Глава 28

***

6 лет спустя       Лианна шла по одному из коридоров Красного замка, заглядывая во все укромные уголки, которые только могла найти. Она с трудом сдерживала желание закричать, когда не находила то что ей нужно. Она бродила по замку уже целый час и так и не смогла ничего найти. Она остановилась, когда из-за угла вышла служанка и, увидев Лианну, сделала реверанс.       — Вы не видели Джоанну? — Лианна очень надеялась, что женщина ответит «да».       — Нет, Ваше Высочество, — нахмурилась служанка. — Я сегодня не видела принцессу.       Лианна кивнула женщине, прежде чем продолжить поиски. Ей не следовало оставлять дочь одну. Джоанна всегда находила способ влипнуть в неприятности, если за ней не следили, как в тот раз, когда она запустила садовую змею в комнату Эдвина. Джоанна была расстроена из-за того, что брат не пригласил ее поиграть с мальчиками. Прокричав на старшего брата более десяти минут, она выбежала из своей комнаты. На следующий день Лианну и Джейме разбудил крик; они побежали в детскую и обнаружили Эдвина и Тирека на полу, а в их кроватях — змею. Джоанна отказалась извиняться, сколько бы раз Лианна ни просила ее об этом.       У Лианны было заседание Малого совета ранним утром, и она оставила Джоанну с одной из служанок. Бедная женщина отвлеклась от маленькой принцессы всего на несколько секунд, и ее дочь исчезла. Вернувшись, Лианна застала паникующую служанку, паникующего стражника, и пропажу дочери. Теперь она тоже начала паниковать — ее дочь должна была быть где-то во дворце.       — Лианна? — Лианна обернулась, обрадовавшись, что к ней идет Джейме. Он посмотрел на нее с недоумением. — В чем дело?       — Я не могу найти Джоанну. — Сердце Лианны громко колотилось, она начинала бояться. — Я пошла на заседание совета и оставила ее с одной из служанок. Когда я вернулась, Джоанны не было, и никто не знал, где она. Я ищу ее уже больше часа, но не могу найти.       — Успокойся, — Джейме прижал ее к себе и поцеловал в макушку. — Ты же знаешь, она любит прятаться. Я помогу тебе искать. Пойди спроси у моего отца, может, он видел ее, когда возвращался в свои покои.       Лианна кивнула, быстро поцеловала Джейме и направилась к покоям Тайвина. Все ее дети любили навещать деда, он их баловал. Королевская гвардия улыбнулась, открывая двери.       — Тайвин, ты не видел…? — Лианна замолчала, увидев Тайвина, сидящего на диване, а Джоанну и Кейт — лежащих на большом ковре, с разложенными перед ними бумагами и перьями. — Джоанна Ланнистер, я искал тебя последний час. Разве я не говорил, что ты должна оставаться в моих покоях, пока я не вернусь?       — Но мне было скучно, — Джоанна нахмурилась. — Папа Тайвин всегда оставляет мне бумагу и перо. А когда я пришла, Катя уже была здесь, и я хотела остаться с ней.       — Они обе были здесь, когда я пришел, — Тайвин даже не поднял глаз от бумаги в руках. — Они вели себя очень хорошо.       — Почему ты никому не сказал, что Джоанна здесь? — Лианна подошла ближе к своим детям и их дедушке. — Я была напугана до смерти.       — Прости, я думал, что ты знала, что Джоанна здесь. — Тайвин провел рукой по черным локонам своей старшей внучки. — Я бы сказал, если бы знал, что ты ее ищешь.       — Джоанна, ты пойдешь со мной в мои покои. — Старшая дочь вздохнула. — Нам нужно кое-о чем поговорить, юная леди.       Джоанна была не в восторге, но все же встала, поцеловала деда в щеку и направилась к дверям. Лианна поцеловала Кейт в макушку и погладила ее по спине. Она была полной противоположностью своей старшей сестры: она была милой и хорошо воспитанной. Ей также нравилось проводить время с Тайвином, и чаще всего ее можно было найти в его покоях.              Лианна подождала, пока они вернутся в ее покои, прежде чем сесть с дочерью.       — Ты собираешься рассказать мне, что тебя беспокоит? — Джоанна скрестила руки на груди, не глядя ей в глаза. — Почему ты в последнее время так себя ведешь?       — Я ничего плохого не сделала. — Джоанна по-прежнему не смотрела ей в глаза. — Мне просто было скучно, со мной все в порядке.       — Джоанна, я не говорю, что с тобой что-то не так, — она пододвинула стул поближе к дочери. — Но я вижу, что тебя что-то беспокоит, ты можешь поговорить со мной об этом.       Ее дочь, как и отец, была довольно упрямой и отказывалась сдаваться, пока не была готова. Лианна беспокоилась о Джоанне: что-то беспокоило ее дочь, и Лианне нужно было выяснить, что именно. Она уже собиралась еще раз спросить Джоанну, в чем дело, когда открылись двери ее покоев и вошел Джейме, за ним следовали Тирек, Эдвин и Джейсон. Ее муж улыбнулся, заметив Джоанну, сидящую напротив нее.       — Вот и моя прекрасная принцесса. — Джоанна спрыгнула со стула и побежала к отцу, визгнув, когда Джейме подбросил ее в воздух, а затем поймал и стал осыпать поцелуями все ее лицо. — Мы думали, ты потерялась.       — Я была с папой Тайвином и Кейт, — Джоанна обняла отца за шею и поцеловала его в щеку. — Мы рисовали в его покоях.       — Ну, я рад, что ты в порядке. — Джейме поставил Джоанну на землю и подошел ближе к Лианне, нежно целуя ее, пока дети не начали издавать звуки, будто их тошнит. — Заткнитесь все. Я буду целовать вашу маму, если захочу.       — Почему ты можешь целовать маму, а мне нельзя целовать мальчиков? — Джейме покраснел от вопроса Джоанны, а Лианна пыталась скрыть улыбку. — Раз ты можешь целовать маму, то и мне должно быть позволено целовать мальчиков.       — Ты никогда не будешь целовать мальчиков. — Лицо Джейме покраснело так, что Лианне пришлось прикрыть рот рукой. — Тебе не нужны мальчики. Мальчики — это плохо.       — Эй! — Тирек выглядел так, будто его обидели, и сердито посмотрел на Джейме. — Я мальчик, и я хороший.       — Иногда, — вставил Эдвин.       — Я тоже мальчик, — Джейсон скрестил руки на груди. — И я близнец Джоанны.       — Братья — хорошие. Но другие мальчики — ужасны. — Лианна видела, как все дети открыли рты, но Джейме прервал их. — Все обратно в детскую, мне нужно поговорить с вашей мамой. — Все четверо детей вздохнули, но покинули комнату. Двери едва закрылись, как Джейме повернулся к ней, схватил ее за руку и прижал к себе. — Все эти дети очень любопытные. — Он целовал ее, пока они оба не застонали. — Почему у нас так много детей?       — Думаю, это из-за твоей неспособности держать от меня руки подальше. — Она застонала, когда он поцеловал ее еще сильнее, проникнув языком в ее рот. К тому моменту, когда он прервал поцелуй, они оба задыхались от возбуждения. — Думаю, твой отец очень доволен нашими детьми.       — Ну, он всегда хотел настоящих наследников Ланнистеров. — Джейме осыпал поцелуями ее шею. — Теперь у него их семь, чтобы он не скучал.       Тайвин был очень доволен всеми детьми, которые родились у нее и Джейме, и надеялся на большее. Лианна была счастлива, что, за исключением Кейт, все ее дети были близнецами, а это означало, что ей не пришлось рожать семь раз. После Тирека и Эдвина она обнаружила, что беременна, когда близнецам исполнилось пять лун. После того как она родила Джейсона и Джоанну, она обнаружила, что снова беременна менее чем через шесть лун. Затем у нее родилась Кейт, и через год она обнаружила, что снова беременна. Потом она родила Ревана и Кивана, ее младшим близнецам только исполнился один год. Лианна пила лунный чай последние несколько лун, она хотела подождать еще немного, прежде чем заводить новых детей. Заботиться о королевстве и семерых маленьких детях было нелегкой задачей.

***

      Тайвин наслаждался заслуженным отдыхом. Хотя он не был человеком, любящим бездельничать, последние несколько недель ему приходилось иметь дело с мелкими лордами и глупыми ссорами. Он устал от общения с глупыми людьми и их мелочными проблемами. Он полагал, что взрослые мужчины способны решать свои проблемы без помощи короны. Если ему придется решать еще один земельный спор, он начнет стучать головой об стол. Двери открылись, и Тайвин поднял глаза и увидел темные волосы Джоанны.       — Папа Тайвин. — Маленькая девочка сделала несколько шагов к его дивану. — Можно я побуду здесь с тобой немного?       — Конечно, иди сюда. — Джоанна улыбнулась, подбежала к нему и радостно улыбнулась, когда он поднял её и усадил рядом с собой. Тайвин с улыбкой наблюдал, как она раскачивает своими маленькими ножками взад-вперед. — Что тебя беспокоит?       — Мама злится на меня, — пожала плечами девочка. — Она говорит, что я плохо себя веду, и думает, что меня что-то беспокоит.       — Ну, твоя мама просто беспокоится о тебе. — Тайвин погладил Джоанну по голове. — Почему ты с ней не поговоришь?       — Мама очень умная, она все помнит. Ей достаточно один раз прочитать книгу или письмо, и она может вспомнить каждую мелочь их прочитанного. — Тайвин ничего не ответил, просто продолжал гладить ее по голове и давал ей выговориться. — Мои братья и сестры тоже очень умные. Я не хочу говорить маме, что я единственный глупый ребенок.       — Что? — Тайвин нахмурился, и его рука замерла. — Почему ты считаешь себя глупой?       — Моя септа часто мне это говорит. — Тайвин почувствовал, как все его тело напряглось, но постарался сохранить спокойствие, чтобы не напугать внучку. Джоанна печально посмотрела на него. — Я не могу читать так, как она хочет, некоторые буквы не имеют смысла. Моя септа часто щиплет меня за ухо и всегда говорит, что не может поверить, как я могу быть такой глупой, когда мои родители такие умные. Ты тоже считаешь, что я глупая?       Тайвин почувствовал, как ярость наполняет все его тело, когда глаза Джоанны наполнились слезами. Он знал о проблемах, которые в последнее время возникали у Лианны с Джоанной. Маленькая девочка капризничала и вела себя не очень хорошо. Она часами пряталась и разыгрывала всех, кого только могла. Лианна была озадачена изменением в поведении своей старшей дочери и беспокоилась, что что-то случилось. Тайвин заметил, как Лианна была рассеяна во время заседаний Малого совета. Он также заметил, что Джоанна вела себя иначе: ее спокойное и счастливое поведение изменилось, она стала более тихой в кругу семьи и капризничала в присутствии посторонних. Теперь Тайвин знал, почему, и он никогда не был так зол. Он очень тщательно выбирал людей, которые должны были заботиться о его внуках, и не имел ни малейшего представления, что септа злоупотребляла его доверием.       — Послушай меня, Джоанна, — Тайвин положил палец под подбородок Джоанны, подняв ее голову, чтобы она могла посмотреть на него. — Ты не глупая, ты одна из самых умных девочек, которых я когда-либо встречал.       — Ты уверен? — Ему было невыносимо, что эта проклятая септа лишила его девочку уверенности в себе. — Может, я глупая, а ты просто этого не заметил.       — Нет, поверь мне, я бы тебе не солгал. Ты очень умная девочка. Почему бы тебе не взять несколько своих игрушек и не поиграть на балконе? Мне нужно минутку поговорить кое с кем. — Тайвин улыбнулся, когда Джоанна поцеловала его в щеку, а затем ушла в угол, где он хранил сундук, наполненный игрушками для своих внуков. Как только Джоанна скрылась из виду, Тайвин посмотрел на дверь. — Стража! — Двери открылись, и вошел его королевский гвардеец. — Приведи ко мне септу Эльну, немедленно.       Стражник кивнул и вышел из его покоев, не сказав ни слова. Тайвин, кипя от злости, начал ходить по своему кабинету. Он не мог вспомнить, когда в последний раз был так зол. Как эта проклятая женщина смела оскорблять его внучку, как она смела называть Джоанну глупой? Он хотел, чтобы старуху казнили или выпороли — что бы ни принесло ему большее облегчение. Прошло менее десяти минут, когда двери вновь открылись и вошла септа, сделав перед ним реверанс.              — Ваше Высочество, — ее манера поведения еще больше разозлила его; она стояла перед ним с суровым выражением лица, губы сжаты в прямую линию. — Мне сказали, что вы желаете меня видеть.       — Как ты смеешь поднимать руку на мою внучку? — Глаза женщины расширились от тона его голоса. — Я мог бы отправить тебя в черные камеры за то, что ты осмелилась поднять руку на принцессу.       — Ваше величество, — женщина выпрямилась. — Моя работа — воспитывать принцессу Джоанну и следить за тем, чтобы она стала хорошо подготовленной молодой леди.       — И ты считаешь, что для этого нужно щипать ее за ухо и называть глупой? — Тайвин подошел ближе к пожилой женщине. — Как ты смеешь называть ее глупой и заставлять думать, что она никогда не будет такой умной, как ее братья и сестры? Кто дал тебе право говорить ей такие ужасные вещи?       — Она не прогрессирует так, как должна. Она едва может прочитать два слова, а ее почерк просто ужасен. — Женщина гневно посмотрела на него. — Я пробовала все, чтобы улучшить ее чтение и письмо, но ничего не помогает. Она никогда не сможет читать и писать так, как ее братья и сестры. Вам следует просто найти для нее какого-нибудь второстепенного лорда, чтобы выдать ее замуж, и рассказать о ее недостатках.       — Как ты смеешь? Ты ничего не знаешь ни о моей семье, ни о моей внучке. Ты поплатишься за то, что наделал. Стража! — На этот раз в покои Тайвина вошли двое королевских гвардейцев. — Отведите септу Эльну в черные камеры, ей есть над чем поразмыслить.       Старуха не успела ничего сказать, как оба рыцаря схватили ее за руки и вывели из покоев. Тайвин никогда не поднимал руку на женщину, но сейчас он был близок к тому, чтобы дать пощечину этой старой ведьме. Он обернулся и остановился, заметив Джоанну, стоящую у дверей балкона. Ее зеленые глаза были широко раскрыты, когда она смотрела на него; он не хотел, чтобы она слышала то, что сказала та женщина. Нижняя губа Джоанны задрожала, прежде чем она бросилась бежать и бросилась ему на шею. Тайвин поднял ее и прижал к груди.       — Спасибо, папа, — ее маленькие ручки крепче обхватили его шею. — Она была страшная.       — Джоанна. — Тайвин убедился, что она смотрит на него. — Это твой дом, здесь тебе никогда не нужно бояться. Если кто-нибудь осмелится плохо с тобой обращаться, ты можешь прийти ко мне и рассказать об этом, я позабочусь, чтобы с ними разобрались.       — Хорошо. — Джоанна кивнула головой.       — И не волнуйся, я научу тебя читать и писать. — Джоанна улыбнулась ему яркой улыбкой. — Ты будешь читать так же хорошо, как твои братья и сестра.       Джоанна кивнула, снова обнимая его за шею. Тайвин обнял внучку в ответ и поцеловал ее в висок. Он не позволит никому причинить вред своим внукам. Он не был лучшим дедушкой для Томмена и Мирцеллы, но с этими детьми он не повторит ту же ошибку.