Глава 32

      Гермиона расчесывала волосы Виктуара, пока он расслабленно сидел в кресле, смотря на догорающие угольки в камине. Она двигалась медленно и осторожно, а её пальцы, сжимающие щетку, подрагивали.              — Как прошел разговор с Люциусом?              — Хм, мне указали на мое место, — Розье сделал большой глоток огневиски и кинул кинжал в старинный гобелен. — Он слишком любит тебя, чтобы рисковать. А Драко времени зря не терял, раз сумел помириться с тобой. И ты совсем не на моей стороне.              — Это злит тебя? — Гермиона перевязала его волосы шелковой белоснежной лентой и, обойдя кресло, встала перед ним.              — Нет, — Розье смотрел на неё с легкой иронией. — Ты сама делаешь выбор, Герми. Именно такой ты мне нравишься. Нам совершенно не нужно ругаться, а я снова надавил на тебя, ослепленный твоей магией.              — От твоего спокойствия не легче. Лучше бы накричал на меня, — она прошла к окну, смотря на прекрасный сад Розье Мэнора.              — Ты ждешь моего одобрения, Герми? — Виктуар оказался рядом с ней, накидывая на её плечи теплую мантию. — Я буду наблюдать пока что, но в любой момент сделаю свой ход, — кончик его кинжала слегка задел кожу на её шее. — Мы с тобой так похожи. Только вот ты не хочешь признать, что там внутри тебя бушует пламя, а я могу разделить его с тобой.              — Виктуар…              — Тсс, — он убрал лезвие, а затем развернул её к себе. — Не нужно больше слов. Сейчас придет Николя. Просто погуляй с нами по Косой аллее.              — Хорошо.       

***

      Гермиона шла рядом с Виктуаром, наблюдая за Николя, который с большим интересом рассматривал каждую витрину, словно никогда ничего прежде не видел. Его глаза светились детским восторгом, а губы то и дело растягивались в восхищённую улыбку. Они прогуливались по оживлённой Косой аллее, где витрины магазинов пестрели магическими безделушками и редкими ингредиентами.              — Ты любишь квиддич, Николя? — она взяла его за руку, ведя в магазин. — Мой муж был лучшим ловцом в Хогвартсе, и просто обожает эту игру.              — Я никогда не видел квиддич, — мальчик грустно смотрел на метлу, что стояла в центре и буквально манила купить её.              — О, дорогой, ты многое потерял, но не расстраивайся. Мы обязательно сходим с тобой на матч, а Драко покажет тебе, как летать на метле. Я сделаю тебе подарок и куплю «Серебряную стрелу». — Гермиона погладила его по волосам.              — Спасибо, Гермиона! Ты же будешь смотреть, как я летаю? — мальчик дотронулся пальцами до её мантии. В его карих глазах было столько восторга и надежды.              — Мы полетаем вместе, Николя. Я и Драко тебя подстрахуем. Посмотри на те прекрасные мячи, а я попрошу продавца упаковать метлу. — Гермиона была довольна собой и с радостной улыбкой повернулась к Виктуару.              — У Николя слабое здоровье, Герми, поэтому проследи, чтобы на нем были теплые вещи, когда вы будете летать. — Розье безразлично смотрел на метлу, а затем дотронулся кончиками пальцев до древка. — Никогда не понимал эту игру. Ребята борются и забивают в кольца квоффл, а в итоге пойманный снитч решает всё.              — А мне безумно нравится квиддич, тем более там такие красивые парни, и им так идёт форма. — Гермиона хитро улыбнулась ему.              — Салазар, считай, что я этого не слышал, — Виктуар потрепал её по волосам.              — Я же просто шучу, — она пожала плечами и прошла на кассу.              Николя был так счастлив подарку, что отказывался передавать метлу домашнему эльфу, но под строгим взглядом отца ему пришлось сделать это. Они зашли ещё в несколько магазинов, купили мальчику новые мантии, книги и множество сладостей. Вечером им на глаза попалось уютное семейное кафе, куда они поспешили зайти, так как очень устали и замёрзли. Гермиона сидела в мягком кресле, рассматривая меню, пока мужчины удалились в уборную. Весь этот день Виктуар Розье вёл себя максимально странно. Что он задумал, одному Мерлину известно. Это одновременно пугало и восхищало её.              — Не заскучала? — Виктуар почему-то пришёл один. — Прости, Николя стало плохо, поэтому пришлось передать его Фрее.              — Я как раз выбирала блюда. С ним всё будет в порядке? Может, тебе стоило пойти вместе с ним, — обеспокоенно произнесла Гермиона.              — Такое случается довольно часто, но Фрея точно справится. Переживать не о чем. — Розье устроился в кресле рядом и, взяв у неё меню, быстро его просмотрел.              Как оказалось, в этом кафе не было официантов, достаточно было постучать три раза волшебной палочкой по выбранному блюду, и оно сразу же появлялось. Так на столе оказалась большая тарелка с сыром, фрукты, эльфийское вино и жаркое. Гермиона с большим аппетитом принялась за еду, а Виктуар разлил им вино по хрустальным бокалам. Вечер протекал размеренно, и даже казалось, что перед ней сидит совершенно другой человек. Хотя чему она удивляется, ведь Розье постоянно менял свои маски в угоду обстоятельствам.              — Николя на самом деле первый раз был на Косой аллее. Он так давно хотел увидеть её, а я постоянно отказывал. В основном всё своё время он проводит в поместье во Франции рядом с Фреей, которую ненавидит всей своей маленькой душой. Я благодарен тебе, что ты смогла сегодня прогуляться вместе с нами. Ты ему очень нравишься. — Виктуар сделал небольшой глоток вина, смакуя его на вкус. — Может быть, именно ты ему была нужна, чтобы его приступы стали реже.              — Из-за приступов ты не отдаёшь его в Хогвартс или другую школу? — Гермиона пригубила вино, заинтересованно посмотрев на него.              — Это одна из причин. — Розье взял её за руку. — Гермиона, я никогда не говорил тебе, но ты должна знать. Ты мне очень сильно дорога. В заведении «Идеальная жена аристократа» я приходил в твою комнату почти каждую ночь, а когда ты была ранена, то лечил тебя. Ты ничего не помнишь, потому что ради нашего плана я сохранял в тайне даже от тебя наши взаимоотношения. В основном ты спала, но бывало, мы с тобой разговаривали. И знаешь, я каждый раз сдерживался, чтобы не убить Рабастана или Беллу, потому что они были нужны нам.              — Я знаю, — Гермиона грустно улыбнулась ему, положив свою ладонь на его пальцы. — Воспоминания уже давно вернулись ко мне. И я благодарна тебе, что ты не бросил меня в этой пучине отчаяния и боли.              — Герми, просто будь рядом со мной, — Виктуар впервые смотрел на неё как-то по-особенному. — Я знаю, чего ты хочешь, и готов разделить власть с тобой.              — А если я хочу забрать всё? — она наклонилась ближе к нему. — Ты готов умерить свои амбиции ради меня, Виктуар? Но в этом случае мы всё равно будем вместе работать на благо волшебной Британии.              — Только если мы проведем ритуал, — Розье тоже склонился к ней, и теперь их носы почти соприкасались друг с другом. — Я буду полностью на твоей стороне и не стану мешать, даже помогу тебе во всех делах. Но есть одна проблема — Люциус Малфой. Именно он перекроет тебе кислород и не даст необходимой свободы действий. Герми, ты должна понять, что мы с тобой совершим благо для всей волшебной Британии, если объединимся и избавимся от устаревших законов чистокровных, установив новый порядок.              — И почему я должна верить тебе? Где гарантии, что ты, разделив со мной силу артефактов, не используешь меня и выполнишь свое слово?              Гермиона перестала дышать, когда Виктуар положил на стол семейную реликвию Розье — изящную золотую подвеску в виде сокола, который держал в своих когтях черный сапфир.              — Это мои гарантии. Я буду служить тебе, а ты мне. Даже Люциусу не удастся разрушить наш великий союз, — он поцеловал её руку.              — Я согласна, — Грейнджер взяла со стола подвеску и надела её на себя. — Когда мы совершим ритуал?              — Сегодня.       

***

      Гермиона скинула с себя шелковую мантию, оставаясь лишь в тонкой ночной сорочке. Полная луна залила комнату своим светом, и в её лучах появились два силуэта. Виктуар уже расположился на мягкой подушке. На нем были лишь легкие домашние штаны. Его черные длинные волнистые волосы струились по обнаженной спине и плечам. Вокруг них были расставлены различные семейные артефакты. Она присела напротив него, протянув свои руки.              — Сегодня мы оба будем истекать кровью, но я подготовил для нас запас зелья. — Виктуар схватил кинжал и сделал первый надрез на её ладони, а затем на своей. Их руки соединились, а глаза неотрывно смотрели друг на друга. — Sanguis nos coniungere et magicam nostram inter se revelare.              — Sanguis nos coniungere et magicam nostram inter se revelare.              Его магия дарила чистую эйфорию и затуманивала разум. Их ядра сливались друг с другом, создавая нечто новое. Они в унисон произносили заклинание. Виктуар разорвал её ночную сорочку, нанося на кожу своей кровью различные знаки. Гермиона тоже коснулась пальцами его груди и живота. Артефакты поднялись вверх. Пора было впитать всю их силу. Ослепляющая боль пронзила всё тело. Кажется, она кричала, когда их тела окутало светом и закружило в водовороте чистой магии. Их ноги и руки переплелись между собой. Один был полностью продолжением другого. Когда всё закончилось, и темнота словно покрывалом окутала комнату, они, обессиленные, упали на пол. Повсюду была кровь, а рана на ладони не затягивалась. Первым пришёл в себя Виктуар. Он призвал фиал с зельем и поднёс его ко рту Гермионы.              — Ты в порядке? — хриплым голосом произнес он.              — Да, всё хорошо. Правда, я очень устала, но внутри меня бурлит столько магии! Это невероятно! — Она всмотрелась в бледное лицо Виктуара. — А ты как чувствуешь себя?              — Мне нехорошо, — его глаза закрылись.              — Тебе нужно выпить крововосполняющее зелье, — Гермиона притянула в ладонь несколько пузырьков и помогла Виктуару выпить их, придерживая его голову. Гермиона с ужасом обнаружила, что мужчина потерял сознание. Окровавленной рукой она похлопала его по щекам, но он не приходил в себя. Она прижала его к своей груди, покачивая из стороны в сторону и начиная плакать. — Очнись, пожалуйста, очнись!              Гермиона быстро залечила их раны на ладонях, а затем, используя магию воздуха, подняла тело Виктуара вверх и аккуратно стала перемещать его в ближайшую спальню. Счет шел на минуты. Гермиона быстро соображала, что следует сделать в первый момент. Такой сложный ритуал не мог пройти без последствий. Она положила ладонь на его грудь и прикрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на их магических ядрах.              — Герми, — простонал он.              — Виктуар, ты потерял много сил и крови, а ещё ритуал почему-то сильнее воздействовал на тебя. Не переживай, я всё исправлю.              — Меня будто разрывает изнутри. Магии, её так много.              — Я уравновешиваю её, так что скоро тебе станет лучше.              После изнурительного часа она упала без сил на грудь Виктуара.       

***

      Гермиона очнулась в крепких объятиях. В комнате сильно пахло кровью. Жесткие пальцы поглаживали её локоны. Гермиона с трудом открыла глаза и увидела склонившегося над ней Виктуара.              — Надеюсь, теперь ты счастлив? — безжизненным голосом произнесла она.              — Мы с тобой совершим великие дела. Как бы ты ни сопротивлялась, Герми, всё произойдёт так, как мы запланировали.              — Я ненавижу тебя! — Гермиона заплакала и ударила кулачком по его груди.              — Ты могла убить меня этой ночью, но не сделала этого, — его пальцы сжались на её горле. — Мы теперь связаны магией. Ты можешь бить меня сколько хочешь и плакать, но это ничего не изменит. Твоя ненависть для меня словно мёд. Просто ты злишься, что совершила ритуал. Всё пройдет, когда ты увидишь возможности.              — Мы должны сохранить в тайне наш ритуал, Виктуар, — она похлопала по его руке. — Ты уже можешь отпустить меня. Я в норме.              — Я выполню своё обещание и последую за тобой, Герми. Никто не узнает, пока не придет время. Тебе пора вернуться домой. Одежду найдешь в шкафу. — Виктуар оттолкнул её и быстро поднялся с кровати, бросив мрачный взгляд. — Но ты тоже помни о своей клятве.              Гермиона вздрогнула от громкого звука закрывающейся двери. Вся в крови, свернувшись в клубок, она лежала на кровати и рыдала. Станет ли этот поступок ошибкой или преимуществом, покажет время.       

***

      Драко сегодня решил проводить Гермиону до Министерства. С недавних пор в их отношениях всё переменилось. Она счастливо улыбалась ему, с восторгом принимала подарки, и все ночи они проводили вместе. Он прижимал хрупкое тело к себе, счастливо улыбаясь. Неспешной поступью они шли по тротуару, погруженные в разговор. Вокруг кипела городская жизнь: спешили по делам прохожие, где-то вдалеке играла музыка, а в воздухе кружили снежинки, но для них двоих весь мир словно замедлил свой ход. Девушка подставила ладонь, чтобы поймать падающий снег, и залюбовалась.              — Не замёрзла? Стоило надеть более тёплую мантию, — Малфой почти у самого входа повернул её к себе, обхватив лицо ладонями, и нежно поцеловал. Её губы были такими мягкими и сладкими, словно самый изысканный десерт.              — Ты прав, но я согрета твоей любовью, — Гермиона погладила его по щеке. — Драко, я сегодня поздно буду дома, поужинай без меня.              — Я дождусь тебя, Герми. Надеюсь, что у тебя взыграет совесть и ты придёшь пораньше, — он прижал её ближе к себе, оставив поцелуй на виске.              — Хорошо, тогда я постараюсь, дорогой. Иногда я думаю, что совершенно не заслуживаю такого мужа, как ты.              — Нас приглашают на приём в эту субботу к Ноттам, — Драко помог ей подняться по ступеням.              — Тогда нам стоит пойти на него, — Гермиона сжала его ладонь в своей. — У меня как раз куплены новые мантии и платья. К ним хорошо подойдут фамильные украшения Малфоев.              — Моя жена всегда прекрасна в любом одеянии. Нам пора прощаться. Желаю тебе хорошей работы! Люблю тебя.              — И я люблю тебя, Драко!              — Какая встреча! — Том холодно смотрел на них. — Тебе разве не пора на работу, Мия? Итак, вечно отсутствуешь. Уже все смеются над заместителем министра, которая позволяет себе слишком многое.              — Твои высказывания абсурдны, Томми. Моя жена была тяжело больна и только недавно поправилась. — Драко сильнее прижал её к себе.              — Не нужно устраивать скандал, дорогой. Мне правда пора. Встретимся вечером, — Гермиона гордо зашагала к дверям Министерства.              Как только она повернулась, улыбка сразу же исчезла с её лица. Она чувствовала его взгляд на себе и злилась, потому что Том бросил её, не оставив даже шанса вернуться назад. Одинокая слеза скатилась по щеке. Только перед единственным мужчиной Гермиона так унижалась, стояла на коленях и умоляла не уходить. «Мне нужна женщина, которая будет вместе со мной строить будущее. Меня не устраивает быть на вторых ролях. Прощай». Он был таким холодным, когда они пересекались в коридорах Министерства, и смотрел, как на пустое место. Только Драко по-настоящему любил её и всегда оставался рядом.              — В тебе стало столько высокомерия, Мия, — Том сильно схватил её за руку. — Вижу, ты наконец-то нашла свое счастье. Значит, твои слова были лишь ложью. Ты играла со мной.              — Как и ты со мной, Том! Тебе не стоит хватать меня! — глаза её на миг озарились ярким светом. — Я замужняя женщина, и ты мне никто!              — Иди за мной! — грозно произнес Реддл, отпуская её руку. — Поговорим.              Как только они вошли в Отдел тайн, он сразу же отвёл её на склад артефактов и закрыл за ней дверь. Их взгляды схлестнулись в нешуточной борьбе. Гермиона получила первую пощёчину, больную и обидную. Она в ответ ударила его в грудь.              — Мы поднимем Министерство на воздух, если начнем здесь дуэль, Том. Чего ты добиваешься? Увидел, как мне хорошо с Драко, и сразу решил обратить на меня внимание, — её губы поджались. — Какой же ты жуткий собственник!              — А Драко знает, что каждый вечер ты проводишь в Розье Мэноре? — он снова ударил её, и на этот раз она упала на пол возле его ног. — Проводишь с ним темные ритуалы за спиной Люциуса. Я чувствую эту магию, Мия. Знаю о ней всё и какова она на вкус. Не думай, что можешь обмануть меня снова. Что он делает с тобой? Этот путь, который ты выбрала, ведет к разрушению. Тебе выгодно держать при себе Драко, я понимаю, но в случае провала он погибнет или попадет в Азкабан.              — Я стала сильнее, Том, и злее, — Гермиона поднялась на ноги, вытирая кровь с губы. — И тебе лучше держать язык за зубами. Сегодня я позволила тебе ударить меня в последний раз, чтобы ты выразил свой гнев. В следующий пощады не жди! Острие моего кинжала пройдется по твоей шее.              — Ты правда убьешь меня, Мия? — его голос дрогнул, а сам он слегка покачнулся и схватился за грудь.              — Да, если это потребуется. Тебе лучше больше не подходить ко мне, — едко произнесла она, отталкивая его в сторону. — Я не собираюсь разводиться с Драко, потому что люблю его. Слышишь, его люблю, а не тебя! Я так ошибалась на твой счет. Спасибо Виктуару, что на многое открыл мне глаза. На этом всё! Прощай!              Гермиона громко хлопнула дверью и быстрой поступью прошла по темному коридору к лифтам.              — Ты можешь выходить. Я почувствовала тебя.              Из теней появился мужской силуэт. Его рука обвила её талию.              — Хорошая девочка, — послышался шёпот около уха.              — Ты знал, что он следит за нами, Виктуар.              — Конечно, но я сохранил ему жизнь ради тебя.              Они поднялись в её кабинет. Виктуар посадил Гермиону на диван и принялся наносить мазь на её щеку и залечивать раны. Слёз больше не было. Внутри осталась лишь пустота.       

***

      Гермиона, держа под руку Драко, вошла в парадные двери. Она грациозно вышагивала с гордо поднятой головой. В её волосах в свете свечей переливалась бриллиантовая тиара, которую сегодня ей принесла Нарцисса из хранилища. На ней была шелковая мантия, украшенная изысканной вышивкой цветов. Люциус вместе со своей женой уже разговаривали с гостями.              — Миссис Малфой, как всегда прекрасна! — произнес мистер Селвин. — Люциус говорил мне о вас, а ваш законопроект о новых должностях в Министерстве для женщин — настоящий прорыв в устаревших устоях.              — Благодарю, мистер Селвин. Сейчас я работаю над новым законопроектом, который произведет на совет не меньшее впечатление, — Гермиона улыбнулась ему.              — Миссис Малфой, мы все в нетерпении, — их окружили Рудольфус Лестрейндж, старший мистер Нотт и Эйвери. — Не разочаруйте нас.              — Мы просто недооцениваем женщин, Рудольфус. Тебе ли не знать, — Эйвери слегка похлопал того по плечу и ухмыльнулся. — Кстати, я давно не видел твою жену.              — Белла тяжело болеет, Эдуард, — он отмахнулся от него.              — Миссис Малфой, помните об ошибках прошлого и не выходите за рамки своих полномочий. Под нашим покровительством вы достигнете многого. Только вот сможете ли вы сдержать молодого Розье? Он амбициозен и безжалостен. Не думайте, что мы не знаем о его поступке с Корбаном Яксли, — глаза Эйвери-старшего опасно сверкнули.              — Вам не о чем переживать, господа. Виктуар Розье хочет только лучшего для волшебной Британии. Он лишь выполнял свой долг. Преступления мистера Яксли были доказаны. Я лишь ваша слуга и знаю свое место. Прошу прощения, но мы должны приветствовать мистера и миссис Малфой.       Гермиона повела Драко сквозь толпу волшебников. На её лице держалась хладнокровная маска, но в душе она хотела сжечь их дотла от одних лишь слов. Она наконец-то нашла Люциуса, и ей стало легче. Хотелось спрятаться за его широкой спиной, чтобы не чувствовать эти взгляды и иметь защиту. Хрупкая Нарцисса, облаченная в бархатную изумрудную мантию, стояла рядом с ним.       — Дорогая, эта тиара тебе так идет, — её шелковистые руки коснулись ладони. — Ты настоящая красавица!       — Но я никогда не сравнюсь с тобой, Нарцисса, — Гермиона посмотрела на Люциуса, который взглядом холодных серых глаз сканировал зал.       — Твои приемы не так скучны, Цисси, — его взгляд остановился на Гермионе. — Дочь, пойдем станцуем с тобой? Ты же не против, Драко?              — Конечно, отец. Мы с мамой насладимся зимним садом.       Люциус передал ему трость, мягко взял Гермиону за руку и повёл в центр зала, где уже кружили пары. Для неё этот медленный танец, в котором они сохраняли необходимую дистанцию, был особенно важен. Его поддержка и непоколебимая уверенность придавали ей сил.       — Они заинтересованы тобой, Гермиона. Вижу, как ты себя сдерживаешь, но ты должна понять, что сейчас не время показывать истинные чувства, — он ловко покружил её, всколыхнув подол мантии.       — Это всё твои интриги, отец. Именно тебе я должна быть благодарна за их покровительство. Главный совет уже на моей стороне. Их ничтожные фразы не должны задевать меня. Для нас пока всё складывается удачно, — негромко произнесла она, заглядывая в холодные глаза.       — Я прочитал твой новый законопроект и внёс свои пометки. Ты должна пока придержать его, продвигая другой. Слишком дерзко даже для тебя. — Люциус слегка придержал её за талию, делая поворот. — Пока мы можем подумать о системе образования для юных аристократок после окончания Хогвартса. Подумай над этим.       — Хорошо, — легкий реверанс под финальные аккорды.       — Благодарю за танец, Гермиона. Надеюсь, что ты хорошо проведёшь время сегодня, — Люциус поцеловал костяшки тонких пальцев, слегка поклонившись.              Гермиона не успела уйти, как её уже закружили в новом танце. На этот раз порывистым и страстным, как сама их жизнь. Том Реддл уверенно держал руку на её талии, смотря так, что дух захватывало. Его молчание было громче любых слов. Он резкими порывистыми движениями заставлял снова и снова подчиняться ему и его внутренней силе. Трепет. Дрожь по всему телу. Горечь.              — Я не соглашалась на танец с тобой, Том, — она произнесла это едва слышно, глядя в его холодные глаза.              — Мне не нужно твоё согласие, Мия, — сказал он, увлекая её на своё колено, а затем резко поднимая и крепко прижимая к себе.              — Зачем преследуешь меня? Тебе должно быть всё равно, — Гермиона попыталась отстраниться, чтобы уйти, но он схватил её за руку и потянул на себя.              — Я не разрешал тебе уйти, — от его шипения внизу живота вспыхнуло неконтролируемое желание.              — Не хочу больше видеть тебя, Том, — ей так сильно хотелось причинить ему боль.              В центре зала они закружились в неповторимом вихре, совершив сложную поддержку. Том поднял Гермиону в воздух. Её тело, лёгкое как пёрышко, взмыло в воздух, а руки, раскинутые в стороны, образовали идеальную линию. Музыка достигла кульминации, вторя напряжению момента. Она резко упала, чуть не ударившись о мраморный пол, но в последнюю секунду Реддл успел её подхватить.              — Не лги мне, Мия, — грозным голосом с легкой хрипотцой.