Глава 28

      Шестой курс.              Гермиона застёгивала белоснежную рубашку и смотрела на звёздную ночь за окном. Оставалось несколько месяцев до ритуала. Каникулы уже как две недели закончились. Она целиком погрузилась в учёбу и чтение книг от Беллы. В эту субботу они должны были встретиться в Хогсмиде для обсуждения изученного материала. Ловкие пальцы проникли под ткань, лаская плоский живот. Том приник губами к её шее, оставляя свои незамысловатые следы. В их отношениях царили бури страстей. Каждый день он требовал больше внимания, ревновал к каждому парню, который приближался к ней, и контролировал любой аспект жизни. Гермиона пыталась сначала поговорить с ним, объяснить, что она хочет быть только с ним, но всё было бесполезно. Скандалы стали неотъемлемой частью их жизни. Когда Том увидел на её шее кулон от Драко, то очень сильно разозлился. Он сорвал его в тот же вечер и бросил в Малфоя с угрозами.              — Ты так вкусно пахнешь, — его голос очаровывал.              Том всегда умел перевернуть всё с ног на голову, избавить её от любых сомнений и неуместных мыслей. Он просто чувствовал её и сильно любил, и она его в ответ также трепетно любила. Это чувство делало её слепой и глухой. Она могла бороться с ним, ругаться и бить кулачками по крепкой груди, но лишь один поцелуй лишал воли. Перед ним вся упрямая, импульсивная, огненная сущность куда-то исчезала. Неужели Том не видел, как она на него смотрит, с каким наслаждением вдыхает каждое произнесённое им слово и гордится его успехами? Гермиона выгнулась дугой, когда длинные пальцы снова скользнули в трусики, дотрагиваясь до возбуждённого клитора. Сегодня он решил проверить её выдержку на прочность. Она потеряла счёт многочисленным оргазмам, которые обрушивались на неё водопадом.              — Том, мне уже пора. Девочки будут искать меня, — пискнула Гермиона.              — Хочу тебя всю, — Реддл выводил узоры на её клиторе, отчего по телу пробегали электрические импульсы. — Я так люблю, когда ты растекаешься в моих руках и становишься такой нежной, послушной, моей, Гермиона.              Тело забилось в сладкой судороге. Грейнджер прикусила губу, сдерживая стоны. Она развернулась к нему, припав к полным алым губам своими губами. Её рука дотронулась до его возбуждения. Низкий грудной стон послышался в пустом кабинете.              — Я тоже хочу тебя всего, Том, — Гермиона стала быстрыми движениями расстёгивать его брюки. Она наблюдала за его расширенными чёрными зрачками, за прерывистым дыханием и быстро вздымающейся грудью. Юркая рука проникла под боксеры, лаская напряжённый член. — Тебе нравится?              — Да, продолжай, — Реддл зарылся пальцами в её кудрявые волосы, притягивая к себе для поцелуя. Она теряла себя в его руках. Сознание уносилось всё дальше в параллельные миры. Чувство целостности не покидало её. В пик его возбуждения он прикусил её губу так сильно, что Гермиона ощутила солоноватую кровь во рту. — Моя девочка, я так счастлив с тобой! Люблю…              — И я безумно люблю тебя, Том, — прошептала Грейнджер, обняв и положив голову на его плечо. — Не нужно ревновать меня. Только ты в моём сердце, только ты.              — Мы с тобой такие грязные и порочные, Гермиона. Ты причина моей развратности, — он нежно провёл пальцами по нежной коже её щеки. — Но мне так хорошо с тобой. Одна мысль, что ты найдёшь себе другого, жжёт мою грудь калёным железом. Ревность разъедает всё изнутри. Ничего не могу с собой поделать.              — Но я не давала никаких поводов. Если ты думаешь, что Драко, Гарри или ещё кто-нибудь сможет стать для меня кем-то большим, то ошибаешься, — Гермиона отстранилась от него и стала приводить себя в порядок. — Я уже тысячу раз говорила тебе об этом.              — Меньше всего мне хочется сейчас снова начинать ссору, — Том наложил на себя очищающие чары и застегнул ширинку на брюках. — Я провожу тебя.              Гермиона открыла дверь. Холодный воздух подземелий прошелся по её ногам.              — Я сама дойду, а то могут пойти ненужные слухи, — Грейнджер развернулась, упираясь носом в широкую грудь. Том подкрался к ней совершенно незаметно.              — Хорошо, но я приду за тобой завтра утром. Пойдём вместе на завтрак, — Реддл заправил за маленькое ушко прядь её волос.              — Хорошо, — Гермиона чмокнула его в щеку. — Спокойной ночи, Том.              Девушка долго блуждала в темноте, а затем вышла в пустой холл Хогвартса с многочисленными лестницами. Она уже опаздывала на целых полчаса. Виктуар, должно быть, заждался её. Гермиона неслась по замку, словно гналась за снитчем на быстрой метле. И вот она, дверь в Выручай-комнату, о которой Грейнджер узнала сравнительно недавно.              — Явилась наконец-то, Гермиона, — Виктуар помешивал по часовой стрелке их зелье для ритуала.              — Прости, — она виновато опустила глаза в пол и прошла к медному котлу. — Как дела?              — Закинь листья лунного дерева, — Виктуар оглядел её с ног до головы, сощурил темно-карие глаза и приблизил свой нос к её волосам. — От тебя пахнет сексом, Герми.              — А от тебя огневиски и сигарами, но я же молчу, — возмущённо произнесла она и закатила глаза. — Виктуар, непорядочно с твоей стороны говорить мне такие вещи.              — Непорядочно со стороны чистокровной ведьмы трахаться в заброшенных кабинетах, — парировал он. — Что же твой любовник не залечил ранку. — Розье провел пальцем по её губе, стирая кровь, а затем его палочка начертила специальную руну, залечивая. — Мне тут скучно одному варить зелье, а ты в это время развлекаешься, да ещё смеешь опаздывать, — прозвучало обиженно.              — Ах, ну простите, уважаемый мистер Розье. Это ты захотел варить зелье в Хогвартсе вместе со мной. И это не просто любовник, а мой будущий муж. Если ты за нами подсматривал, то клянусь, что наложу на тебя самое неприятное проклятие, — Грейнджер закинула со всей злостью листья, отчего из котла повалил желтого цвета дым.              — Больно нужно мне видеть твою голую тощую задницу, — Виктуар засмеялся. — Я был здесь и занимался зельем.              — Вот и продолжай варить его, — буркнула Гермиона, взяв со стола глаза ящерицы и бросив их в котёл. — Моя личная жизнь тебя не касается. Даже с друзьями я подобные вещи не обсуждаю.              — И всё равно ты чем-то расстроена, хотя по твоему виду ты вроде хорошо провела время. Хочешь, я покажу тебе прекрасный танец кинжалов, пока зелье настаивается?              — Ты так пытаешься извиниться, Виктуар? — Грейнджер сложила руки на груди и подняла голову вверх.              — Барти точно тебя такому не учил, — Розье десять раз по часовой стрелке помешал зелье и кинул хитрый взгляд на неё.              Рядом с ней появилось бархатное кресло, в которое Гермиона элегантно опустилась. Розье скинул с себя сюртук на пол и достал два кинжала из ножен на бедрах. Она не уловила движения, когда острие пронеслось в паре дюймов от её лица, срезав прядь волос. Смертоносный, быстрый и безумно опасный. Его отточенные действия были безупречны. Оружие полностью подчинялось ему. Руки, ноги действовали в едином ритме. Грейнджер не могла отвести взгляд от столь завораживающего танца кинжалов. Виктуар поманил её пальцем к себе, и она смело шагнула навстречу неизведанному. Теперь один из острых кинжалов был в её руке. Мужчина резким рывком развернул её спиной к себе. На её глаза упала темная непросвечивающая повязка. В её другую ладонь снова лёг кинжал. В комнате послышалась невероятная музыка, которая была создана для подобного танца. Тело Виктуара стало продолжением её, буквально слившись с ней.              — Они твои, Гермиона. Это не те деревяшки, на которых вас учил Барти. Ты должна понять, что ты и есть это оружие. Именно ты, твоя магия, эти кинжалы принадлежат тебе. Нет никаких границ, есть только цель, — гипнотизирующим голосом произносил каждое слово Розье ей на ушко. — Меня с тобой тоже нет сейчас. Пусть твое тело запомнит каждое движение.              И перестал существовать этот мир, эта комната и всё остальное. Гермиона слышала только волшебную мелодию скрипки. Темнота. Быстрые, дерзкие движения и повороты. Чужие руки управляли ей. Если бы кто-то встретился на их пути, то смерть была бы мгновенной. В какой-то момент Розье оставил её одну. Теперь она повторяла комбинации, которые он показал ей. Танцевать в кромешной тьме было невероятно. Грейнджер взлетела вверх, закручиваясь спиралью, и плавно опустилась вниз на финальной высокой ноте. Когда повязка растворилась, она услышала аплодисменты. Тёмно-карие глаза смотрели на неё с восторгом и уважением.              — Хорошая девочка, — улыбка украсила его лицо. — А теперь нам нужно вернуться к зелью.              Час. Два. Три. Они по очереди мешали зелье в медном котле. Гермиона буквально на пару секунд решила сесть в кресло и не заметила, как уснула. Виктуар кинул усталый взгляд на девушку, поднял с пола свой сюртук и укрыл её.       

***

      У Гермионы всё тело затекло. Карамельные глаза распахнулись, и она увидела мирно спящего Виктуара, который расположился рядом с ней на небольшой кушетке. На его руке часы показывали десять сорок пять. Сердце пропустило удар. Она уже проспала завтрак и одно занятие. Грейнджер переложила приятный на ощупь сюртук на Розье и побежала на урок зельеварения. Буквально на последних минутах до начала она влетела в кабинет, заполненный учениками. Гарри помахал ей рукой, сидя на последней парте. Идеальный вариант для неё, чтобы немного прийти в себя. Сегодня у них должна была быть теория. При ней не было её сумки. Годрик, ну как же глупо. Поттер без слов поделился с ней учебником, пергаментом, пером и чернилами.              — Где ты была? Я не видел тебя в башне.              — Тренировалась с Виктуаром. Он подарил мне настоящие кинжалы, представляешь? — Гермиона сунула руку в карман, доставая кожаные ножны, из которых торчали драгоценные рукояти. — Это было потрясающе! Совсем по-другому чувствуется в руке металл.              Снейп громко хлопнул дверью и быстрыми шагами прошел к своему креслу. Урок начался. Гермиона убрала оружие обратно в карман мантии, чувствуя на себе два прожигающих взгляда. Один со стопроцентной уверенностью принадлежал Тому, а другой — Драко. Она не повернула голову, делая вид, что очень сильно занята записыванием лекции.              — Будь осторожна с ним, Герми. Барти рассказывал о Розье не самые приятные вещи. Знаю, что он спас тебя в то время, когда ты была у Лестрейнджей, но я бы ему не доверял, — прошептал Гарри, макая перо в чернильницу.              — Я знаю, какой он, — Грейнджер старательно выводила каждую букву. — Собственными глазами видела, на что способен Виктуар. Но он мне нужен, Гарри. У нас с ним схожие планы на будущее.              — Только не говори, что ты решила выйти за него замуж, — усмехнулся Поттер.              — Гарри, откуда такие мысли? — Грейнджер пихнула его в бок локтем.              — Мистер Поттер, мисс Грейнджер, минус тридцать очков с Гриффиндора за разговоры, — низким голосом произнес Снейп. — А ещё назначаю вам отработку сегодня вечером.              — Простите, профессор Снейп, — Гермиона виновато опустила глаза в записи.              Когда урок закончился, Гермиона сложила руки на парте и уткнулась лбом в ладони. Больше всего на свете ей хотелось оказаться в своей кровати и лечь спать. За всё время она почти не отдыхала, метаясь между тренировками, романом с Томом, учебой и исполнением своего грандиозного плана, который немного видоизменился в связи с появлением Виктуара Розье в её жизни. Гарри положил руку на её плечо.              — Моя мама говорила, что ничего нет лучше чашки крепкого кофе. Пойдем на обед, Герми.              — У меня всё тело болит, — проныла она. — Я даже встать не могу.              — Гермиона.              О, этот низкий холодный голос она узнает из тысячи. Сейчас ей снова придется оправдываться перед Томом, а ещё придумать убедительную историю об её утреннем исчезновении. Она медленно подняла голову, пройдясь взглядом по плотной ткани темно-зеленой мантии и выше к пронзительным синим глазам. Поттер сразу же убрал руку с её плеча.              — Встретимся в большом зале, Герми.              В кабинете температура упала на несколько градусов. Они остались абсолютно одни. Его широкая ладонь легла на её горло. Большой палец покружил над впадинкой. Ресницы девушки затрепетали, а взгляд был прикован к нему.              — Тебя не было, — это прозвучало словно выстрел в тишине.              — Меня не было, — Гермиона посмотрела на него с вызовом. — И что с того, Том?              — Я хочу знать, где моя ведьма провела эту ночь, — Реддл приблизился к её лицу, проведя носом по щеке. — От твоей кожи пахнет травами.              — Мне нужно идти, Том, — Гермиона легко оттолкнула его от себя, поднялась и положила руки на широкие плечи. — Твоя ведьма сегодня всю ночь варила зелье, вдохновленная твоими ласками, но попытка была неудачной, — прошептала она ему на ушко.              Один маленький поцелуй в щеку, и Грейнджер упорхнула за дверь.       

***

      В гостиной Слизерина ей почему-то было всегда спокойно, особенно когда Драко был рядом. Они играли в волшебные шахматы и смеялись над шутками Тео.              — Шах и мат, мой дракон, — торжествующе произнесла Гермиона.              — Он просто тебе поддался, Герми, — Нотт потрепал друга по платиновым волосам.              — О, это совсем не так, Тео. Просто Гермиона играет со мной в шахматы с девяти лет и хорошо знает мою стратегию, — Малфой широко улыбнулся.              — Тебя выдают глаза, Драко, — Грейнджер убрала шахматы на стол и посмотрела на него. — Ты всегда, когда хочешь передвинуть очередную фигуру, делаешь вот так.              Гермиона изобразила на лице странную гримасу, от которой засмеялись Драко и Тео.              — Точь-в-точь, — произнес Нотт, после чего Малфой скинул его с дивана.       

***

      Гермиона сидела на кровати Драко, а он лежал головой на её коленях. Она читала вслух учебник по трансфигурации, поглаживая его волосы.              — Львица моя, я хочу купить дом только для нас, — рука замерла в его волосах.              — Зачем, Драко?              — Это будет лишь наше место, где мы сможем проводить вместе время, — Малфой поднял на неё взгляд серых глаз, в которых царила надежда.              — Я люблю тебя, Драко, очень сильно, но как дорогого близкого друга, — Гермиона подняла его голову со своих колен и встала с кровати, обхватив себя за плечи.              — Потому что ты не позволяешь себе, Герми. Я знаю, что ты выбрала Тома. Но почему? Мы с тобой были всегда вместе, поддерживали и дополняли друг друга. Я ведь готов отдать тебе всё, что у меня есть, и даже себя вручить в твои руки, да я уже твой, — Драко поднялся с постели, снял с себя футболку, обхватил её запястье и положил маленькие ладони на свою грудь. — Там бьётся сердце для тебя, любимая.              — Мне жаль, — Гермиона хотела отстраниться, уйти, сбежать из этой комнаты, только чтобы не видеть эту гребаную надежду в глазах Драко. — Я плохой человек, мой дракон, раз причиняю тебе боль своей иной любовью.              — Ты не виновата, львица моя. Мне жаль, что я не успел признаться тебе раньше, — Малфой обрушился на её губы с поцелуями.              Гермиона почувствовала влагу на своих щеках. Драко не мог смириться с её отказом, другой любовью, потому что в его мире существовала только она. Они плакали вдвоем, и Грейнджер позволила ему целовать себя. В этот момент внутри неё обрушилась стена. Они были настолько близки, словно два цветка, выросшие в одном горшке. Ей не было противно или некомфортно. Какое-то иное чувство сейчас росло внутри. Драко был самым родным человеком. Она не могла отделаться от мысли, что если бы не её любовь к Тому, то у Малфоя определенно был бы шанс стать ещё ближе к ней.              Реддл вошел в комнату и увидел собственными глазами свой главный кошмар. Гермиона, его девочка, целовалась с полуголым Драко Малфоем.