Глава 22

— Всё оказалось не так, как я себе представляла… — Когда я навещал тебя в последний раз, мне так не показалось. — Чейз разговаривал со мной спокойно, чуть ли не мягко. Словно догадывался, как тяжело мне это обсуждать. При мысли о том, как он устроил мне сюрприз и приехал в гости, потеплело на душе. Впрочем, это ощущение продлилось недолго… Когда я прокрутила в голове всё, что случилось потом… Тепло резко поменялось на холод. — Поначалу всё действительно было хорошо, — помедлив, произнесла я, — но после того как закрыли сериал, я почти не получала ролей. Моя соседка съехала, я вынуждена была два месяца платить за квартиру в одиночку, позже у меня появился сосед, который разнёс квартиру и я потеряла весь залог.       Я чувствовала на себе взгляд Чейза, однако из изо всех сил сосредоточивалась на том, чтобы смотреть прямо и вести машину. Напряжение в плечах нарастало, распространяясь оттуда по всему телу, пока я не стала ощущать себя куском льда. — Затем агент предположил, что моя внешность мешает получать достойные роли, — продолжила я. — Ты в курсе, что я и без того была не в восторге от своего носа, поэтому обратилась в клинику. В результате я на какое-то время выпала из рабочего процесса и поэтому жила только на сбережения. Агент заранее пообещал мне роль, но когда мы с ним встретились в следующий раз, сообщил, что они нашли мне замену. А также что он больше не хочет меня представлять. Это не вся правда, но очень близко к ней.       Чейз выругался, однако прежде чем он успел что-то сказать по этому поводу, я быстро заговорила дальше. Если не сделаю этого сейчас, то не смогу уже никогда. В глазах предательски защипало. — Чем дольше я там находилась и чем больше отказов получала, тем ужасней себя чувствовала… — последние слова я выговорила еле слышным шепотом. — Ты правильно сказал. Я сдалась. Потому что у меня не осталось сил продолжать. Я… я больше не могла…       Я отчаянно и безостановочно моргала, усиленно сосредоточившись на дороге. На руле. На лапе на педали газа. Надо оставаться в настоящем моменте, нельзя мысленно возвращаться в то темное место, куда меня уносило со скоростью снежной лавины. Нас обогнал какой-то автомобиль, и я так сильно вцепилась в руль, что лапы задрожали. — Можешь заехать вон туда?       Хотя он задал вопрос очень осторожно, в такой тишине его голос показался мне слишком громким. Лучше бы он не приглушал радио. Автоматически кивнув, я нацелилась на подъездную дорожку. Скорее всего, Чейз почувствовал, что я сейчас на самом деле не в состоянии вести машину, и позаботился о своей безопасности. Лишь когда несколько секунд спустя я свернула, то обнаружила придорожный ресторан, к которому мы ехали. Счастье, что я сумела припарковаться. Лапы так тряслись, что мне почти стало стыдно. У меня еле получилось выключить мотор. Потом я уставилась на лобовое стекло.       Чейз отстегнулся и распахнул пассажирскую дверь, после чего с трудом вылез из салона. Сердце у меня колотилось где-то в районе шеи, и я проклинала себя за то, что рассказала ему все это. Все-таки это я его обидела. У меня нет права выкладывать ему на блюдечке с голубой каемочкой свои неудачи и реветь перед ним. Внезапно раздался стук в стекло, и я в замешательстве повернулась к окну. За ним стоял Чейз и коротким кивком велел мне выходить. Когда я сглотнула, казалось, в горле застряла целая горсть пыли. Словно мелкие звёздочки давили изнутри. Но я собралась и вылезла из машины. Избегая взгляда Чейза, я взяла свою сумку, скрупулезно перестегнув ремешок. И только когда немного взяла себя в лапы, осмелилась открыть рот: — Пойдем поедим чего-нибудь? Ты наверняка голодный. На… Наверное… мы здесь сможем…       Чейз выставил вперед лапу и прервал дальнейшее терзание ремешка сумки. Я удивленно подняла голову и посмотрела на него. Он низко сдвинул брови. В его глазах я видела отражение своей боли. — Я не знал, — сипло произнес он.       У меня пересохло во рту, и я сглотнула.  — Прости за то, что недавно тебе наговорил, — продолжил он. — Ты ведь уже извинился, — пробормотала я. Он мотнул головой: — Значит, сейчас извиняюсь еще раз. Черт, Скай. Не может быть, чтобы они всерьез так поступили. Пожав плечами, я попыталась изобразить как можно более равнодушное выражение лица: — Это не так уж и важно. Он еще сильнее нахмурил брови: — Это важно! И это ненормально, что тебе внушали такую хрень. Ты… ты идеальна такая, какая есть. Никто не имеет права говорить иначе. Качая головой, я уставилась в землю и беззвучно рассмеялась: — Я практически прямая противоположность идеалу… — Скай… Я вскинула голову и перебила его: — Я сделала тебе так больно, что еще пару дней назад ты даже не мог заставить себя по-настоящему на меня взглянуть! Чейз! Я самое большое разочарование для своих родителей. У меня нет школьного аттестата, и я даже приличную работу найти не могу. Я совершаю одну чертову ошибку за другой и каждый день думаю, что…       Я прикусила внутреннюю сторону губы. Так сильно, что почувствовала вкус крови. Раздраженно оторвала взгляд от Чейза и вместо этого посмотрела на ресторан, который оказался отелем. Внизу располагалась терраса с широкими панорамными окнами. За одним из столиков я увидела дурачившуюся молодую парочку. Парень обвил рукой девушку и с широкои улыбкой притянул к себе. А потом поцеловал в уголок губ. Почему-то эта картина сделала все только хуже. Глаза у меня горели огнем. — Скай. — Чейз заговорил так тихо и вместе с тем настойчиво, что мне захотелось вновь посмотреть на него. Но я не могла… Не могла, потому что теряла контроль над собой… Мне удалось лишь покачать головой: — Все так, как есть. Я во всем виновата сама. И не имею права тут рыдать, когда это ты только что вышел из больницы.       Чейз протянул лапу и аккуратно поправил мою шерсть рядом с ушами. Это прикосновение было для меня настолько неожиданным, что я задержала дыхание. Костяшки его лап дотронулись до моей щеки. От того места, где его шерсть соприкоснулась с моей, по всему телу стало растекаться тепло. — Это не соревнование, кому хуже, — мягко произнес он. Я сердито вытерла глаза: — Знаю. — Супер. — Он снова опустил лапу и спрятал ее в карман пальто. Лишь сейчас мне бросилось в глаза, что он достал из машины только один костыль. — Значит, теперь мы можем перекусить.       Не дожидаясь меня, Чейз развернулся и пошел по направлению к отелю.       Отель оказался потрясающе красивым и дорогим. С другой стороны из него открывался вид на мини водопад, чего нельзя было заметить снаружи. Пол ресторана покрывала черная и белая плитка, стеклянная крыша открывала взору окружавшие горы и верхушки деревьев. Столы из орехового дерева были накрыты белыми скатертями, и в целом все выглядело очень аккуратно и почти изысканно. Нас посадили за столик, который находился рядом с панорамными окнами, тянувшимися по всему ресторану. Так нам оказалось достаточно пространства, чтобы Чейз мог разместить ногу на соседнем стуле.       Мы оба заказали колу и закуски, хотя я сомневалась, что это поможет против тошноты у меня в желудке. Я все еще не до конца взяла себя в руки. Чувства переворачивались с ног на голову, но по крайней мере к глазам уже не подкатывали слезы. Звон посуды и столовых приборов других посетителей, сопровождаемый песней «Champagne cost», помог мне снова прийти в норму. Кроме того, Чейз ни словом не прокомментировал мой эмоциональный срыв. Он вел себя как обычно, будто ничего не произошло, за что я была ему невероятно благодарна. Я как раз думала, что можно сказать, когда пиликнул телефон Чейза. Он бросил взгляд на дисплей и помрачнел. Затем положил телефон на стол экраном вниз. — Все в порядке? — уточнила я. Чейз кивнул: — Просто Рокки прислал мотивирующую цитату и групповую фотку команды нашего рейда. — Это ведь мило.       Чейз приподнял бровь, после чего снова потянулся за смартфоном, разблокировал его и пару раз нажал на экран. В конце концов он подтолкнул его по столу ко мне. На экране отображалась история сообщений. Выглядела она очень односторонней и состояла по большей части из картинок, на которых крупными буквами были написаны цитаты вроде «Нет побед без боли» или «Просыпайся, красавица, пора становиться чудовищем». И несколько мемных картинок, И куда же без дурацких стикеров. Я спрятала ухмылку: — Какая прелесть. — Ах вот как? — Он забрал телефон и начал что-то печатать на нем. Чуть позже у меня в кармане брюк завибрировал телефон. Я вытащила его и наморщила лоб. Чейз прислал сообщение. Я неуверенно его открыла. «Не ждите подходящей возможности. Создайте ее».       Теперь настала моя очередь цинично выгнуть бровь. В то же время у меня задрожали уголки губ. Не знаю, как ему это удалось, но я была готова улыбнуться — и это после всего, что я ему недавно рассказала. — У тебя до сих пор остался мой номер, — заметила я, сохраняя его телефон.       В отличие от меня он номер сменил. Я убедилась в этом сама, когда однажды ночью, зареванная, позвонила ему, а автоматический голос сообщил, что набранный номер больше не обслуживается. — А у тебя до сих пор осталась моя футболка, — откликнулся Чейз.       Он произнес эти слова безо всякого осуждения, и тем не менее у меня покраснели щеки. Меня как будто поймали с поличным, хотя он наверняка давно знал, что я ее тогда стащила. Раньше я постоянно надевала что-то из его гардероба. — Да. — Это единственное, что я смогла ответить.       Чейз пристально смотрел на меня, словно искал на лице ответ на вопрос, который собирался задать. — Почему?  — Потому что она мягкая и в ней отлично спится. — Почему ты повесил нашу фотографию у себя в комнате? Теперь уже он моргнул, застигнутый врасплох. Впрочем, Чейз быстро скрыл эмоции за маской озорства: — Потому что хотел постоянно вспоминать твои брекеты. — Тогда уж скорее твое мелирование. Не думай, что на снимке его не видно. Чейз состроил рожицу: — Понятия не имею, о чем ты. Ладно, у меня найдется еще куча фотографий. Мы с Корал поклялись, что никогда не дадим тебе об этом забыть. Есть множество вещей, о которых я никогда не дам забыть тебе, — парировал он и со скрещенными на груди лапами откинулся на спинку стула. — Например, тот вечер, когда ты воспользовалась автозагаром и в итоге выглядела как перепачканная скатерть.       Я скомкала салфетку и кинула в него. Она попала ему в плечо. Поморщившись, Чейз поднял её и положил на стол. Мне было ясно, что мы оба кружили вокруг темы, о которой на самом деле хотели поговорить. Благодаря тому, что немного ему приоткрылась, я вновь вспомнила о своем намерении, возникшем прошлой ночью. Раньше я считала, что отныне не заслуживаю занимать какое-либо место в его жизни. Что есть другие, которые поддержат его и будут рядом с ним в тяжелое время. Да, он казался совершенно другим парнем. Да, отчасти виновата в этом я. Я не могла все это отменить.       Но все это не играло вообще никакой роли, поскольку вчера ночью он показал мне частичку себя, которую не видел больше никто. И если последние несколько часов мне что-то и продемонстрировали, так это то, что в глубине души мы все еще знали и чувствовали друг друга. Нельзя просто взять и забыть кого-то, как бы тебе ни хотелось полностью разорвать с ним отношения. Часть души я оставила у Чейза, после того как мы расстались. Но теперь я рядом с ним, а он рядом со мной. Быть может, в его жизни действительно еще осталось место для меня, потому что, даже если он полагал, что больше не занимает место в моей жизни, на самом деле он никогда его и не терял. После нашего разрыва не прошло ни дня, когда мыслями я не возвращалась бы к нему. Чейз заслуживает объяснений, это я поняла уже очень давно. Вот только до сих пор мне никогда не хватало смелости рассказать ему, почему я положила конец нашим отношениям. Он слишком злился, а я была поглощена собственными проблемами. Но теперь… теперь мысль об этом больше не внушала мне страх. Я набрала воздуха в легкие и собрала всю свою храбрость. — Майка — это не единственное, что я сохранила, — прошептала я.       У Чейза чуть расширились глаза. Он вдруг резко притих. Казалось, что он даже дышать перестал. 一 Нет？       Я медленно покачала головой. Как будто любым неосторожным движением могла разрушить то, что сейчас зарождалось между нами. — Я сохранила все. Каждое воспоминание. Мне не хватило духу расстаться хоть с чем-то. У него между бровей образовалась складочка. — Только со мной.       Я вспомнила день, когда он позвонил мне по скайпу. Связь была плохой, но я все равно понимала каждое его слово. А он — мое. Мое сердце уже разбилось в тот момент, когда я приняла решение закончить наши отношения, но после того, как он уставился на меня с абсолютным недоверием и много раз повторил мои слова, пока полностью их не осознал, оно буквально разорвалось на куски. Он без остановки качал головой и что-то бормотал себе под нос, пока с его губ не сорвался один-единственный вопрос: — Ты еще меня любишь?