...

             В коридоре, полностью поглощëнном темнотой, просыпается Сик- чернильное существо, страшнейший враг игроков и самая сильная сущность среди других. Черная субстанция, сидя в недоумении, не может вспомнить, как он здесь оказался, но, учуяв запах гнилой плоти от умерших игроков, лежащих рядом с ним, инстинктивно пробирается к жертве. Коснувшись холодного трупа,Сик понял, что лежал здесь довольно долго, около двух дней - тело погибшего ужасно воняло, а ткани кожи были разбухшими. С некой яростью монстр бросился на труп, не обращая внимание на абсолютно невкусное мясо, ведь его голодный рассудок уже не остановить. Искатель страстно прокусывает человечину. Все же, мясо еще оставалось съедобным, хоть и холодная кровь уже обрела странный привкус.       Внезапно слышится жуткий крик, похожий на крик маленькой девочки. Сик сначала подумал, что это визг одного из людей, но потом опомнился, что на самом деле это был крик его собственной дочери - Салли,его единственный лучиком света.       Сик вспоминает тот самый поздний вечер. За окном, как обычно, льет ливень. Сверкают молнии и заполняют мимолётным светом комнату, еле освещённую свечами. Восковые палочки, которые совсем скоро догорят, грели души Сика и Салли. Оба сидели за фортепиано. Отец помогал дочери сыграть одну из ее любимых пьес, которую играли талантливые игроки, случайно попавшие к ней в гости. Салли очень любила фортепиано, а еще больше - отца, который привил ей любовь к этому инструменту. Маленькая девочка раз даже пыталась сочинить свою мелодию, такую же нежную и милую, как ее папа. Но получилось не так, как она представляла это у себя в голове. Отец спокойно отнесся к этому и поддержал свою расстроившуюся дочь из-за неоправданных ожиданий. Кроме того, Сику искренне нравилась эта мелодия и он не раз еще упоминал о ней. В их жизни никто не был важнее них. Эту маленькую семью, казалось бы, ничего не могло бы разлучить. Но, на самом деле, могло. В тот же вечер Сик читал маленькой девочке сказки на ночь. Когда она уснула, чернильный циклоп отправился убивать игроков, что вторгаются в покои их дома - Отеля, как и все сущности. Хоть и общая цель монстров - убивать людей, не гарантирует, что они ладят между собой, а скорее наоборот - пытаются испортить жизни друг друга. В их понимании соперничать - нормально и для них также нет проблем добиться высот любыми способами, даже самыми аморальными.       Закончив свои дела, Сик побрел домой, и увидел перед собой собственным глазом ужаснейшую картину, то, что он в жизни не мог представить. Дюп и Раш держали бедную девочку с ножом внутри, задорно смеясь, пока та кричала от невыносимой боли. Рядом стоял Фигура, получавший удовольствие от этих визгов. Отец сразу же бросился спасать свою дочурку: в последний момент, когда Сик уже был в метре от них, жестоких тварей, Амбуш остановил Сика и бросил в стену, а когда Искатель присоединил к драке свои огромные чернильные руки, было уже поздно - Фигура оторвал голову Салли. Так и стерли в прах счастливую семью.       Сик умер морально, а Салли - физически.       Попытки вспомнить дальнейшие события не удались. Сик не мог даже вспомнить, сделал ли он что-то с чудовищами, что устроили этот ужас. Но он вспомнил, что после этого инцидента в порыве горя искалечил себя до потери сознания, когда гнался за игроками. Просто так он это не оставит, это уж точно              — Эй, Сик...- послышался еще один голос, но уже взрослый, и очень странный,- Я, конечно, знаю, что тебе в последнее время нелегко, но... Существо медленно подошло и сразу стало понятно, кто это - Озорной Свет. Он никогда не приходил просто так, тем более лично. Но.. Сику показалось, что такой момент уже был, хоть и не мог вспомнить, когда конкретно.       -... Но я могу помочь тебе. Помочь отомстить. Они до сих пор ходят безнаказанными, знал ли ты?       С чего бы Озорной так неожиданно стал предлагать помощь? Его имя противоречит самому себе - Озорной, значит должен быть с ними заодно, но точно не наоборот.       Сик поднял голову и стал смотреть ему ровно в глаза, пытаясь понять, точно ли это он.       — Это правда я, Сик! Можешь считать меня извергом сколько угодно, но сейчас мне правда жаль тебя. Меня точно также как и тебя прëт желанием стереть их в крошки.       Злорадный Свет и Сик никогда не были не то что приятелями, они даже не общались. Им было плевать друг на друга, каждый из них просто выполнял свою работу в Отеле. Это единственное, что в них похоже. То, что Озорной настоящая зараза, Сик был наслышан от других, в том числе и самой Салли. Как то раз он чуть не сломал ей фортепиано, но это уже другая история, однако подчеркивающая его зверство.       Все же, Искателю уже было плевать на все. Его смысл жизни растоптали в порошок, также как и желание существовать, да и в общем как-либо функционировать. Единственное, что не дает ему покоя, так это не вернувшийся бумеранг тем тварям, не знающим такого понятия, как "человечность". Терять было нечего и Сик принял отчаянное решение - согласиться. Он медленно кивнул, будто еще сомневался в своих действиях, хотя взгляд был уверенным.       — Согласен ли ты заключить сделку, где я дам тебе часть своих сил, а ты отдашь мне свое самое ценное? Сик совсем не понял последнюю часть его слов. Самое ценное? Самого ценного больше нет. К тому же, эти слова вызвали сильное чувство дежавю. Эта издевка показалась ему совсем неуместной, но вопреки этому он кивнул дважды, в этот раз уже увереннее. Пожали руки. Сделка была заключена.       — Я знал, что ты согласишься,- Злорадный с улыбкой отвернулся.- Как и полагается, держи мои силы.       Злорадный исчез, а Сик почувствовал себя куда сильнее, мощнее. Вопрос, который у него засел в голове: а какая выгода Озорному от этой сделки? По сути, он не получит ничего, хотя отдаст довольно много. Плевать, сейчас у него огромные возможности, чтобы отомстить.       Сик первым делом отправился в библиотеку, поскольку к Фигуре он испытывал наибольшую злость. Он покинул свои коридоры и побежал со всей мощи. С его энергией, это давалось в разы проще и быстрее. Распахнув огромные двери библиотеки, Сик взглядом начал искать мясистую сущность. Фигура, в свою очередь, услышав гостя в своем доме, негостеприимно зарычал, но был схвачен мерзкой слизью и повален на пол. Здесь и начались пытки, но Искатель захотел начать с самого малого. Сначала растягивал пальцы как только мог, но старался их не отрывать. Он хотел нанести лишь только боль, чтобы они все наконец ощутили тоже самое, что и ощутила его невинная дочь. Фигура по строению близка с людьми - такая же кожаная, а возможно и костлявая, кто его знает? А давайте проверим! Сик напрягся и со всей силы стал тянуть кисти рук, слушая, как блаженно разрывались сухожилия и хрустели костяшки. Месиво сопровождалось симфонией маниакального смеха и болезненного рычания. Фигура мог только сопротивляться, разрывая глотку от криков мольбы прекратить, но его давили так, что пошевелиться было адски больно. Закончив с самым мелким, Сика уже рассердил вой мясистого монстра, поэтому схватил Фигуру за горло и стал сжимать как тряпку, но, главное, чтобы тот оставался в сознании. Этот процесс ему наскучил, и он приступил к самому любопытному - ребрам. Его всегда интересовала прочность ребрышек. Сику нравится, когда есть возможность узнать ответ, и ее он никогда не упускает. Чего уж медлить. При неудачных попытках сломать ребро самостоятельно, чернильные руки схватили измученную сущность за эти же ребра и начали кидать монстра в ближайшие книжные шкафы, заставляя книги выпасть на них. Сику это не помешало-скорее наоборот развеселило его. Смеясь, чернильный монстр не заметил, как случайно оторвал ребра Фигуре, когда хотел достать его из горы книг. Он слегка расстроился, ведь хотел повременить с этим, но быстро придумал новое занятие, в котором задействует эти ребра. Фигура вел себя как настоящий дьявол, так пусть и будет похож на него. Сик проковырял пару дырок его в мягкой мясистой голове, и вставил туда кусочки отломанных ребер. Смотрелось смешно и одновременно уродливо. Для веселья Сик сжал ноги Фигуры, пока они не стали тонкими, как палочки. Эти же палочки он и раздавил, как слон муху. Искалеченное тело было уже почти неузнаваемо. В завершительный этап чернильные руки отпустили его совсем. В любом случае, Фигура больше ничего не мог сделать, а только дергаться. Он все равно умрет,или в ином исходе будет овощем. В этот момент Фигуру стало жаль, поэтому Сик решил помочь. Протянул свои и большие руки к его шее, зажал пальцами до хруста позвонков, а вместе с ними и сонную артерию и оторвал ему голову, чтобы тот покончил со своими страданиями. В тот же момент заструилась фонтаном кровь, брызгая окружающее вокруг. Земля тебе пуховик, Фигура.       Но на этом Искатель решил не останавливаться. Он стряхнул с себя капли крови, собрал мясцо и понес его к себе в дом. Там приготовил стейки, в один из них заложил записку. Пошел искать Амбуша, и найдя его недалеко от владений Сика, предложил полакомиться аппетитным мяском. Вдвоем они были в хороших отношениях, поэтому Засада полакомился без вопросов. Как и предполагалось, ему понравилось блюдо, и доедая последний кусок, почувствовал во рту вкус бумаги. Амбуш высунул маленький листочек из рта и прочитал надпись, что была написана на нем мелким шрифтом "отличный Фигура на вкус, не так ли?". Он сразу понял, что к чему, и со злобы бросил в "друга" стул. Это оказалось бесполезным - на Сике была защита в виде красного барьера, что передался от Озорного. Стул в ту же секунду отбросился назад и полетел прямо в Амбуша и заставил повалиться на пол. Соучавствовать в убийстве дочки своего дружбана , так это мы первые, а как только это коснулось его знакомого...       — Так ты связался с ним... Подонок...- раздался трясущийся голос- я не прощу тебе..       Это Сик не простит его за сделанное с Салли. Как он мог пойти с ними заодно?! Подойдя к зеленому, Сик схватил его за шкирку и бросил в сторону окна. Приставил к горлу нож, которым готовил стейки. Амбуш сразу начал сопротивляться и крутиться из стороны в сторону, лишь бы лезвие не прошлось по его артериям. Сик даже не пытался как либо этому помешать. Он просто остановился и хитростью отвел внимание, превратившись в лужу, а затем неожиданно вернулся и вонзил холодное оружие ему в глаз. От испуга прозвучал громкий визг. Амбуш упал на колени, схватившись за место травмы. Пока из его раны лилась кровь, монстр подбежал и напал со спины, заставив оппонента потерять равновесие, и как следствие, стать уязвимым для нападающего. Сик взял Амбуша за шкирку еще раз, смотря на его кровоточащие глаза, наполненные страхом, и со всей силы кинул в самое большое окно комнаты. Вазы с цветами, стоявшие рядом начали шататься, а само стекло разбилось на мелкие кусочки, но этого достаточно, чтобы устроить еще один акт насилия. В быстром темпе Сик собрал осколки и ждал, когда Засада поднимется. Когда Амбуш это сделал, Искатель стал бросаться стеклышками прямо в него. Даже пытаясь уворачиваться, его тело все равно превратилось в тело ëжика - он стал таким же игольчатым. Тогда он начал в спешке высовывать из себя мелкие куски, оставившие за собой ужасно болящие раны и стал истекать кровью, освободившись от них. Простоял он так пару минут, обливаясь своей зеленой жидкостью, даже пробовал напасть на Сика или вылечиться,но в конце концов упал замертво от потери крови.       Одноглазый, дождавшись его смерти, пошел дальше по списку монстров, которым он еще не отомстил.       От самого себя далеко не убежать, также как и от своих мыслей и воспоминаний. Абсолютно всë напоминает о Салли: сам Отель, коридоры, другие монстры, игроки, картины, освещение и даже запахи. Абсолютно все. Она вжилась в разум и не хочет отпускать. Всë было бы иначе, если бы она была рядом как раньше. Не зря говорят, что ценить начинают, когда этого уже нет.       Сик, идя по коридору, чувствовал, как постепенно уходит у свои мысли, сам не желая того. Так называемые "навязчивые мысли" старались захватить его разум. Он не хотел погружаться в свое горе снова, его душа желала только наиужаснейшей смерти для них. Погружался в те травматические события, и чем дальше он заходил, тем хуже себя чувствовал, что морально, что физически. Снова слыша тот мучительный крик, без колющей боли в груди не обходилось. Вместе с этим стало трудно дышать, будто не Сик душил Фигуру час назад, а он его. Сердце стучало сильнее и с каждой секундой увеличивало свой темп. Чувство, будто он плавится не оставляло в покое, было ощущение предсмертной агонии. Ха-ха... Кто бы мог подумать, что один вечер, один момент, который мог быть мимолетным, если бы тогда Сик был рядом. Здесь начинается чувство вины, чувство вины за то, что знал, что такое могло произойти, но вопреки всему оставил дочь с этими чудовищами, порой даже в прямом смысле этого слова.       Это можно было легко предотвратить, но...       Все было в его руках.       Эти противоречивые мысли "что было, то было" и "я мог все изменить" изматывали полностью. Осознание этого делало еще хуже, осознание того, что с этим грузом вины он будет ходить до конца жизни. Ко всему этому стали присоединяться галлюцинации. Голос Салли, появившийся от бесконечно мучащей тоски по ней. Однако, ее смех успокаивал, давал знать, что физически она уже не здесь, но в душе - навсегда. Понимая это, Сику полегчало. Он вернулся во внешний мир и осознал, что облокотился на стену. Он настолько погрузился в те отвратительные ощущения, что даже не почувствовал свои действия. Можно ли это считать своего рода отключкой? Может Сик и пришел в чувства, но не все болячки отошли. Из-за недостатка кислорода добавилось головокружение. Башка так и раскалывается, а свет в добавок отдает пульсацией. Более того, стали очень раздражать звуки, причем абсолютно любые. Звук напряжения ламп закладывает в ушах. Лишь только капли дождя умиротворяли, как бы странно это не звучало. А все потому что стук мелких капель напоминал о Салли. Когда она долго не могла уснуть, она слушала эти звуки и легко погружалась в сон. Хоть какие-то приятные воспоминания лезут. От них даже наворачивается улыбка. Уже нет такого желания причинять боль кому либо. Сама боль отпустила, дыхание пришло в норму.       Приняв покой, Сик с облегчением вздохнул и сменил свой путь в обратную сторону. Может быть, это было справедливо, но все же жестоко. Несмотря на это, Сик в глубине души надеялся, что те четверо будут гореть в аду вечно, как и он сам. Он тоже совершил не мелкий грех.       Сик удивился своей невозмутимой позиции, когда минуту назад страдал от сильной панической атаки. Обычно, отходняк после этого еще хуже, что было еще удивительнее.       Сик был близок к завершению своих планов, однако больше не хотел продолжать свой самосуд, будто уже нет надобности, хотя есть все возможности. На самом деле, не было только духа. Уже казалось, что этого достаточно, но считал ли бы так прежний Сик? У нового Сика больше души больше нет , она потерялась навсегда, тихо ушла, не подав никакого знака. Возможно, она пыталась обратить внимание, но чернильный монстр был слишком увлечен своими задорными пытками и издевательствами. Жестокость и мстительность ослепила до невозможности, не дав и шанса задуматься о в своём рассудке и здраво ценить свои деяния и остановиться, но принципиально Сик это не сделает, конечно. Он всегда учил доводить дело до конца. Тем не менее Салли не хотела,чтобы еë отец применял насилие по отношению к другим. Это вещь, которой он учил свою дочь и клялся выполнять это до конца жизни,но сам же забыл. "Папа,пожалуйста...хватит"- так близко но так далеко слышится девчачий шепот, "они не виноваты".       "Виноваты, доча, еще как виноваты": думал Сик и разгонял эти голоса с надеждой в очередной раз не затосковать по ней. В один момент он просто остановился, заметив перед собой фейковую дверь с рычащими сзади нее голосами.       "Это точно знак!": с этими мыслями монстр интеллигентно постучался, а затем эта дверь отворилась сама и сущность, находившаяся там, потянула к себе очередную жертву. Но не тут то было - в этот раз это был не просто игрок.       — Сик?- прорычал Дюп, коснувшись его слизи. Не успев еще осмотреться, как получил по своей морде странным красным шаром. Зажмурился. Дюп ощущал эту боль, как ожог. И стало как-то жарковато. Это был пожар. Дюп удивился, так как огонь очень быстро распространился и окружил его со всех сторон, не давая пройти. В добавок к этому он увидел сквозь пламя, как циклоп предательски закрывает дверь, не оставляя другого выхода, как гореть в муках.       — Сукин ты сын, Сик! Я знал, что когда нибудь ты сделаешь это!       Оставив Дюпа гореть, Сик пошел за последней жертвой. Он уже не хочет особо заморачиваться насчет их смертей, лишь бы умерли мучительно.       На неистовые крики Дюпа прибежал Раш. Прямо сразу на блюдечко. В голову снова приходят воспоминания о дочери. Как они смотрели на драки других монстров, в особенности Раша и Амбуша, как Салли восхищалась и хотела стать такой же сильной...       Теперь на месте этих драк ее собственный отец. Как иронично... Сик не стал ждать особого момента и сразу же напал на Спешку, но не заметил нож в его руках, который он благополучно вонзил в него. Даже не успел использовать барьер, потому что это было слишком неожиданно с его стороны.       К счастью, монстра это не остановило. Ударил его со всей дури по животу, отчего Раш застонал от боли.       "Папа.."- прозвучал голос дочки снова. Снова нанес удар, игнорируя голос Салли. Взял за руку, опрокинул его через спину и сломал ее. Раш постарался дать отпор, но не учел факт, что теперь Сик непобедим с этими щитами и... Ударился об дверь, что была рядом.       "Помнишь, как мы ходили здесь? Как ты мне еще рассказывал про свою молодость?"       Салли больше нет, она больше не может говорить с ним. Это всего лишь галлюцинации - думал Сик.       Схватил огромными черными руками Раша и бесцеремонно разорвал на куски. Уже не было смысла так долго расправляться с остальными. От этого не получалось уже никакое удовольствие.       "Папа, прекрати. Это не они убили меня. Это был... Красный Свет. Ты не помнишь?.. "       Бросив мёртвое тело дымящего существа, он вспомнил всë, что было на самом деле. Правда в самый последний момент, когда трупы монстров уже валялись и им никак нельзя было помочь. Всë это убийство теми четырьмя было подстроено, а точнее выдумано самим Озорным Светом. Именно поэтому Сик испытывал чувство дежавю, когда он предложил сделку. Он предлагал сотрудничество еще до смерти Салли, но после отказа Сика он ужасно разозлился, убил девочку и избил чернильного циклопа, а воспоминания внедрил совсем иные. И все ради того, чтобы Искатель служил Злорадному в будущем...       "Ну уж нет - я не позволю"- мыслил Сик,       "Я не буду подчиняться предателю" Подняв нож с пола, которым так старался защититься Раш, монстр начал проводить по своей руке лезвием. Осознавая, что убил монстров ни за что, сила, с которой он давил острием, увеличивалась. Уже совсем пофигистично он провел точно также по другой руке, находясь и так весь в собственной крови.       Ему было адски больно, однако теперь он считал, что полностью это заслужил, начиная с устроенного самосуда, заканчивая излишней доверчивостью к персонам,с которыми "ни разу не пересекался".       Наступил самый последний и заключительный этап. Этап, который положит всему конец. Момент, который закончит эту историю.       "Простите меня, Фигура, Амбуш, Раш и Дюп. Надеюсь я получу должное наказание за то, что сделал с вами. Передайте Салли тёплый привет от меня. Тебе особое "прости", дочь моя. Люблю тебя"        Сик нанес самому себе пару ножевых ударов и упал на землю, заливая все вокруг своей жидкостью.