6. Вариант "Месть"

- Не хочу в школу... - заныл Лини, падая лицом на подставленные руки. Линетт и Фремине его очень аккуратно игнорировали и поглядывали на Арлекино. Та, в свою очередь, очень спокойно делала вид, что в кухне находится она наедине с чашкой чая. Нового, который ей принёс в качестве извинений Тарталья. Собственно, Лини как начал притворно жаловаться на школу на третье утро от начала жизни с Арлекино, так уже неделю и продолжал. Словно искал грань, за которой ангельское терпение Арлекино лопнет. Арлекино купила чай с мятой и упорно делала вид, что никого не слышит по утрам. В принципе, это было недалеко от истины, потому что утром до работы женщина игнорировала всё и вся. Но, конечно, и завтраки детям готовила, и в школу их отвозила, перед школой наставляя одной фразой: "Мне не слишком важны ваши оценки, так что единственная просьба - не вынуждайте меня встречаться с учителями или директором". Потом она отправлялась на работу, а дети расходились по кабинетам - близнецы в свой класс, Фремине в свой. Так тянулась уже неделя рутины - Арлекино работает, дети учатся и не влезают в проблемы, потом она либо забирает их на машине, либо разрешает вернуться домой самим - всё равно же знает, где каждый из детей (маячки в телефонах - вещь хорошая). Жаль, конечно, что именно в пятницу, когда Арлекино предвкушала спокойствие выходных дней, ей позвонили из школы и сообщили, что Лини и Линетт кого-то избили. Да... Этого надо было ожидать. Арлекино должна была знать, что всегда будет где-то подвох. - Итак... Что произошло? - Арлекино, накинув пиджак на плечи и сложив руки на груди, прошла в кабинет директора, где сидели уже родители избитого подростка и близнецы, которые старались на лицах изобразить вину. - Они напали на моего мальчика и избили его! - визгливо заявила мать жертвы, на что Арлекино скривилась. - Значит, повод был. Так? - она посмотрела на своих детей, и те, переглянувшись и что-то решив, кивнули. Лини начал говорить: - Этот придурок... - предупреждающий кашель он воспринял как надо и исправился: - Нехороший молодой человек над Фремине издевался. - Ударил? - строго уточнила Арлекино, и по тому, как поник Лини, поняла - не ударил. - Ещё раз спрашиваю. Ударил? - Нет... - Тогда и вопрос снят. Приношу извинение за детей, с ними будет проведена воспитательная беседа. - как страшно звучит, Арлекино бы сама прониклась этими словами. А подозрительное вяканье со стороны матери потерпевшего женщина пресекла строгим взглядом тёмных глаз. Дети были отправлены к машине, а Арлекино один на один осталась с их классной руководительницей. Она знала эту женщину давно. Ей это совсем-совсем не нравилось. - Ваши дети поступили... - Дети поступили так, как их учит вся классическая литература. Защитили более слабого. Ещё есть вопросы? У Арлекино с этой женщиной была взаимная неприязнь ещё со школы, со своей учёбы. И сейчас, как Арлекино была уверена, ей предстоит выслушать много чего о том, как плохо она воспитывает детей. Но, однако, она растерялась, когда учительница вздохнула и типо попросила: - Только не ругай их сильно. Они хорошие, просто привыкли решать все проблемы сами... Если Арлекино и растерялась, то вида не подала, лишь пообещала, что как раз ругать детей она точно не будет. И ушла, пока её окончательно каким-то словом не выбили из колеи.

***

В машине было тихо. Дети сидели молча, радио не играло, а у Арлекино было слишком паршивое настроение, чтобы что-то сейчас говорить. Надо было придумать, как общаться с детьми в этой ситуации. Выстроить план. Хоть что-то, чтобы не замолчать посреди "воспитательной беседы" и не довести детей до истерики. Дома она тоже молчит насчёт проблемы. Вместо этого предлагает приготовить ужин детям. Нет, она не действует по принципу "Если об этом не говорить, то этого нет", но она хочет... - В следующий раз, когда что-то подобное происходит, я хочу, чтобы вы мне говорили об этом. Сразу же. - Зачем? - интересуется хмуро Лини, рассматривая ужин в тарелке, как персонального врага. А вилку как орудие убийства, судя по тому, как парнишка её крутит в руках. - Месть - это блюдо, которое подают холодным. И готовить это блюдо должны профессионалы. - абсолютно спокойно отвечает Арлекино, и, наблюдая за удивлением детей, засчитывает себе плюс один балл. - Но... Ты же не сможешь ничего сделать тому придурку... - О. - Арлекино приподнимает бровь и слегка улыбается. Кажется, дети до сих пор не поняли, кто именно она такая и чем заслужила своё место в Фатуи. - Но я могу поговорить с его родителями о его поведении. И если этот ребёнок ещё будет вообще смотреть в вашу сторону - он либо большой глупец, либо большой смельчак... Пусть даже дети - это временно, но Арлекино не допустит, чтобы под её опекунством дети страдали. - Могу рассказать, что стоит в таких ситуациях делать вам. Интересует? - дети активно закивали, и Арлекино с благоволением кивнула. - Тогда доедайте. Жду вас в библиотеке. Позже от Арлекино Чайльду поступило новое задание - узнать, кто же такие эти люди, чей сын позволяет себе оскорблять других. Женщина тут же пообещала, что за шуточки про "материнский инстинкт" Тарталья отделается не чаем, а сломанной челюстью. И ещё Арлекино решила, что стоило бы уточнить у знакомого полицейского, до какой степени может доходить самооборона подростков...