Глава 1. Кошка меня не покинет

Холодный осенний полдень одним своим видом наводил тоску и провоцировал горькие мысли. Дома сидеть не хотелось, но и выходить на улицу в сырой и серый туман хотелось еще меньше, но выбора не было. Работа требовала действия, ведь если потерять и ее, то в жизни совсем не останется смысла. Дэвид Райс тяжко вздохнул, стоя у окна своего маленького домика на окраине, среди гор и хвойных лесов. Он жил здесь уже несколько лет в гордом, или, точнее сказать, печальном одиночестве, которое чуть легче переносилось на лоне природы. Способности позволяли во всякий момент, когда только захочется, перенести себя в совершенно любую точку планеты и какое-угодно место на ней. Что лучше всего излечивает душу, чем смена обстановки? Только вот в случае Дэвида это правило работало против него, путешествовать не тянуло, а на смену вышесказанному мнению он выдвигал другое - идущий за море меняет небо, но не душу. И это было правдой, тем более, что молодой Райс проклял свои способности к телепортации и зарекся когда-нибудь использовать их. - Прости меня, любимая, - сказал парень с грустью, когда взгляд зацепился на фото в траурной рамке на полке стеллажа с книгами - Сегодня пять лет, как я не смог тебя уберечь и ты ушла, а я так и остался там, на той стороне света, где сейчас ты… Девушка с фото, красивая брюнетка с длинными каштановыми волосами, что красивой волной лежали вдоль плеч и спины, смотрела на него оттуда с веселой улыбкой, какой всегда улыбалась при виде Дэвида, даже ее темно-карие глаза светились тихой радостью. Это был один из последних снимков его дорогой Милли, а ровно через пару дней после того, как он был сделан, парень нашел ее. Без признаков жизни. Там, куда не желал больше вернуться. Дэвид моргнул несколько раз и вновь посмотрел на любимое лицо. Он хотел бы запомнить Милли такой, какой она была тут, а не в том жутком состоянии, в каком нашел пять лет назад. Но не мог, его и по сей день преследовало ужасное видение окровавленного трупа, привязанного к дереву вертикально, за руки и за ноги. Лицо, ужасно бледное и словно восковое в виду обескровлености тело. Распахнутые глаза, открытый широко рот, скривленный жуткой гримасой. Дорожки от слез на щеках. Было заметно, что перед смертью несчастная очень страдала, до последнего молила сохранить ей жизнь и отпустить. Плакала, просила, надеялась. Но убийца не знал пощады, слезы и стоны невинной жертвы не умягчили каменное сердце. Напротив, лишь сильнее подогрели садистское наслаждение чужими муками и болью. Он долго издевался над ней прежде, чем убил с особой жестокостью. Буквально вскрыл и выпотрошил заживо, оставив медленно умирать, истекая кровью и мучаясь от ужасной боли, не став даже добивать. Оставил только записку на дереве, участке, с которого специально срезал кору, написанную кровью, в которой убийца смочил кинжал: «Она умерла за тебя. Я старался, но она не выдала, где ты. Так будет не всегда, знай это, Дэви». Объяснений было не нужно, понятно и так, чьих это рук дело. Проклятые паладины, что испокон веков ненавидели телепортов, истребляя их пачками. Дэвид и сам едва не попался в то время, когда впервые открыл свои способности. Его звали Роланд Кокс, этого здоровенного темнокожего амбала, что посвятил свою жизнь уничтожению мерзких прыгунов, как он называл способных к мгновенному перемещению. Дэвид едва успел от него сбежать, но Роланд похоже не успокоился и как только Райс начал жить спокойной жизнью вместе со своей возлюбленной, устроил ловушку. Он поймал одну лишь Милли, Дэвида не было и жестоко пытал ее, чтобы она сдала любимого, но девушка молчала и приняла в итоге поистине мученическую смерть. Дэвид ярко представлял себе все, что она испытала перед гибелью и горько рыдал, вырывая на себе волосы от ужасного бессилия перед возможностью отмотать время назад и никуда не пускать Милли. Или не дать ей одной поехать в город, отправиться с ней и будь, что будет. Когда же Дэвид похоронил любимую в закрытом гробу, он прилюдно отказался от своих способностей, так и заявил во всеуслышание: - Зачем ими вообще обладать, если они не могут спасти других? Не делают меня сильнее! Не дают возможности б вернуть утрату! Он почти кричал и горькие слезы лились по бледному лицу. Мама, что вопреки опасности быть возле сына, приехала к нему, чтобы поддержать в тяжелую минуту и остаться рядом, пока Дэвид не придет в себя, оставив на время мужа и младшую дочь, подошла к нему и положив руку на вздрагивающее плечо сына, сказала мягко: - Дэвид, милый, пожалуйста, не казни себя так отчаянно, ты не мог знать, что так случится, все думали, что Роланд погиб, и я тоже так считала, но этот феникс восстал из пепла и нанес подлый удар со спины. Мне очень жаль бедную Милли она была прекрасным человеком и очень тебя любила. Но ее больше нет и нужно учиться жить дальше. Но Дэвид ее не послушал и резко освободившись от ее руки, прокричал ей в лицо резко и почти со злостью: - А я должен был знать! Должен, понимаешь! Я дал слово ее защищать и не сдержал его! Должен был спасти ото всех, кто ненавидел и убивал! И не смог! Мэри Райс лишь грустно опустила взгляд. Имеет ли она право утешать сына, когда сама в недавнем прошлом была такой же как Роланд. Потомственным паладином, на счету которой было едва ли не столько же уничтоженных телепортов, сколько на его. Очередным едва не стал ее сын, когда женщина поняла, что тот родился прыгуном, тогда, с болью в сердце, Мэри решила оставить его и ушла из семьи. Это было лучшим, чем убить его самой или позволить это сделать Роланду или другим таким же. Когда сын вырос и нашел ее они начали снова общаться, тайком, чтобы не знали другие паладины, но видно все же прознали и вот трагический финал. Однако долг матери не позволял ей опять уйти от сына, покуда он так страдает. Время лечит, надеялась Мэри, глядя на совершенно раздавленного Дэвида. Только вот уже несколько лет прошло, а парень так и не оправился от потери любимой. Он бросил прежний дом и переселился совсем далеко, возле самых гор, на окраине хвойного леса в небольшом коттедже. Дэвид не использовался больше способности, отказался от них навек и стал обычным фермером, и чем-то вроде почтальона и курьера. Общаться с людьми он почти перестал, друзей не завел и даже думать не хотел о новой любви. Единственной женщиной, бывшей с ним рядом, была белая кошка с разноцветными глазами, что не так давно забрела на крыльцо дома и отказалась уходить. Была такая худая, грязная и несчастная, что Дэвид не выдержал и пустил на порог. Там она отогрелась, обсохла и парень дал ей молока. Кошка выпила целую миску и после смело запрыгнула на колени Райса и свернувшись клубком, оглушительно замурчала. - Что ж, видимо, у меня не выбора, - сказал Дэвид, поглаживая кошку по голове и спине. Так она получила имя Ласка и навсегда осталась в его доме. Вот и сейчас, почувствовав настроение хозяина, Ласка подошла совсем близко и потеревшись головой о ногу Дэвида, встала на задние лапы и поставила передние на его колено, чуть выпустив когти для привлечения внимания. Райс посмотрел на нее и слегка улыбнулся: - Как же ты вовремя, милая! После чего погладил кошку по голове и та интенсивно потерлась об его ладонь, с готовностью замурчав. И в этот момент вдруг требовательно зазвонил телефон, лежавший на столе. Дэвид с досадой поморщился. Этот номер знал очень ограниченный круг людей - мама и несколько постоянных заказчиков, которым он доставлял посылки. Парень со вздохом нажал прием, успев заметить, что звонит ему сейчас именно мама. - Дэвид, сынок, - услышал он в динамике вполне ожидаемое - Как ты сегодня? - Все хорошо, мама, - ответил парень немного усталым тоном - Скоро выхожу у меня доставка. - Ты прекрасно знаешь, что я не об этом, - не дала сбить себя с толку Мэри - Когда же ты наконец начнешь жить? - Вроде бы я и так еще не умер, - вяло отшутился Дэвид, но мама не оценила этого, продолжив в своей манере: - Конечно, не умер, ты просто похоронил себя заживо в своем горе, а жизнь, сынок, она не стоит на месте, нужно идти с ней в ногу, иначе погрязнешь в прошлом. - Мам, я много раз говорил тебе это, - начал раздражаться Дэвид - Но ты никак не хочешь услышать. - Но ты же не собираешься всю оставшуюся жизнь прожить вдвоем с кошкой? - снова вступила Мэри, на что Дэвид ответил холодно и почти сурово: - Кошка меня не покинет! Парень устало положил трубку, разговоры с мамой почти всегда давались ему не легко, он понимал, что та за него переживает, но утешить ее было нечем. Дэвид оставил мобильный на столе и накинув черную непромокаемую кожаную куртку, вышел из дома, прихватив с собой бумажный сверток. Нужно ехать к клиенту.