Разговор.

Рыцари спешно закивали и уверенно пошли вперед, ожидая, что она пойдет за ними, что она и, в принципе, сделала. По одинокому коридору слышался класк доспехов и цокот каблуков. Шаги были уверенными, не слишком быстрыми, и создавали ощущение целеустремленности. Через несколько мгновений они зашли в какую-то просторную, красивую комнату. Рыцари остались за дверью, а Хелейне предстояло остаться внутри этого загадочного пространства. Цепким, быстрым взглядом осмотрев помещение, она остановила свои глаза на Алисенте, стоящей задумчиво у окна, погруженной в свои мысли. — Королева, — уважительно, но не низко поклонилась девушка и подошла ближе, останавливаясь около столика и проводя по нему тонким пальцем.  Женщина едва вздрогнула и повернулась к ней. Её вид олицетворял холодное безразличие, плескавшееся в очах, которые при виде её смягчились и наполнились любовью. — Хелейна, дорогая, — с слабой улыбкой произнесла Алисента и приобняла её за плечи, проводя к окну, где открывался прекрасный вид. Повисла молчаливая тишина, наполняя комнату напряжением. Девушка совершенно не понимала, что мать от неё хотела. Но молчала, чувствуя, что разговор будет важным. Очень важным для обеих. — Ты выросла и расцвела, стала настоящей красавицей, — горестно вздохнула Алисента, и уголки губ дрогнули вниз, как будто она сожалела о чем-то. Хелейна всё ещё молчала, мысленно осознавая, куда это ведет. — Я не буду томить, — тихо проговорила королева и со вздохом продолжила. — Рейнира предложила помолвку с тобой и Джекейрисом, — с не очень скрываемым омерзением фыркнула она.  — Но он же... — Да, знаю, — отмахнулась женщина и устало помассировала виски, как будто старалась избавиться от головной боли. — Но она сказала, что они с Деймоном, видите ли, отменят помолвку с Бейлой и отдадут её Дорнийскому принцу, — раздраженно хмыкнула Алисента. Хелейна не знала, что ответить.   — Вы согласились, матушка? — Нет, — сухо ответила королева. — Король пожелал, чтобы ты сама выбрала свой путь, так же будут устроены смотрины, как и у Рейниры в молодости,— скривилась женщина. — Дочь моя, ты должна выйти за Эйгона! Должна, понимаешь? — внезапно подскочила к ней Алисента и с силой вцепилась в её плечи, кажется, оставляя синяки. Глаза женщины горели огнем безумия, и по коже прошел холодок, от которого становилось не по себе. — Мне больно, — резко и кратко ледяным тоном произнесла Хелейна и отцепила от себя мать. — Хелейна... — к королеве пришло осознание, и в её очах поселился страх. Она протянула руки к дочери в отчаянии, словно искала утешение. — Хорошего дня, — спешно поклонилась и вылетела из комнаты, пытаясь перевести дыхание. Ничего себе денёк... Что же делать?