Глава 26

***

3 недели спустя       Тайвин смотрел на двух малышей в кроватках и не мог сдержать улыбку. У него было двое законных наследников — это было его наследие, будущее его дома. Он приходил в детскую почти каждый день, чтобы увидеть своих внуков, чаще всего очень рано утром, чтобы не встретиться с сыном. Ему по-прежнему было неловко смотреть Джейме в глаза, они почти не разговаривали. Джейме проводил большую часть времени, допрашивая Бейлиша, а также со своей женой и детьми. Томмен был еще одним постоянным посетителем, он проводил много времени с Лианной, Джейме и младенцами. Томмен очень серьезно относился к своей роли старшего брата, и Тайвин кривился каждый раз, когда думал о том, что Томмен — родной сын Джейме.       Один из младенцев начал капризничать, махая ручками. Тайвин не знал, что делать: он держал младенцев на руках всего несколько раз, и то всегда в присутствии Лианны. Тайвин нечасто держал младенцев на руках и никогда не пытался их успокаивать. Но Эдвин, похоже, не собирался успокаиваться без посторонней помощи, поэтому Тайвин взял его на руки. Эдвин моргнул, смотря на него с легким недоумением, и Тайвин снова улыбнулся, прижимая малыша к груди.       — Ты счастливый малыш. — Эдвин вытянул свои маленькие ручки и открыл ротик, словно зевая. — У тебя замечательные родители, они любящие и заботливые, и они защитят тебя, что бы ни случилось. Они будут лучшими родителями, чем я. Не говори никому, но я не самый добрый человек. Когда умерла твоя бабушка, я был так ранен, что отгородился от всех, включая своих детей. Я не был рядом, когда они во мне нуждались, но твои родители будут другими. — Младенец медленно моргнул. — Ты также однажды станешь лордом Утеса Кастерли, ты будешь править Западом.       — Я думаю, он еще слишком мал, чтобы править миром. — Тайвин повернул голову, почувствовав, как его щеки покраснели, когда он увидел Джейме, стоящего у двери. Его сын подошел ближе, приподняв бровь. — Тебе следует подождать, пока им не исполнится хотя бы четыре, прежде чем пытаться заставить их завоевать Вестерос.       — Как долго ты здесь?       — Достаточно долго, чтобы понять, что ты хочешь, чтобы мой младший сын знал, что однажды он будет править Утесом Кастерли. — Джейме подошел к кроватке, поднял Тирека и прижал его к груди. — Я даже не хочу представлять, какие у тебя планы на Тирека.       — У меня нет никаких планов на них. — По крайней мере, пока. Младенцы были их надеждой на будущее. Тайвин надеялся, что он станет лучшим дедушкой, чем был отцом. — Я просто хотел убедиться, что они в порядке.       — Тебе нужно каждый день убеждаться, что с ними все в порядке? — Улыбка Джейме была веселой, но не насмешливой. — Я знаю, что ты приходишь в детскую каждое утро.       — Я просто проверяю, все ли в порядке. — Он никогда бы не признался, что ему нравится проводить время с малышами; даже если они только спят и чуть-чуть шевелятся, ему все равно нравится на них смотреть. — Я хочу убедиться, что все выполняют свою работу должным образом. — Джейме ничего не сказал, но Тайвин понял, что тот не верит ни единому слову. Джейме начал ходить по комнате, когда Тирек стал немного капризничать. Тайвин не мог не смотреть на то, как его сын общался с детьми. Он был отличным отцом и не гнушался помогать. Джейме не гнушался выполнять работу, которую другие мужчины считали ниже своего достоинства. Тайвин никогда не был так вовлечен в жизнь своих детей, и, наблюдая за сыном, он понял, как много он упустил. — Ты отличный отец. — Его сын чуть не вздрогнул, и его глаза расширились. Тайвин прочистил горло и положил Эдвина обратно в кроватку. — Прости, что я был так отстранен в последние несколько лун. Я знаю, что я тоже виноват в том, что случилось между тобой и Серсеей, я должен был уделять вам больше внимания.       — Я знаю, что разочаровал тебя. — Джейме поцеловал Тирека в лобик, улыбаясь, когда малыш немного успокоился. — Если это тебя утешит, я сожалею о том, что произошло между мной и Серсеей. Я никогда не должен был позволять себе быть с ней. О чем я не жалею, так это о Томмене и Мирцелле — они оба потрясающие дети и заслуживают лучшего, чем то, что им досталось.       — Я согласен с тобой. — Тайвин тоже не мог сожалеть о своих внуках. Томмен был милым мальчиком, который мечтал стать рыцарем и спасать прекрасных дев. Мирцелла была красивой девушкой, почти женщиной. Она мечтала выйти замуж за того, кто полюбит ее, и завести детей. — Они оба замечательные дети. Я бы никогда не попросил тебя сожалеть о них.       — Но ты хотел бы, чтобы они не были моими.       — Ты должен понять, насколько это неправильно. — Тайвин покачал головой, не желая снова ссориться с сыном. — Если кто-нибудь узнает, их сочтут проклятыми, и никто не захочет с ними общаться. Они будут требовать их головы и твою. Я не хочу, чтобы кому-то из вас пришлось страдать.       — Я понимаю это. — Джейме уложил Тирека в кроватку рядом с братом и провел рукой по животам обоих младенцев. — Вот почему я никогда не говорил им, кто я для них. Я не хочу, чтобы они стыдились того, кто они такие и откуда они родом. — Даже после нескольких месяцев раздумий он все еще не мог понять, как Джейме вообще мог смотреть на Серсею с сексуальным интересом. Они были близнецами, братом и сестрой, и никогда не видели, чтобы кто-то из их семьи так себя вел по отношению к родственнику. Он хотел узнать, как это началось и как он мог это предотвратить. Он не мог позволить истории повториться.

***

3 месяца спустя       Лианна улыбнулась, когда горничная закончила закреплять тиару и отступила назад. Лианна посмотрела на свое отражение в зеркале, убедившись, что розовое платье сидит как надо и прическа выглядит правильно. Тайвин созвал всех членов Малого совета и также прислал за всеми вассалами Семи Королевств. Все они ждали в тронном зале, а Лианна немного опоздала. Это был первый раз, когда она увидит всех лордов и остальных придворных с тех пор, как родила. Тайвин рассказал ей, как лорды и леди спрашивали о ней. Особенно теперь, когда Тиреллы были вновь приглашены ко двору, они должны были присутствовать на этом собрании. Лианна зашла в детскую, чтобы заглянуть к своим детям, прежде чем пришлось иметь дело с остальной частью королевства. Она улыбнулась, увидев Томмена, стоящего у детских кроваток; он улыбался малышам и корчил им рожицы.       — Я рада, что нашла тебя здесь. — Томмен улыбнулся ей, прежде чем снова посмотреть на малышей. Лианна подошла ближе и поцеловала Томмена в макушку. — Я думала, ты уже в тронном зале.       — Я хотел увидеть Тирека и Эдвина. — Лианна поцеловала обоих младенцев, прежде чем выпрямиться. Томмен нахмурился, глядя на нее. — Я не понимаю, зачем дедушка хочет, чтобы я был там.       — Однажды ты будешь править Штормовым Пределом. — Хотя она хотела защитить Томмена, но даже она понимала, что ему придется научиться руководить. Решение неприятных задач было частью этого. — Тебе нужно научиться быть хорошим правителем. Иногда это означает делать вещи, которые могут быть неприятными или не доставлять тебе удовольствия.       — Я знаю. — Он раздраженно вздохнул, заставив Лианну скрыть улыбку. — Дедушка уже объяснял мне это.       — Ты принц, Томмен, и даже если ты не король, ты все равно важен, и люди будут пытаться воспользоваться твоим положением. — Она провела рукой по его голове. — Не волнуйся, я буду с тобой все время. — Томмен кивнул, прежде чем согласиться последовать за ней в тронный зал. Все замолчали, когда они вошли, переводив взгляды с нее на ребенка, который когда-то был королем. Лианна погладила Томмена по плечу, улыбнувшись ему, когда он встал между ней и Джейме рядом с железным троном, на котором сидел Тайвин.       — Я хотел поблагодарить вас всех за то, что вы так быстро откликнулись на мой призыв. — Тайвин оглядел комнату, остановив взгляд на Тиреллах, прибывших в Королевскую Гавань. — Леди Оленна просила слова. У нее есть особая просьба, которую она хотела бы обсудить.       — Спасибо, Ваше Величество. — Старуха сделала надлежащий поклон. — Я хотела бы попросить о помолвке между моей внучкой и принцем Томменом. Как лорд Штормовых Земель, ему нужен кто-то зрелый, кто поможет ему править.       — Да, ему действительно нужен кто-то, кто будет править вместо него, по крайней мере до тех пор, пока он не достигнет совершеннолетия. К счастью для нас, это не будет ваша внучка. — Улыбка Тайвина была недоброй, когда он пристально посмотрел на старую матриарх. — Корона не хочет создавать прецедент, вознаграждая предателей.       — Предатели? — Старуха ответила королю гневным взглядом. — Может, вы выразитесь яснее, Ваше Величество?       — Конечно. — Улыбка Тайвина была полна зубов, когда он скрестил руки перед собой. — Если вы не в курсе, Петир Бейлиш был так любезен, что предоставил нам некоторую информацию о том, что произошло во время свадьбы вашей внучки и короля Джоффри. Он очень откровенно рассказал о том, как вы заплатили ему за яд под названием «душитель». О том, как он передал вам яд в виде драгоценности и как вы использовали торжества, чтобы отравить короля.       — Это возмутительно. — Лианна усмехнулась, услышав слабое опровержение Оленны.       — Не пытайтесь это отрицать, миледи. — Лианна сделала шаг вперед, бросив Оленне злобную улыбку. — Я помню, как разговаривала с вами вскоре после смерти короля Джоффри. Вы говорили мне, что Маргери будет более подходящей невестой для моего мужа, поскольку она свободна и может выйти замуж снова. Когда я указала, что вы поспешили, выдав свою внучку замуж за Джоффри, вы сказали, что это был стратегический ход.       — Это ничего не значит. — Даже когда Оленна это отрицала, она видела, как старуха потеет.       — Само по себе — нет, но я начала размышлять над вашими словами и над тем, что произошло. — Лианна подошла к нижней ступени трона, остановившись в нескольких футах от Оленны. — Вы знали о репутации Джоффри, знали, насколько он жесток, и ни за что не позволили бы своей любимой внучке так страдать. Но если бы Джоффри умер сразу после церемонии, но до брачной ночи, то ваша внучка стала бы самой подходящей кандидатурой на руку и сердце следующего короля. Короля, который был бы всего лишь мальчиком и, как вы сами отметили несколько минут назад, нуждался бы в ком-то, кто правил бы вместо него, пока он не достигнет совершеннолетия. Единственное, о чем вы не подумали, — это то, что Томмен отречется от престола, оставив трон своему дедушке и сделав моего мужа будущим королем.       — Что вы тоже не сочли препятствием, — Джейме подошел к Лианне и, стоя рядом с ней, гневно посмотрел на старуху. — Вы действительно говорили с Бейлишем об отравлении моей жены, чтобы я мог свободно жениться на вашей внучке.       — Вы не можете доказать ни одно из этих возмутительных обвинений. — Старуха гневно посмотрела на обоих.       — Да, можем. — Лианна скрестила пальцы, мило улыбаясь. — Мы допросили вашего сына Мейса, и через несколько минут общения с моим мужем он с радостью заговорил. Он рассказал нам все о ваших планах и о том, что ваша внучка и внук знали об этом.       — Именно поэтому вы все арестованы за государственную измену. — Джейме едва закончил говорить, как стражники двинулись, задерживая Маргери, Лораса и Оленну. — Ваш суд состоится через три дня, и сразу после этого вы будете казнены.       — Вы не можете так поступить. — Оленна гневно посмотрела на них, а затем на Тайвина. — Мы из великого рода.       — Вы из вассального дома, который поднялся на вершину после того, как ваш сюзерен был убит, — покачал головой король. — Но этого вам было недостаточно. Вы замахнулись выше своего положения, и теперь за это умрете.       — Уведите их всех. — Джейме улыбнулся Оленне и Маргери с насмешкой. — Мне надоело на них смотреть. — Стражники увели Тиреллов, и все в зале в шоке переглянулись, а затем снова посмотрели на них.       — Пусть будет известно, что с предательство не прощается. — Тайвин встал, гневно глядя на всех в зале. — С любым, кто попытается навредить моей семье, разберутся быстро и без пощады. — Все присутствующие лорды и леди еще раз переглянулись на несколько секунд, прежде чем снова повернуться к ним и поклониться.       Через несколько дней с Тиреллами разберутся, и Уиллас Тирелл станет новым лордом Хайгардена. Лианна уже послала ему ворона с объяснением происходящего и приглашением ко двору. Она хотела, чтобы все это поскорее закончилось, она хотела бы проводить больше времени со своими детьми, со всеми тремя.