Часть 1

Лето лениво наблюдало за пустыней. Оно бы могло уснуть, делать днем все равно нечего, но оно опасалось, что кто-то выйдет на глину и пески и не спечется до прожаренной корочки. Конечно, оно уже давно не видело, как кто-то приближается к его пустыне, но никогда не стоит терять бдительность. Солнечный ветер сдувал ошметки атмосферы и пек стекло, как хлеб. Лето недовольно шипело на беспокойное Солнце, но древнему великану было глубоко плевать на возмущения мелкого жителя мелкой планетки. Когда же наступит ночь?! Лето хотело убедиться, что жители его пустыни были живы, но планета, как на зло не хотела поворачиваться. Честно лето ненавидело всех их. Планета-скотина, Солнце-мразь. Его беспокоила только своя пустыня и внезапные перепады температур из-за перемен дня и ночи. Лето крало жар солнца и направляло его на пустыню обычно, но, когда Солнце исчезало с горизонта песок покрывался льдом и на поверхность вылезало множество причудливых жителей. Ночь была временем только лета. Хотя тогда звать лето летом уже было нельзя. Оно внезапно превращалось в зиму, но все так же стремилось заморозить любого вторженца. Лед стремительно распространятся по всей пустыне, синий закат угасал, позволяя ночи вступить в права. Сквозь ледяную преграду на лето смотрели странные существа, растекшиеся черной массой между льдом и песком. Вскоре они начали прогрызать себе путь. Вся пустыня наполнилась скрежетом. Атмосфера начала заращивать дыры. Зима спокойно глядела на черные существ. Они ползут на свободу, чтобы снова сгореть в лучах Солнца и переродиться в сверхмалых черных дырах под корой планеты. Они будут ползти и ползти, расширяя своими телами свои проходы и однажды вся пустыня провалится под землю. Зима любила единственных жителей своей пустыни. Они вылезали из-под льда и превращались в тех, кого они видели в своих снах. Бывало, безжизненная арктическая пустыня оживала, наполнялась криками животных, по снегу начинали ходить слоны и снеговики, кедры и удивительные гиганты архонского периода. Снег заметал все вокруг, но ликорисы не увядали, котята не замирали замороженными игрушками. Зима чуяла, как к ней медленно движется Солнце. Зима умоляла планету остановиться. Черные существа вспыхивали и с дикими криками зарывались под мокрый песок и глину, но вскоре черные лужи вытекали из-под земли безжизненные и исчезали в палящем жаре, оставляя только алые пятна. Зима была уже летом и бессмысленно глядела на одинаковый алый пейзаж, написанный кровью черных существ. Лето было принцем этой маленькой империи ржавых красок, планета королем, а Солнце было грозным сюзереном, но это, казалось устраивало всех, кроме самого лета. Лето хотело быть единственным королем и желало взорвать Солнце. — Злата, вы же понимаете всю важность принятия этих лекарств? Если вы не будете их принимать, то болезнь только продолжит прогрессировать. — Да, я понимаю. Перед Златой сидел мужчина в белом халате, внимательно следящий за ней. — Злата, не стоит притворяться, что у Вас все в порядке. Регресс из-за вашего непослушания случался уже два раза! Все окна были закрыты, батареи шпарили, как не в себя. Злата смотрела на семейную фотографию этого мужчины и директрисы больницы. — Душно. Алексей Нилович, вы не могли бы открыть окна? Мужчина удивленно посмотрела на нее. — Ладно. Он развернулся к окнам. Она взяла с его стола фотографию. Мужчина стал разворачиваться. На висок мужчины обрушилась фотография. Солнце взорвалось. Осталась планета. Лето исчезло. Осталась зима. Существа волной полезли сквозь лед, грозя обрушить пустыню под землю. Зима с насмешкой глядела на фотографию Алексея Ниловича и директрисы. Осталась планета.