Часть 9

      Спустя пять дней отсутствия Гаязовых, Алиса смогла вытащить Еву на улицу прогуляться. Девушки очень сдружились за это время. Совместные ночевки и разговоры по душам помогли Еве навести какой-никакой порядок в голове, мыслях и чувствах.       Теперь она могла без сомнения сказать, что Тимур ей безгранично нравится, что он очень дорог для нее, что она…влюблена. Ей было пока непривычно произносить это даже в своих мыслях, ведь она раньше не понимала значения этого слова. Тимур смог ей это показать, научить ее. Для нее влюбиться в кого-то — было равно моральной смерти. А сейчас она понимает, что это прекрасное чувство. Лёгкое. Теплое. Светлое. Как и сам парень.       Он звонил очень часто, но в последние два дня на ребят навалилось много работы, поэтому общались они только по переписке, и то обычными «привет, как дела». У Евы каждый день на повторе стояли песни братьев, так она могла услышать голос того, кто был от нее так далеко. Правда она сделала для себя открытие, что обычный голос Тимура любит больше. Завела дневник с расписанием парней, сделав несколько заметок для себя.       А еще у нее появилась идея завести котенка. Хотелось отдавать заботу, ласку и любовь, которые из нее буквально вырывались. Она стала чаще контактировать с Алисой. То обнимет при встрече и прощании, то просто коснется при разговоре. Казанцеву это не могло не радовать. Она видела огромные изменения в ней. Блеск глаз, постоянная улыбка на лице. Она словно стала солнцем. Светилась вся изнутри и дарила этот свет ей. Алиса и сама расслабилась полностью в ее компании, доверяя все секреты насчет ее личных отношений.       Оказывается, что у Алисы мама болеет раком поджелудочной железы и отважно борется за жизнь уже семь лет, преодолевая операции, лечение и нахождение в больнице. Кроме мамы у нее никого не осталось, поэтому Еву она восприняла как младшую сестру.       Сейчас девушки находились в торговом центре, который находился недалеко от квартиры Тимура, выбирая матери Алисы подарок. Людмила Георгиевна очень любила читать современную литературу. Поэтому подруги выбрали как минимум шесть книг и уже стояли на кассе, как на телефон Алисы пришло сообщение.       — Черт. Ева, дорогая, извини, мне нужно в больницу, что-то снова случилось. — забыв про покупки, девушки все бросили и поспешили на выход.       — Все в порядке. Беги. Только, пожалуйста, отпишись, как все разъяснится, — Ева крепко обняла Алису, которая с такой же силой ответила, уже начиная нервничать.       Казанцева поймала такси и уехала. Ева развернулась в сторону дома и спокойным шагом отправилась по тротуару. День выдался солнечным, но ветер трепал волосы в разные стороны, нагоняя издалека темные тучи. Только бы успеть до дождя.       Откуда не возьмись, в груди поселилось неприятное ощущение. Тревога. Складывалось впечатление, что на тебя кто-то смотрит в упор. Либо она уже становилась параноиком и до сих пор не привыкла находиться одна среди социума.       Переходя дорогу, взгляд сам зацепился за автомобиль, который стоял на красном светофоре. Белый автомобиль. Таких машин она до сих пор остерегалась. Ауди. В горле вдруг пересохло и появился комок, который она не могла проглотить. Прибавила шагу, чтобы скорее свернуть в переулок. А там можно пройти по дворам через детские площадки. Загорелся зеленый. Белая машина промчалась вперед, а девушка смогла выдохнуть и как-то нервно засмеялась. Точно параноик.       За рекордные двенадцать минут Ева, наконец, зашла во двор дома, оглядываясь по сторонам. И замечая ту самую белую ауди. Почти бегом заскочила в подъезд, быстрым шагом проходя мимо консьержа, не забывая кивнуть головой в знак приветствия, ведь когда уходила, то никого не было. Молодой и крепкий мужчина кивнул в ответ, продолжая что-то записывать в бумагах.       Даже в лифте она не смогла успокоиться, крутя ключи от квартиры в пальцах и бегая глазами по полу кабины.       Если это был он… Все пропало. Он мог узнать информацию о том, что Гаязовых нет в городе, на любом сайте в интернете. Стало снова страшно. Что ему помешает сейчас? Да ничего.       Выбежав из лифта, Ева оказалась возле двери, с третьего раза попадая в замочную скважину и прокрутив трясущимися руками ключ дважды. Сделала шаг за порог, тут же закрывая все замки на несколько оборотов и, не разворачиваясь спиной к двери, будто ее сейчас сломают, сделала пару шагов от нее. В тишине ее частое дыхание казалось очень громким. Она провела руками по волосам, зажмуриваясь. Нет. Это могла быть просто похожая машина.       — Просто похожа… Ты даже на номера не посмотрела, идиотка, — Ева пыталась вразумить саму себя, нашептывая слова утешения.       От звонка телефона она дёрнулась всем телом и прыгнула аж от двери еще дальше, издав звук, похожий на мычание. Влага в глазах уже подбиралась, зрение мутнело, поэтому она, шмыгнув носом, достала аппарат из кармана и увидела то имя, которое могло сейчас полностью подарить ей спокойствие.       Нажала на зеленую кнопку и натянула улыбку, ожидая, пока картинка загрузится.       — Привет, — ее улыбка казалась оскалом. Такой ненастоящей она была.       — И тебе привет. Что случилось? — Тимур сразу нахмурился, улавливая наигранные черты лица и перенимая все ее настроение на себя.       — Да ничего… Только пришла домой, гуляла с Алисой, потом она уехала к маме, а я пошла домой, — Ева тараторила, повторяясь и заискаясь в некоторых словах.       — А что случилось после этого? — удивительно. Хотя ни для кого уже не секрет, что парень стал помешанным на ней и выучил наизусть все ее привычки. То, как ее глаза бегают, а от страха они всегда расширяются. Она слишком быстро и много говорит. Врать не умеет совершенно.       — Я… Не уверена, но… — она прислушивалась к каждому шороху в коридоре, а голос становился все тише и тише.       — Но? — Тимур и сам терял терпение, закуривая сигарету прямо в номере, а затем выходя на балкон.       — Мне кажется, я видела его, — уже совсем прошептала она, а Гаязов напрягся и слухом, и телом. Ведь прекрасно понимал, кого она могла так напугаться и кто этот «он». Не удивительно, что она сама не своя. — Я не знаю, я… Просто увидела такую же машину. А потом ее возле дома. Я не знаю, я становлюсь параноиком. Все время чего-то ожидаю.       — Как я понимаю, ожидаешь плохого? Ева, девочка моя, послушай меня сейчас. Слушай только мой голос. — девушка сразу же обратила все свое внимание на экран смартфона, немного покачиваясь из стороны в сторону. Так обычно психи качаются. — Он тебя не тронет. Белых ауди очень много в Москве. Прошу тебя, успокойся. Потерпи четыре дня. Я понимаю твои ощущения. Если хочешь, давай я наберу сестренке и она приедет к тебе? — звук его голоса помог немного придти в себя. Теперь ее внимание полностью было переключено на Тимура и она расслабленно откинулась на спинку дивана.       — Не нужно беспокоить сестру. Ты прав. Прости. Опять я устроила проблему на пустом месте, — она усмехнулась, надавливая пальцами на закрытые глаза, чтобы убрать подступающие слезы.       — Не извиняйся. Это не проблема. По крайней мере, для меня. Будем вместе с этим справляться. Каждый раз, когда накатывает такое, говори мне, хорошо? Я хочу быть в курсе всех твоих мыслей в голове. Как бы странно это не звучало. Я когда уезжал, показал охране фото того, кого нельзя впускать. Успокойся, дорогая, прошу тебя. Мне больно видеть твои слезы. — последнее предложение стало последним толчком. Ева расплакалась, как маленькая девочка, которая долгое время не видела маму.       — Я так скучаю, — это будто говорила не девушка, а ее душа, которая тянулась к парню всеми своими фибрами.       — Ну чего ты расклеилась так. Поверь, я скучаю не меньше. Скоро увидимся. Я приготовил кое-что для тебя. — Тимур расплылся в улыбке. Неужели она сдалась? Что будет, когда он прилетит? Закроется в себе? Будет напрягаться при его появлении? На расстоянии очень легко произносить такие слова. Но потом воплотить их в жизни не все решаются. Когда он уезжал, ему показалось, что она пока не готова на какие-то действия. Но она уже начала выговаривать свои желания и это было первым шагом к верной цели.       — Ты и так очень многое сделал для меня. С моей стороны пока только неуравновешенная психика, — Ева грусто улыбнулась, все равно прислушиваясь к шуму за дверью.       — С твоей стороны забота, а это я ценю намного больше, чем все остальное. Соскучился по твоим блинчикам, — Тимур расплылся в улыбке, когда увидел растянутые губы Евы.       — Ах так! Значит, по блинчикам? — возмущенно проговорила Ева в шутку, поднимая бровь.       — Вот я и прокололся. — парень засмеялся, — но по тебе больше. Сейчас поедем на какое-то закрытое мероприятие. Если честно, я половину прослушал, но суть понял. Ничего не понятно, но очень интересно, конечно. — Ева посмеялась, приложив ладонь ко лбу.       Почему-то тревога все не уходила. Только больше нарастала. Стало холодно. Она ощущала этот холод внутри себя. Дрожь в пальцах. Кажется, начала повышаться температура. Ева старалась сделать вид, что все в полном порядке. Нельзя показывать ему свою нервозность, тем более, когда концерт через несколько часов. Поэтому она собрала всю свою силу, смеясь над шутками парня и отвечая что-то в ответ, преодолевая моральную боль.       — Ладно, солнце, я полетел. Как освобожусь — напишу. А, точно! Еще кое-что. Я там доставочку тебе заказал, заберешь. Ставь чайник пока. Можешь коньячку плеснуть, где-то стоял вроде. — на секунду Ева выпала из реальности. Солнце? Нет, он, конечно, называл ее ласково, но сейчас это звучало как-то по-другому. Как будто они женаты более десяти лет и это уже в порядке вещей. Доставочку? Что он опять задумал?!       — Много не кури! Обойдусь без коньячка, но чаю выпью. Удачи вам, — Ева помахала рукой в камеру, получая от Тимура воздушный поцелуй и отправила в ответ. Первый раз. Сам парень даже приятно удивился этому. Кажется, засмущался. Звонок оборвался. Ее снова окружила тишина. Давящая. Нагнетающая.       Раздался звонок в дверь и Ева вдруг вспомнила, что Тимур заказал ей что-то. Точно. Дверь. Сняла кофту, оставаясь в футболке и подошла к двери, открывая ее.       — Нет! — хотела ее захлопнуть, но чужая нога была этому помехой. Ева давила со всех сил, пытаясь сделать больно, но этот человек словно кремень. Два амбала высотой чуть больше двух метров толкнули дверь, заставляя девушку отскочить. Развернулась, чтобы убежать, но стальная хватка в волосах не позволила и девушка вскрикнула от боли, падая на колени перед ее ночным кошмаром.       — Ну здравствуй, Мусор.

* * *

      Выходя из самолета, Тимур вдохнул влажный воздух после дождя в Москве и, наконец, облегчённо выдохнул. Полтора часа и он окажется дома. Рядом с ней. Она знает, во сколько он приедет, поэтому, возможно, уже ждет. Списывались несколько часов назад.       — Ты к родителям или к себе? — Ильяс с Ромой вышел следом, застегивая куртку от освежающего ветра.       — Сначала к себе. Позже подъеду, — парни стояли посреди здания, прощаясь и желая друг другу хорошего отдыха. Ильяс сказал, что им с Ромой все равно в одну сторону, поэтому, вызвав одно такси и попрощавшись с Тимуром, отправились на выход.       — Тимур! — знакомый голос отвлек от изучения телефона и Гаязов, находя взглядом знакомую макушку, потерял дар речи. Приехала встретить его? Вот этого он точно не ожидал.       Было видно, как девушка торопится, слегка расталкивая людей на своем пути и смотря только на него. Она думала, что будет тяжело его выцепить в аэропорту, но, увидев темные волосы, белую повязку на голове и яркие штаны, сразу стало понятно, кто это.       Тимур пошел ей навстречу, не сводя своего взгляда. Будто она фантом и вот-вот растворится. Но нет. Девушка, буквально подлетев к нему, тут же вцепилась обеими руками за его талию, крепко обняв и уткнувшись лицом в шею. Гаязов потерялся во времени и пространстве, ощущая только хрупкие руки и теплое дыхание девушки. Аккуратно дотронулся ладонями до ее спины, проверяя реакцию, но таковой не последовало и он уже смелее прижал ее к себе, оставляя невесомый поцелуй на макушке.       — Теперь верю, что скучала, — Тимур прошептал ей на ухо, улыбаясь.       Сейчас ему было абсолютно все равно, что они находятся в самом эпицентре людей. Плевать, что кто-то может сделать фото. Плевать на всех и все, пока она находится в его объятиях. А у нее в это время глаза на мокром месте. Шумно выдохнула, почувствовав мурашки на коже парня и прижалась еще сильнее, получая в ответ такое же крепкое объятие. И расслабилась. Он здесь. С ней. Пока он рядом, она точно в безопасности. И спокойствии. Отстранилась от него, но не отошла, наслаждаясь его ароматом и теплом.       — Ты чего? — Тимур увидел дорожки слез на ее щеках и осторожно стер их большими пальцами.       — Просто рада видеть тебя, — сжала руками ткань его кофты и почувствовала как мягкие губы коснулись ее лба. Прикрыла глаза, наслаждаясь этими секундами нежности.       — Поехали домой. — Ева кивнула головой, а Тимур переплел их пальцы, ведя девушку на выход и поймал первое попавшееся такси. Ужасно хотелось лечь и уснуть. Но нутро подсказывало ему, что что-то точно не так. И даже не то, что она сама сделала такой шаг. Будто кто-то ржавым гвоздём душу ковырял. И он обязательно это выяснит.