Глава 25

      Настоящее время.              Гермиона вернулась в Министерство после встречи с Люциусом. В её кабинете Виктуара не было, но на столе лежала записка. Изящным витиеватым почерком на пергаменте было написано:       «Ушел к себе. Жду тебя.       В.Р.».              Девушка повесила пальто и тяжело вздохнула. Ей не хотелось сейчас разговаривать с Розье о чём-либо, поэтому она никуда не пошла, а решила полностью посвятить себя работе. Мэри принесла для неё ароматный кофе. Гермиона поблагодарила её и придвинула к себе документы, которые Виктуар перенес специально для неё из своего кабинета. Золотой кончик пера выделял важную информацию в отчетах, чтобы потом составить речь для Кингсли. Через несколько часов дверь кабинета хлопнула. Она подняла усталый взгляд.              — Ты сегодня решила игнорировать меня, Герми? — Виктуар присел на краешек стола.              — У меня много работы, Виктуар. Ты не мог бы пересесть на диван? Хочешь, Мэри принесет для тебя кофе или чай? — девушка убрала выбившийся локон за ухо.              — Как прошел разговор с Люциусом? — Розье остался на месте и схватил в руку перо.              — Хорошо, сегодня вечером возвращаюсь в Малфой Мэнор вместе с Драко, — Гермиона мило улыбнулась ему. Взмах запястья. Виктуара магией воздуха перенесло на диван. Мужчина на это лишь усмехнулся.              — Завтра вечером устроим тренировку в моем поместье, Герми, — Виктуар кинул в неё перо, которое острым кончиком оцарапало её шею.              — У меня другие планы, Виктуар. Хочу сказать, что мне неинтересно тренироваться с тобой. Дождусь Барти, — Грейнджер провела рукой по ранке, ощущая пальцами кровь.              Розье быстрыми размашистыми шагами подошел к ней. Его горячие пальцы сжали подбородок и повернули голову девушки на себя. Взмахи волшебной палочкой, тихое шептание. Гермиона с осторожностью наблюдала за действиями мужчины. В темно-карих глазах плескалось неодобрение.              — Герми, я залечил твою рану, — Розье разжал пальцы и прошел обратно к дивану. — Думал, что после разговора с Люциусом ты будешь более послушной. Хотя, тренировка всё равно состоится, хочешь ты этого или нет.              — Ах, как благородно с твоей стороны, Виктуар, — Гермиона поднялась с кресла и направилась к нему. Присев рядом на мягкий кожаный диван, девушка перевела взгляд на мужчину, сверкнув карими глазами. — Я не буду послушной, больше нет. Если хочешь, чтобы я была на твоей стороне, то должен уважать меня.              — Ты уже давно на моей стороне, — Розье откинулся на спинку дивана, свесив руку на подлокотнике. Вся его поза казалась расслабленной, но только на первый взгляд. Гермиона знала, насколько он опасен. — Эта любовь туманит твой разум. Ты думаешь, что Реддл всегда будет таким, как сейчас. Открой глаза, малышка! Он явно самый плохой для тебя вариант. Ты видишь хорошее, но почему-то забыла о плохом. Драко никогда тебя не ограничивал ни в чем. Я лишь пытаюсь направить тебя и подтолкнуть к верным решениям. Хочу, чтобы ты стала сильнее. Гермионе Малфой уже не нужен учитель и наставник. Считаешь себя той, кто изменит этот мир лишь тем, что безумно веришь в силы своего любовника и себя. Уверен, что Белла вложила в твою головку эти глупые мысли, но мы изначально с тобой знали, что хотим получить в итоге. — Виктуар приобнял её за плечи и прижал к себе. — Посмотри на всё под другим углом, Герми. Там совсем не радужная жизнь, о которой ты так грезишь. Я рад, что ты вернулась к Малфоям, но понимаю, что Тому в твоей жизни быть. От этого треугольника страдают все.              Розье поцеловал её в висок, а потом поднялся и ушел, оставляя Гермиону одиноко сидеть на диване, задумчивую и ошеломленную.       

***

      Ровно в шесть часов вечера Эдвард Эйвери пил чай и настороженно смотрел на Гермиону и Виктуара Розье.              — Как вы можете помочь мне? — Эйвери явно нервничал, покачивая ногой, расположившись в кожаном кресле.              Девушка подошла к нему и положила перед ним некий документ, в котором указывалось, что мисс Шпицберг детей иметь не может.              — Это правда, Гермиона? Откуда? — Эдвард посмотрел на неё снизу вверх.              Грейнджер оперлась бедрами о стол и очаровательно улыбнулась ему.              — Подлинник, ты же видишь магическую печать и подпись целителя. Эдвард, но это не всё. Твоя же цель — жениться на Мэри, я права? Документ можешь забрать. Пусть это будет гарантия нашего с тобой договора. Вторую часть мы выполним только после того, как ты уговоришь своего отца оказать поддержку Виктуару Розье.              — Хорошо, Гермиона, я сделаю всё, что в моих силах. Мэри правда мне очень сильно дорога.              Эйвери забрал документ, попрощался и ушел, прикрыв за собой дверь.              — Гермиона, теперь остается только ждать, — Виктуар откинул голову назад и прикрыл глаза. Черные волнистые волосы были распущены и свисали со спинки кресла. — С Фоули будет сложнее.              — Я знаю, на какие точки нужно надавить, — Грейнджер положила руки на его плечи, начиная разминать затекшие мышцы.              — Продолжай, — Виктуар немного расслабился, удобнее располагаясь в кресле. — Мы можем задействовать Рабастана.              — Не думаю, что это хорошая идея. Я справлюсь сама, — Грейнджер погладила его плечи и прошла к выходу.              — Тогда я помогу тебе, — Виктуар оказался сзади неё, накидывая на хрупкие плечи пальто. — Жаль, не смогу увидеть лицо Реддла, когда ты расскажешь ему замечательную новость. Тяжело иметь двух мужчин, не так ли, Герми? Хотя с другой стороны…              — Ой, лучше помолчи, Виктуар. Моя личная жизнь тебя совершенно не касается, — Гермиона надавила пальцами на ручку двери и быстрым шагом прошла к лифту.       

***

      В столовой слышался только звон приборов. В воздухе повисло напряжение. Магия Тома темным туманом стелилась вокруг неё, обжигала и давила на Гермиону. После озвученного решения вернуться в Малфой Мэнор Реддл не проронил ни слова и тем самым заставлял нервничать девушку ещё больше. В миг вся посуда поднялась вверх и разлетелась по комнате, разбиваясь на острые осколки. Гермиона в последний момент успела наложить Протего. Тьма теперь царила в синих глазах, затягивала в свои глубины и вызывала неконтролируемое чувство страха. Она не могла пошевелиться. Том развернул её кресло к себе, положив руки на подлокотники.              — Мия, я тебя не отпущу! — низким холодным голосом произнес Реддл. — Мне всё равно, что мы развелись. Ты остаешься моей женой, девушкой, которую я безумно люблю. Что за идиотский план, ведьма? Считаешь, что я соглашусь быть твоим любовником, а сама ты счастлива будешь жить с Драко?              — Том, но только так Люциус мог согласиться мне помочь. Моя репутация должна быть безупречна. Мы с Драко будем жить в разных комнатах. Ты должен мне доверять. Я знаю, что тебе больно от моего решения, но это необходимо, — Гермиона не отводила от него карих глаз. — Я не прошу тебя ни о чем, только будь на моей стороне.              — Драко не упустит своего шанса снова сблизиться с тобой, Мия, а я не смогу пережить предательства. Мне всё сложнее сдерживать свою магию. Ты должна остаться рядом со мной. Я на твоей стороне, но всё можно сделать по-другому.              — Почему ты снова не слышишь меня, Том? — закричала Гермиона. — Увидь, наконец, во мне личность! Ты не можешь распоряжаться моей жизнью! Мы же обо всём договорились. Я ничего не скрываю, а ты не контролируешь.              — Эгоистка!              — Тиран!              Два взгляда схлестнулись друг с другом. Никто уступать не собирался. Гермиона смогла избавиться от обездвиживающего заклинания и со всей силой толкнула ладонями грудь Тома. Мужчину откинуло на несколько метров, но он обернулся темным дымом и взлетел. Девушка почувствовала его руки на себе, а потом они стали вести борьбу уже в воздухе. Коготки царапнули его щеку, оставляя след. Реддл сильнее прижал её к себе, а затем прикусил нежную кожу на шее.              — Сколько хочешь можешь сопротивляться, но я так просто не отступлю, — Том коснулся кончиком носа щеки.              — Ты просто разозлился, давай спустимся на пол и нормально всё обсудим, — Гермиона сжала ткань его мантии.              — Ну уж нет, Мия, ты успокоишься и примешь другое решение, а я подожду. Вечер обещает быть интересным. Ты и я вдвоем летаем по поместью, что может быть лучше, — Том закрутил её в безумном танце, где именно он руководил каждым движением. Гермиона, словно бабочка, трепыхалась в его сильных руках.              — У меня осталось мало времени, Том. Если я не вернусь сегодня с Драко в Малфой Мэнор, то Люциус окончательно разорвет договор. Этого нельзя допустить, — пыталась вразумить его Гермиона.              — Мне всё равно, — Реддл поджал губы.              — Это просто невозможно! — покачала головой девушка. — Виктуар был прав во всём, люди не меняются.              — А Розье у нас, оказывается, теперь советник по отношениям, — хмыкнул Том. — Слишком много его в твоей жизни, меня это раздражает.              — Мне надоело летать с тобой и уговаривать. Иду на риск.              Яркая вспышка ослепила глаза Реддла. Концентрация потерялась, и они оба рухнули вниз. Гермиона поднялась, но мужчина обхватил рукой её лодыжку и потянул на себя. Она распласталась на полу. Сверху её придавило крепкое мужское тело.              — Куда-то собралась, ведьмочка? — низкий, опасный, хриплый голос около уха.              — Я не хочу делать тебе больно, Том. Ты недавно истекал кровью на моих руках и только восстановился, — Гермиона заёрзала бёдрами под ним. — Отпусти меня.              — Угрожаешь мне? — усмехнулся Реддл и сжал рукой её округлую задницу. — Забавно, но ты даже не представляешь, на что я способен.              Гермиону снова накрыл чёрный туман, обездвиживая и лишая зрения. Длинные пальцы зарылись в кудрявые волосы, запрокидывая голову назад. Его поцелуи-укусы обжигали и оставляли следы на нежной коже шеи. В голове девушки сейчас царствовал Том, подкидывая иллюзии, где им так хорошо вместе. Она чувствовала себя ужасно от того, что ничего не могла контролировать. Оставалось только смотреть снова, снова и снова лживую историю любви, потому что в реальности они до сих пор испытывали трудности в понимание текущих отношений. Все надежды разрушились сегодня, потому что Том снова не смог услышать её и силой решил заставить подчиниться. Гермиона сделала несколько успокаивающих вздохов, а затем устремилась вглубь магического ядра и смогла вырваться из оков. Огромная люстра с горящими свечами упала на дубовый стол. Реддла откинуло от неё с такой силой, что он ударился с громким звуком о стену и упал на пол без сознания. Гермиона поднялась и трансгрессировала в Малфой Мэнор.

***

      Морозный утренний воздух щиплет щеки. Гермиона сжимает кулаки и бежит по холодной земле. Всю ночь плача в подушку, она снова и снова прокручивала в голове последнюю встречу с Томом и их ссору. Решение устроить пробежку в предрассветный час неожиданно пришло в голову. Злой сильный ветер дует в лицо, треплет кудрявые тяжелые каштановые пряди. Под ногами слышится хруст листвы. Первый круг вокруг Малфой Мэнора, второй, третий… десятый. Дыхание рваное. Девушка останавливается, смотрит на высокие шпили готического поместья. В окне на третьем этаже виднеется тень за полупрозрачной занавеской. Комната Драко. Гермиона сильнее закутывается в теплую меховую мантию, сжимает посиневшие на холоде губы и быстрыми шагами направляется к конюшне. Тантр наклоняет голову и смотрит выразительными черными глазами. Вороной конь имеет мускулистое и стройное телосложение. Длинная изящная шея вытягивается навстречу протянутой руке. Гордый, с энергичным характером и упрямый. Они с Тантром выбрали друг друга на прошлогодней выставке. Гермиона берет в руки специальную гребенку, начиная расчесывать мягкую шелковистую гриву. Монотонные действия успокаивают её. Так проходит минута за минутой.              — Герми, что случилось? — девушка оборачивается на бархатный сонный голос, поднимая на Драко опухшие и покрасневшие от слез глаза.              — Временные трудности, — гребенка падает на землю. — Мне пора на работу.              Гермионе больше всего сейчас хочется оказаться в своей комнате подальше от всех, но Драко преграждает путь. Левая ладонь ложится на изящное плечо. Морщинка прорезает лоб, в серых глазах понимание и глубокая тоска, а губы покусаны до кровавых ранок. Указательный палец касается замерзшей покрасневшей щеки девушки.              — Что на этот раз сделал Реддл? — Драко притягивает её к себе, обвивая сильными руками.              Гермиона вдыхает родной аромат с нотками ветивера, сжимает пальцами воротник шерстяного пальто и прижимается к груди. В этот момент все эмоции снова прорываются наружу. Слезинка скатывается по щеке.              — Мы снова причиняем друг другу боль, — всхлипывает она. — Я не могу сейчас остановиться и всё бросить, а Том не понимает меня.              — Львица моя, ты себя не ценишь, — Малфой поднимает руками её лицо, нежно целуя в краешек губ. — Ты не должна ограничивать себя ни в чем, слышишь?              — Почему ты поддерживаешь меня, Драко?              — Я твой муж, лучший друг, любовник, Герми. Мы вместе преодолеем все трудности. Том очень хороший манипулятор, лучший, я бы сказал. Я так счастлив, что ты вернулась ко мне. Не стану торопить тебя, поживем в разных комнатах, а потом снова уедем в наш дом.              — Я не вернулась к тебе, — один шаг назад. Его руки соскальзывают с её скул.              — Это лишь вопрос времени, — ухмыляется Драко и снова притягивает её к себе.              — Ты не понимаешь, — качает головой девушка.              — Ошибаешься, — Малфой оставляет легкий поцелуй на щеке. — Я всё прекрасно понимаю. Все эти дни раздумывал о том, что сподвигло тебя уйти к нему. У нас же всё было хорошо. А всё оказалось просто. Моей львице не хватает огня, поэтому мы попробуем кое-что, но позже.              Теплые мягкие губы впечатываются грубым поцелуем в её холодные губы. Требовательные пальцы зарываются в кудрявую копну волос. Гермиона вопреки всему откликается. Драко такой близкий, родной и полностью принадлежит только ей, но Гермионе становится горько от того, что она пользуется его любовью.              — Вы помирились, дети мои, какая радость! — Люциус громко стучит своей тростью по земле.              — Мы и не ругались, отец, — довольный Драко улыбается и приобнимает смущенную Гермиону за плечи. — Моя жена милосердна и любит заботиться о слабых, нуждающихся в помощи людях.              Карие глаза устремляются вдаль, где черный дым взмывает в небо.              

***

      Гарри почему-то жутко нервничал, когда вошел в роскошный ресторан на Косой аллее. Здесь царила атмосфера изысканности и утонченности. Высокие потолки, украшенные лепниной и хрустальными люстрами. На стенах старинные волшебные картины в золотых рамах известных художников. Столы из натурального дерева с инкрустацией. Зеркала в массивных рамах, добавляющие пространству глубины и света. Изысканные кресла и диваны с бархатной темно-синей обивкой. На небольшой сцене музыканты играли спокойные и мелодичные композиции. Мягкое, рассеянное освещение создавало интимную обстановку. Их столик располагался в отдалении от всех. На столе мерцали небольшим огоньком свечи. У Поттера пропал дар речи, когда его взгляд прошелся по оголенному плечу Пэнси Паркинсон. Хрупкая маленькая девушка сидела вполоборота в роскошном темно-изумрудном бархатном платье. Гарри очаровательно улыбнулся, ускорился и галантно поднял тонкую руку к своим губам, оставляя на коже легкий поцелуй.              — Гарри, не думала, что ты захочешь продолжить наше общение, — длинные пушистые ресницы слегка затрепетали, а глубокие зеленые глаза завораживали.              — Прости, Пэнси, мне пришлось срочно уехать из страны. Ты выглядишь великолепно, — Поттер вложил в её руки букет розовых роз. — Это тебе.              — Спасибо, — девушка уткнулась носом в лепестки, вдыхая чудесный аромат. — Да, я получила от тебя письмо, но потом…              — Готов загладить свою вину, — Гарри придвинул ближе кресло и коснулся пальцами бледной длинной шеи, отчего неискушенная ласками Пэнси покраснела и издала маленький вздох. — Мне дали три дня выходных, поэтому мы проведем их вместе. Я уже купил нам билеты на квиддич, театр, а ещё мы могли бы погулять по магловскому Лондону.              — Я никогда не была в той части города, — Пэнси испуганно посмотрела на него. — Мои родители говорят, что все маглы отвратительные.              — Тебе понравится, и маглы вовсе не такие, какими их представляют чистокровные волшебники. Ты же знаешь, что моя мама маглорожденная. Я, можно сказать, рос в двух мирах и познавал каждый с большим энтузиазмом.              — Хорошо, я доверяю тебе, Гарри, — Пэнси положила изящную руку на предплечье мужчины. — С тобой всё в порядке? На заданиях авроры могут пострадать.              — Всё хорошо, милая, — девушка широко улыбнулась от последнего слова. — Я был максимально аккуратным. Не стоит переживать.              — Гарри, через две недели состоится бал в Малфой Мэноре, — начала издалека Паркинсон, нервно покручивая хрустальный бокал в пальцах.              — Пойдешь со мной? — Поттер намек понял сразу, накрывая её ладонь своей.              — Да, но мои родители будут в гневе, хотя мне уже всё равно. Они отказались от меня, — Пэнси отвела взгляд в сторону.              — Милая, не хочу видеть тебя грустной, — Гарри провел рукой по шелковистым черным волосам. — Думаю, что твой любимый десерт поможет тебе.              — Ты знаешь мой любимый десерт?              — Конечно, у меня же на тебя целое досье, — засмеялся Гарри и подмигнул ей, а Пэнси испуганно посмотрела на него. — Шучу, я просто видел в Хогвартсе, что в основном ты ешь шоколадный фондан.              Их вечер был наполнен непринужденными беседами, смехом и романтикой. Гарри чувствовал себя максимально счастливым. Пэнси всё больше нравилась ему. Такая легкая, изящная и нежная. После их первого свидания он мог думать только о ней. Поттер положил широкую ладонь на щеку. Время на доли секунды замерло. Паркинсон прикрыла глаза и, казалось, что даже не дышала. Их губы так близко, на расстоянии нескольких миллиметров. Гарри мягко накрыл их нежным поцелуем. Он не торопился, смаковал каждое движение. Его удивило, что Пэнси совершенно не умела целоваться, но это было неважно. У них будет время, а сейчас даже таких несмелых, нелепых на его взгляд поцелуев было достаточно. Они отстранились друг от друга. Щеки Пэнси горели алым, а губы влажные и припухшие снова приковывали взгляд.              — Это был мой первый поцелуй, Гарри, — смущенно призналась девушка. — Если что-то было не так…              — Ты великолепна, милая, самая лучшая девушка на свете, — Поттер провел носом по её шее.       

***

      Шестой курс.              До окончания каникул осталось несколько дней. Гермиона в одном из заброшенных классов подземелья готовила всевозможное зелье, про которое недавно прочитала в книге Беллы. Оно использовалось для временного усиления магических способностей. Зелье было изобретено в XXI веке на Чемпионате мира по зельям среди волшебных школ чемпионом Хогвартса, находящимся под воздействием зелья удачи «Феликс Фелицис» . Гермионе захотелось попробовать и, возможно, представить на следующем уроке зельеварения профессору Снейпу. Драко во всем помогал ей и активно нарезал ингредиенты. Домовой эльф Малфоя помог раздобыть всё необходимое: каша проповедника, ганглии ведьмы, мечта нюхлера и тауматагория. Четыре ингредиента этого зелья могли быть добавлены в котёл в любом порядке. Данные ингредиенты являлись очень редкими, но в чистокровных семьях, а особенно Малфоев, нет ничего невозможного.              Драко заправил за маленькое ушко выбившуюся прядь волос. Гермиона перевела взгляд на него, слегка нахмурив тонкие брови. В карих глазах отражалось пламя огня свечей, а в серых можно было увидеть интерес. Сколько он вот так смотрел на неё? Час? Минуту? Пару секунд?              — Ты очень красивая, Герми, — его голос понизился на несколько тонов. — Я часто наблюдаю за тобой и всё больше влюбляюсь в тебя.              — Драко, ты не можешь…              — Тсс, — Малфой поднял её за талию и посадил на деревянную парту. — Малышка, у меня для тебя сюрприз. Закрой глаза.              Гермиона улыбнулась и прикрыла веки. В воздухе витал приятный аромат ветивера и удушающий зелья. Щелчок. В ложбинку груди ложится увесистый кулон. Длинные черные ресницы затрепетали. Девушка посмотрела вниз и увидела красивую золотую мордочку львицы с рубинами вместо глаз.              — Спасибо, мой дракон, милое украшение, — Гермиона погладила пальцами его гладкую щеку.              — Поцелуй меня, Герми, пожалуйста, один раз. Я больше ни о чем не попрошу тебя, — Драко положил левую ладонь на кудрявый затылок и заглянул в карие радужки глаз.              — Опять ты начинаешь, дорогой. Я не могу этого сделать, — Грейнджер поджала губы. — У меня уже есть отношения. Мне жаль, что ты испытываешь чувства ко мне.              — А мне совсем не жаль. Поцелуй меня, пожалуйста. Я так этого хочу, — Драко поводил носом вверх-вниз по точеной скуле. — Твои отношения с Реддлом ошибка.              — Но мы с тобой друзья, — прозвучал последний аргумент. — Слишком близкие, чтобы что-то…              — Львица моя, я тебе нравлюсь? Загляни в глубину своего сознания и сердца и ответь на простой вопрос.              — Нет, то есть да, Годрик, я не знаю, правда! Драко, твоя просьба невыполнима, смирись с этим. Ты дорог мне, очень, но…              Гермиона уткнулась рукой в крепкую грудь и попыталась оттолкнуть.              — Но ты любишь его, Герми, я понял, — Малфой зачесал светлую челку назад и стал медленно отдаляться. Его взгляд потух.              — Ну вот, ты на меня обиделся, — Грейнджер спрыгнула со стола и крепко обняла его. — Драко, мой милый мальчик, ну нельзя же получить всё и сразу.              — А я на меньшее не согласен. Хочу целовать тебя, обнимать, везде сопровождать и заботиться о тебе, а больше всего на свете желаю, чтобы ты стала моей женой, — Малфой приподнял её над полом одной рукой и покрутил.              — Это абсолютно глупые мечты, дорогой, потому что только родители будут решать, кто станет моим мужем, — строгим голосом произнесла она.              — Значит, мне придется побороться, но я готов, — уверенно и твердо произнес Драко.              Зелье в этот вечер у Гермионы не получилось, но она не расстроилась. Драко держал её за руку и вёл за собой по узким коридорам подземелья. В этот момент из темной ниши к ним вышел Том Реддл. Высокий стройный юноша с черными волнистыми волосами смотрел на них недовольно. На его бледном лице алые губы растянулись в зловещей ухмылке. Темно-синие глубокие пронзительные глаза сощурились.              — Что-то больно поздно ты возвращаешься, Гермиона, — низкий холодный голос, который заставлял сердце быстрее качать кровь. — Да ещё и с другом. — последнее слово шипящим эхом отдалось от каменных стен.