Часть 1

Горький дым обволакивал стенки горла и оседал где-то в лёгких, а я смотрел с высокого пригорка на развалины когда-то оживлённого, шумного и огромного, сверкающего по вечерам разными огнями города. Докурив сигарету, я осторожно двинулся к нему, попутно включая счётчик Гейгера и надевая противогаз. Я следил за мировой ситуацией и понимал, что этого не избежать, что это рано или поздно случится, и вот в один миг всё же была нажата эта пресловутая красная кнопка. Все планы, все труды, все достижения исчезли в мгновение ока... Весь прежний мир рухнул буквально за несколько минут, этого времени хватило, чтобы погрузить его в хаос, где сильные сами за себя, а слабые объединяются в группы или поселения вдали от городов, где есть плодородная незагрязнённая почва, или в метрополитенах, куда не проникает радиация, если, конечно, у станций достаточная глубина, ведь если глубина недостаточная, то укрывшиеся там люди были обречены на долгую и мучительную гибель от лучевой болезни. Когда были взрывы, я был в глухой деревне в 100 километрах от каких-либо населённых пунктов, а моя жена была в нашей квартире в центре города, наш дом, скорее всего, стал эпицентром взрыва, и я очень быстро смирился с её смертью, во всяком случае, её смерть была быстрой, и я даже в какой-то мере ей завидую. Я не могу привыкнуть к нынешнему укладу жизни, новой жизни в условиях ядерного постапокалипсиса, как бы это фантастически ни звучало... Я пытаюсь забыть прошлое, но оно возвращается, кусается и больно бьёт по сердцу и памяти, и каждый раз с новой силой, чем дальше в будущее, тем больнее... Но надо жить дальше, несмотря ни на что. Ход моих мыслей оборвал начавший трещать, как десятки тысяч грешников в адском котле, счётчик Гейгера... Я лишь посмотрев поближе на остатки того, что раньше считалось большим населённым пунктом, мог получить такую дозу радиации, что даже представлять не хотелось, а я был в полукилометре от города, моего города, города, где я родился, учился в школе, оканчивал институт и работал, где я познакомился с Юлей, своей женой, меня слишком многое связывало с этим населённым пунктом. Но приближаться дальше к нему и тем более заходить было самоубийством, пришлось развернуться и идти обратно в поселение, там меня ждали, в отличие от этих серых и безжизненных домов и пустынных улиц, где от жизни остались только ржавеющие машины на дорогах и иногда полностью целые, а иногда уже подразвалившиеся, но в основном разрушенные здания. Я возвращался обратно в поселение медленно, неспешно, я думал, размышлял, но мои мысли оборвал выстрел, и вот я уже лежу на земле, в луже крови, возле меня снуют какие-то то ли бандиты, коих расплодилось до ужаса много, то ли людоеды, во всяком случае мне было не до них, я знал, что жить мне осталось пару минут, и я знал, что воссоединюсь с ней, с моей любовью...