетворённое молчание разбавилось визгом со стороны саней. — Ба’Хаааак! Мне плоха! Давай к целиле, прошуу-у-у! Прошу-у-у-А-А-А-А-А-А! — завизжал тот в предсмертной агонии, пока его же со партиец, что сторожил сани, с размаху вонзил искривлённый меч раненому под рёбра. — Заткнись! Заткнись! Заткнись! — кричал убийца, нанося удар за ударом, разбрызгивая кровь во все стороны — Как же ты затрахал ныть, проста сдохни уже ублюдок! Ба’Хак повернулся, оценивая ситуацию с некоторым презрением, в конце-концов он облегчённо выдохнул. — Снимите с дохляка снарягу и скиньте тело куда-нить. Зог, хоть за лекаря терь платить не надо. Чтобы не дать главарю шайки отвлекаться, Кар’Кок ткнул того пальцем, заставляя вертаться головой обратно на двоицу. — Шнобель, так чё, де нам краску взять и кожу там типа или… — Нагнал жути гонец, наконец вырываясь из хватки Сназ’Така, но так и не сумел закончить. — ДА МНЕ НАСРАТЬ! ЯСНА? ШОБ ЗНАМЯ БЫЛО ЗОГ И СКОРО ЗОГ! — заорал Ба’Хак, ясно обозначая свою позицию касательно выделения материалов для работы. Отшатнувшись от вспыльчивого гоблина, Сназ’Так и Кар’Кок поспешили развернуться. Судорожно кивая и клацая пальцами, они повернулись и сразу увидели лоточника с красками и полотном. Тот истинно зная, что нужно этим двоим, уже добавлял в голове новые значения для ценников. — Ой-ой-ой, братва, краски нада? Знамёна кайфовые получаются, прям ваще-е-е улёт! — извивался торговец, заигрывающе демонстрируя готовые примеры работ. — Сышь, пройдоха, давай в кости рубанёмся? — Сназ’Так достал из-под балахона несколько игральных костей, вырезанных то из дерева, то из трухи. — Ставлю кинжал, а ты э… краски! Пойдёт? — Хе-хе-хе… — тихо посмеивался Кар’Кок, удивляясь смекалке Сназ’Така, изначально провальный по своей концепции план кажется, таки работал на этого гоблина. — Кости… — неряшливый коммерсант по началу мялся на месте, но спустя мгновенье одолжил у кого-то ведёрко и возвратившись сел на холодный пол, используя ведро как стол для игры. — Погнали! — Сназ’Так плюхнулся рядом, утягивая за собой Кар’Кока, что выступал в качестве судьи. Азарт повис в воздухе, а вокруг собралась небольшая толпа зевак. Сквиг Кар’Кока снова куда-то беспечно ускакал, но всегда находился в прямой видимости своего хозяина. По ходу игры погнало всё. Куб за кубом, Сназ’Так проигрывал, сначала кинжал, потом пару сьесных грибов и наконец даже его пустой бурдюк ушёл лоточнику в список личных вещей. В один момент Сназ’Так вскочил на ноги, красный от злобы словно помидор. Одним ударом ноги он отшвырнул ведро и схватился за кастет. — ГОВНОЕД, Я ТЕБЯ ЩАС ТУТ ЗАКОПАЮ! — его голос, хриплый и яростный, прорезал воздух, как нож. Кар’Кок, сидевший рядом, от неожиданности шлёпнулся на спину, инстинктивно прикрываясь руками. Лоточник, поняв, что дело пахнет серой, подхватил выигрыш и бросился наутек, ретируясь в сторону местной стражи. Сназ’Так, смерив, что догнать его уже не удастся, попятился назад, всё ещё сжимая кастет в руке. Он наклонился и грубо поднял Кар’Кока с земли. — Валим на арену — прошипел он — набьём там кому-нить рожи и купим всё для клякс твоих. Шлёпай ластами, пока нас блатари не уработали. — Мясодыр, уходим! — Кар’Кок, едва оправившись от шока, сложил руки в рог и прокричал в воздух, подзывая своего сквига. Тот, доедающий чей-то труп, оторвался от трапезы с громкими шлепками брюха о землю. Сквиг, облизывая морду, поспешил за Кар’Коком, тяжело переваливаясь с боку на бок. Толпа на рынке расступилась перед разъярённым Сназ’Таком и его компанией. Гоблины, не обращая внимания на крики и возмущения, пробивались к выходу, оставляя за собой след из перевёрнутых лотков и растоптанных товаров. — На арену, быстро! — Сназ’Так шёл впереди, его кастет всё ещё был сжат в кулаке. — Там мы найдём, кого побить, а потом вернёмся и купим всё, что нужно. — А если стража нас поймает? — нервно спросил Кар’Кок, оглядываясь через плечо. — Тогда будем бить и стражу — буркнул Сназ’Так, не замедляя шага. Сквиг, тяжело дыша, тащился за ними, его брюхо шлёпало о землю, оставляя мокрый след. Кар’Кок, стараясь не отставать, уже представлял, как они на арене набивают рожи какому-нибудь зазнайке, а потом возвращаются на рынок, чтобы купить всё, что нужно. Через считанные минуты, гоблины добрались до арены. Она находилась совсем недалеко от рынка и представляла собой отдельно стоящую пещеру с большим углублением посередине. Эта дыра в полу была для местных всем, это были охотничьи угодья сквигов и отстойная яма, и бойцовская яма, и конечно же кладбище. Вокруг неё располагалось куча небольших шатров, в одном из которых жил заведующий этим местом, остальные же служили чем-то вроде торговых точек со вкусностями, среди которых была и всякая всячина, которую успели стащить с погибших на арене. Сназ’Так был завсегдатаем этого места, но сейчас он пришёл не для того, чтобы устраивать показательные бои. На их удачи, яма сейчас пустовала и лишь несколько сквигов буйствовали в её пределах, объедая залежи дерьма. Совсем скоро к ним присоединился и Мясодыр, который нырнул в эти помои с разбега, чудом себе ничего не сломав. У самого края ямы, периодически кидая камни в сквигов, стояла троица молодых гоблинов в одних лишь балахонах. Один из них метко швырнул булыжник в бочину Мясодыра, заставляя того постанывая искать укрытие. — НЫ-А! Ха-ха, вон как забегал, лапы засверкали! — обхохатывался недомерок, пытаясь выцедить следующего на очереди сквига. — ЧТО ТЫ ТВОРИШЬ, ТВА-АРЬ?! — рёв Кар’Кока разорвал стены пещеры, как гром среди ясного неба. Он схватился за ближайший осколок камня, лежащий на полу, и с яростью метнул его в сторону обидчика. Но тот, как ушлый гоблин, ловко увернулся, жадно скалясь во весь рот. — Ты чё? Челюсть вторую носишь? — запрыгал на месте, весело гогоча — Ща запыряем и буш пополнением в яме! Двое его друзей, однако, этой идеи не поддерживали. Схватив своего побратима, они толкнули его в сторону Кар’Кока и Сназ’Така — Давай, давай, наваляй им! — подбадривали они его, заведомо понимая, что тому конец, они лишь хотели насладиться зрелищем. Наблюдавший за этим представлением Сназ’Так, всё ещё сжимающий в кулаке кастет, вышел вперёд — Щас всех вас утрамбую, ёмае! — Первый же его грузный удар свалил выскочку с ног, заставляя валиться на каменный пол, держась за разбитый в труху нос. Однако гоблины, стоящие позади поверженого и не собирались бежать. Вооружившись новой горсткой камней, они зашвырнули несколько в Сназ’Така и остальные в Кар’Кока. Крепкое тело Сназ’Така позволило ему выдержать пару резаных попаданий, но не спасло его от нагнетающей боли, от чего тот припал на колено, держась за порезы. Кар’Кок же увернулся от пары снарядов, но один меткий угодил ему под глаз, от чего тот упал на пол и забарахтал ногами, как недовольный ребёнок. Его мычание зазвучало по всей пещере. Сназ’Так поднявшись, поспешил сблизиться с горе метателями и продолжил своё наступление. Обмениваясь с ними ударами, он подставлял своё лицо, но всё-таки будучи вооружённым кастетом бил куда больнее любого из этих троих. — О-У-У-У… — Замахнулся один из гоблинов, сокрушая костяшками кулака челюсть Сназ’Така. — …Е-Е-Е-Е! — Однако спустя мгновенье его лицо вмялось внутрь, словно перезревшая тыква, камень брошенный оправившимся Кар’Коком моментально прикончил засранца. — Зассал, всё, всё?! А вот и конечная! — с язвой на языке, Сназ’Так нанёс чудовищный удар в грудь оставшегося стоять недомерка, роняя того в яму со сквигами. После драки, оба гоблина переведя дух начали выбить зубы поверженным. Молодняк со сломанным носом пытался сопротивляться, из-за чего одним точным ударом его кадык был вмят в горло, словно гвоздь в крышку его гроба. Собрав достаточно безделушек и зубов, Кар’Кок и Сназ’Так несколько раз переметнулись взглядами и подколками, после чего заприметили что в одном из ближайший шатров, продаётся всё им необходимое. Уже без лишних проблем, они заплатили за материалы в виде кожаного полотнища и разного рода красителей. У того же шатра, Кар’Кок принялся творить, покуда Сназ’Так с разбитым лицом предпочёл поваляться неподалёку. Несколько плодотворных часов Кар’Кока ушли на то, чтобы разобраться что он хочет изобразить и воплотить это в жизнь. Покуда человеческие художники тратят на произведения искусства целые месяцы, Кар’Кок всего за день сделал примитивную картину, красочность которой идеально подчёркивала Ба’Хака и его здоровенный шнобель. Это знамя было настолько красиво по меркам гоблинов, что, когда он вышел из шатра, несколько недомерков поинтересовались у него, собирает ли он под этот стяг банду. И покуда Сназ’Так безразлично и торопливо, посоветовал Кар’Коку заканчивать и уже выносить это произведение искусства, художник опасался, что за владение таким хорошо сделанным баннером ему могут оторвать руки. Тогда, накрыв всё это дело тканью, двоица вытащила сквига из бойцовской ямы и устремилась на поиски Ба’Хака. По общим чертам, Шнобель напоминал того, кто занимается недомерками и запрягает молодых гоблинов собирать разномастные грибы, поэтому искать его требовалось в пещерах с грибами соответственно. Примерно через час пути, гоблины услышали знакомый голос, а затем и примечательно огромный нос. Сблизившись, Сназ’Так приветственно замахал рукой в сторону Шнобеля. Последний стоял в окружении меньших гоббо и что-то чётко им толковал, покуда не занятые инструктажем мелкие соплинги перебирали огромные кучи грибов и складывали их в отдельные корзинки. — Знамя готова, босс. — Сназ’Так пустил вперёд Кар’Кока, тот захромал с тяжёлым рулоном кожи, принимаясь понемногу его разматывать. — Принимай работу! — самодовольно и ласково шипел искусник, разворачивая перед гоблином работу высшего качества. Стоящие позади Шнобеля недомерки все в один голос ахнули от увиденного. С каждым сантиметром картина на баннере привлекала всё больше взглядов, а сам Ба’Хак кажется был на седьмом небе от счастья. Он подошёл к штандарту, утыкаясь пальцем в изображение себя самого. — Хы-а! Эт’ж я, похож?! — местный главарь, с гордостью оглядел недомерков, заставляя тех закивать в унисон. Его глаза горели самолюбованием, а слюни и сопли брызгались во все стороны. — О да-а-а, вот это внатуре жёстко, пацаны, жёстко. — Он принялся чуть ли не целовать собственное изображение на штандарте. — Нос ваще получился, ваще! И пока Ба’Хак занимался тщеславием, Кар’Кок и Сназ’Так довольно переглядывались, уже предвкушая, какую надбавку они получат за проделанную работу. — Ладно, принята работа ваша, пацаны. Давайте сюда! — Ба’Хак свернул штандарт и убрал его подмышку, уже разворачиваясь от ремесленника и намереваясь утопать прочь, чтобы найти подходящую палку для нового шедевра. — Э-э-э! — наглея, Сназ’Так схватил Ба’Хака за предплечье, останавливая его на полпути. — А платить кто будет? Жубы, щит, ботинки, рубило, а? Кар’Кок всецело поддерживал слова буйного товарища, но вот способ их выражения ему не слишком нравился. Толстый гоблин отступил на шаг, пряча руки под балахоном, как будто пытаясь дистанцироваться от возможного конфликта. — А, точна… — зачесал голову Ба’Хак, вырывая руку из хватки Сназ’Така. Если бы ему насильно не напомнили, он, разумеется, предпочёл бы вообще не платить. Самым простым решением было бы убить этих двоих, но вольная душа Ба’Хака не позволила ему в этот раз зарубить художника. — Недомерки, притараньте этим двоим чё-нить типа щита, ботинок и похавать накройте! Мелкие гоблины разбежались кто куда, как стая голодных крыс. Тот несчастный недомерок, что носил ботинки, лишился их в мгновение ока, его соплеменники повалили его, чтобы конфисковать неплохую на вид обувь. Вот с щитом вышло сложнее, но и здесь мелочь не сплоховала. Уже спустя минуту ожидания перед Кар’Коком и Сназ’Таком лежала небольшая горка из съестных грибов, крышка от деревянной бочки с рукояткой (чтобы её можно было держать как щит) и кожаные ботинки. Не слишком довольные гонораром, но не желающие ещё раз попытать удачу и заборзеть, Кар’Кок обулся, а Сназ’Так получил крепкий, но тяжёлый щит, который, тем не менее, более-менее спокойно держал в одной руке. Перекусив грибами, эти двое отправились в ближайшее питейное заведение, чтобы поменять оставшиеся грибы на пойло и хорошенько отдохнуть. Сила в жидком виде Кар’Кок и Сназ’Так остановились в некоем подобии корчмы. Поляна внутри пещерного антуража выделялась наличием столов, скамеек и перебивающим всякую вонь ароматом свежего пива и жареного мяса. Впрочем, выглядело место само по себе ничем не лучше загона с кабанами. На каменном полу разбросано сено, как бы ради приличия, повсюду валяются пьяные вусмерть гоблины и соплинги со своим барахлом, а пивовары и погонщики, ругаясь как свора шавок, работают у котлов и примитивных жаровен. Здесь двоица и провела всю оставшуюся ночь, впрочем, даже не за зря. Болтая с местным колоритом, всегда можно было узнать что-то интересное, будь то сомнительная работёнка или маловероятные байки. Но Кар’Кок сумел-таки выяснить что-то более интересное, нежели авантюра для неопытных и самоуверенных гоббо. Предложения половить троллей или поработать на влиятельные личности первыми привлекли его слух. Однако, взвесив все «за» и «против», предприимчивый гоблин предпочёл обзавестись связями при работе на решалах. И первым таким заданием оказалось дело, которое давал сам шаман по имени Чур. Можно сказать, восходящая звезда шаманского круга, с широкими взглядами на мир и мудростью не по годам. Поработать на него было бы не только престижно, но и, вероятно, очень выгодно, так ведь? По слухам, которые залетели в уши Кар’Кока, Чур интересовался одним орком, который выделялся среди ровесников своими габаритами и силой. Поговаривали, что он не чурается пить какие-то зелья, чтобы поддерживать форму. Кар’Кок и Сназ’Так какое-то время обсуждали всё это дело, сидя за столом, заваленным пустыми кружками и объедками. — Ну, чё, Сназ, как думаешь? — Кар’Кок облизал пальцы, доедая последний кусок жареного мяса. — Шаман эт те не хухры-мухры. Если повезёт, можем и жубов подзаработать, и связи завести. — Ага, только вот орк этот — Сназ’Так хмуро посмотрел на своего товарища — Если он такой большой и сильный, как говорят, то нам с тобой придётся делать всё по тихой. — Ну, мы же не дураки — Кар’Кок невесело хихикнул — если что, всегда можно договориться или подставить кого-то, или просто сбежать. — Ну, если сбежать, то это мы всегда можем — Сназ’Так усмехнулся, но в его глазах плыло сомнение. — Ладно, решено — Кар’Кок хлопнул по столу, поднимаясь. — Щас идём к Чуру, побазарим. А там посмотрим. Сназ’Так кивнул, допивая последние капли пива из кружек. Они оба понимали, что это может быть, как удачей, так и их полным провалом. Но, как говорится, кто не рискует, тот не пьёт пиво. Оставалось найти тех, кого можно в случае чего подставить. И такие появились сию минуту. Не успели гоблины подняться, как в корчму завалилась хорошо знакомая двоица, уже задолжавшая им пиво. Мелкозазнай и Уд’Драк, хорошо одетые и не статусу вооружённые. Их груди поверх балахонов были сокрыты кольчугой, а головы спрятаны в не самые плохие шлема-таблетки. У ног Уд’Драка бегал новенький сквиг, приобретённый им в накануне в пьяном угаре. Сверив друг-друга взглядами, они застыли на месте, бездумно таращась. Мысли бурлили в их головах, словно рой пчёл. В любой момент кто-либо достал бы либо оружие, либо свой язык. — Ну, зог — первым нарушил молчание Сназ’Так, — смотри-ка, кто пожаловал. Должнички наши любимые. — Эй, эй, — Мелкозазнай поднял руки, как бы защищаясь — мы тут не за пивом. Мы тут... эээ... за делом. — За делом? — Кар’Кок усмехнулся, — Ага, конечно. Чё там с работой у Дрига, видно поднялись внатуре! А жубы то где, пиво где, ГДЕ ПИВО МОЁ?! — Мы не пропивали! — возмутился Уд’Драк, — Мы... инвестировали. — Инве-др-ир… ЧЁ? — Сназ’Так возмутился, сжимая кулаки. — Купили сквига! — Уд’Драк гордо выпрямился, — Он теперь наш. И скоро мы на нём заработаем кучу жубов. — А старый те до зога жубов принёс? — Кар’Кок сплюнул — Кароче, вы двое нам должны пивас, ещё за тот раз. — Мы заплатим! — Мелкозазнай поспешно парировал — Как только заработаем. — Ага, как только заработаете — Сназ’Так покачал головой, — Ну ладно, раз уж вы такие деловые, может, хотите присоединиться к нам? У нас есть одно дельце. — Дельце? — Мелкозазнай насторожился — Какое дельце? Это где ты мутузить нас собрался? — язвил он со скепсисом. — Шаман Чур хочет понять, чё за орк жёсткий в лагере зелья точит — Кар’Кок объяснил, проводя ногтем по горлу — Если поможете, может, и долг спишем — лыбясь, предложил. — И жубы дадите? — Уд’Драк оживился, наконец отвлекаясь от своего питомца. Мясодыр тем временем уже бодался с нежелательным конкурентом. — Может, и дадим — Сназ’Так ухмыльнулся — Если, конечно, не дыванёте жидкого, как только орков увидите. — Мы не сбежим! — Мелкозазнай обиженно сказал, — Мы с одним орком уже дружбу водим! — Деловые отношения, драть-копать — добавил Уд’Драк, с важным видом. — Ну, тогда договорились — Кар’Кок протянул руку — Работаем вместе. — Базар — Мелкозазнай и Уд’Драк пожали руки, хотя все за столом были готовы кинуть друг-друга уже на этом этапе. Собравшись духом, все четверо двинулись в сторону шаманских палат. То место всегда было загадочным и редко являлось многолюдным. Всюду сновали шаманские прислужники, помогающие перетаскивать котлы и ингредиенты для варева. Стоял терпкий аромат мешанины вкусов, сравнимый разве что с тухлой похлёбкой. Все эти десятки рабочих по факту принадлежали всего паре шаманов, одним из которых и был уже упомянутый Чур. Богато украшенные шатры и целые склады под всякую всячину - это обязательный атрибут любого шамана, будучи духовным проводником к самим богам, с этими представителями гоблинского общества боялись иметь дело даже высокопоставленные гоббо. Все опасались проклятий и были крайне суеверными касательно магии шаманов, будто бы от их действий могут выпадать зубы, болеть голова, развиваться болезни. Так или иначе, четверо гоблинов и два сквига таки пришли в это место чтобы заработать. Потратив некоторое время чтобы сориентироваться, гоблины нашли палатку Чура и подошли поближе. На самом входе в лачугу стояли пара крепких ребят, сжимающих в руках длинные копья и одетые в придурковатые ожерелья. Их балахоны в отличии от привычного чёрного цвета также были раскрашены в синий и красный. — Стопе, кто идёт? — начал один из стражников, преграждая кучке путь — Тут хата Чура, вход тока с разрешения шама. Все четверо остановились, заминаясь на месте. Взгляды упали на Кар’Кока, который должен был устроить встречу. — Спокойно, пацан, мы подвалили к Чуру по поводу работы, сечёшь? Решать блатные проблемы, блатных ребят. — Кар’Кок развёл руками, указывая на свою группу, словно там стояли не трое обрыганов, обдатых ароматом похмелья, а легенды из баек. — Ща спрошу… — Стражник занырнул в шатёр, спешно перебирая ногами. Дождавшись, когда тот вернётся, Сназ’Так на опережение крикнул — Ну чё, мы вваливаемся или как? — кажется он горел от нетерпения встретиться с шаманом. — Двое заходят, остальные снаружи — заявил гоблин, указывая на толкучку — Сами решайте, кто пойдёт. При Чуре жёстко не тупить и срать под себя, а то загасим на раз, ясн? — Ну шоб не тупить, точно не Уд’Драку надо, ха-ха! — подметил Кар’Кок, выступая вперёд. — Чё? — Спросил Уд’Драк, будучи всё это время занятый борьбой с чесоткой в своей промежности. — Ничё! Стоишь-тупишь тут с Зазнаем, мы ща за дело возьмёмся и вернёмся. — Вклинился Сназ’Так, пролезая в шатёр. Войдя внутрь, двое проходили под длинным общим коридором, укрытым трофеями и блестяхами, снятыми с гномов. Красивые побрякушки и примитивные узоры на резаных костях манили прикарманить что-нибудь, но желание жить вся-таки брало верх. Оказавшись в середине шатра, они увидели не сильно высокого гоблина, в одной портупее и набедренной повязке. Он возился вокруг многочисленных шкафчиков и полок, периодически пробуя что-то из глиняных сосудов. Завидев наконец своих предстоящих собеседников, он упал на подушку посредине комнаты. Его и гостей разделял небольшой чугунный котелок, в котором периодически что-то бурлило. — Ну и ну, пара доходяг? Мне сказали вы на работу пришли подписаться. И как оно, ещё не передумали? — пытался подловить их Чур. — Да, говори чё сделать надо, с тем орком странным и мы… — не успел договорить Сназ’Так, как его перебили. — Сначала сядь на коврик, толстолоб — подмигнул шаман. Сназ’Так послушно присел, складывая ноги под себя. Кар’Кок же сначала потянулся чтобы присесть, но в один момент остановился. — А постоять можн… — вопрос даже не прозвучал. — СЯДЬ НА ОБДРИСТАННЫЙ КОВЁР УРОД! — прокричал Чур, словно заклиная Кар’Кока мгновенно усадить свою пятую точку. Впрочем, этого хватило чтобы он не только сел, но и заставил ковёр соответствовать тому, как тот только что обозвали. — Так, а теперь сначала… — хозяин шатра потёр подбородок — Пришли работать на меня? Класс… Мне надо, чтобы вы сходили в большой лагерь и разузнали про одного орка по имени Чагрок, он явно пьёт какое-то зелье, чтобы быть сильным не по годам и собирается выступать на арене за знамя, чтоб его. Так что вы должны узнать, чё он там бухает, и кто ему это бухло варит, всё понятно, мелочь? Собеседники услужливо кивнули. — У вас пара лун, а потом я прокляну вас на кровавый понос, и вы сдохните в параше как шавки плешивые. — А, чё по оплате? — добавил Сназ’Так, переминаясь на месте. Его взгляд был прикован к многочисленным колбам и засушенным грибам. — Нам бы блестях прям, дело то опасно звучит, нахлобучить могут по самый не-болуй. — потирая руки добавил весу Кар’Кок. — Вы чё, озогели, дегенераты? Сначала работа, потом оплата. Если притащите чё важного, то заплачу, если нет, то в котёл полетите. А щас встали и на выход, чтоб пятки сверкали. — прогоняя наёмников рукой, шаман остался сидеть, в ожидании, когда они покинут палатку. Выйдя наружу, на двоицу посыпались вопросы. — Ну чё там, чего делать то? — тряс Кар’Кока Мелкозазнай — Драться придется? — допытывал Уд’Драк. — Вообщем, дело обстоит так — начал Кар’Кок — Щас пойдём к оркам, они как-раз под вечер ща спать повалятся или бухие в хламину. Узнаем у крупных пацанов, чё за Чагрок такой и в чём сила его, поймём где живёт, залезем внутрь и поглядим, чем богат наш богатырь. — И да, надо прям понять, чё он пьёт и кто ему это варит, иначе нам шаман кишки скрутит. — Медиум от зога — закатил глаза Уд’Драк, возвращая в руки копьё. — Ну пошли тогда на ворота, там как-раз у нас уже знакомства есть, решала-вратарь, е-е-е! — бахвалился Мелкозазнай — Щас пройдём без проблем, может только заплатим немного… Четверо двинулись на выход из пещеры, к большим деревянным воротам. Герои подошли к массивным деревянным воротам, которые отделяли их от внешнего мира. Ворота были обиты железными полосами, а рядом стояли двое стражников — здоровенные гоблины в кольчужных доспехах, с лицами, которые явно видели больше драк, чем мирных дней. — Эй, куда это вы собрались? — один из стражников, с лицом, покрытым шрамами и пропахшим пивом, преградил им путь. — Ворота на ночь закрыты, идите отсюда, пока не получили по башке. — Да мы по делу — начал Кар’Кок, пытаясь выглядеть убедительно. — Шаман Чур нас послал, важное задание. — Да ладно, братаны, мы’ж, меня помните, Мелкозазная, а? А? — пытался сыграть на отсутствующей харизме изобретатель. — Кто? — крюча лицо в изумлении, стражник вглядывался к в Мелкозазная, в то время как второй продолжил диалог — А где доказательства? Может, вы просто сбежать хотите? — Да мы не сбежать, мы... — начал было Сназ’Так, но тут его перебил громкий лай по ту сторону ворот. Это были степные гоблины, легко узнаваемые по своим кожаным доспехам и длинным копьям. Их волки, огромные и свирепые, рычали, царапая ворота. — Открывайте ворота, уроды! — крикнул вожак налётчиков, высокий гоблин с лицом, покрытым татуировками. — Мы с добычей! Стража, увидев налётчиков, моментально забыла про разворачивающийся спор. Ворота с грохотом открылись, и степные гоблины ворвались внутрь, волоча за собой мешки с награбленным добром. Деловые гоблины переглянулись. Это был их шанс. — Ну чё, стоишь? Ждёшь приглашения? — прошипел Сназ’Так, толкая Кар’Кока в сторону ворот. — Ага, щас нас ещё мясными грибами угостят — усмехнулся Кар’Кок, но уже шагал вперёд, пригибаясь, чтобы не привлекать лишнего внимания. — Мясные грибы только по ту сторону — сглотнул Мелкозазнай, подталкивая руками безмятежно переваливающихся сквигов. — Уже наглотались — сплюнул Уд’Драк. Они прошли вдоль налётчиков, стараясь слиться с толпой. Ворота всё ещё были открыты, а стража, занятая разгрузкой трофеев, даже не обратила на них внимания. — Эй, вы! — вдруг окликнул их один из стражников, что стоял у бойниц. — Куда это вы? — С нами Чур! — бодро ответил Кар’Кок, не останавливаясь. — Чё? — стражник на мгновение задумался, но тут его отвлёк крик другого гоблина, который споткнулся о мешок с награбленным. — Да соси! — выругался Уд’Драк, показывая в сторону стражника неприличный жест и уже пробегая прочь через ворота. Он всё ещё припоминал то, как отдал своё копьё за просто так. Перед ночными гоблинами развернулся неприветливый орочий лагерь и тёплое сияние горящих в ночи кострищ. Тьма спешно окутала степные просторы, вгоняя дневных существ в сон. Те, кто ещё не упали как мешки с землёй, сидели у разведённых костров и травили байки или планировали следующий день. Наша группа, пригнув головы зашагал вдоль общего тракта, посреди лагеря. Мелкозазнай и Уд’Драк выглядели уверенно, за счёт того, что уже немного ориентировались здесь, потому вели остальных за собой. Сназ’Так же был слишком крут, чтобы сомневаться, поэтому делал вид, что расхаживает у себя дома, периодически теряясь в направлении. По пути завязался непринуждённый диалог, инициатором которого выступил Сназ’Так: — Так, пацаны, надо определить кто и чё будет делать — поставил вопрос верзила, твёрдо зная, что ничего делать не собирается. — Только хотел сказать! — вклинился вслед Кар’Кок, уже размечая в своей голове цели для членов группы. — Зазнайка, займёшься типо поискам хаты этого закаченного орка, Уд’Драк будет отгонять от тебя всякое мудло. А я подсосусь к какому-нибудь пивнышу и вытащу из него пару ласковых про этого чемпиона, чтоб понимать с чем мы имеем дело. — подытожил мозг операции. — Ну лады, а Сназ’Так чё? — Мелкозазнай надменно указал в его сторону своим кривым пальцем, словно обвиняя его в чём-то. — Следить чтоб работало наше было выполнено, мы на шамана батрачим, и я не хочу, чтоб из-за ваших косяков моя душа по итогу не увидела ни великого, ни зелёного. — пригрозив кастетом, лидер продолжил. Его изношенный ботинок столкнулся со сквигом Кар’Кока — И мясо своё при себе держите, чтоб у ног не болталось. — Э, глядите, это тот орк, который это… — Уд’Драк резко перевёл внимание всей группы на тучную группу крупных зеленокожих, сидящих у одного из костров в окружении палаток. — Который чё? — перебили его Сназ’Так с Кар’Коком. — Который брался за драку со степняками, по заказу Дрига Мятого. С ним можно хорошо побазарить, он нормальный вроде. — Вроде… — скептически добавил Уд’Драк. В голове пронеслись визги предсмертной агонии его прошлого питомца. — Тогда вы трое к нему, а я поищу ещё кого-нибудь. — скомандовал Кар’Кок, затаиваясь в тенях подальше от остальных. Пламя костра освещало лица степных гоблинов и орков, покрытые шрамами и татуировками, они сонно зевали у кострища, пока, ещё не замечая присутствия ночных сородичей. Одни орки дрыхли, растянувшись на земле, другие яростно спорили, размахивая кулаками, а третьи, обняв бурдюки с пивом, травили байки, смеясь так громко, что вместе с слюнями из них вылетали остатки мозгов. Недалеко от костра группа степных гоблинов била в кожаные барабаны, создавая ритм, под который кто-то даже пытался танцевать, но чаще делал это лёжа, подрыгивая парой конечностей в вечно сырой земле. Палатки вокруг костра были разбросаны в беспорядке, некоторые уже валились набок, а рядом с ними недошедшие до ночлега хозяева или их вещи. Тем временем Сназ’Так, Уд’Драк и Мелкозазнай подошли к Би’Хаку. Орк сидел у костра, но, в отличие от других, не шумел и не смеялся. Он всё-таки был не самым крупным в лагере, но не обладай он репутацией, навряд ли Дриг бы его нанимал. Правда, ходили слухи, что Би’Хак имел связи с ночными гоблинами, что в орочьем обществе считалось мягко говоря постыдным проступком. — Эй, Би’Хак, — начал Мелкозазнай, стараясь звучать непринуждённо. — Мы тут по делу… Би’Хак медленно поднял голову, его глаза сузились. Он явно узнал Мелкозазная и Уд’Драка, но старался этого не показывать. — Чё за’был тут, сопля? — пробурчал он, отводя взгляд. — Ну, мы слышали, ты тут самый… крутой— попытался подлизаться Сназ’Так, но Би’Хак только фыркнул. — Крутой? — он встал, и его тень накрыла гоблинов. — Вы, мелкие, даже не зна’ете, чё эт’ такое. — Эй, мы просто… — начал было Уд’Драк, но Би’Хак резко двинулся вперёд, и гоблины отпрыгнули назад. Сквиг Уд’Драка, испугавшись, забился у его ног. — Проваливайте, пока я вас не размазал по земле — проревел Би’Хак, и гоблины, недолго думая, ретировались. Однако их появление не осталось незамеченным. Двое орков, сидевших неподалёку, радикально настроенных по отношению к ночным гоблинам, обменялись взглядами и встали с деревянной скамьи. Они ехидно лыбились, почёсывая кулаки, как бы предвкушая хорошую взбучку. — Это ч’о за херь? — пробурчал один из них, наблюдая, как гоблины уходят. — Би’Хак с лаблызается с мел’катнёй, не п’нял? Над сказать Фар’Даку! — добавил второй, с торжеством в голосе. Двоица покинула кострище, двигаясь в сторону недалеко расположенной, грузной палатки, из-под которой валил чёрный дым. Тем временем Кар’Кок, наблюдая за этой сценой, решил не рисковать и подошёл к другому орку, который сидел чуть поодаль. Этот орк, поменьше Би’Хака, но всё равно внушительный, рассказывал всем, как он собирается победить Чагрока на следующей арене. — Слышь, босс — начал Кар’Кок, подсаживаясь к орку. — Ты прям легенда, я слышал, как ты про Чагрока говорил. Он, говорят, зелья какие-то пьёт, чтоб сильным быть. — Зел'я? — орк усмехнулся, но в его глазах мелькнул интерес. — Та он без эт’их зелий – к’ак гоббо. Степные дох’ляки ему варгуют эту дрянь в палатке и никого не впускают, чтоб не палиться. — Ну, ты-то его точно сделаешь — поддакнул Кар’Кок, наливая орку ещё пива из собственного бурдюка — Ты ж настоящий боец, не то что этот обгашенный. Орк засмеялся, хлопнув Кар’Кока по спине так, что тот чуть не упал в костёр. — Ты, гобла, не так уж и т’уп к’ак о вас Гобла’лом гов'рит— сказал он, поднимая кружку. — Дава, рас’скажи ещё, как я его отделаю. Кар’Кок, довольный собой, продолжил льстить орку, пока тот пил и смеялся. Тем временем остальные, отойдя от Би’Хака, заметили, что на него кажется уже точат зуб. Сназ’Так вовремя подметил эту подозрительную парочку и указал в их сторону. — Эй, вы двое, раз болтать не умеете, то давайте хоть спины гните. Гляньте куда эти орки пошли, мне ваще не нравятся их весёлые рожи. — Без шанса возразить, Мелкозазнай и Уд’Драк попытались затеряться в кустах, продолжая тем не менее бренчать кольчугой. Покуда Сназ’Так остался у кострища, оглядывая ещё потенциальных жертв для продуктивного диалога, инженер и погонщик подбирались к палатке. То был не просто навес под открытым небом с лежаком и сеном, а полноценная полевая кузня, посреди которой трудился огромный чёрный орк. Будучи одетым в одни лишь штаны и фартук, он кажется занимался какими-то заготовками из железа. Он стоял окружённый горнилом, инструментами и импровизированной плавильней, наковальня углублялась в землю с каждым ударом его кузнечного молота по раскалённому железу. Грубая, шрамированая лысая голова даже не повернулась в сторону подошедших к нему двух собратьев поменьше. — Э’… Босс, там Би’Хак, ну, т’од пацан про котор’го базарят, шо он под ночными ходит реальна всё-таки с гоблой! — неуверенно начал первый орк, его голова вжималась от вида того, как главарь удар за ударом пытается выпрямить какой-то металл. — Д’а! Я сам вы’дел! — гаркнул второй, словно его свидетельствование имело какой-то вес. Наблюдавшие за этой картиной Мелкозазнай и Уд’Драк подрагивали в кустах. Они точно знали, что их не заметили, но даже моргать в присутствии этого чёрного орка было страшно. Не увидев в глазах кузнеца интереса, один из орков решил спросить — Н’ад наказать про’хвоста, чё скажешь… Гоблалом? — Гоблалом? — с дрожащими губами вторил словам орка Уд’Драк. Фар’Дак Гоблалом, в обществе наших героев скорее известный только по прозвищу, был не просто одним из двух представителей чёрных орков в клане, но и буквально вторым по удержанию власти среди своего племени. Как ясно из прозвища, он жутко ненавидел абсолютно любых гоблинов и замешивал в кровавую кашу любую мелюзгу, которая только подворачивалась ему под руку. Каждый гоблин от мала до велика боялся оказаться под его металлическим сапогом и лишь Углуб Серьёзный, второй чёрный орк, удерживал своего сородича от попытки свергнуть правящего в орде Вскрывалу. Его жутко раздражал факт, что не в угоду своему статусу, у него никак не получалось выковать себе достойную броню, из-за чего по обмундированию он не сильно отличался от крупных парней обычных банд зеленокожих. Тем не менее, конкретно сейчас, услышав, что один из орков занимается, по его мнению, коллаборационизмом, чувство собственного достоинства заставили это чудовище снять свои печально известные перчатки и кузнечный фартук, ради того, чтобы, не проронив и слова, последовать за своими верными фанатами к нарушителю «правильных», неписаных понятий. — Надо свалить… — Мелкозазнай задёргал Уд’Драка за балахон. — А может стырим чёнить? — погонщик заулыбался, придерживая своё зубастое отродье пониже к земле. — У Гоблалома?! — с ужасом вскрикнул Мелкозазнай. — Да чё он нам сделает, мы в пещере живём. — А что, тогда? — Глаза Мелкозазная забегали по многочисленным инструментам гномов, которыми пользовался кузнец. — Перчатки… — облизывая губы утвердил Уд’Драк. Тем временем Двое верзил, что, буквально улюлюкая от счастья шли перед Фар’Даком, уже издали указывали пальцами в сторону Би’Хака, мирно отдыхающего у костра. Гоблалом направился к застанному врасплох Би’Хаку. Прочие зеваки расходились перед грузной тушей, с желанием убивать. Добравшись до цели, Фар’Дак уложил свою ладонь Би’Хаку на голову, та полностью обхватила её, сжимая в мёртвой хватке — Эт’ат? — коротко, голосом словно из самой преисподней спросил главарь. Окружающая его толпа смотрела на расправу с предвкушением. — Да! Он я’шкается с гоббо! — заорал один — Гаси пре’дтеля! — добавил второй. Би’Хак всё это время тщетно боролся за свою жизнь. Его руки и ноги колотились о конечности и корпус Фар’Дака, заставляя его нажранное пивное брюхо бултыхаться с булькающим звуком. Чёрному орку хватило всего одного мгновенья, чтобы сместись руку с головы на шею и удерживая приговорённого на месте, начать вминать его лицо внутрь черепа собственным кулаком. Всего несколько ударов понадобилось, чтобы бездыханное тело сородича упало перед костром. По всей видимости чисто в качестве профилактики, Гоблалом схватил ещё одного рядом стоящего верзилу и проделал с ним тоже самое, после чего громогласно заявил. — БАЗ’РИТЬ С ГОББО ЭТО НЕ ПО П’НЯТИЯМ! УЗНАЮ – УТР’АМБУЮ! — с этими словами, образина развернулась, чтобы зашагать обратно в кузню. Стоящий в то время Сназ’Так, вжался в одну из палаток. В его голове блуждали мысли ни то вызова, ни то животного страха. Он понимал, что ещё не готов даже рот открыть в сторону Фар’Дака, зато как хотелось поскорее обрести СИЛЫ, чтобы повалить такого врага. Кар’Кок же, ещё когда заметил приближение Гоблалома, сразу отвёл своего уже почти закадычного друга в одну из палаток в отдалении, чтобы ещё плотнее присесть тому на уши. — Гы-гы, ты такой жёсткий, Грат! — притворно смеялся Кар’Кок, крутясь вокруг орка словно светило. — Да и я е'го п’том, хрясь и… — зеленокожий валяясь на лежаке мутил руками жесты, описывая в красках ни разу не выдуманную драку. — Да-да, круто, круто — зацокал Кар’Кок — Ну дак чё, а кто ваще тогда может этого обкурыша за такие деяния подлые-беспонтовые приструнить? — А, эт Бир’Фат, он внат’уре за всё шарит и мног’ чё умеет. Ему на’д тога ситуацию объяснить, но я сам этого поросёнка в землю закатаю, скажи’ж, да? — Да, ты реально… — смазливую реплику Кар’Кока прервал пронзительный вопль откуда-то со стороны кострищ — ГДЕ-Е-Е-Е-Е-Е?! — Чё за? — сглотнул Кар’Кок, покидая палатку Грата. Гоблалом, стоя посреди своей кузни переворачивал всё вверх-дном, в попытке найти свои драгоценные латные перчатки, один из немногих латных элементов его брони, его гордость, его главный инструмент для похвалы и наказания. — Это полюбасу гоббо, босс! — Глянь п’ид столом, т’ам чё-то лежит… Некогда преданные Фар’Даку двое орков, в тот же момент стали жертвами. В порыве слепой ярости, Гоблалом избил до полусмерти сначала своих приспешников, а затем двинулся в основной лагерь, в поисках воров. Массивная туша двигалась с невероятной скоростью для своего размера. Его глаза горели яростью, а изо рта летели брызги слюны вперемешку с пеной. Он ворвался в лагерь, как катаклизм, одним видом своей рожи предвещая кровавую баню. Первым, кто попался ему на пути, был молодой орк, пытавшийся успокоить его. — Боз’с, чё такое? — Гоблалом схватил его за голову и с силой ударил о ближайший камень. Череп орка треснул, как скорлупа, а кровь брызнула во все стороны. — ГДЕ МОИ ПЕРЧАТКИ?! — ревел Гоблалом, размахивая кулаками. Орки и гоблины разбегались в панике, но не все успевали. Гоблалом схватил одного из гоблинов, который слишком медленно двигался, и разорвал его пополам, как тряпку. Кишки и внутренности разлетелись по земле, а Гоблалом, не останавливаясь, двинулся дальше. Он врезался в палатку, где спали несколько орков, и начал крушить всё на своём пути. Одного орка он пнул так сильно, что тот пролетел через пол лагеря и врезался в костёр. Другого он схватил за ногу и начал бить об землю, пока тот не стал похож на кучку дерьма. Сназ’Так, Мелкозазнай, Уд’Драк и подползший к ним Кар’Кок наблюдали за этим безумием из укрытия. — Дело плохо — прошептал Кар’Кок, прячась за бочкой. — Это же Гоблалом! — А то я не вижу?! — шипел Сназ’Так, сжимая кулаки. — Чё за перчатки ваще?! — Вот эти перчатки — добавил Уд’Драк, прикрывая своего сквига и удерживая в руках то, что могло сойти ему за штаны. — Это не я! - тут же открестился Мелкозазнай, прижимаясь к земле — Я сразу Уд’Драка послал в зог, но он избил меня! — лгал тот в три горла. — Да вы, совсем охренели?! — Кар’Кок, начал визжать. — Вы чё, совсем отсталые? У Гоблалома воровать?! Вы хоть понимаете, что он нас всех сейчас в фарш превратит?! — Дак мы в укрытии! — кричал Мелкозазнай, но Сназ’Так уже схватил его за шиворот. — Если вы, уроды, сейчас их не вернёте, я сам вас Гоблалому под ноги брошу! — рычал он, тряся Мелкозазная. — Погоди, Сназ, есть план — загорелся идеей Кар’Кок, отбирая перчатки у Уд’Драка — Ща отдадим их орку, которого я заарканил, и он вернёт, ещё по жизнь-гроб обязан будет. А и кароче… — гонец утёр глаза от поднявшейся пыли — Я узнал, что нам нужен блатарь Бир’Фат, отыщите его и добазарьтесь, что обкаченного зельями ушлёпка надо наказать. Я уже знаю, где он щас бухает. Тем временем Гоблалом добрался до ворот внутрь пещеры. Его ярость не утихала, и он начал колотить по воротам кулаками, как будто хотел вырвать их с корнем. — ВЕР’НИТЕ МАЁ! — ревел он, и каждый удар расходился эхом по гоблинским обитель, словно их вход сейчас брали тараном. Гоблины-стражники, дрожа кто от страха, кто от смеха начали стрелять в него из луков и кидать камни, да кульки собственных фекалий, но Гоблалом, казалось, даже не замечал этого. Стрелы встревали в его жировой прослойке, а камни только раздражали его ещё больше. После очередного удара решала, что заведовал воротами поднялся на смотровую выбоину — Ты озверел?! Гоблал-о-о-ом! Вырубай вепря, никто те ниче не вернёт, просрал и просрал! — стоящие рядом с ним рассмеялись, поддерживая главаря — Ничё, руками глину помесишь! — добавлял острых ощущений очередной комментарий от шайки. Но вот только веселье рано или поздно заканчивается, как и жизнь. После очередного удара по воротам, разбитые в кровь кулаки Гоблалома заставили те пошатнуться. Стоящий на вершине решала кубарем полетел вниз, он приземлился буквально перед орком и тут же выхватил меч. Гоблин нырнул влево, вправо, ноги Фар’Дака преследовали его по пятам. Мелкий зеленокожий уже не смеялся, он визжал как скот на бойне, предвещая свою скорую гибель. Стражники наблюдавшие за этим зрелищем застыли в ожидании. Вожак гоблинов сделал несколько точных ударов по конечностям здоровяка, но этого было мало. Его жизнь оборвалась моментально, когда колено Гоблалома спрессовало голову решалы как дополнительный слой к толщине бревенчатых ворот. Даже когда гоблин умер, от его тела осталась одна лишь кровавая каша. Тут позади раздался крик, то кричал пьяный Грат. Орк бежал, подняв над головой перчатки Фар’Дака, его соплеменники бежали за ним, бросаясь тому под ноги, лишь бы выбить себе честь отдать чёрному орку его экипировку. — Я на’шол! НАШ’ШОЛ! — отбился он от очередного родича. Кар’Кок, прячась среди мусора не только держал за Грата кулачки, но и метался камнями в его обидчиков, время от времени решая тем исход боя. Когда зеленокожий добрался до Гоблалома, он пыхтя вытянул их законному владельцу — Босс, эт твоё! — бубнил он, путаясь в мыслях — Мне гоббо отдал, ну, я забрал… Награда не заставила себя долго ждать. Без каких-либо слов, Фар’Дак шумно выдохнул через ноздри и нанёс удар Грату в челюсть, роняя того наповал. Сражённый лежал в грязи и крови, но улыбался — Он за’метил меня… — мычал он сквозь выбитые зубы. Кар’Кок осторожно подошёл к Грату, полюбовавшись на окровавленное лицо пару секунд он с улыбкой выдал — Будешь должен — И похлопав его по щеке, ретировался. Хитрецу требовалось проверить ещё одно место. Кар’Кок осторожно двигался вдоль разрушенных палаток, его глаза разбегались по покидающим свои укрытия зеленокожим. Орочий лагерь близ ворот напоминал скорее скотобойню, чем жилую стоянку. Его целью был шатёр сомнительного орочьего чемпиона, о расположении стоянки которого он узнал со слов Грата. Потратив какое-то время, гоблин колебался по жилому пространству большого лагеря, уже издалека подмечая красивый красный шатёр. Тот был украшен характерными для банд степных гоблинов костяными амулетами и более-того, виднелись шаманские фетиши, отмечающие это прибежище как мастерскую зельеваров. Кар’Кок с сомнением смотрел на затею заглянуть внутрь, даже если сделает в стенке шатра какой-либо надрез. Его ноги нервно постукивали по земле, опасаясь, что его заметят. Он бы так и отказался бы от этой идеи, если бы не сквиг, который ласково (насколько вообще может ласкаться сквиг) прижимается к ноге хозяина. — Чё, думаешь боги мне не накуканят за этот прикол? — вопросил он своего питомца, поглаживая его по лысому телу. Зверь одобрительно заурчал. — Ладн-ладн, нельзя подводить пацанов. Ща всё дело зарешаю и потребую со Сназа долю побаще. — кивнув сам себе, жирдяй двинулся дальше. Кар’Кок, пригнувшись, подкрался к палатке Чагрока. Внутри горел тусклый свет, и через небольшую дырочку в ткани можно было разглядеть, что происходит внутри. — Ой ой ой… — прошептал он сам себе, прижимаясь к стене палатки. Кар’Кок увидел то, что заставило его глаза расшириться. Внутри палатки было душно и темно, но свет от небольшого костра освещал происходящее. Степные гоблины, худые и покрытые грязью, возились вокруг большого котла, в котором варилось что-то отвратительное. Жидкость в котле пузырилась и шипела, издавая зловонный запах, который пробивался даже сквозь ткань палатки. — Что это за хрень? — прошептал Кар’Кок, морща нос. Степные гоблины, казалось, знали своё дело. Они бросали в котёл казалось всё подряд, из-за чего вонь стояла невыносимая — Это же сквигово дерьмо — подметил Кар’Кок, с интересом наблюдая за процессом. На мгновенье он, посчитав, что если будет жрать больше дерьма Мясодыра, то его брюхо будет ещё плотнее. В углу палатки лежала куча костей, некоторые из которых явно принадлежали не животным. Степные гоблины, не обращая на это внимания, продолжали варить своё зелье, время от времени помешивая его длинной деревянной ложкой. Степные гоблины, закончив варку, направились к дальнему углу палатки, где сидел Чагрок. Орк был огромным, даже для своих сородичей, его мышцы казались неестественно разбухшими, а вены по всему телу выпирали. Глаза чемпиона мелькали зелёным светом. — Пей — сказал один из гоблинов, протягивая миску. Чагрок взял кубок и выпил его содержимое залпом. Его тело напряглось, и на мгновение показалось, что он стал ещё больше. — Сила в жидком виде… Осторожно отползая от палатки, Кар’Кок старался не привлекать внимания. Тем более что ему ещё требовалось нагнать остальных. Шайка же из трёх гоблинов поднималась к высокой отвесной скале, вдоль натоптанной земляной насыпи. То было особым местом силы орочъего шамана и все идолы, посвящённые Горку и Морку, а также небесным светилам всегда возводились близь жития шамана. Стоит упомянуть, что у орков в отличии от гоблинов не было такого большого выбора среди проводников богов, от чего единственным таковым был дикий орк Холобут. И сейчас, потягивая горячительные напитки, да пялясь на звёзды с ним сидел Бир’Фат. Эта рожа тоже была одним из самых важных орков в округе, Бир’Фат не был таким же сильным или хитрым как правящая каста Чёрных орков, зато он догонял их по габаритам и на удивление любил разговаривать, повсеместно греша тщеславием и самолюбованием. Его красивые байки о подвигах держались в головах многих молодых парней, но кто были постарше, редко этому верили. Уже оказываясь у самого святилища, Сназ’Так притормозил, оглядываясь назад. Он увидал нескольких степных гоблинов, которые кажется сели им на хвост — Идите дальше, тут побазарить надо — доставая кастет, гордый гоблин встал прям посреди дороги, смеряя взглядом нежелательные уши — Я с тобой, братан — выставляя вперёд копьё отозвался Уд’Драк, его сквиг гортанно зарычал. Мелкозазнай же поднялись выше и переведя дух, сразу направился к Бир’Фату. На сей раз, рот пришлось открывать ему самому. Пока за его спиной гремел небольшой поединок, он, перебирая в голове лучшие варианты диалога с огромным орком, морально готовился к возможной боли. Орк сидел на камне, потягивая из бурдюка что-то крепкое и дымящееся. Его массивная фигура, покрытая шрамами и татуировками, выглядела внушительно даже в полумраке. Рядом с ним лежал огромный топор, который, казалось, ждал своего часа. На краю скалы стоял танцующий в полный рост орочий шаман. Несколько его подопечных били в барабаны. — Э-э-э… — начал Мелкозазнай, неуверенно потирая руки. — Бир’Фат, да? Бир’Фат медленно повернул голову, его глаза сузились. Из рта послышалась слабая отрыжка. — Кто спрашивает? — его голос был низким и грубым, кажется он не особо был рад такой компании. — Я… э-э-э… Мелкозазнай — гоблин попытался улыбнуться, но получилось скорее жалко. — Мы тут… по поводу того пацана, который чемпион… как его там… а-а-а… зог. — Какой? — Бир’Фат усмехнулся, показывая клыки — Я тут чемп’пион ваще-та. — Ну, мы слышали, ты тут самый… крутой наверное — Мелкозазнай попытался подлизаться, но его голос дрожал — Тип решаешь проблемы с вызогивающимися пацанами. — Наверное? — Бир’Фат поднял бровь, его возмущению не было предела. Случайное, мелкое создание сейчас грызло его самолюбие как соплинг пещерные грибы. — Ну, то есть точно — Мелкозазнай замялся, чувствуя, как пот стекает по его спине. — Точно, что? — Бир’Фат встал, и его тень накрыла гоблина. — Я просто хотел сказать, что ты… э-э-э… самый сильный, — Мелкозазнай попытался отступить, но споткнулся о камень. — П’шёл в зог — одним взмахом ладони он ударил Мелкозазная по голове, но лишь слегка отдёрнул его капюшон, почти не задевая саму цель. Гоблин разумеется перепугался и упал, но зачем-то снова открыл рот. — Пасиб, что пощадили… — пробубнила жертва, подписывая себе смертный приговор. — Т’Ы ЧЁ?! — слова Мелкозазная звучали оскорбительно в отношении орка, который думал, что убил надоедливого ночного гоблина. Следующий удар уже был летальный. С разбега, центнер мышц пнул лежачего гоблина под живот, отправляя того в полёт до ближайшего камня. Мелкозазнай ударился, выхаркивая кровь и держась за раздавленные органы. В критическом состоянии, он отключился. Тем временем драка на земельной насыпи уже завершилась и два мёртвых и один раненый степных гоблина лежали перед Сназ’Таком и Уд’Драком, одно из тел уже грыз сквиг, однако резко к нему присоединился Мясодыр, что знаменовало приближение Кар’Кока. — О-У-Е! — поднимал новенькое рубило с тела Сназ’Так — Вот это ништяк, вот тока, надо опробовать для начала — бугай склонился над раненым, занося оружие для удара. — Погоди, Сназ’Так! — пыхтя от отдышки, Кар’Кок нагнал группу. Он выстави руку перед раненым гоблином — Сначала допросим, потом решим уже. Степной гоблин, вымазанный в собственной крови из раны на груди и грязи, кою успел собрать, сейчас лежал, защищаясь руками — Чё надо, всё скажу! — Ты чей? — начал с простого Кар’Кок, полагая что у него есть лидер. — Ширк, Зудозад нас послал, грит вы чё-то вынюхивали про орочьего чемпиона, грил проследить и обратно. — И чё, наследился? Ха-ха — гы-гыкнул гоблин, присаживаясь на корточки — Ладно, сухай сюда, ты знаешь с чего зелье варят? — С трав из полей, шаманы наши варганят, вот которого я назвал. И ещё странный камень туда суют! — глаголил гоблин, яро жестикулируя. — Странный камень? — замялись все трое, пока, не понимая о чём идёт речь. — Ну да-да, зелёный и ещё странности делает с обычными пацанами. Кароче пить варево чемпиону надо каждый день или он сдуется как говно. — Туши свет, вот это ништяк. Пасиб, кореш, увидимся ну Луне — кровожадно ухмыляясь, Уд’Драк занёс копьё, чтобы добить пленного. — Да погоди! — Кар’Кок отбил копьё погонщика, заставляя того застыть в недоумении — Сышь, а давай к зогу орков, чё ты ваще за них носом торгуешь? Давай с нами, я вот Кар’Кок ваще — гоблин потянул руку, чтобы помочь степному родичу встать. — Я Браг’Хак, да знаешь, я-че-то полежал, прикинул, ваши тумаки мне мозги на место вставили. В зог здоровяков, а вы ваще чё, под кем ходите то? — Да у нас своя банда! — яро заявил Кар’Кок — Скоро будет… — скрепя клыками добавил Сназ’Так. — Там кажись тело о камень прилетело, если это Зазнай я с него броню стяну, больно понтовая для такого чма. — Базаришь, хе-хе — стучал копьём по земле Уд’Драк. Все кроме Кар’Кока поспешили обобрать и привести Мелкозазная в чувства, в то время как сам Кар’Кок торопился поговорить с Бир’Фатом. В отличие от своего товарища, он держался уверенно, хотя и с лёгкой долей насмешки в голосе. — Эй, Бир’Фат, — начал Кар’Кок, стараясь звучать уважительно, но не вызывающе — Ты же знаешь, что в лагере есть орк, который позорит других зелёных? Бир’Фат, всё ещё потягивая из бурдюка, медленно повернул голову. — Кт’о это? — его голос был спокоен, но в глазах мелькнул интерес. — Чагрок, — ответил Кар’Кок, делая паузу для эффекта. — Он сильный, да, но не потому что тренируется или блатарь по жизни. Нет, он пьёт зелья, которые ему варят степные шаманы. Это же ваще не по понятиям, не? Бир’Фат задумался, его массивная рука сжала бурдюк так, что тот чуть не лопнул. Он медленно поднялся, озираясь, видит ли кто-нибудь, что он сейчас разговаривает с гоблином. — Зел'я? — пробурчал он — Ре’альна? — Сам видел, — кивнул Кар’Кок — Он не заслуживает своей силы. Это позор для всех орков, особенно для таких, как ты, кто добился всего своим трудом и кровью. В глаза Бир’Фата загорелся шанс выделиться. — Где? — голос стал ещё ниже, словно орк пытался запугать и без того слабовольного гоблина. — В своей палатке! — ответил Кар’Кок, указывая в сторону лагеря. — Выбей из него всё дерьмо, босяк! — БАЛОБУТ! — заорал Бир’Фат, отходя от гоблина, он сблизился с шаманом, яро жестикулируя и объясняя ему произошедшее. Говорил да пил, говорил да пил и шаману всё время говорил. — Он ск’орбляет багов! Он жив’ет и дер’тся не как орк! Реакция Дикаря не заставила себя долго ждать. Примитивное, голое животное в ритуальных татуировках забежала на самый край скалы, даже не зная, кем является названный Чагрок, орк обратился к богам и ветрам магии, концентрируя над своей головой магическую силу при помощи зажигательного танца и случайных звуков. — А-А-А-У-У-У-А-А! — прокричал проводник энергии, ночное небо осветила яркая вспышка зелёной энергии, который пронзила облака и ударилась в палатку Чагрока, разбивая ту в дребезги. И покуда орки ликовали над тем, что боги наказали провинившегося, гоблины скопом бросились вниз. Избитый и еле-живой Мелкозазнай был обвязан вокруг сквига, а его кольчуга и шлем теперь громыхали на Сназ’Таке. — Он реальн че-то бухает для силы, прям как безумцы с красными грибами? — вопрошал Сназ’Так, прокручивая в голове возможные варианты. — Да! Я сам видел! Обычного гобба от такого варева полюбасу разнесёт, прям как легендарного Брюхо. — разглагольствовал Кар’Кок уже перебирая ногами вниз по склону. — Я’б хлебнул, хе-хе… — добавил Уд’Драк, фантазируя о небывалой мощи в своих немощных руках. — Не хотел бы… — сухо подметил Браг’Хак. К моменту, когда гоблины спустились к догорающей палатке, вокруг неё собралась внушительная толпа зевак. Сназ’Так и Кар’Кок сразу занырнули под порванную ткань, собирая все возможные ингредиенты и ценности. — Чего ищем? — пыхтел Сназ’Так, слабо ориентируясь под остатками шатра. — Всё что блестит, может зелье… Среди всего мусора лежал и ранее названный осколок странного, зелёного камня. Кар’Кок суеверно завернул его в пару слоёв ткани и спрятал в наплечной сумке, которую подобрал там же. Но побираться вечно не удалось. Из-под развалин показался сам Чагрок, его тело и не намекало о былом величии. Обвисший, хужой и уродливый, он стоял, сгорбившись в три погибели, жадно пыхтя, словно пробежал марафон. — Гаси уродца! — раздалось в толпе орков, и зелёная волна обрушилась на инвалида, затаптывая его в порыве ярости. Чтобы не оказаться раздавленными, Кар’Кок и Сназ’Так вынырнули из-под навеса, соединяясь с остальной группой. — Всё есть, всё есть! — сканировал Кар’Кок, держа сумку над головой — Пора сваливать, пока при памяти! — подгонял остальных Сназ’Так, спеша перебраться через ворота. Те на удивление оказались открытыми. Стражники жадно собирали остатки снаряжения, которое осталось на месте смерти их решалы. И покуда те спорили, кто теперь должен быть главным вратарём, пятеро гоблинов и двое сквигов спокойно прошли вдоль врат, оказываясь снова на родине. Разве что степной гоблин Браг’Хак продолжал неуверенно следовать за гоблинами из соседнего племени, ожидая от них подставы в любой момент, но этого момента всё никак не наступало. Наёмники вертались к палатке шамана Чура, выстраиваясь в ряд как истинные авантюристы. — Эт степной с вами? — возмущался один из охранников палатки — Друзьяшек заводите вы странных… — Харе галдеть, дурында. Скажи Чуру, что всё готово — Сназ’Так вышел вперёд, толкая за собой Кар’Кока с сумкой. — Всё на мази, ребята. Надо сложно выложиться! Где-то позади, откисая на сквиге, Мелкозазнай приоткрыл глаза, приходя в себя. — Я справився? — спросил он, держась за огромный тумак под грудью. — Обосрался — прокомментировал Уд’Драк, играясь со своим питомцем оторванной рукой степного гоблина. — Да до зога уже, главное дело сделано по красоте — подытожил Сназ’Так, затыкая тем самым всех остальных. И покуда все обменивались своими впечатлениями от этой зубодробительной прогулки по орочьему лагерю, сторожила палатки нырнул внутрь. Менее чем через минуту он вернулся к толкучке, объявляя: — Ты! — указал он мечом на Сназ’Така — И ты, пивнарь — лезвие сменило направление в сторону Кар’Кока — Лезьте внутрь и без шуток. На сей раз, этот же стражник находился внутри шатра вместе с гостями. Шаман Чур, не изменяя своей манере, стоял рядом с ароматно тлеющими углями. Отталкиваясь от обстоятельств, Чур не скрывал своё раздражения. Он определённо сомневался в дееспособности этой кучки гоблинов, будучи привыкшим к нескончаемым неудачам среди недомерков, ему ни раз доводилось разочаровываться в своих сородичах. — Базарьте… — жестом руки он позволил говорить. Несмотря на то, что говорил он с гостями, взгляд его был больше прикован к своему телохранителю. — Дело было так… — начал Кар’Кок, принимаясь вываливать перед шаманом всё, что смог унести из палатки Чагрока, но приберегая странный камень на потом. — Мы кароче зашли в лагерь и чётко прошлись, узнали где он жирует, и Я глянул чё там внутри его жилья. — гоблин хитро посмотрел на Сназ’Така, подмечая это самое «я», надеясь, что сородичу хватит гуманности поделиться оплатой. — Там были степные гоблины, среди них шаман был! Они кашеварили из всякого дерьма мерзкую херь и поили ей этого обгашенного утырка. А ещё, они добавляли туда вот это — Кар’Кок вытянул вперёд свёрток со странным камнем. — О-о-о, понятно-понятно, вот это вредная штука. — удовлетворённый, Чур закивал. Его телохранитель подошёл, разворачиваясь свёрток в своих руках и показывая сверкающее содержимое. — Я таким не занимаюсь, но пойдёт. А чё за шаман степной там был? — Ширк Зудозад, его так другой степной обозначил, который теперь под нами ходит. — моментально ответил Сназ’Так, вспоминая разговор с недавним пленным. — Хах, хорошо-хорошо. — Чур улыбнулся ещё шире — Братва поржёт, узнав, что он камнями занимается. Убери эту херню куда-нить — скомандовал он телохранителю. — А ещё самого орочьего чемпиона взорвал Бир’Фат со своим Горка поклонником. Типо прям ваще раскидало палатку со степными, а самого качка забили свои, потому что он резко сдулся. — Кар’Кок еле сдерживал смех, время от времени поглядывая на своего товарища. — А Зудозада тоже лопнуло? — помрачнел Чур, потирая руки, как если бы ему стало холодно. — Не знаю — пожал плечами Кар’Кок — Вродь нет. — Ладно, забились. Чё хотите? — Ха-ха, терь побазарим — Кар’Кок сжал зубы, его мышцы напряглись, он повернулся на Сназ’Така, подталкивая его в плечо — Брюлики-жубы… — шептал он. — Можешь сделать меня сильнее? — Сназ’Так уставился на Чура, поднимая руки вверх в некоем восторге. Подобный вопрос поставил находящихся в комнате в ступор. Стражник через пару мгновений рассмеялся, а вот Кар’Кок размяк в лице до состояния отчаявшейся груши. — Сназ… ты… дебил? — пробурчал Кар’Кок сквозь зубы. А вот Чур отреагировал с довольной ухмылкой и долей интереса — Прям навсегда? Не-е-е… Но! — он поднял палец, подходя к полочкам с глиняными сосудами — Можешь вылакать вот это дерьмо и тебя резко разнесёт. Это брага из красного гриба, которая снесёт те крышу и даст сил завалить орка, когда-то сам Вскрывала такое пил. Дам три склянки, покатит? — Идёт! — Сназ’Так подпрыгнул, вытягивая руки и жадно хватая все предложенные ему колбы. — Я буду непобедим! — скандировал он, уже пряча награду за поясок. — СНАЗ’ТАК ТЫ ДЕГЕНЕРАТ?! КАКОГО ЗОГА, ЧЁ ОСТАЛЬНЫЕ ПОЛУЧАТ ЗА РАБОТУ? ЧЁ Я-Я ПОЛУЧУ?! Я ВСЁ СДЕЛАЛ, ВСЁ! — Кар’Кок встал, хватая своего лидера за портки и тряся из стороны в сторону. С его губ плескалась слюна во все стороны. Покуда Чур гоготал, его телохранитель обнажил клинок, чтобы в случае чего пресечь драку внутри шатра. — ОТСТАНЬ, МУДАК! ЭТО СИЛА В ЖИДКОМ ВИДЕ! — одним движением Сназ’Так толкнул сородича на пол, наступая ему на живот. — С ней я сделаю всё, чего не мог раньше! — победоносно смеялся Сназ’Так. — Пошли нахер из моей хаты. Дело оплачено, Луна сведёт – увидимся — подытожил Чур, наконец переставая смеяться. Стражник смерил взглядом гоблинов и поспешил вытолкать их наружу. Реакция выжидающих на отсутствие доли явно не заставит себя долго ждать. Хотя… кому хватит наглости раскрыть гриборезку на самого сильного гоббо в банде?