Глава 2: Репетитор

      С реализацией своего плана Саша не торопился, пускай он и был неимоверно простым и продолжать продумывать его смысла не было; ему просто хотелось, чтобы его заигрывания с Аной Перес немного осели как событие. Также он использовал ожидание, чтобы убедиться, что никто не узнал о его «шалостях». В основном его пугала именно школьная психологиня — она бы ему пощады не оставила.       Через две недели, совсем недавно отпраздновав своё 17-летие, старшеклассник подходит к своему отцу с небольшой просьбой, заранее рассчитав получить согласие.       — «Пап, я вот хочу валенсианский подтянуть, можно мне к репетиторше сходить?»       — «Саш, у тебя же идеальные оценки!» — отвечает седой мужчина хриплым голосом. — «Зачем тебе ещё репетитор? Репетиторша ещё… так уточняешь прям, будто сексом заниматься с ней идёшь.» — засмеялся он.       — «Это вообще сейчас не смешно было! Да, оценки хорошие, но мне просто очень нравится валенсианский! А уточняю я, ведь я пойду к своей же учительнице…»       — «Куда пойдёшь?» — прерывает отец.       — «Ну, к ней на дом. У неё там материалы, ну знаешь… а в школе времени нет, она ж закрывается…»       — «Конечно, без проблем.» — на сей раз без шутки отвечает он. — «А заплатить ж надо?»       — «Да ты шо, у меня ещё есть те карманные.» — успокаивает сын. — «Мне не на что их тратить толком. Только вот одно…» — вот Саша и раскрывает свою простенькую, но рабочую стратегию.       — «Шо?»       — «Ей нравится сангрия, валенсианская прям, и я вот думаю: было бы круто принести ей, ну знаешь… для атмосферы.»       — «Ну, подарочек ж можно реализовать.» — в глубине души понимая, что и сын его распивать алкоголь, но как бы соглашаясь, ведь «учительница взрослая, не даст ему выпить слишком много». Тем более, сангрия даже слабее вина, и ни к чему плохому она точно не приведёт.       — «Только мне же надо чтобы ты в магазин пошёл. Это тебе не Беларусь наша — тут даже мне, здоровому лбу не продадут, если 18-ти нет.»       — «Угу.» — после этого, отец снова уткнулся в телефон, вследствие чего Саша и не рассчитывал на выполнение его просьбы к отцу.

***

      На следующий день, придя со школы, сын к своему же удивлению обнаружил литровую картонку в своём холодильнике, с элегантно расплёскивающейся сангрией в бокале на упаковке, при том что самого отца в доме не было — тот ушёл на работу. Тем не менее, первая задача была выполнена.       Саша тут же сел за телефон, и достав листочек с криво записанным номером Аны из белой тумбочки, открыл Ватсап и добавил контакт, как бы «пометив территорию»       —здравствуйте, Мисс Перес. когда я могу прийти к вам и подучить валенсианский? jo soc Saxa       — Здравствуй, Саша. Я свободна и сегодня, и завтра. Можешь подойти когда захочешь. Gràcies!       — могу ли я подойти сейчас?       — Конечно. Вот мой адрес: 10 Carrer les Escoles.       — кстати. вам принести сангрии?       — Не надо. Откуда у тебя она?       — папа настаивал чтобы я сделал вам подарок. он говорит с пустыми руками в дом не ходят       — Ну раз папа, тогда ОК. Жду тебя.       — Me'n vaig!       Саша взял свой серый брендовый портфель, выложил оттуда всё ненужное, оставив только тетрадки и учебник по валенсианскому, что он взял чисто ради приличия. Освободившееся место он использовал для сангрии, которую он планировал споить учительнице чтобы её раскрепостить и за одно повысить собственную смелость в флирте с ней. В рюкзаке всегда лежало пару презервативов, даже когда он просто шёл в школу — тот держал их словно талисман.       — (Мне остаётся лишь надеется, что у неё низкая толерантность к алкоголю… иначе споить её чем-то настолько слабеньким, как сангрия, вряд ли получится…) — подумал он про себя, закрывая дверь на ключ.       На улицах села La Xara даже в 5 часов вечера ещё сияло солнце: слава богу сейчас апрель, а не июль; иначе бы ни шёл сейчас хлопец до репетиторши любимой, не играла б детвора под солнышком в баскетбол, мечтая вырасти и стать спортсменами наивно, не смотрели б люди на стрит-арт на стенах странных. Но Саша не замечал красоту мира вокруг, лишь думая про глазки, волосы, и ножки учительницы своей. Перед его глазами всю дорогу всплывала воображаемая картинка, которую вполне реально проявлял ещё сильнее солнечный свет: как Ана бы разделась перед ним, сначала сняв чёрную рубашку, а затем сняв полупрозрачную белую блузку, оголив свою плоскую грудь. После этого она бы неловко сняла свои брюки в линию, сначала приспустив их до лодыжек, неловко наклоняясь раком в одних трусиках, а затем подняв обе ноги по очереди чтобы полностью убрать с себя штанишки. Саша придумывал последующие варианты развития событий: от сладкого минета от учительницы в одних трусиках до позы 69, и пока Ана бы жадно сосала член собственного ученика, держась за ноги и ритмично двигая головой, пока её каштановые волосы бы слегка разлетались и щекотали ноги старшеклассника, за которые она бы вцепилась руками страстным хватом, он бы сам заставлял её постанывать на собственном члене и протекать ему в рот своим хитрым язычком… и даже когда её любимый ученик бы кончил, педагогиня бы не останавливалась двигать головой и ласкать головку языком и вибрациями собственных стонов, пока его член бы полностью не излился и не обмяк прямо в её рту. И только тогда она бы, предварительно сглотнув за один раз, всё-таки вынула член из своего рта. Твёрдо прижав язычок с члену старшеклассника, она бы прошлась по нему, захватив на него остатки Сашиной спермы от основания до головки, которыми его член испачкался, ведь Ана слишком долго держала его во рту после оргазма, смакуя вкус спермы вместе с членом, пульсирующим и изливающимся прямо на её языке. Учительница бы легла на его животик, словно кошечка, только что получившая своё «молочко», нависая бёдрами и киской над лицом Саши. Из её лона тем временем бы вытекло немного смазки, случайно капнувшее парню в ротик. Бессознательно держа эту каплю на своём языке ещё где-то полминуты, тот наконец-то бы отошёл от шока и всё-таки сглотнул последнюю капельку сока своей любимой преподавательницы…       Подойдя к дому репетиторши уже со стояком, Саша быстро вернул себя в реальность и неуверенно надавил пальцем на дверной звонок. Из большого белого дома вышла девушка, чтобы открыть дверь своему «невинному» ученику.       — «Здравствуй, Саша. Проходи.» — та открывает ему дверь. — «Ты принёс учебники?»       — «Да,» — Саша зашёл в дом, оглядываясь. — «Но быть может, сначала чаю? Или выпьем…» — наглости ему было не занимать: завалиться в чужой дом и сразу чуть ли не требовать чай — ещё уметь надо. Но у учительницы не было причин ему отказывать.       — «Могу сделать чай, да…»       — «А я сангрии принёс.» — будто невзначай напомнил Саша. — «Мне папа разрешил, чуть что. Мне же уже 17.» — продолжал намекать он.       — «Я быстро пьянею…»       После этих слов волнение Саши подскочило ещё сильнее: всё шло по плану. Практически все люди под эффектом алкогольного опьянения либо становятся весёлыми, либо раскрепощаются сексуально. Дальше надо было уже просто додавить.       — «Та ну что, для настроения просто… Тем более валенсианская, в тему так будет.»       — «А ты зачем пришёл-то?» — отбивалась Ана.       — «Помните вы говорили, что я бы не смог написать поэму? Так вот, я написал. Хотел чтобы вы проверили её на ошибки. Давайте прочитаем уже за бокалом.» — не дожидаясь ответа, Саша достал картонку сладкого алкогольного напитка, и твёрдо взяв её в руку, протянул учительнице.       Ана сдалась и пошла на кухню вместе с упаковкой целой сангрии. Они вместе уселись за кухонный белый стол, пока лучи вечернего солнца пробивались через чёрную решетку, а Саша действительно достал листок подготовленного текста и красную ручку, которой учительница бы исправляла его ошибки.       Ana Pérez, escolta'm, el meu amor;       No soc feliç sense tu, d'acord.       Ensenya'm com t'ho agrada en tus llocs,       Només amb tu vull jugar als jocs.       Puga omplir-te amb la llet       Per a que el teu cony serà «fet»       Pense de tu cada nit i cada dia       Per favor, eres tot ho que volia… Учительница пробегает глазами по тексту, в одной руке держа бокал, надпивая с него, а в другой — ручку, которой даже не водит по строчкам.       — «''Готовая'' в… *этом* контексте… вообще не имеет никакого смысла! Что это вообще значит?»       — «Ну…» — Саша готовился к объяснению, пытаясь максимально сохранить уверенность. — «Когда девушку имеют, её, как бы ''делают''. А когда в неё кончают, она становится ''сделанной''… имеет смысл!»       — «Меня только одно смущает…» — девушка засмущалась. — «…моё имя вверху…»       — «Да, это стих про вас. Мисс Перес, я вас люблю.» — тихонечко признался Саша.       В комнате повисло молчание, а тепло солнечных лучей превратилось в противный зной.       — «Я знала об этом…» — также тихо ответила мисс. — «…но я не думаю, что могу ответить тебе взаимностью.»       — «Почему?» — почти безэмоционально поинтересовался мальчик.       — «Ты ученик, к тому же несовершеннолетний. Я — учительница.»       — «Наша разница в возрасте не так уж и велика! Мне 17, а вам… 25.» — неуверенно предположил он.       — «26. Видишь, ты даже не знаешь сколько мне лет, как ты вообще можешь говорить, что любишь меня? Обычная симпатия — это нормально, но я же вижу…» — на секунду Ана задумалась.       — «Нет, люблю. Уже два года. А в этом году я заканчиваю школу, и честно… больше всего я боюсь потерять вас. Тебя.» — впервые он обратился к учительнице на «ты». — «Пару месяцев осталось. Да и неужели я вам не нравлюсь?»       — «Нет, что ты, ни в коем случае… ты симпатичный, умный мальчик…»       — «Спасибо, вы такая же.» — улыбнулся Саша. — «Если и я вам нравлюсь, то в чём проблема?»       — «Ну а вдруг ты меня будешь шантажировать!» — заявила Ана.       — «Ана, чем я буду тебя шантажировать? И главное — зачем? Шантажировать того, кого любишь…»       — «Саш, у меня нет гарантий. Меня как минимум уволят, а как максимум — посадят в тюрьму.»       — «Пожалуйста. Один раз, и больше никогда…»       Ана вздохнула, и встав со стула, взяла Сашу за руку и повела его в свою спальню за собой...