Часть 7

По прошествии месяца осень плавно сменилась зимой, и Хогвартс был погружен в атмосферу предстоящих рождественских каникул. Снег покрывал землю, создавая волшебное покрывало, а воздух наполнялся ожиданием праздника. Сириусу, с серьезным выражением на лице, пришлось прощаться с друзьями. Ему не разрешили остаться в школе, и этот прощальный момент был для него драматичным. Слова прощания были тяжелыми, и в его глазах блеснули слезы, когда он обнимался с Джеймсом, Ремусом и Питером. Они обещали оставаться на связи и писать друг другу, несмотря на расстояние в две недели. Аврора и Регулус, напротив, с нетерпением ждали возвращения домой. Им хотелось провести рождественские каникулы в уюте семейного очага, наслаждаясь временем с родными. Для них эти каникулы были возможностью вновь ощутить себя частью семьи и насладиться теплом домашнего очага, если так можно было назвать мрачную атмосферу в доме Блэков. Пока зимний ветер веял за окнами замка, готовясь унести его обитателей в новые приключения и встречи, каждый из них, независимо от того, грустил или радовался, знал, что предстоящие рождественские каникулы принесут им незабываемые моменты и воспоминания. Сириус шел по коридору поезда, впивая взгляд в окна, через которые мелькали пейзажи. Через пару минут они будут в Лондоне. Когда он подошел к купе, он услышал голоса своих брата и сестры, Регулуса и Авроры. Он решил зайти, несмотря на то, что у него не было ни малейшего желания слушать, как они обсуждают как проведут время семьей. — Привет, привет! — невесело поприветствовал их Сириус, входя в купе. — Что, разговор ни о чем? — Привет, Сириус! — ответила Аврора, а Регулус кивнул в ответ, не отрываясь от своих мыслей. — Да, мы тут только что обсуждали, чей подарок будет лучше на Рождество, — сказала Аврора, сияя от воображаемой энергии. — Я уверена, что мой подарок будет просто великолепным! — О, конечно, Аврора, — с усмешкой проговорил Регулус. — А я думаю, что мой подарок будет таким потрясающим, что ты просто будешь в восторге. — Вот и нет, потому что я приготовила для тебя нечто особенное. — Вау! Сириус, который наблюдал за братом и сестрой, вдруг подумал о том, что в его сердце промелькнула тень обиды, когда он видел, как легко Аврора и Регулус находили общий язык, несмотря на свои множественные разногласия. Он подумал о том, что если бы Авроре пришлось выбирать, она бы, вероятно, выбрала Регулуса, прямо как и родители. Эта мысль пронзила его сердце, как ледяной клинок. Он никогда не подходил под определение "идеального сына" в глазах своих родителей, и эта мысль заставила его почувствовать себя еще более отчужденным и одиноким. Сириус отвернулся к окна, чтобы скрыть свои эмоции от брата и сестры, сделав вид, что углубляется в рассмотрение вокзала к которому они приближались. Но в его груди тлело недовольство и горечь, которые он не мог заглушить. Аврора, заметив напряженность в воздухе, решила сменить тему разговора. — Что, если мы сделаем перерыв от наших родителей и один день просто вместе погуляем по Лондону? Можем позвать и Джеймса, если его отпустят. Это будет очень весело! Сириус засиял от радости при мысли о прогулке по любимым улицам Лондона и, возможно, даже с возможностью провести время с Джеймсом. Его глаза сверкали, когда он сказал: — Отличная идея, Аврора! Я в восторге! Это будет настоящее приключение, если мы с Сохатым что-то придумаем. Регулус мрачно поморщился, словно ему не понравилась эта идея. Он молча покачал головой, не выражая своего согласия или несогласия, но его отрицательная энергия ощущалась в воздухе. — Ты не хочешь идти? — спросила Аврора, обращаясь к Регулусу с нежностью в голосе. — Я предпочел бы провести время в более спокойной обстановке, — ответил он, кивая в сторону окна, как бы намекая на желание остаться в тепле своего дома. Аврора, желая убедить своих братьев в своем предложении, решила подкинуть идею еще дальше. — Может, мы пригласим и Барти в нашу компанию? — предложила она, улыбаясь своим братьям. — Это будет еще веселее. Регулус согласно кивнул, а Сириус слегка поморщился, но промолчал. Но прежде чем они успели начать спорить дальше, поезд резко остановился, их внимание привлекли звуки открытия дверей и голоса людей. — Что за...? — начал было Сириус, но замер, когда вдруг услышал звук, который прозвучал ему знакомо: тяжелые шаги, напоминающие шаги его строгих родителей. — Демонстрация веры? — предположил Регулус, когда его брат мгновенно перекрестился и взглянув на них с выражением испуга на лице. Регулус и Аврора обменялись взглядами, видя, что брат в самом деле испуган. Но прежде чем они смогли что-то сказать, двери купе вдруг распахнулись, и перед ними стояли не их родители, а радостно улыбающийся Критчер. — Добро пожаловать в Лондон! — объявил он. — Вы прибыли!

***

Все пятеро — Сириус, Регулус, Аврора и их родители — сели за стол в узком, но роскошно обставленном зале их дома. Обстановка была пропитана мрачностью и строгостью, как будто в воздухе витали невидимые тени прошлого. Свечи на столе медленно горели, окутывая комнату мягким, призрачным светом. Вальбурга и Орион, величественные и непреклонные, сидели по обе стороны стола, словно короли на своих тронных креслах. Их взгляды были холодными и острыми, словно клинки, готовые нанести удар в любой момент. Сириус, Регулус и Аврора, наоборот, казались напряженными и неуверенными, словно дети, которых ждет строгое внимание и критика. — Итак, дети, — начал мистер Блэк, его голос звучал как раскаты грозы. — Как прошел ваш семестр? Надеюсь, вы вели себя достойно представителей нашей семьи. — Да, отец, — ответил Регулус, его голос был сдержанным, но уверенным. — Мы старались быть благоразумными и преданными вашим наставлениям. — Ну что, разве это не замечательно?— заметила миссис Блэк, ее голос был холодным, как северный ветер. — Всегда приятно видеть, что наши дети следуют по наших стопах и поддерживают традиции семьи. Вальбурга многозначительно глянула на Сириуса, который ковырял вилкой свою спаржу. Регулус и Аврора молча кивнули, не осмеливаясь встречать взгляды своих родителей. Обстановка напоминала им, что их место в этом мире было четко определено, и они должны всегда оставаться верными своему происхождению. В тишине зала слышался только скрежет столовых приборов и тихий шепот домашних эльфов. Каждый взгляд, каждое движение было наполнено напряжением и ожиданием, словно любое слово или жест могли разрушить хрупкое равновесие этой мрачной обстановки. Мистер Блэк, всегда стремящийся к контролю над ситуацией, решил перевести разговор на более легкую тему. — А как тебе нравится Хогвартс, Аврора? — спросил он, пытаясь внушить в свою дочь чувство благодарности и приверженности к учебному заведению, как оно принято в их семье. Аврора, чувствуя себя немного более расслабленной, улыбнулась. — Хогвартс замечательный, — начала она, ее голос звучал искренне и тепло. — Там я нашла много друзей и возможностей для развития. И, конечно, я всегда рада проводить больше времени с братьями, даже если они довольно строгие иногда, — добавила она с легким юмором, поглядывая на своих братьев. Мистер Блэк улыбнулся. — Это замечательно слышать, — сказал он, его голос стал немного мягче. — Мы всегда гордимся тем, как вы представляете нашу семью в Хогвартсе. Не забывайте об этом. Аврора кивнула, чувствуя прилив облегчения. Она знала, что, несмотря на строгость и ожидания своих родителей, они в целом любили её. Вальбурга, сидящая напротив своих детей с недвижным выражением лица, решила обратиться к дочери и сыну. — Как проходят ваши учебные дела в Слизерине, Регулус, Аврора? — спросила она, ее голос звучал уже не так строго, хоть и все еще холодно. Регулус, поднимая глаза от тарелки, увидел взгляд матери и стал отвечать: — Слизерин — замечательный дом, мама. Мы учимся многому и получаем неоценимый опыт для нашего будущего благодаря тому, что мы там. Аврора, несколько неуверенно, но с улыбкой добавила: — Да, я тоже рада, что учусь именно на этом факультете. Вальбурга кивнула, удовлетворенная ответами своих детей. Ее взгляд затем мелькнул в сторону Сириуса, который сидел неподвижно, словно статуя, и явно был игнорирован в этом разговоре. — А ты, Сириус, как твои дела в Гриффиндоре? — спросила она, словно это было послефразой, ее тон был нейтральным, но в нем чувствовалась некая напряженность. Сириус, чувствуя себя немного униженным, ответил с настоящим вызовом в своем голосе: — Мои дела также идут неплохо, мама. Я стараюсь быть преданным своему дому и достойным представителем Гриффиндора. Вальбурга кивнула, словно ее подтверждение было лишь формальностью. Ее взгляд снова обратился к Регулусу и Авроре, и разговор продолжился, словно Сириус был невидим. Разговор продолжался между Вальбургой, Регулусом и Авророй, они обсуждали их академические достижения и учебные планы. Сириус, чувствуя себя оттесненным, молчал, но его внутреннее бурление становилось все ярче. Вальбурга, завершив разговор о Слизерине, обратилась к Авроре с вопросом о ее планах на будущее. Сириус, затаив дыхание, ожидал, что его мать переключит внимание на него, но это не произошло. Вальбурга задавала вопрос за вопросом, игнорируя Сириуса, который чувствовал себя все более изолированным и игнорируемым. Его гордость заставляла его сохранять спокойствие, но в его сердце росла горечь и обида. Наконец, когда разговор приближался к концу, Вальбурга обратилась к Сириусу, словно только теперь вспомнив о его присутствии. — Ну а что насчет тебя, Сириус? Ты уверен, что сможешь сдать СОВ на наивысший бал? — Спросила она, ее взгляд был исследующим и строгим. Сириус, чувствуя, что его момент настал, поднял голову, его глаза были наполнены решимостью и некоторой долей бунта. — Зависит от того смогу ли я списать у Лунатика. Вальбурга кивнула, ее лицо выражало недовольство, и в ее глазах был оттенок сомнения. Она затем встала из-за стола, словно подтверждая, что разговор окончен, и Сириус, чувствуя облегчение, понял, что его мать ожидала от него большего. — Знаете, мама, — вдруг сказала Аврора, которая тихо была возмущена последние пять минут. Ее голос прозвучал легко и естественно, словно ничего не происходило. — Сириус любит скромничать в вашем с папой присутствии. Он действительно замечательный игрок в квиддич и очень много помогал мне в школе. Я горжусь тем, что у меня такой заботливый и талантливый старший брат. Ее слова прозвучали искренне и сердечно, и она улыбнулась Сириусу, пытаясь передать ему свою поддержку и уважение. Сириус, ошеломленный таким открытым проявлением поддержки от сестры, почувствовал, как облако напряжения вокруг него начало рассеиваться. Он благодарно улыбнулся Авроре, и в его глазах зажглось признание и благодарность. Вальбурга, хотя и сохраняла свою строгость, не могла не заметить теплоту взаимоотношений между ее детьми. Она кивнула, словно одобряя слова Авроры, и тихо произнесла: — Это хорошо слышать. Дети должны всегда поддерживать друг друга. Этот момент семейной гармонии стал как бы отпечатанным в воздухе, и в течение оставшегося обеда атмосфера стала более легкой и спокойной. Орион, внезапно прерывая мирное бурление за обеденным столом, внес в разговор не совсем приятную новость. — Завтра у вашей кузины Нарциссы будет важное событие, — объявил важко он. — Она обручится с Люциусом Малфоем. Эта неожиданная новость застала всех детей врасплох. Сириус, Регулус и Аврора обменялись взглядами, их лица выражали недоумение и недовольство. Нарцисса никогда не проявляла особого интереса к Люциусу Малфою, и эта новость была для них настоящим шоком. — Но ведь она сама не хотела этого, — воскликнула удивленно Аврора, ее голос звучал озабоченно. — Почему ее выдают замуж против ее воли? Вальбурга, сохраняя свою строгость, вмешалась в разговор. — Это часть нашей семейной традиции, Аврора, — заявила она. — И скоро и ты будешь находиться в похожей ситуации, когда мы будем искать подходящую партию для тебя. Аврора, чувствуя себя оскорбленной, ответила: — Но кузина Андромеда сама выбрала своего супруга! Вальбурга строго посмотрела на свою дочь. — Аврора, не забывай, что ты должна следовать семейным традициям. Ты не имеешь права сопротивляться им, если не хочешь повторить ее судьбу и быть изгнанной. Сириус, не в силах молчать, встал на защиту своей сестры, чувствуя, как внутри него вновь бушует ярость. — Это абсурд, мама! — воскликнул он, его голос звучал резко и решительно. — Авроре не нужно искать никакую партию, если она этого не хочет. Позволь ей самой решать свою судьбу! Регулус, ты и сейчас будешь их защищать? Хочешь, чтобы нашу сестру выдали замуж за какого-либо аристократа? Регулус, улавливая напряженность в воздухе, выразил свое мнение более сдержанно, сохраняя дипломатию. — Это действительно сложный вопрос, мама, — начал он, его голос звучал спокойно и рассудительно. — Но, возможно, следует взглянуть на него с разных сторон и принять во внимание желания и чувства Авроры. Это нечто, к чему нужно подходить с умом и осмотрительностью. Вальбурга, не выказывая своего мнения, внимательно слушала своих детей, и ее взгляд был недвижим и строгим. Она понимала важность сохранения семейных традиций, и не её детям эти традиции менять. — Разговор закрыт, — коротко сказала она. Сириус, не сдерживая своих эмоций, продолжал защищать сестру, его голос звучал все громче и страстнее. — Мы не можем просто игнорировать чувства Авроры! Орион, взбешенный этим неподчинением, твердо посмотрел на Сириуса. — Достаточно, Сириус, — произнес он, его голос был холодным и жестким. — Тебе пора идти в свою комнату. Не хочу тебя видить до самого утра. Сириус, в ярости и обиде, оторвал свой взгляд от отца и, не сказав ни слова, молча вышел из комнаты. Его сердце билось быстрее, его мысли бушевали, но он знал, что сейчас ему нужно просто уйти и успокоиться. Остальные члены семьи молча смотрели за ним, чувствуя, как напряжение в воздухе остается после его ухода. Вальбурга вздохнула, ее лицо выражало смешанные чувства — суровость и непонимание. — Мы должны найти способ решить этот конфликт, — заявила она, ее голос звучал твердо, но немного мягче. — Но сейчас я думаю, что всем лучше отдохнуть и просто порадоваться за Нарциссу. Обеденный стол оставался пустым и молчаливым, и лишь тихие шаги отца, удаляющегося кабинете, разрушали его тишину. Надежда на то, что утро принесет ясность и решение, была единственным источником утешения в этот момент. Аврора и Регулус, оставив обеденный стол, направились в комнату Регулуса, где могли поговорить без присмотра родителей. Внутри, в тишине комнаты, они смогли обсудить ситуацию и несправедливое наказание Сириуса. — Регулус, — начала она, ее голос был слегка дрожащим от волнения. — Я... Я хочу рассказать тебе о чем-то. Регулус, взглянув на сестру с любящей заботой, приглушил свой дыхание, чтобы услышать, что она скажет. — В детстве, когда мы были еще сосем маленькими, Беллатриса... она так сильно напугала меня, — призналась Аврора, ее голос был слабым и хрупким. — Она говорила мне, что когда-нибудь мне придется спать с толстым стариком, потому что это такая семейная традиция. — Аврора, слушай, — начал Регулус, его голос был твердым и решительным. — Я обещаю тебе, что я сделаю все, чтобы партия, которую мы найдем, будет наилучшей для тебя. Ты не должна переживать из-за того, что говорила Беллатриса. — Спасибо тебе. Я просто хочу быть с тем, кого я люблю, Регулус. Я не хочу, чтобы моя жизнь была определена семейными традициями или ожиданиями. Я хочу быть с кем-то, кто делает меня счастливой. Регулус, внимательно слушая слова сестры, почувствовал, как сердце его сжимается от боли и тревоги. Он был наполнен стремлением сделать все, чтобы защитить ее от любой несправедливости, но в тоже время он чувствовал себя бессильным перед семейными обязательствами и ожиданиями. Его глаза выражали мучительное колебание, и он молча смотрел на сестру, словно хотел сказать что-то, но слова застряли в его горле. В его уме кипела буря мыслей, и он осознавал, что столкнулся с трудным выбором между своими собственными чувствами и семейными обязательствами. Между ними воцарилась напряженная тишина, которая словно говорила о глубоких внутренних конфликтах и столкновениях между индивидуальными желаниями и семейными традициями. — Регулус, я знаю, что это непросто. Я не прошу тебя решить все за меня. Просто хочу, чтобы ты знал: я расчитываю на твою поддержку. Сама я не смогу убедить родителей ни в чем. — Я... я постараюсь, Аврора. Я сделаю все возможное, чтобы ты была счастлива. Даже если это будет сложно. Аврора улыбнулась ему, её улыбка была наполнена благодарностью и теплом. — Это значит для меня очень многое. Тишина снова повисла между ними, но теперь она была менее напряженной. В этот момент, дверь в комнату тихо приоткрылась, и в нее заглянул Сириус, все еще злой и обиженный, но готовый поддержать своих брата и сестру. — Вы в порядке? — спросил он с неким волнением. Регулус и Аврора обменялись взглядами и кивнули. — Да, Сириус, — ответила Аврора. — Мы просто... обсуждали некоторые вещи. Спасибо, что зашел. Как ты выбрался с комнаты? — Это не было тяжело. Сириус, чувствуя, что может быть полезным, подошел ближе и сел рядом с ними. — Слушайте, — начал он, его голос был твердым. — Мы семья. Независимо от того, что наши родители думают или говорят, мы должны поддерживать друг друга. И если это значит побить всех женихов Авроры, я готов на это. Регулус посмотрел на Сириуса, его глаза были наполнены новообретенной решимостью. — Ты прав, Сириус. Мы должны быть вместе в этом. Мы найдем способ. Внезапно, из дальнего угла комнаты раздался тихий шорох. Регулус быстро повернулся в сторону звука, его волшебная палочка уже была в руке. — Что это было? — спросил он, настороженно глядя на темный угол. Сириус, с его привычной смелостью и любопытством, встал и подошел ближе. — Не бойся, Регги. Это, вероятно, просто крыса или что-то подобное. Однако, когда он приблизился, шорох усилился, и перед ними внезапно появилась фигура. Это был домашний эльф, но не Кикимер, который обычно был верным слугой их родителей, а другой эльф, чье лицо выражало тревогу и волнение. — Ты кто? — удивленно спросил Сириус. — Я Добби, — пугливо бросил эльф. — Я служу семье Малфоев. Добби, выглядел взволнованным и испуганным. — И что ты тут делаешь? — непонимающе спросил Регулус. — Мастера Сириус, Регулус и мисс Аврора, — прошептал он, его глаза широко раскрылись. — Добби просили принести важное письмо от мистера Малфоя. Он просил передать его вам. С этими словами, Добби протянул свернутое письмо. Аврора быстро взяла его, развернула и начала читать вслух. "Дорогие Аврора, Регулус и Сириус, Я пишу вам с большой тревогой. Ваша кузина Нарцисса сбежала из дома, потому что противится нашему браку. Ее родители и я очень взволнованы. Мы не знаем, где она находится, и ее нет у её сестры Андромены. Мы проверили. Если вы что-то знаете о ее местонахождении, пожалуйста, скажите мне немедленно. Или, если она свяжется с вами, убедитесь, что она в скорем времени вернется домой. С уважением, Люциус Малфой" Когда Аврора закончила читать, в комнате воцарилась тишина. Все трое обменялись ошеломленными взглядами. — Нарцисса сбежала, — произнес Регулус, пытаясь осмыслить услышанное. — И она не у Андромеды... Сириус нахмурился, его лицо выражало смесь тревоги и решимости. — Мы должны найти её раньше, чем это сделают Люциус или наши родители. Она не хочет выходить за этого сноба замуж. Аврора кивнула, её глаза были полны решимости. — Я согласна с тобой. Мы должны выяснить, где она и помочь ей. Нарцисса нуждается в нас. Регулус посмотрел на Добби. — Спасибо, Добби. Ты сделал важное дело, передав нам это письмо. Добби поклонился, его большие глаза светились благодарностью. С ним никто еще так вежливо не общался. — Добби всегда рад помочь, мастера. Эльф исчез так же внезапно, как появился, оставив двоих братьев и сестру в глубокой задумчивости. — Нам нужно разработать план, — сказал Сириус, его голос звучал твердо. — Мы должны быть осторожны, чтобы наши родители не узнали о наших действиях. — Мы должны быть максимально осторожными и выяснить, куда она могла пойти, — предположил Регулус. — Кузина может быть где угодно. У нее есть деньги и она может трансгрессировать. Думаю, единсвенный вариант, ждать или она заявит нам о себе сама. — Аврора поднялась с постели. — Я устала, пойду к себе. Завтра будет видно. Когда Аврора пожелала братьям спокойной ночи и ушла в свою комнату, Регулус и Сириус остались наедине. Мрачная тишина повисла в воздухе, и они, казалось, не знали, с чего начать разговор. Сириус, чувствуя неловкость, попытался начать разговор о чём-то незначительном. — Ну, Регулус, как твои успехи в зельеварении? Ты ведь всё ещё увлекаешься этим после уроков? Регулус кивнул, тоже пытаясь разрядить напряжение. — Да, я стараюсь совершенствовать свои навыки. Зельеварение - это одна из тех областей, где можно всегда учиться новому. А ты? Тебе ведь это тоже всегда нравилось. Сириус усмехнулся, благодарный за попытку братского общения. — Да, держусь. У меня есть парочка собственных рецептов, которые я хотел бы попробовать. Они ещё немного говорили о зельеварении, обменивались идеями и обсуждали любимые рецепты. Но оба чувствовали, что это лишь пустые слова, чтобы заполнить тишину. Регулус несколько раз порывался сказать что-то важное, но не решался. Наконец, он вздохнул и посмотрел на Сириуса с решимостью. — Сириус, есть одна семейная тайна, которую я больше не могу держать в себе. Я должен рассказать тебе. Сириус поднял брови, его лицо мгновенно окаменело. — Тайна? В этой семье миллион тайн, Регулус. И знаешь что? Меня уже тошнит от них. Я не хочу ничего знать. Регулус покачал головой, его взгляд был серьёзным. — Нет, Сириус, это действительно важно. Это касается всей нашей семьи, и ты должен это знать. Сириус усмехнулся, его глаза сверкнули вызовом. — Регулус, если ты думаешь, что можешь рассказать мне что-то новое о нашем безумном семействе, то, наверное, ты ошибаешься. Я уже слышал и видел достаточно. Регулус вздохнул, но не отступил. — Я понимаю твоё разочарование, но это может изменить наше понимание многого. Это связано с нашей историей и тем, что скрыто от нас. Сириус нахмурился, его интерес был явно пробужден. — Ладно, выкладывай. Но если это очередная мрачная семейная тайна, не удивляйся, если я взорвусь. Регулус глубоко вздохнул и начал говорить. — Ты помнишь, как мама всегда говорила, что наш род - один из самых чистокровных и старинных? Она говорила об этом с такой гордостью, но... Сириус нетерпеливо перебил его. — Да-да, слышал это миллион раз. И что? Регулус продолжил, его голос дрожал. — Дело в том, что Аврора... она не наша родная сестра. Наш отец знает об этом, но мать... она не знает. Сириус замер, его глаза расширились от удивления и недоверия. — Ты хочешь сказать, что Аврора не наша сестра? И это знает только отец? Регулус кивнул, его лицо выражало смесь волнения и страха. — Да. Отец раскрыл мне эту тайну в том году. Я должен был найти одни бумаги для него, но нашел что-то очень странное и спросил что это. Он сказал, что не может больше это держать в себе, и что я должен быть готов к тому, что правда может выйти наружу. Правда, я не знаю никаких подробностей. Сириус долго смотрел на брата, потом тяжело вздохнул. — Регулус, это ничего не меняет. Аврора — наша младшая сестра, и мы должны её защитить. Она не должна узнать об этом, и тем более мама. Если мать узнает, последствия будут ужасными. Регулус кивнул, его лицо выражало смесь волнения и облегчения. — Я знаю, Сириус. Я просто не мог держать это в себе. Мы должны сделать всё, чтобы сохранить этот секрет. — Мы должны быть осторожны. Если это правда, то кто знает, что еще отец может скрывать? Но одно я знаю точно - Аврора заслуживает нормальной жизни, без этих семейных интриг. И давай просто делать вид, что мы ничего не знаем. Для Авроры и для нашего собственного спокойствия. Регулус кивнул, принимая это решение. — Согласен. Мы должны быть едины в этом. Они обменялись понимающими взглядами, и тишина снова воцарилась в комнате. Через несколько минут Сириус вздохнул и встал. — Ну, думаю, пора идти спать. Завтра будет долгий день, — сказал он, направляясь к двери. Регулус остался сидеть, задумчиво глядя в пространство. Сириус уже был у двери, когда оглянулся назад. — И, Регулус... спасибо, что поделился. Это важно. Регулус кивнул и слабо улыбнулся. Сириус ушёл, а Регулус остался один в комнате, обдумывая всё, что произошло. Он чувствовал, что сделал правильный шаг, доверившись брату. Теперь у них была общая цель - защитить Аврору и сохранить семейную тайну. Аврора, уже укрывшись одеялом, лежала в своей комнате, не подозревая о буре эмоций, разыгравшейся у её братьев. Она чувствовала себя защищённой и любимой, и это было для неё самым важным. Когда Сириус ушёл, Регулус остался сидеть в своей комнате, глубоко задумавшись. Он знал, что сделал правильный шаг, доверившись брату, но чувство тяжести не покидало его. "Я защитю Аврору и буду притворяться, что она моя сестра," - думал он, - "но это меняет многое, по крайней мере для меня." Эти мысли вновь и вновь проносились у него в голове. Регулус чувствовал, что что-то изменилось внутри него, с того момента, как он узнал правду. Сначала это было просто шоком, но теперь он начал осознавать, что его чувства к Авроре были более сложными, чем он себе признавал. Регулус всегда был заботливым и внимательным братом, но теперь, зная, что она не его родная сестра, его забота приобрела другой оттенок. Это осознание было пугающим и волнующим одновременно. Он знал, что должен скрывать свои чувства, чтобы не разрушить их отношения и не навредить семье. Но каждый раз, когда он смотрел на неё, это все становилось сложнее. Регулус восхищался уверенностью и независимостью Авроры, её способностью находить общий язык с людьми и её искренностью. Регулус понимал, что его привязанность к Авроре была гораздо глубже, чем просто братская любовь. "Я буду рядом с ней, защищать её и поддерживать, как брат," - решил он, - "но я никогда не смогу откинуть, что она для меня значит гораздо больше."