Часть 1

— Помни, Реджина. — Бормотала себе под нос мэр Миллс, красиво раскладывая по тарелкам ровно нарезанные куски шарлотки. — Ты делаешь это всё ради Генри. Обычные семейные ужины во все времена проходили весело, шумно и, как минимум, запоминались надолго чьими-то историями из молодости, тёплыми воспоминаниями, безобидными шутками, или же важными моментами единения с самыми близкими сердцу людьми. Подготовка же к семейному ужину — разговор, разумеется, совершенно другой, и вот тут уже всё зависит от нервов родственников. Хотя, в данной семье тот факт, что все в добром здравии и ещё не поубивали друг друга — уже считается довольно хорошим началом вечера. Однако же, спокойствием тут не пахнет и за километр. — Это невозможно! — Доносился крик из гостинной. — Как можно быть такой неуклюжей, Свон?! — Негодовала Зелина, и по тону можно было предположить, что она вот-вот снова позеленеет, но уже от злости. — А-ну, не смей так разговаривать с моей дочерью! — Вмешался, уже успевший знатно надоесть, голос Белоснежки, отчего пальцы сильнее сжали кухонный нож. — Белоснежка, милая, успокойся! — Вторил ей голос принца. — Какого чёрта, Крюк?! Как ты думаешь, что ты делаешь с нашими украшениями?! — Эй, полный дом людей и магов, а гирлянды распутываю почему-то я один! — Возмущённо воскликнул новоявленный ухажёр мисс Свон из другого конца гостинной. — Можно подумать, мне тут с крюком проще всех это сделать! — Господи, Реджина, где у тебя бокалы?! — Яростно взмахивая руками, в кухню влетает Кора. — Эта семейка меня скоро с ума сведёт! — О да, матушка, я вас понимаю. — Злобно шептала Королева, приступая к нарезке овощей. — Сколько раз говорить — не бормочи под нос! — Мимоходом напомнила Кора, распахивая навесной ящик рядом с дочерью, пока из гостинной доносились крики Зелины. — Да иду я! Иду! — Крикнула в ответ женщина, хватая бокалы. — Да помогите же вы Киллиану, он сейчас порвёт все гирлянды! — Нет, Бэлль, я уже сказал, что ты к нему и близко не подойдёшь! Ну вот, а стоило только подумать, что Румпельштильцхена давно не было слышно — как он вновь напомнил о своём присутствии в этом доме. — Я вольна поступать так, как считаю нужным! — Громко спорила с ним супруга. — Ты должен мне доверять! — Пэн, немедленно убери оружие со стола! — Скомандовала мисс Свон, и Реджина была благодарна хотя бы ей за попытки поддержания порядка в её доме. — Это всего лишь лук! — Послышался в ответ голос Питера. — Между прочим, подарок правнуку! — Мы же договаривались дарить ему арбалет, Пэн! — Вновь раздался раздражительный голос Крюка. — Ну всё, я его выбрасываю! — Фиона, радость моя, успокой немедленно нашу родственницу! — Ну уж нет, муженёк, ноги моей в этой гостинной не будет! — Громко вещала чёрная фея по пути в кухню. — Вот уж не припомню, чтобы Малькольм был таким взбалмошным. — Раздражённо сетовала Фиона, по-хозяйски вытаскивая из подставки второй нож. — Я нарежу лазанью, а то ты тут стареть начинаешь. — Обещаю, следующий яблочный штрудель я приготовлю специально для тебя, дорогая. — Тихим змеиным тоном прошептала мэр Миллс, шустро шинкуя овощи для салата. — Ох, нет! — Фиона резко взмахнула руками, разворачиваясь на звук разбившейся посуды. — До чего хороша моя невестка, опять чашку разбила! — Громко стукая высокими каблуками по дорогому кафелю, женщина вновь устремилась в гостинную, намереваясь устроить скандал. — Неужели нельзя быть поаккуратнее в чужом доме?! Последняя капля случилась в тот момент, когда ненаглядная Снежка с присущей ей королевской грацией и изяществом задела локтём несчастную вазу, которая тут же разбилась вдребезги. — Как же я вас всех ненавижу! — Крикнула, не выдержав, Реджина, на развороте бросая тарелку из кухни точно в стену гостинной — между Мэри Маргарет и Зелиной. А когда в следующую секунду раздался дверной звонок — женщина устало выдохнула, снимая фартук по пути из кухни и вешая его на плечо шерифа. — Режь салаты, Свон. — Отдала приказ королева, взмахом руки возвращая вазу в исходное состояние на кофейный столик. — Я открою. *** — Серьёзно?! Греческий Бог не смог выбрать вино получше?! — Испепеляющий взгляд мэра впился в Аида, с сжатыми челюстями держащего раскрытый пакет. — Реджина, прошу, успокойся. — Робин, не защищай его! Остальное-то хоть купили? — Конечно. Не считая трёх бутылок вина, ещё две бутылки шампанского — его, будь спокойна, выбирал мистер Гуд, и одна бутыль рома для нашего уважаемого капитана. Этого, надеюсь, хватит на вечер? — Должно хватить. — Дочка не плакала? — Вновь перетянул на себя внимание Робин Гуд. — Нет, ещё спит, как и Нил с Гидеоном. — Коротко ответила Миллс, позволяя мужчине оставить короткий поцелуй на своей щеке. — Так, всё, идите в дом, горе-папаши. *** — Господи, дети проснулись. — Положив руку на лоб, выдохнула Реджина. — Кто-то должен подняться наверх. — Я могу присмотреть за ними. — Сразу же подал голос Питер, соскальзывая с подоконника. — Ну уж нет! — Мистер Голд поспешил перегородить дорогу отцу, вытянув перед ним трость. — Его нельзя подпускать к детям! — Позволь заметить, Я с детьми провёл намного больше времени, чем ты. — Высоко вздёрнув брови, парировал Питер. — И, к слову, кому бы тут рассуждать о младенцах, Румпель. — Да успокойтесь вы! — Вклинился в разговор Робин. — Я проверю. *** Наконец, в доме наступило временное затишье, стоило лишь Генри вернуться с прогулки. Вся чета смирно сидела, как перед апокалипсисом, молча смакуя угощения и изредка вставляя пару-тройку слов ни о чём. — Белль, душа моя. — Начал Голд, спокойно отрезая кусочек курицы. — Объясни мне, пожалуйста, как долго наш сын будет подвергаться столь скверному влиянию? — Румпель, милый, прошу. — Девушка взволнованно подняла брови, тёплой ладонью едва касаясь чужой руки. — Он всего-лишь сидит на руках у дедушки. — У кого, прости? — Да брось! — Подал голос Малькольм, которого кое-как уговорили сесть аж на другой конец стола и не провоцировать лишний раз тёмного мага. — Дай хоть младшего внука побалую! — Он перевёл взгляд на Бейлфаера. — Раз уж старший меня не жалует. Сжав вилку, Нил уничтожающе посмотрел на Питера, намереваясь съязвить в ответ, однако, помешала этому вовремя среагировавшая Фиона. — Ох, колкий характер — это у них наследственное. — Весело сказала чёрная фея, положив ладонь поверх руки внука. — Да, мне тоже трудно мириться с нашими кровными узами, матушка. — Вновь подал голос Голд, не обращая внимания на свою жену, что уже готова была провалиться сквозь землю. — Так может, сынок, это всё потому… — Кхм. — Громко прочистив горло, с места поднялась Кора, после чего, для большего эффекта, звякнула по бокалу вилкой. — Прошу немного вашего внимания, мои дорогие… — Она медленно окинула взглядом присутствующих, высоко подняв брови. — Родственники. — Ох, боже… — Шепнула Реджина, залпом выпивая бокал шампанского и сразу же наливая себе ещё. — В этот замечательный вечер я хочу отметить то, как важно иногда нам всем собираться вместе, чтобы вспомнить, насколько нелепой может быть жизнь и лишний раз не расстраиваться от того, что ваши собственные ожидания вновь потерпели крах. Также, я хочу поблагодарить мою дочь — Реджину, которая хоть и не оправдала моих ожиданий, но, всё же, приготовила сегодня этот замечательный стол для нас! — Кора сдержанно улыбнулась, поднимая бокал. — Не без моих советов, конечно же. — Повернувшись к дочери, добавила она. — Милая, нельзя лить так много масла на сковороду — это жаркое, а не картошка фри. — Да, мама, благодарю, что заметили. — С натянутой улыбкой огрызнулась мэр Миллс. — А я бы хотела присоединиться к тосту. — Вскочила Зелина, мгновенно останавливая присутствующих, что уже собирались поднять бокалы. — И тоже выразить свою благодарность любимой сестре за то, что она сегодня раскрыла для нас двери своего дома, ведь не каждый же из нас мэр с личным особняком. — Широко улыбаясь, говорила она. — Да, некоторым приходится и в однушке с ребёнком ютиться. — Зелина, хватит, я тебя услышала, ты хочешь переехать в домик с видом на побережье. — Устало говорила Реджина, потирая лоб. — Будет тебе твой домик. — Хах, думаю, был бы здесь доктор Хоппер — он бы назвал наш ужин «вечером пассивной агрессии». — Заметила Эмма, чокаясь бокалом с сыном и Мэри Маргарет. — Это точно. — Тут же согласился Генри, посмеиваясь. — Сверчков мне здесь только ещё не хватает! — Не сдержав улыбку, сказала бывшая злая королева, аккуратно врезаясь бокалом в бокал Киллиана. Следующий тост произносила уже Белоснежка, и на протяжении всей речи Реджина лишь сдержанно кивала, преодолевая желание выйти во двор и подышать свежим воздухом, потому как: семья Прекрасных излучала из себя безграничную добродетель и милосердие, наряду с проповедями о ценности семьи. Когда же тост закончился на пожелании расширить их «славное» семейство — сёстры Миллс почти синхронно закатили глаза. Казалось, даже Эмма едва сдержалась, чтобы не поступить в точности также. «Бедная девочка.» — Думала про неё Реджина. — «Родилась от говорящей радуги.» — Румпельштильцхен, радость моя. — Подала голос Фиона. — Передай мне соль, будь добр. — Белль, милая, передай соль вон той женщине. *** Ближе к концу вечера, торжественно встал Питер Пэн, привлекая к себе внимание. — Что ж, на правах старшего. — Аид недовольно кашлянул, после чего Пэн нехотя поспешил исправиться. — Второго по старшинству. — Он испытывающе посмотрел на Бога, и тот одобрительно махнул рукой, разрешая продолжить. — Хочу поднять этот бокал за подрастающее поколение, за наших наследников, которых я всегда с радостью приму, как дорогих Гостей в Нетландии. — И не мечтай. — Коротко прервал его речь Румпельштильцхен. — Ох, в таком случае, передаю этот тост своему сыну, которому всегда есть, чем поделиться! — Громко поставив бокал на стол, Малькольм сел обратно, обиженно скрестив руки на груди под смешок Фионы. — А мне есть, что сказать! — Поднимаясь, ответил Голд, после чего, коротко кашлянув, вернул своему голосу спокойный рассудительный тон. — Хотелось бы сказать пару слов о виновнике этого вечера. — Мужчина по-доброму посмотрел на внука. — Кто бы знал, что заставить меня сидеть за одним столом с… Родителями… Сможет лишь маленький мальчик, по счастливой случайности являющийся сыном моего сына. Генри, ты в который раз доказал всем, насколько необычным ребёнком являешься, сумев собрать за одним столом злую королеву, чёрную фею, Питера Пэна, Румпельштильцхена и спасительницу, не говоря уж об остальных членах нашего семейства. — Генри благодарно улыбнулся мужчине. — За моего внука, друзья. Так и закончился их славный Рождественский ужин. Тихо и по-доброму — насколько это можно так назвать. И хотелось бы, конечно, сказать, что так отныне будет всегда, но… — Какого чёрта вы не сказали, что Безумный Шляпник мне в сватья набивается?! Генри!