Выбор так себе

      Ханджи трепала себя за воротник рубашки. Спасения от душной влажной жары не было. Как на зло, кондиционер, жалобно скрипнув старым моторчиком, умер ещё утром. Наспех вытащенный из кладовки вентилятор только гонял по офису горячий воздух. Голова гудела и от температуры, и от работы.       Коллеги разбежались на обед, и Ханджи не была уверена, что кто-то из них вернется в офис сегодня. Их она прекрасно понимала, сама бы вскочила сейчас с липкого кожаного кресла и хотя бы вышла на улицу, глотнуть свежего воздуха. Но работы было много, и шанса просто забить на все не было.       Ханджи ненароком глянула на коллегу напротив.       Зик, казалось, страдал от жары не меньше. Даже издалека на коже виднелась испарина, волосы жирнились от пота.       В пустоте офиса смотреть было больше не на кого.       Ханджи откинулась на стуле. Рубашка липла к телу, и в такой жаре о работе не думалось. Компьютер давно перешел в режим сна, и Ханджи все посматривала вперед, на стол напротив. В кабинете кроме них никого не было.       Лето влияло на Ханджи словно афродизиак. Хотелось гулять с кем-то по освещенным фонарями паркам, держась за руки, посидеть на пляже набережной, целоваться до самого утра, но глядя на всех доступных ей мужчин, Ханджи отчаивалась.       Выбор был так себе: начальник-нарцисс, вечно недовольный карлик и обезьяна, как она мысленно называла Зика за густую бороду и часто растрепанный заспанный вид. Порой он и правда напоминал какого-то орангутанга-альбиноса, и это сравнение казалось Ханджи до жути забавным. Но только до момента, когда Ханджи поняла, что ее к нему непреодолимо тянет.       Про себя она посмеивалась, что это связано с ее огромной любовью к животным, но становилось совсем не смешно, когда при виде Зика сердце начинало стучать быстрее. От Зика всегда пахло табаком. Он пыхтел, как паровоз, то и дело бегая на перекуры. Ханджи же не курила совсем. Да и вредно это. Но уже подумывала начать, только чтобы пообщаться с Зиком поближе.       Зик, тем временем, пытался спастись от жары. Жадно пил холодную воду из бутылки, покрытой испариной, ослабил галстук, расстегнул пару верхних пуговиц на рубашке, и Ханджи заглядывалась на него, пытаясь угадать, какое же у него под рубашкой тело. Монитор погас, компьютер перешел в спящий режим. Это знак, — подумала Ханджи, отлипла от кресла, неспешно прошагала к чужому столу.       — Жарко что-то сегодня, да? — спросила она, как бы невзначай расстегивая на рубашке еще одну пуговицу. Из выреза игриво выглядывала кромка спортивного бюстгальтера, но Ханджи это совсем не смущало, только наоборот, подталкивало к действию.       — Ага, — ответил Зик, тупо глядя во внезапно образовавшийся вырез на груди симпатичной женщины.       — Работать совсем не хочется, правда?       — Правда, — повторил за ней Зик, глупо пялясь в вырез рубашки. Ханджи наклонилась ниже, открывая вид на свою пышную грудь.       — Тогда у меня есть идея получше, — сказала она, и, пока Зик ничего не успел ответить, схватила его за ослабленный галстук и потянула на себя.       Губы коснулись чужих, горячих и мягких. Зик на мгновение застыл, но будто бы договорившись с собой ответил на поцелуй.       Ханджи прикинула — еще с полчаса никого в офисе не будет, времени более чем достаточно.       Она бросила галстук, обошла стол, забираясь к Зику на колени. Его глаза за очками превратились в блюдца, но он не оттолкнул и не сказал ничего против. Ханджи посчитала это за согласие, сняла свои очки, и так же изящно стянула его.       Ханджи мазанула губами по заросшей щетиной щеке, чувствуя прогорклый запах сигарет, добралась до губ, толкаясь внутрь языком. Она спешила, чтобы их точно никто не успел увидеть, а Зик так и оставался какой-то унылой декорацией.       — Ну и что ты тормозишь? — сказала Ханджи, положив его руку себе на грудь.       Зик, увидел свою ладонь на груди и очнулся.       — Я это… Неожиданно как-то, Ханджи, мы же в офисе. — Зик убрал с нее руки, откинулся на кресле, стараясь отдалиться, но Ханджи была настроена решительно.       — Так не тормози, если будем копошиться, кто-нибудь увидит.       — Я прямо как в порно сейчас себя чувствую, — сказал Зик, и Ханджи прыснула, широко улыбаясь.       — Не могу обещать, что здесь не висят скрытые камеры.       Зик слегка улыбнулся и, видимо смирившись с такой щекотливой ситуацией, сдался.       Грубые руки скользнули под рубашку, подбираясь к груди. Ханджи прогнулась вперед, позволяя Зику ласкать ее сквозь ткань бюстгальтера, попутно расстегивая его рубашку.       На светлой ткани виднелись капли пота. Становилось невыносимо душно, но подстегнутая внезапным возбуждением, Ханджи перестала обращать на жару внимание. К тому же, в бедро уперся затвердевший член.       Зик потянул рубашку Ханджи вверх, заставляя ее выпутываться из нерасстегнутой одежды, и тут же прильнул губами к ее груди.       Борода щекотала кожу, влажная дорожка поцелуев холодила, немного ослабляя мучения от духоты. Внизу стало влажно, Ханджи поерзала на месте, подсказывая, что не хочет больше ждать, и Зик понял ее намек, скользнул пальцами вниз, отодвинул кромку белья, входя в нее пальцами.       Ханджи сдвинула брови, напряжение в теле нарастало, она задвигалась навстречу, насаживаясь на пальцы, пока низ живота не начало тянуть.       Зик снял ее с себя, расстегнул ремень и ширинку на брюках, развернул Ханджи к столу и резко вошел, двигаясь быстро и отрывисто, словно спешил довести дело до конца как можно скорее.       Ханджи не сдерживала стонов, надеясь, что в кабинетах до сих пор никого нет, подавалась назад, чувствуя, как стекают по спине капельки пота, как сердце колотится все быстрее и как она вот-вот…       — Утро доброе, — прозвучало над головой, и Ханджи встрепенулась, подскочила от неожиданности, поправила очки, резко дернула рубашку вниз.       — Вы на работе, Зое. Будьте добры работать.       Она непонимающе огляделась. Вокруг сновали коллеги, ни намека на секс. Только в офисе все еще было до невозможности душно. Тепловой удар схватила что ли?       Ханджи проследила за взглядом Эрвина и тут же застегнула пуговицу на блузке. Вытерла ладонью след от слюны со щеки, и разбудила компьютер. От жары, видимо, совсем крыша поехала.       В офисе как будто бы ничего не изменилось — Эрвин, чопорный и важный, даже пиджака в такой жаре не снял, сидел за стеклом своего кабинета с ровной спиной, аж смотреть на него было больно. Макушка Леви едва выглядывала из-за монитора, а Зик шумно глотал воду, добавляя странные звуки, и на белой рубашке проступили желтые разводы пота.       Ханджи побежденно вздохнула. Пора было уже кого-нибудь себе найти.       И все-таки выбор был так себе…