Градус вновь и вновь...

Зайдя в торговый центр по близости, первым делом Марина убежала смотреть всякие безделушки, смысл которых её сопровождающие вообще не понимали, но что не сделаешь ради женского счастья, (особенно когда за его не осуществление пострадает один маленький Мапп). Оба юноши отправились на самый последний этаж, где всегда находятся рестораны и фудкорты, пока они ехали на такси, то парень с яркой частью волос присмотрел себе меню одного из суши-ресторанов, давненько он не ел их, хотя он давно не ел в принципе относительно нормальную еду, только чипсы, чипсы и немного конфет. Ну, может ещё небольшой арбуз. Добравшись на лифте, попутно беседуя ни о чём, два длинноволосых парнишки дошли до заветного места и столика, который они не бронировали, но с помощью чуткого обаяния, которое один из них выработал за несколько лет карьеры стримера, их пустили без бронирования, да и просто как такого хорошего человека не пустить в обычный ресторанчик? Невозможно! Усевшись поудобнее: Мапп сидит за одной стороной стола, а его компаньон за другой, напротив друг друга, (место рядом с Муром для Марины должно быть всегда свободно, негоже разлучать неразлучных). Когда принесли меню, то стало чуточку оживлённее, диалог пошёл не только о будущей еде после восхитительного супа, но и о том, а что же было вчера, раз сегодня настолько плохо? На что виновник торжества ответил: — Чувак, честн, не помню, сам пытался понять, что же произошло, ведь так плохо мне давно не было, — схватившись за голову одной рукой, и вплетая свои татуированные пальцы в некогда густые разного цвета волосы, (от которых остались только какие-то жалкие пряди), человек пытался вспомнить, а действительно... «Что было вчера ночью или не только вчера», — это уже не вопрос, это уже требование к рыхлой памяти вспомнить всё же хоть что-то о причине состояния её хозяина по одинаковым мыслям. А в итоге получается, причём совсем неосознанно, когда парень видит мимо проходящего человека с девушкой под руку, которые обсуждают последние обновления в играх и достижения её парня (по всей видимости), и то, что они так давно не гуляли где-то вместе. — «Проводить время вместе значит», — эту мысль поняли все. Даже неработающие шестерёнки в голове закрутились и завертелись, слышно стало, как пропитанные алкоголем мысли складывались в работающий и складный механизм.

***

Произошедшее около недели назад.

— Блять, мужики, мы наверное, пойдём, а то отстримили часик с копейками, и я как-то заебался, — Курсед знал, что казино надо больше стримить, но он вообще не успевает в бизнес план своего любимого менеджера, хотя старается. Очень! Правда! — Акума, скажи чё-нибудь этим мразям на прощание, или мы ещё посидим, поиграем во что-то? — Кир искренне не хотел продолжать поток, но если у его друга есть идея, которая заинтересует всех, то почему бы и нет? Всё же шоу придумывать черныш умеет, как и участвовать в них, а Курс любит просто сидеть и быть немым ведущим, или как те люди, которые якобы делают реакцию на какой-то странный видеоролик, ставя себя либо в угол экрана, либо над тем самым видео, но при этом эти «реакционеры» вообще ноль смысла имеют в уже своём видео, поэтому в комментариях и напишут: «если вы думаете, что никому не нужны, то вспомните этого парня». И Кир даже как-то рад, что за него всё делает его приятель, который обожает всякие чудаковатые идеи чёрно-красного юноши, поэтому воплощать эти «сны при температуре сорок» одно удовольствие, смешно же! — Хм, — парень, сидящий в Дискорде на протяжении пяти часов, (ещё до стрима по казино они болтали о чём-то своём), принялся размышлять и взвешивать все «за» и «против», — не-а, мужик, я пиздецки заебался, устал чё-то, да и похавать надо ещё, потом и спать можно. Может, потом как-нибудь? — Сергей говорил максимально быстро и всё ради того, только бы свалить отсюда побыстрее, надоело ему уже всё это. Закончились силы быть бесплатным клоуном для кого-то, кому на тебя всё равно, (так думал только Акума). И к концу своих реплик было слышно, как он отъезжал на стуле от стола и компьютера с микрофоном. — Ну, бро, может, реально в игру, в одной даже обнова крутая вышла, сёдня смотрел, прикольно будет вспомнить былое, — как бы Кир не просил, его друг был не приклонен, на что первый начал обижаться, но в прямом эфире не показал ничего, (он ему успеет припомнить всё, Курс никогда не забывает тех, кто ему что-то сделал не так, и помнит даже что именно было не так). За кадром разберутся и Акуме снова жутко не повезёт. Везде преследует его скрытый пул. — Эх, ну ладно, — в манере подражания женскому голосу сказал Курсед, — тогда мы съёбываем парни, всем спокойной ночи, как говорится, всем удачи там в чём-то, я хз, — трансляция была выключена, а OBS закрыт, как и казино сайт, сейчас не до него. Есть дело поважнее. — Серёга, это чё за хуйня была? Ты реально «занят»? — можно по интонации было понять, что это сарказм и Кир закатил глаза в знак возмущения. — Что-то не припомню, чтобы у тебя были важные дела, а с лучшим другом время ты уже провести не хочешь? — тональность голоса и децибелы у сплитового парня возрастали, и в них явно слышалась ревность и обида. — Да, дела есть, поважнее твоей ебанины, поверь, — смысла быть дружелюбным нет, сейчас можно перейти на настоящий тон и не скрывать своего недовольства. — Нет у меня желания с тобой тут зависать дальше, всё я пошёл, не хворать тебе, уёбище, — не успел Курсед снова начать толкать свои возмущённые речи, как послышался звук от уведомления, — звонок прекращён. — Уёбок ебливый! — единственное, что может прокричать Кир в монитор. Он знает, что если попытается дописаться до Сергея, когда тот не в настроении, то получит одно — ничего. Иногда казалось, что Акума будет умирать, но даже тогда не ответит и не напишет сам, если решил, что «обиделся» на кого-то, (хотя это бывало крайне редко). Смысл строить из себя обиженку, если тебе же хуже будет? Курсед не понимал этого, однако он знал то, что они завтра в любом случае снова увидятся в одной руме в Дискорде, обсуждая всякую дичь и смеясь с тупейшего парадирования Меллстроя или Папича Акумой, Курс скажет на стриме, что иногда ему не хватает тех моментов, которые они вместе переживали, а другой в ответ лишь угукнет, возможно ухмыльнётся, будто и не помнит всё, будто не переживал то же самое, но сделает вид, что понимает друга, хотя раньше понимал его лучше всех в мире. Курсед был разочарован в собственном лучшем друге. Его, великого и неповторимого, так кинули, как дешёвку на трассе, которую трахнули и вытолкали из машины, выкидывая вещи на улицу. — Ну ничего же страшного не случится, если немного выпить? И усну быстрее, — с наивными мыслями Кир отправился к пустому холодильнику, где в морозилке были наполовину выпитые коньяк, а в другой части холодильника была кола и вино. Прекрасный бармен из парня вышел бы с такими темпами. Спасибо бесконечной бессоннице и странным мыслям юноши, которые преследуют его везде, где он один. А сейчас он везде один. Кто же знал, что «немного выпить» может перерасти в «выпить всё»? Кто-то точно мог это предугадать, но решил сам себя не уничтожать этим вопросом, поэтому он остаётся риторическим. Действия алкоголя начались не сразу, а через полчаса где-то, всё было как в тумане. Курсед не знает, что он делал, кому звонил, кому писал, что там было, и где он сейчас. Парень себя чувствовал никому не обязаным сейчас. Его не бросили, он сам ушёл. Да, так и есть. Точно сам... Он всегда сам бросал людей. Его, прекрасного и самого-самого, никто не в силах оставить, также и с Акумой. Кир оставил его в Дискорде с тяжёлой тишиной, которая давила на бедную чувствительную душу, а не наоборот... Посидев в Тик-токе несколько минут, а потом и на Ютубе полтора часика, то Курс понял, что пора бы и спать ложиться. Дойти до кровати надо, но так неохота, поэтому выбор поспать на диване был не таким и плохим. Выключая телефон, у которого осталось двадцать процентов заряда, было видно время на циферблате: пять утра. Рановато лёг как-то даже, но уже сил на большее не хватает.

***

На следующий день после этого разговора, но пять дней до прихода Мура.

Подозрительно, что Акума не выходит на связь с Курседом после того разговора. Ноль реакции во всех социальных сетях, хотя обычно тот ответит хоть где-то. Кир решил вспоминать, что же он делал в тот вечер, когда напился, кому действительно звонил и о чём говорил. Почему вообще его каналы в Телеграме пусты, где все посты? Почему список звонков чист, где все те, кому он звонил в тот день? Почему экран телефона треснул с одной стороны, причём как-то странно? Почему бутылка разбита? Почему Кир проснулся со своим котом в обнимку на полу? Почему была проведена трансляции на Кике и Ютубе с тем, как парень играет в Доту и поёт песни из две тысячи десятых и какие-то шутки из Тик-тока? И почему стрим на малоизвестной платформе называется «прости меня»? Что вообще было здесь, чёрт возьми! Всё же надо спросить у Акумы, он точно знает, что произошло, так как единственный, кто помнит все повадки Курседа, особенно под алкоголем, ведь тогда и начинает происходить всякий бред. Сплит всё пытался дозвониться и дописаться до друга, с которым в последний, (как думалось Киру), раз разошлись они не слишком приятно. И по всей видимости это Сергей был тем, кому звонил и писал Курс.

***

Четыре дня до встречи с Маппом.

Курсед до сих пор пытался дозвониться и дописаться до друга во всех социальных сетях, которые только существовали: Дискорд, ВК, Телеграм, СМС-ки, Тик-ток, Твич, Инстаграм, Стим, почту и звонил на телефон. Ещё немного и перешёл бы на Вайбер и Ватсапп, ибо реакция была на нуле. Акума словно исчез. Никто не знал, где он, никто не мог достучаться до него, (как минимум так говорили все Киру), никто не хотел даже, будто пропажа общего друга для остальных являлась чем-то неважным и глупым, чтобы переживать. Словно каждый день пропадает у этих людей дорогой человек. А для Курседа это был и есть самый дорогой человек, который всегда его понимал и часто поддерживал, несмотря ни на что, ведь они так много прошли вместе, а потом разлучились по воле случая.

***

Три дня до встречи с Маппом.

Курсед всё писал, извинялся, клялся в сообщениях, что больше никогда не будет так серьёзно говорить гадости его лучшему другу, который будто специально бросил Кира на улице, как собаку, знающую всю жизнь только любовь и ласку, которая думала, что за ней придут, но нет, её просто где-то оставили, привязали и забыли. Словно вся их дружба самая огромная ошибка, как и встреча в принципе. Что же сплитовый парень тогда сказал или сделал раз ему не отвечают несколько дней, раньше бы Акума взял трубку, даже если спит или занят, но находится рядом с телефоном, а сейчас... Все ужасные и тревожные мысли из-за количества коньяка и вина в крови стали оголены перед тёмными глазами, которые после произошедшего превратились в мрак, ведь ничего светлого нет, чтобы пытаться увидеть это. Шторы закрыты, дверь не заперта, может к нему придёт неожиданный, но такой желанный гость? Какие хорошие мечтания появляются под действием алкоголя, особенно когда бо́льшим они стать и не могут.

***

Два дня до встречи с Маппом.

Сплитовый парень устал думать о прошлом, настоящем и будущем тем более. Всё стало как-то серо и однотипно, не столько из-за отсутствия человека, сколько от того, что не понятно, а что произошло, за что конкретно надо извиняться? И надо ли вообще... Совесть всё же в помутнённом рассудке разыгрывается пуще прежнего, пугая своего владельца разными страхами и тревожностью, что он во всём виноват, что если бы кто-то мог держать себя в руках, то не было бы этого. Но... Разве это тогда хороший друг, который из-за одних обидных слов решил исчезнуть, умереть для другого человека? Глупость какая! Не мог Кир сказать что-то столь мерзкое, чтобы так задеть Сергея.

***

За день до прихода Мура.

Надежда на что-то уже совсем потеряна, поэтому сплитовый юноша сидел за компьютером и пытался совладать со сном, который становился с каждой минутой сильнее, как и парень, играющий в Доту, но физиология явно победила, поэтому трон рушат, тиммейты обвиняют друг друга, и никто не увидит в этом своей вины, только чужая. Можно и выходить из катки. Ничего страшного, писидит в клетке пару минут и начнёт новую, но только красная кнопка загорелась зелёным цветом, как пришло уведомление о звонке в Дискорде. Желания говорить с кем-то не было, однако если человек звонит в четыре утра, то что-то важное должно быть, не посмотрев на аккаунт звонящего, звонок был принят. — Да, алё? — вообще нет желания говорить. — Да, это я. Прости меня, пожалуйста, за то, что не отвечал, было кое-что очень важное... , — Акума, которому сейчас не дали договорить, объявился. — Извините, с предателями не говорим, напишите в службу поддержки, а лучше сразу в морг, ведь таким уёбищам там только рады. Даже хоронить такого не будут, только собакам на псарне и скормят, — затуманенный разум снова разрушит что-то важное для трезвого парня, который потеряет веру в себя самого. Только бы человек по ту сторону монитора был умнее и разумнее, не обижаясь на того, кто сейчас за самого себя не в ответе. — Погоди. Ты пьян? — Акума скривил лицо в гримасу отвращения, к счастью, через микрофон это не передавалось. — Что-то не помню, чтобы пидорасам по масти разрешали задавать вопросы, — сплитовый, уставший парень не мог соображать и говорить нормально. — Товарищ майор, пожалуйста, дайте своё разрешение на вопрос, — Акума поднял руку, словно сидел в школе. Он решил по доброму посмеяться над другом, чтобы у того улучшилось настроение, и они продолжили говорить без напряжения. — Пошёл нахуй, чёрт. Не знаю я тебя даже. Играться с тобой не буду, придурок, — настроение у Курседа не хотело улучшаться, будто наоборот стало ещё хуже. — Ладно, сорри, брат. Я, короче, чё звоню, я тут... , — Сергей начал что-то говорить, но парень по ту сторону монитора вообще не желал его слушать. В голове появился какой-то шум, бешеный стук сердца стало слышно даже через наушники и слова другого человека; а «предатель» и стал воплощением этого шума, который с каждым чужим словом становился только навязчивее и громче, казалось, что ещё секунда и мозг расплавиться; глаза начали закрываться, тело не могло держать себя в чувствах. Сплит послал друга в Дискорде, а сам попытался встать с кресла, держа взгляд в фокусе хотя бы на диван, однако ничего не получалось, глаза бегали везде, чужая речь шла и дальше, усыпляя парня ещё больше. Ноги начали подгибаться, руки трясутся сильнее, чем от холода, дыхание начало подводить, мир кончался, словно прорисовку чанков уменьшили до минимума. Мгновение... Длинные ноги больше не могут этого выдержать. Белые стены, при взгляде на которые создаётся ощущение, что они стали белее тех зубов из рекламы пасты и даже белее солнца, если смотреть на него с Земли. Тёмная плитка, которая будто разрушается на мелкие осколки, как и последние остатки вменяемости в этой квартире. Томные шаги парня, который уже и сам не понимает, а где он вообще, это сон или реальность? Не может реальность рушится, это против логики. Да, галлюцинация тогда. Площадь большая, но кажется, что посмотришь направо – стена, налево – стена, верх-вниз – подобие стен. Нет никакой свободы. Хотя последние два года ты чувствовал себя независимее облака на небе, тоже идёшь себе лениво и не торопишься. Оказалось иллюзией. Не может человек быть облаком, чушь какая. А иногда так хочется ничего не делать... И, к сожалению, единственное дело, что предстоит нашему главному герою – упасть. Упасть от усталости и обречённости. «Я заебался», — это была последняя мысль перед отключением затуманенной алкоголем головы, которая теперь точно не в реальности находилась. — Когда проспишься и протрезвеешь, тогда и поговорим, а так я не хочу говорить со скотиной из загона, давай пока, — один хотел всё исправить, но вышло настолько скверно, что напиться ещё больше и убиться окончательно хотелось, как никогда. Разрушить, словно потерял грань между реальностью и выдумкой, случайно уничтожив, то, что так дорого одинокому сердцу... Как прискорбно.

***

— По всей видимости, так всё и было, Мур, — растрёпанный парень сидел, вспоминал всё, что было за неделю до сегодняшнего дня, рассказывая другу все диалоги, которые он помнит, однако самого важного так и не смог припомнить. Ни своих оскорблений бывшему сожителю, ни его слов, ради которых тот звонил. — Может, позвоним ему сейчас. Если что я с ним поговорю, объясню всё, он точно тебя поймёт, — Максим поправил причёску и попросил подошедшего официанта конкретные блюда из меню, заранее написав и спросив Марину, которая до сих пор была в магазине косметики или уже чего-то другого. — Да, думаю, это хорошая идея, — сплитовый юноша недавно валялся на полу в полумёртвом состоянии, а сейчас сидит более менее опрятный, готовится к разговору с другом, которого практически потерял для себя. Набираются первый буквы родного ника, как высвечивается столь привычное имя. Несколько секунд попытки набраться смелости, и осуществляется звонок, и сразу ставится на громкую связь. Ожидание. И гудки. — М. Да? Алё? — парень спал оказывается. Что-то привычное в этом слышится, словно никакой ссоры и не было. Волнение у высокого парня зашкаливает, он рад, что звонок не сбросили хотя бы. — Чувак, прости меня за всё. Если сказал что-то или сделал не так. Прости меня, — сплитовому стримеру стало понятно в честь чего были названы последние стримы, какая-то теплота за честность аж по телу растеклась, даже лёгкая улыбка начала появляться на серьёзном и нервном недавно лице. — А, это ты. Ну чего ты, бро, нормально всё, будто в первый раз, — Акума начал сонным голосом что-то говорить и высокий парень резко взял телефон и поставил на нормальную громкость, теперь Маппу не слышно, что говорил их общий друг, но по тому, что Сергей говорил долго, (аж Марина успела вернуться с покупками), а Курсед, как обычно слушал и изредка кивал с полуулыбкой, которая излучала радость, ведь Курса не отвергли, значит всё и не так плохо кончилось.