Часть 1

В комнате стоял сладкий, густой аромат свежезаваренного чая и всевозможных конфет. За круглым столом, заваленным вазочками с ирисками, шоколадными трюфелями и зефиром, сидели три девчонки — Хариет, Бонни и Му. Хариет, уютно закутавшись в мягкий плед, с удовольствием потягивала чай с лимоном, аккуратно откусывая от большого куска шоколада. Бонни с лёгкостью могла есть сладкое в любых количествах, поэтому уже сжевала половину своей порции зефира и теперь с довольным видом обгладывала карамельную палочку. Му же держала кружку двумя руками и осторожно откусила кусочек мармелада, задумчиво покачав головой. — Вот ведь интересно… — произнесла она, задумчиво глядя на разноцветные сладости. — Почему сладкое всегда делает нас такими счастливыми? Бонни ухмыльнулась: — Потому что это топливо для души! Кошка-Повар, Мурка, сидела рядом, разглядывая мороженое в креманке. Она не могла чувствовать вкус так же ярко, как остальные, но сливочное мороженое… Это было её слабостью. Нежный, бархатистый холодок, лёгкая сладость… Она закрыла глаза, наслаждаясь каждым кусочком. — Хотела бы я чувствовать всё так же, как вы…! — пробормотала она, медленно облизывая ложку — Не переживай, Мурка! — бодро ответила Хариет — Ты любишь мороженое, и этого уже достаточно! — В этот момент дверь кухни отворилась, и в комнату вошёл Виктор. Одетый в привычную строгую рубашку и с неизменным лёгким прищуром, он посмотрел на всех собравшихся и объявил: — У Салыныча для нас новое приключение. В этот раз он обещает что-то грандиозное… Троица тут же замерла, насторожившись. — Грандиозное? — переспросила Бонни, дожёвывая ириску — Он опять нашёл что-то безумное? — Разумеется!.. — усмехнулся Виктор — Давайте в главный зал, он уже ждёт. Когда все собрались в просторном зале корабля, Салыныч, стоя на возвышении, довольно потирал руки. Его глаза буквально горели от энтузиазма. — Сегодняшнее приключение… — он сделал эффектную паузу, растягивая момент — «Путешествие в Конфетный Котлован!» — Конфетный… что? — изумилась Му, моргая распахнутыми глазами — Всё так! — Салыныч радостно щёлкнул пальцами, и на большом экране появилось изображение — Сегодня нам предстоит отправиться на планету Ютопия и похитить её сладкие богатства! — На экране отобразился гигантский пончик, круживший в космосе. Его поверхность переливалась глазурью, а в центре зияла огромная дыра, словно приглашая заглянуть внутрь. Вокруг него плавал спутник, похожий на жевательный шар — Это… это вообще законно? — осторожно спросила Бонни, прищурив глаза — Кто вообще создал такую планету? — добавила Хариет, задумчиво почесав подбородок — Я не знаю и знать не хочу! — громко объявил Салыныч — Главное, что это сладчайшее место в галактике, и мы его разорим! — И что нам делать там? — Му всё ещё выглядела скептически — Как что?! — Салыныч широко улыбнулся — Вы когда-нибудь делали снеговиков из мороженого?! — Вот только этого нам не хватало… — Виктор закрыл лицо рукой. Хариет, напротив, загорелась идеей: — Эй, это звучит потрясающе! — Ладно, ладно, я в деле! — сдалась Бонни, с улыбкой поправляя волосы — Бонни, ты возьмёшь свой корабль и заберёшь с собой Мурку! — продолжил Салыныч — А остальные полезайте в мой! Отправляемся прямо сейчас! Команда переглянулась. Ну, с такими друзьями скучать точно не придётся… Космические корабли мягко пронзили сахарную атмосферу Ютопии, входя в орбиту гигантского пончика, медленно вращающегося в пустоте. Ещё на подлёте глаза экипажа расширялись от увиденного: по всей поверхности этой невероятной планеты клубился туман из сахарной пудры, а гравитация заставляла капли жидкого шоколада плавать в воздухе, словно драгоценные жемчужины. — Ох ты ж… — потрясённо выдохнула Бонни, прильнув к иллюминатору — Это… это рай… — голос Му дрожал от восторга, а усы её дёрнулись — Это сокровище, которое мы должны похитить! — торжественно объявил Салыныч, широко разводя руки Корабли мягко приземлились на поверхность, которая, к их удивлению, немного пружинила под ногами. Почва здесь была из коржей для тортов, густо промазанных кремом, и от каждого шага оставались лёгкие следы, которые быстро заполнялись новыми слоями крема, будто живая поверхность сама себя восстанавливала. — Я боюсь даже ходить! — воскликнула Бонни, делая осторожный шаг — Ничего-ничего, привыкай! — рассмеялась Хариет, с наслаждением вонзая пальцы в мягкую почву. Дороги здесь были усыпаны крошкой из бисквитного теста, а по краям громоздились камни из леденцового сахара, переливаясь в лучах местного солнца. На некоторых перекрёстках стояли груды разноцветного драже, создавая впечатление, будто кто-то нарочно рассыпал конфетный гравий. Но главное чудо Конфетного Котлована открывалось впереди. На утёсах и склонах возвышались гигантские печенья с шоколадной крошкой, стоявшие, будто грибы из скал, крепко укоренившись в мягкой основе из бисквита. Их аромат наполнял воздух, смешиваясь с запахом тающего теста, шоколада и карамельного сахара. Везде торчали красно-белые леденцы-сосачки, некоторые — наполовину зарытые в почву, словно артефакты древней цивилизации. Из-под земли местами выпирали конфеты-трости, создавая иллюзию, будто здесь когда-то был старинный город, разрушенный временем, и теперь лишь его сладкие руины напоминают о прошлом. Однако самое захватывающее зрелище открывалось в глубине Конфетного Котлована. В невообразимом хаосе возносились к самым потолкам гигантские пончики, стоявшие на боку, словно колонны. Их глазурь блестела в мягком свете, а разноцветная посыпка переливалась, создавая эффект звездного неба. Одни пончики были покрыты шоколадной глазурью, другие — розовой или белой, и их внушительные размеры создавали эффект настоящего мегаполиса. — Бонни, гляди! — восхищённо крикнула Му — Это же… это же небоскрёбы! — Да… Это город пончиков… — заворожённо прошептала Бонни, не отрывая взгляда от фантастического зрелища Между этими гигантами хаотично раскинулись сугробы из мороженого всех вкусов — ванильного, клубничного, шоколадного, а иногда даже фисташкового и малинового. Чуть выше парили облака из сладкой ваты, пропитанные карамелью. Если вслушаться, можно было услышать, как карамельные капли медленно капают вниз, создавая маленькие лужицы янтарного сиропа. Далеко впереди из гигантских бутылок начинались реки газированных напитков. В пузырящихся потоках плавали лакричные рыбки, беззаботно щипавшие мармеладных червячков, которые медленно извивались в сладкой воде. — О-о-о! Я хочу в этом искупаться! — воскликнула Хариет, подбегая ближе к берегу, покрытому сахарным песком — Только не захлебнись! — предупредил Виктор, сдерживая смешок По берегам рек в случайном порядке громоздились кексы — некоторые с изюмом, другие без, а иногда даже с кусочками засахаренных фруктов. Из рыхлой почвы в некоторых местах торчали палочки корицы, источая тёплый пряный аромат. Там, где реки заканчивались, начинались вулканы. Вместо лавы из их жерл извергался горячий кленовый сироп, стекая вниз густыми янтарными потоками. — Так вот как выглядит настоящая кулинарная катастрофа!.. — пробормотал Виктор, глядя на это зрелище Среди всего этого сладкого безумия тянулись целые леса из лакричных деревьев. Их древесина была упругой, но не слишком прочной, и, по словам Салыныча, больше походила на резину, чем на настоящую древесину. Под деревьями, прямо на мягкой тортовой почве, лежали яблоки, покрытые хрустящей карамелью. — Ладно, я больше не могу терпеть… — протянула Му, поднимая одно из них и вгрызаясь в тягучую карамельную оболочку — Хух, а ты смелая! — засмеялась Бонни Приключение начинается! Салыныч, стоя на возвышении из вафельных коржей, раскинул руки и торжественно воскликнул: — Добро пожаловать в Конфетный Котлован! А теперь… ПОРА СОЗДАТЬ СНЕГОВИКОВ ИЗ МОРОЖЕНОГО!!! Экипаж переглянулся, а затем с энтузиазмом бросился исследовать этот сладкий мир… *** Виктор и Хариет неспешно прогуливались по тёплым весенним садам Ютопии, по какой-то причине заросшими мрачными на вид лакричными деревьями, состоящими из тёмных и вряд ли приятных на вкус лакричных конфет. По всюду валяются конфеты-трости, леденцы и гигантские чупа-чупсы вырастают из-под земли, что уже превратилась в мягкие коржи для тортов, словно гигантские строения. Ландшафт тоже изменился, всё стало слоистым, повсюду были выступы, словно от слоёных тортов, а из их стен, словно гигантские грибы вырастали печенья с шоколадной крошкой. Где-то образовались гейзеры, бьющие ключом сладким кофе, вперемешку с молоком, а с неба градом сыпались колечки сухого завтрака. Вот наша сладкая парочка дошла до пляжа из белоснежного сахарного песка, вокруг которого маленькие пряничные человечки строят замки из вафель и конфет-сосачек. Газированная река бурлила и пузырилась, а эти маленькие пряничные шибздики, что купались в ней, скидывали в неё жвачки-шипучки, напоминающие Ментос (ну так подумала Хариет). Путешественники с восторгом оглядывали этот сладкий мир, и вскоре их внимание переключилось на сугробы мороженого, разбросанные по всему котловану. Они были мягкими, податливыми, словно свежевыпавший снег, а холод от них лишь приятно освежал кожу, не обжигая пальцы. — Слушайте, а давайте всё-таки сделаем снеговиков! — с энтузиазмом выкрикнул Салыныч, его бесцветно-серые глаза загорелись азартом — Снежок-то тут идеальный! Виктор скептически вскинул бровь, но, заметив, с какой радостью все принялись за работу, тоже втянулся в это странное занятие. Бонни ловко катала огромный шар ванильного мороженого, которое источало нежный аромат ванили и сливок. Хариет, напротив, лепила небольшие круглые комки, из которых соорудила себе целую армию снеговичков-гномов. — Вот вам, шеф! — Му подала Салынычу палочку корицы, которую он воткнул в бок их самого крупного творения, изобразив трость — Теперь он не просто снеговик, а барон сладкого мира! — Надо бы ему глазки… — задумчиво протянул Виктор — Я нашла шоколадные конфеты! — радостно закричала Бонни, вытягивая из сугроба горсть маленьких круглых кусочков тёмного шоколада. Их тут же вставили в голову «барона», придав ему хитрый взгляд. Вскоре рядом с ним выросли ещё несколько подобных фигур, и вся команда восторженно смотрела на получившуюся композицию — Вот так… Теперь это настоящая династия ледяных монархов! — провозгласил Салыныч, отряхивая руки от липкого мороженого — Ну а теперь… — Он посмотрел вдаль, туда, где блестела гладь фиолетовой реки, её поверхность подрагивала от пузырьков, лопающихся с мягким шипением — Теперь я иду купаться! — Он резко схватил свои русые кудри, которые спадали ему на плечи, быстро собрал их в хвост, затем сделал пару шагов назад и, не раздумывая, с разбега прыгнул в шипучую гладь Газировка была густой, чуть вязкой, но удивительно лёгкой, и вкус её был восхитителен — сладкая, с лёгкой кислинкой, будто свежая виноградная фанта. Пузырьки приятно покалывали кожу, создавая ощущение, что он не просто плывёт, а парит в этой удивительной субстанции. — О-о-о, это лучшее, что со мной случалось! — раздался его довольный возглас из-под поверхности Не теряя ни секунды, Хариет рванулась следом, забрызгав берег пурпурными каплями. Её русые волосы моментально облепили лицо, но она лишь смеясь смахнула их, окунувшись с головой. — Ах! Как щекотно! Хаха! — она хохотала, чувствуя, как газировка ласково пузырится на коже Тем временем на другом конце берега Виктор, вздохнув, предпочёл остаться в стороне, наблюдая, как эти двое барахтаются в переливающейся воде. Где-то неподалёку пряничные человечки продолжали свои игры, бросая в реку всё новые порции шипучек, отчего на поверхности воды появлялись всполохи радужной пены. А чуть дальше, там, где сугробы из мороженого простирались мягкими холмами, Салыныч с друзьями уже затеял новое безумие. Он, сгребая в ладони сливочную массу, с усердием лепил нового, огромного снеговика. Вместо угольков у того были круглые шоколадные конфетки, а вместо носа — карамельная трость, чуть изогнутая набок. Шапку же он сделал из вафельного рожка, перевернув его вверх дном. — Ну что же, неплохо! — с гордостью спросил он, отступая назад Но стоило ему сказать это, как один из друзей, посмеиваясь, швырнул в него комок клубничного мороженого, отчего вся его рубашка оказалась испачкана розовыми разводами. Так, среди ароматов сладкой выпечки, шипучего воздуха и вечного карнавала вкусов, продолжалось их странное, но невероятно захватывающее путешествие по Ютопии. — Это просто безумие! — выдохнула Хариет, вытирая лицо и ослепительно улыбаясь — Именно поэтому оно мне и нравится! — весело ответил Салыныч, качаясь на волнах газировки и наслаждаясь моментом в этом сладком мире