Глава 68.

Пляж растаял вместе со штормом, дождем и ветром. Темноту сменило яркое солнце. На этом хорошее закончилось. Слова Роджера: «следующий пункт не будет приятным» — были точны и правдивы. Кладбище. Кладбище Санта-Барбары. Оглядевшись вокруг, Крейг увидел, что почти все окружающие его люди ему знакомы. В основном Кепвеллы и Локриджи. Кто-то из последних сил сдерживал рыдания, кто-то тихо плакал, но на каждом лице застыло скорбное выражение. Рядом с ним с одной стороны стояла совершенно оцепеневшая Джулия, которую он держал за едва теплую руку, с другой рядом была Августа, вцепившаяся ногтями в его рукав. Иден и Келли стояли напротив обнявшись, по их щекам текли слезы. Тут же был Круз. СиСи с застывшим взглядом и София, обнимающая мужа за плечи, с красными от слез глазами. Крейг опустил взгляд на могильную плиту. «Мейсон Кепвелл. Дата смерти 1990 год». Гласила надпись на ней. Крейг вновь посмотрел на собравшихся здесь. Мейсон мертв. И причиной этого мог быть лишь один человек. Дерек. Гроб Мейсона начали опускать. Крейг уперся взглядом в Келли и Иден. Ему хотелось подойти к ним, утешить, сказать, как он сожалеет, что не может ничего исправить. Вернуть им брата. Сказать хоть что-то… В этот момент Джулия пришла в себя и горько разрыдалась. Крейг привлек ее к себе. Это все, что он мог сделать для нее сейчас. Не дать ей почувствовать себя одинокой в своем горе. Когда церемония погребения завершилась, Крейг, оставив Джулию с Августой, подошел к СиСи, чтобы выразить ему соболезнования. Мистер Кепвелл, вмиг постаревший на десяток лет, упавшим голосом произнес: — Я не уберег его… Мой мальчик… Я не сумел… Я не успел сказать, как сильно я любил его. — СиСи, я уверен, Мейсон знал, что вы любили его. — Спасибо, Уоррен… за твои слова. — Мейсон тоже любил вас. Поверьте мне. Как его лучший друг я точно знаю, что говорю. — Уверенно сказал Крейг, смотря прямо на СиСи. Он знал, что говорит правду. Отношения СиСи и Мейсона могли быть какими угодно. Они могли ругаться между собой, спорить до бесконечности, отстаивая каждый свое мнение, но они любили друг друга, в этом нет никаких сомнений. Чувствуя, что его душа начинает заполняться виной, Крейг отошел от мистера Кепвелла. Он винил себя не в том, что он не помешал Дереку. А за собственную попытку убить Мейсона. Ведь именно так все закончилось бы, если бы он не промахнулся. Мертвый Мейсон и его семья, убитая горем. И никакие причины не могли бы оправдать сделанного. Кепвеллы первыми покинули кладбище. Августе с трудом удалось уговорить сестру последовать их примеру. Усадив Джулию в машину, она подошла к нему и, повинуясь порыву, крепко обняла и прижала к себе, прошептав: — Сыночек, я так люблю тебя. Если бы с тобой что-то случилось, я бы с ума сошла. Обещай, Уоррен, обещай… Поклянись, что всегда будешь осторожен. — Ав… Крейг весь напрягся. Почему он никак не может привыкнуть к подобным моментам? Почему его каждый раз коробит от этого? — Все будет хорошо, обещаю. — Стоит мне представить, что… это ты… что мне пришлось бы хоронить тебя… — Не думай об этом. Со мной все в порядке. Мы нужны Джулии. — Конечно, дорогой. Ты прав. Мы нужны моей несчастной сестре. Августа выпустила его из объятий, и Крейг испытал облегчение. Это не его место, он не ее сын. Августа должна переживать не за него, а за настоящего Уоррена. Груз и так слишком тяжелый. Итан. И вот теперь и Мейсон. И гибель ни одного из них он не мог предотвратить. Бурное выражение материнских чувств Августой лишь все усугубляло. — Отвези нас в домик на пляже. Я помогу Джулии собрать вещи. Ты же погуляешь с Самантой… Она слишком мала, чтобы понимать, что происходит. Крейг сел за руль. Августа устроилась на заднем сиденье рядом с Джулией и обняла ее. Пару секунд понаблюдав за ними в зеркало заднего вида, пытаясь справиться с гложущим чувством вины, Крейг повернул ключ зажигания и нажал на газ. Сидя на пляже и строя вместе с Самантой замок из песка, Крейг думал о собственных детях. Сейчас Сэмми была примерно возраста Дженни. Где-то там он лежит в коме, а его ангелочки каждый день ждут возвращения папы, не зная об этом. Келли, конечно, оградила их… Представить, что Крис и Дженни могут оказаться на месте этой Сэм, внезапно потерявшей отца и не осознающей кошмара, творящегося вокруг, было невыносимо. — Папа… Крейг вздрогнул. Саманта протянула свои крохотные ручки в сторону дома. Ее широко распахнутые карие глаза проникали глубоко в душу, заставляя его ощущать себя ужасным человеком. — Твой папа отправился в долгое и далекое путешествие. — Пересилив отвращение к самому себе, Крейг ласково улыбнулся малышке. — Я скучаю… — Он тоже скучает, дорогая. Очень-очень скучает. Но, послушай, Сэмми, стоит тебе только закрыть глаза, и ты можешь увидеть его. Саманта тут же закрыла глаза, и на ее лице засияла счастливая улыбка. В этот же момент где-то совсем рядом раздались чьи-то голоса, явно спорящие о чем-то. — Оставь меня в покое! — Остановись хотя бы на секунду! Крейг узнал голоса. — У меня нет желания ни видеть, ни слышать тебя! И уж тем более говорить с тобой, Роберт! Спустя минуту Келли и Роберт появились в поле его зрения. — Я потеряла брата! Неужели ты не понимаешь?! — Мне жаль, Келли… Я всего лишь хотел выразить свои соболезнования. — Мне меньше всего в данный момент нужны именно твои соболезнования! Вспомнив дату на надгробии Мейсона, Крейг только сейчас осознал, сегодня тот самый день. День возвращения в Санта-Барбару Роберта Барра. День, когда Бобби постучал в дверь его номера, когда там находилась Келли. День, когда все могло сложиться иначе… Там, в реальности, а здесь… Здесь Мейсона только что предали земле… Да, Роберт выбрал «удачное» время для возвращения. И, похоже, он и в этом мире бросил Келли, судя по ее реакции. Почему? Ведь его, Крейга, здесь не было, а значит, и не было угроз… Или тогда он уехал вовсе не по этому? Позже надо обязательно узнать у Роджера что к чему, решил Крейг, а пока стоило избавить Келли от неожиданного гостя. Взяв на руки Саманту, которая с любопытством разглядывала Келли и Роберта, Крейг направился в их сторону. — Выслушай меня, прошу… — Ты что, оглох, Роберт?! Оставь меня в покое! Крейг приблизился к ним вовремя, Барр попытался схватить Келли за руку. — Мистер Барр, мне кажется, леди попросила, чтобы вы оставили ее в покое? — Мистер Локридж, вам не кажется, что вы вмешиваетесь не в свое дело? Роберт, убрав руку, смерил его презрительным взглядом. Крейг ответил ему тем же. О чем Бобби только думает? Что могло быть хуже, чем устраивать сцену в столь трагичный день? У Крейга так и чесались руки врезать ему. Мало ему того, как он поступил с Келли, так теперь еще и это. — Келли… Саманта потянулась к тетке. Жгучий, гневный взгляд Келли вмиг смягчился. Взгляд Роберта тоже изменился. Неужели до него дошло, что его присутствие здесь нежелательно? — Я сожалею, Келли. В самом деле сожалею. Поверь. И соболезную твоей потере… Это все, что я хотел сказать. Окинув взглядом Келли, в котором читалось искреннее сожаление, Роберт зашагал прочь с пляжа. — Спасибо, Уоррен. — С тобой все в порядке? — Да. Насколько это возможно. Келли грустно улыбнулась, посмотрев на него. Крейг тоже улыбнулся. Он представлял, что должно твориться у нее на душе сейчас. Слишком много событий для одного дня. Слишком много боли. — Как у тебя дела, Сэмми? Келли взяла малышку на руки и поцеловала ее в щеку, стараясь совладать с эмоциями. Что ей явно давалось с большим трудом. Саманта указала ручкой на песочный замок неподалеку. — Вы построили замок из песка? Здорово! Пойдем, ты покажешь его мне. Келли с Самантой на руках направилась в сторону замка. Крейг последовал за ними, пытаясь подобрать правильные слова. Но что он, собственно, может сказать Келли? Что ему жаль? Что со временем все наладится, и будет не так больно? — У вас очень красиво получилось. — Заслуга Сэм. Я почти не помогал ей. Это правда. Слегка покачав головой, делая вид, что верит ему, Келли опустилась на песок, усадив Сэмми к себе на колени. Устремив взгляд на океан, мыслями она устремилась куда-то далеко отсюда. Крейг решил не мешать ей думать. Ни о чем не спрашивать ее, вообще ничего не говорить. Он присел рядом, притворяясь, что тоже рассматривает уходящую за горизонт водную гладь. Время от времени Крейг поглядывал на Келли. Саманта, обхватив своими крохотными ручонками ее за талию, начала засыпать, прижавшись к ее груди. Прекрасная картина, полная ностальгии. Сколько раз вот так же делали Крис и Дженни. Как же он скучал по ним. И по Келли. По его Келли. — Она еще не скоро поймет, что произошло. Келли обняла Саманту рукой и чмокнула в макушку. — Думаю, мы тоже не скоро это поймем. Келли на секунду опустила взгляд, а затем посмотрела прямо на него. В ее прекрасных голубых глазах было столько боли, что Крейг едва сдержался, стараясь побороть желание обнять ее, крепко прижать к себе… Сказать, что это всего лишь иллюзия, что Мейсон жив, что они… Ему пришлось напомнить себе, здесь они чужие друг другу… Здесь он для Келли никто. — Мне жаль, что я не смог ничего сделать, чтобы предотвратить случившееся. — Не вини себя, Уоррен. Чем бы ты помог? Тебя даже в городе не было. Да и что бы ты сделал? Заслонил Мейсона грудью, получив пулю вместо него? Крейг подумал о Дереке. Где он сейчас? Спокойно ходит по городу, притворяясь, что сочувствует Кепвеллам, хотя на самом деле наслаждается свершившейся мнимой местью? Или исчез на время, а возможно навсегда, посчитав, что свершил правосудие? Что он будет делать, когда узнает, что Кассандра жива? Что почувствует тогда? Возненавидит себя или найдет оправдание? А Кепвеллы? Они узнают, кто отобрал у них того, кого они любили? Келли когда-нибудь узнает, что тот, с кем она встречалась… Ведь у них с Дереком все должно было зайти намного дальше, ведь здесь некому было вмешаться в их роман. — Все мы думаем, что могли бы помешать… Но теперь поздно. Ничего не исправишь. Келли замолчала, а через несколько секунд повторила шепотом: — Ничего не исправишь. Крейгу почему-то показалось, что сейчас Келли имеет в виду не смерть брата. Она думает о Роберте. О том, что не может исправить отношения между ними. Забыть боль, которую он ей причинил. Начать сначала. Следующие ее слова подтвердили его мысли. — Мне жаль, Уоррен, что тебе пришлось стать свидетелем моей ссоры с Робертом. — Не бери в голову… А насчет мистера Барра не волнуйся, если он продолжит беспокоить тебя… — Спасибо, но с Робертом я разберусь сама. — Я не собирался лезть не в свое дело. Это была ложь. Крейгу очень хотелось вмешаться. Даже не имея на это никаких оснований. Мысль, что Барру совершенно беспрепятственно удастся вернуть Келли, сводила его с ума. — Не знал, что он снова в городе. — Надеюсь, ненадолго. Как только он поймет, что его здесь никто не ждал… — Келли, нам не обязательно обсуждать Роберта. — Да, не стоит нам обсуждать, что на моем пути постоянно попадаются… — По-моему, ты преувеличиваешь. Ты добрая, Келли. Веришь людям. Стараешься увидеть лучшее в человеке. Ты хороший человек. — Я обыкновенная дура, Уоррен. Вот причина происходящего со мной. Почему я не могу влюбиться в кого-то хорошего? Достойного? Например, такого, как ты? Келли посмотрела на него в упор. Крейгу стало не по себе от ее взгляда. Столько вызова в нем читалось, желания сражаться, чтобы ей вновь не причинили боль. Обычно в таком состоянии Келли часто совершала глупости, чему он не единожды был свидетелем. Пока Крейг думал, что сказать, чтобы успокоить ее, Келли продолжила: — Помню, когда я была подростком, Иден мне рассказывала о тебе. Вы были для меня живым воплощением Ромео и Джульетты. Вражда между Кепвеллами и Локриджами не помешала вам встречаться. Я была уверена, что вы поженитесь в конце концов. Особенно после возвращения Иден из Европы и твоего из Нью-Йорка. Когда Иден в итоге выбрала Круза, я была немного разочарована. — Мы не были созданы друг для друга. — Да, но ты красиво ухаживал за ней… Жаль, что она забыла о тебе, встретив Роберта на Сиренас. Келли не договорила, удивленно застыв от собственных слов. А Крейг только сейчас осознал, что, вероятно, любовь Уоррена и Иден больше была протестом против враждующих родственников, чем реальным чувством, иначе истории Иден и Роберта вовсе не было бы. — Я сама не знаю, что говорю. Прости, Уоррен. — У всех нас была первая влюбленность… От которой остаются лишь приятные воспоминания. Ты, Келли, однажды обязательно встретишь того, кто полюбит тебя. Кого-то достойного. Я уверен. — Мне бы твою уверенность. — У тебя остались чувства к Барру? — Нет. Я ненавижу его и хочу, чтобы он навсегда исчез из моей жизни. Пусть возвращается туда, откуда приехал. Крейг уже слышал это. Там, в другой жизни. И знал, здесь результат будет таким же. Келли вернется к Роберту. И, скорее всего, быстрее, чем в реальности. По крайней мере, ей хотя бы не придется выбирать между ними. Жаль, что он не может предупредить ее о Куинне. А если попытается, Келли не поверит. Да и Роджер не позволит ничего рассказать. — Уже поздно. Я совсем заболтала тебя, Уоррен. Посмотри, Саманта уснула. Я устала. И ты, конечно, тоже. — Хочешь, я отвезу тебя домой? — Спасибо за предложение, но я на машине. А ты нужен Джулии. Позаботься о ней. — Конечно, позабочусь. Крейг утвердительно кивнул. Келли аккуратно передала ему Саманту. На какое-то мгновение их руки соприкоснулись. Крейг почувствовал на себе ее взгляд, но он не был уверен, что скрывается за ним. Или ему просто хотелось, чтобы за ним скрывалось что-то большее, чем дружеское участие и общая боль. Чтобы и в этой вселенной у них был шанс… — Джулия с Сэм пока поживут у вас? Крейг снова кивнул, стараясь побороть нахлынувшие чувства. Джулия и Саманта поживут у Локриджей, об этом он узнал по дороге сюда. Вполне понятное решение. Джулия не должна оставаться наедине со своим горем, хотя она сама пыталась возражать. — До встречи, Уоррен. Спасибо за разговор. — Всегда пожалуйста. Пока, Келли. Перед тем как уйти, Келли нежно погладила племянницу по руке. А потом Крейг долго смотрел ей вслед, думая обо всем сразу. О своей жизни, реальной и окружающей его в настоящий момент, о сегодняшнем дне, совсем не похожем на тот другой. А еще Крейг думал о Келли, об обеих Келли. О том, что каждой из них приходится переживать. — Мне жаль, что с Мейсоном так вышло. Крейг вздрогнул. Это был черт-те откуда взявшийся Роджер. Вокруг них был все тот же пляж. Теплый летний вечер и миллиарды звезд на небе. Только Саманты уже не было. Крейг и не заметил, когда ангел успел перенести его. — Это сделал Дерек? — Сам знаешь, что да. — Знаю. Крейг сел на песок. На душе было паршиво. И так хотелось ничего не чувствовать и ни о чем не думать. — Неужели никто не мог помешать ему? — Кто, например? — Уж точно не я или Итан. Как насчет Стивена? — Стивен был слишком занят своим фильмом, чтобы думать о некоторых странностях в поведении друга. Что было на руку Дереку. — А Келли? — Что Келли? — Она ничего не заподозрила? — Дерек быстро выяснил, что она мало помнит о времени, когда Кассандра жила в их семье. Он потерял к ней интерес после этого. — Значит, их роман закончился ничем? — Никакого романа толком и не было. Она так и не поняла причин их неожиданного расставания. И считает, что он использовал ее для своих целей так же, как Роберт. — Относительно Роберта она ошибается. И скоро ей станет это известно. — Это вопрос или утверждение? — Но она ведь вернется к нему? — Вернется, узнав о письме. — Так я и полагал. Что будет с Джулией и Самантой? — Со временем у них все наладится. Со странной интонацией сказал Роджер и почему-то опустил глаза. Что вполне могло означать, смерть Мейсона не последнее испытание для них. По крайней мере, Крейг расценил это именно так. — А Дерек? Его поймают или… — Никто никогда не узнает, что он причастен к убийству Мейсона. — Даже когда Кэсси вернется? — Никогда. Дерек порвет связи с прошлым и с Санта-Барбарой. Просто исчезнет однажды. Крейг сжал кулаки, ощущая собственную беспомощность. Ничего не изменить, не уйти от кошмара. — Что еще ты хочешь знать? Крейг махнул рукой, делая вид, что не хочет больше ничего знать. С него достаточно. Хотя это было не так. Он хотел знать. Все. Крейг хотел знать все. О Дереке, Кассандре, Стивене, Джулии, Иден, СиСи и Софии и даже Саше, раз ей посчастливилось выжить здесь. Или Джине, которая во время похорон Мейсона стояла отдельно от других и подошла к могиле, когда он с Джулией и Августой покидал кладбище. Узнать о Келли и Роберте. О причинах их расставания. Об их будущем. О том, что случится, когда в Санта-Барбару заявится Куинн.