Часть 14. Иная Се Лиаоаее

Я быстро ощутила лёгкость в теле, боль ушла. Мы вышли из кабинета и обнаружили отца сидящим на полу в гостиной у камина со стаканом виски в руке. Сейчас бы ещё одна из его женщин ворвалась в дом напала на меня... - Когда я решил быть с ней, понимал, что будет трудно, и она понимала, что нормальной семьёй нам не быть. - А не с вами ли самими была проблема? - не сдержалась я. - Ты права, - ответил он, не оборачиваясь, а я не могла припомнить, говорил ли он мне такие слова раньше. Вы принадлежите другому миру, он зовёт вас, преследует. - Значит, дело было только в маме? - Нет, - ответил он, - я тоже оказался тем ещё куском дерьма, прямо как мой отец. Верно? Ты же меня ненавидишь? В моих глазах стояли слёзы. Я не могла вообразить всю его боль, просто не могла. Но и не хотела жалеть его. А что чувствую к ней, совсем не могу понять. - Я испытывал ужас при виде того, что с ней происходит. Я пожала плечами: - Может, ты не так сильно её любил, как думал. Не знаю, почему я так сказала, ведь ещё никого в своей жизни не любила. Разве что Иям... да, это больше всего похоже. - Одной любви недостаточно, - сказал он тихо и обречённо. - Она теоретически не могла победить всё, как бы ни хотели люди в это верить, вот и на практике не смогла. Я махнула головой, чтобы избавиться от мерзкого чувства безысходности. - Она что-нибудь оставила для меня? Может, какие-то записи? Хоть что-нибудь? - Была у неё одна важная вещь... То ли беспокойство из-за того, что меня могут искать маги, взыграло во мне с новой силой, то ли вся тяжесть прошлого навалилась неподъёмным грузом, но мне хотелось побыстрее убраться отсюда. А что делать потом, подумаем потом - то, что Инейця оставался рядом, помогало держаться, хоть сомнения на его счёт и не уходили. Только когда я взглянула на Инейцу, увидела его равнодушное лицо, устремлённое на отца, осознала, какой же он на самом деле жалкий человек. Что за глупость была бояться его, верить его жестоким словам. Я поняла, что скоро покину этот дом, полный страданий, и, возможно, уже в него не вернусь. - Что это за вещь, отец? Мой голос звучал иначе, твёрже, увереннее. Отец обернулся, его взгляд слегка прояснился: - Ты уйдёшь? Ты выбрала тот мир? Подумай. Здесь есть жизнь, а там и тогда не было ничего хорошего, и сейчас вряд ли появилось. Подумай, - повторил он. - Здесь... У меня ничего нет. У отца восьмая женщина за месяц, у Иям своя жизнь, и я больше не хочу быть сбоку припёка. - Я больше никого не приведу! - сказал он, полностью разворачиваясь ко мне. - Для тебя я... - Что? Сможешь прожить моё сумасшествие? Сам говорил, что от мира магии не уйти. Значит, единственный для меня путь - идти к нему навстречу. Он поник, немного помолчал и кивнул: - Жаль, что всё так вышло. Жаль, а не прости? Ну, разумеется. - Мне тоже жаль. Попробуй не жить прошлым. Ты же человек, не дай миру магии и тебя погубить. Он протянул мне кулон, который всё это время лежал у него в нагрудном кармане пиджака. - Надеюсь, для тебя мир магии не окажется губительным. У него дрожал голос, глаза блестели. Наряду со всем этим его руки тряслись, и сам он стоял на ногах, слегка пошатываясь. Мой бедный жалкий отец. -Мы когда-нибудь ещё увидимся? - спросил от затем, чтобы молчание не затягивалось. - Кто знает. Если да, то, надеюсь, это произойдёт не во время нашей совместной депортации на тот свет магами-убийцами. Мне бы хотелось, чтобы это больше было похоже на шутку, но слишком уж это реально. А голове у меня всплывал вопрос за вопросом о матери, но я знала, что он мне так ничего толком и не расскажет, а вот её кулон знает намного больше. - Инейця будет с тобой? - спросил он внезапно, глядя на него. - Чем ты можешь защитить её? Ты умелый маг? Мой взгляд упал на альбом, стоящий на камине. Там почти нет фотографий. Я листала его несколько раз тайком. Но почему-то сейчас в моей груди билось тёплое чувство, что у меня всё же есть семья. Наверное, такие моменты всегда вызывают подобные чувства. - Я много чего умею и всему её научу, - ответил Инейця. Я обернулась на него. От стоял в тени в своей извечной тёмной одежде. Казалось, он был вырезан из чёрного камня. Серьёзный и красивый. Шестнадцатилетний пиздюк! О чем я вообще думаю? Не такой он и красивый, честно! Но чего мой разум не ожидал услышать, так это: - Да, я буду с ней. После этих слов во мне забилось одновременно где-то примерно 116 сердец. Разум отсчитывал каждый удар, но не мог не сбиваться. Не надо так реагировать. Надо успокоиться. Он не вкладывал в эти слова никаких особых смыслов. Да и то, это просто дословный ответ на вопрос отца, чёрт бы его побрал с его вопросами. Но зато стало уже не так грустно. Жизнь продолжается, хоть и прошлое будет вечно пытаться утянуть за собой, ведь оставшаяся от него рана так и будет ныть. Я не знаю, что будет дальше, но, как и сам Инейця, буду рада остаться сейчас не в одиночестве. - Ну что, ученица, идём? - Надо будет обсудить вопрос старшинства. Попрощавшись с отцом, мы покинули дом и побрели пешком по моему району. Смотря по сторонам, оставаясь начеку, мы искали уединённое отдалённое от домов место, где бы приступили к созданию своего нового пристанища. Очень интересно, как вера людей помогает им жить. Я не знаю точно, как именно я верю, но я верю в себя. Мне предстоит ещё многое понять, но сейчас я чувствую себя избавившейся от рабства. То есть, я была добровольной рабыней без своих целей, желаний, смыслов, а сейчас я знаю, чего хочу.