Часть 1

Владимир Чабрец Сессия Рассказ Шел 22 час, когда шестнадцатилетний Влад, наконец, осознал весь ужас приближающейся сессии. За этот день он переделал все: устроил перестановку в комнате, пропылесосил, приготовил пирог и даже немного позанимался уроками, но лишь теперь он понял окончательно, что времени осталось катастрофически мало. -Так, порядок в комнате, порядок в голове- подумал он, но, так как он уже успел убраться в комнате, и даже отдохнуть после уборки, он сел-таки за обдумывание плана. Больше всего в проектах ему нравился именно этап разработки плана. Он не самый важный и далеко не самый интересный, но именно он доставлял ему наибольшее количество удовольствия и мотивации, а также ему казалось, что именно этот этап у него получался лучше всего. Усевшись за стол и приготовив листок и ручку, он разделил лист на четыре части, подписав к каждой из них предметы со сложнейшими заданиями. - Геометрия, литература, английский, физика. - Далее он подписал что нужно сделать по каждому из предметов. – По геометрии нужно выучить 27 билетов и отрешать 9 типов задач. По литературе нужно выучить 39 билетов, блин, я ничего не помню, придется реально учить. По английскому для тройки хватит 16 вопросов и четыре отчитанных текста. И по физике нужно отрешать три задачи по три вопроса. – Затем он подписал к какому числу ему нужно сдавать и высчитал, сколько времени у него осталось. – ЧТО, ДО ФИЗИКИ ОСТАЛСЯ 1 ДЕНЬ!? Я ж ничего не понимаю, черт, нужно реально усиленно готовиться! -сказал он, и подписал 3 восклицательных знака. – До английского осталось 12 дней и я его совсем не понимаю, но если учить по 4 вопроса в день и гонять их по кругу, то они точно врежутся в память, а текст буду читать в любое свободное время. До литературы 10 дней, но там хватит всего лишь легкой пробежки по подготовленным билетам перед сессией, и устный зачет в кармане, так что после физики выделю себе время для подготовки билетов. И геометрия, осталось 9 дней, но все билеты уже расписаны и 15 из них уже выучены, так что после сдачи физики составлю четкое расписание. Далее он стал расписывать, какие из задач конкретно вызовут трудности, но к концу работы его план на листе выглядел как черновики Гоголевских работ, но с милыми рисуночками и четкими границами таблиц. В один из самых суровых зимних вечеров, когда из-за метели не видно дальше трех метров, на реку к проруби шел один дьячок. Ему было девятнадцать, но выглядел он на все двадцать три. Волосы его были грязны и засалены, и не видали расчески около четырех месяцев. Весь худющий и бледный, а глаза потускнели и помокрели. Все, о чем думал этот дьячок, это его возможные сценарии жизни, которые не сложились из-за злосчастного зачета. Больше всего приглянулся ему вариант актера, именно об этой профессии были последние его мысли. Он отчетливо представлял себе премьеру спектакля, все шло как надо, взаимодействие актеров было честным и подкреплялось отношениями вне сцены, каждый актер чувствовал, что выступление выходит потрясающе и ощущал ту, неразрывную связь со зрителем. Потом радостные овации зрителей, апплодисменты, цветы, физика, холод, геометрия, тяжесть, удушье, занавес.