Глава 77.

Wherever you go Whatever you do I will be right here waiting for you Whatever it takes Or how my heart breaks I will be right here waiting for you Где бы ты ни была, Что бы ты ни делала, Я буду ждать тебя здесь. Чего бы это ни стоило, Даже если сердце мое будет разбито, Я буду ждать тебя здесь. Richard Marx — «Right Here Waiting».

Конечно, Келли не была рада видеть его. В ее полуудивленном, полупрезрительном взгляде, которым она скользнула по нему, едва открыв дверь, легко было прочесть желание избавиться от нежелательного гостя как можно скорее. — Уоррен… Чем обязана? Ледяной тон Келли ранил так же сильно, как и ее взгляд. Крейг знал, что заслужил его. Знал, в этом мире они друг другу чужие. Сейчас он является для Келли тем, кто, воспользовавшись их семейными трудностями, лишил Кепвеллов всего. — Я… видел СиСи на пляже… он… вел себя странно… я… — Забеспокоился и тут же решил сообщить мне? Как мило… Да, давно Келли не разговаривала с ним в подобной манере. Он уже успел забыть каково это. Крейг посчитал, что лучшем в сложившейся ситуации будет просто импровизировать. Он пришел сюда поддержать любимую в кошмаре, обрушившемся на нее, совсем не дав себе времени все хорошенько обдумать. А этой Келли не нужны были ни его сочувствие, ни поддержка. Ведь именно он являлся причиной ее бед. — Папа ходит иногда посмотреть на бывший дом Иден и Круза. Это безопасно. Можешь не волноваться. На этом разговор для Келли явно был закончен, и она собиралась захлопнуть дверь прямо перед его носом. Но Крейг не мог оставить все как есть. Необходимо сделать хоть что-то, попробовать исправить… — Я могу войти? Келли вскинула брови, пораженная проявленной с его стороны наглостью. Крейг надеялся, что выглядит бесстрастным. — Нам надо поговорить. По взгляду Келли было очевидно, она не видит ни одной причины для разговора между ними, поэтому он демонстративно уперся ладонью в дверь, показывая тем самым, что не намерен уходить. Келли, безусловно, разрывалась между желанием послать его куда подальше, вытолкнув за дверь, и любопытством, о чем именно он хотел с ней говорить. Сейчас Крейг был бы рад возможности прочесть мысли Келли и понять, насколько искалечена ее душа, если ли у него шанс что-то изменить. — Заходи. Неохотно произнесла Келли, сделав шаг в сторону, пропуская его в дом. По какой-то одной ей известной причине, она решила выслушать его. — Я, наверное, буду последней, кто поздравит тебя со свадьбой. Со стороны Джины было мило прислать приглашение… Светски-безразличным тоном произнесла Келли, как только он вошел, и она закрыла за ним дверь. — Вы же не обиделись, что я не смогла посетить столь знаменательное для Санта-Барбары событие? В ее словах сквозило столько язвительности и желчи, что Крейг начал задумываться, что, возможно, зря не послушал Роджера и пришел сюда. Что бы он ни сказал, Келли все воспримет в штыки и не даст ему ни единого шанса что-то изменить. Поэтому Крейг решил оставить ее вопрос без ответа. Тем более в данный момент его больше интересовали бумаги на столе Келли. «Прайсес Сан» гласили надписи на папках. Вот, значит, чем она занимается, работает на Томаса Прайса. В реальности крохотная рекламная фирма, обслуживающая клиентов, которые не могли позволить себе дорогую и качественную рекламу. И, конечно, Келли, работая там, не могла обеспечить достойный уход своему отцу. Может, на этом ему и стоит сыграть? — Понимаю, я последний человек на Земле, с которым тебе хотелось бы говорить… Но твоему отцу необходима помощь. Профессиональная помощь. — С каких пор тебя стали волновать проблемы Кепвеллов? — Возможно, я чувствую себя виноватым… — Возможно? — Келли… — Нет, Уоррен, прости, но я не понимаю. Ты был другом Мейсона, другом Иден, едва не стал ее мужем, а потом… — Твой отец пытался забрать Саманту у Джулии. Крейг и сам не понимал, зачем пытается оправдаться. Он не сделал ничего из того, в чем был виновен здешний Уоррен. Возможно, ему просто не хотелось, чтобы Келли смотрела на него с этим нескрываемым презрением. — Да… И я была на стороне Джулии… На твоей стороне, а ты… Предал всех нас. Папа всегда говорил, что Локриджи не заслуживают доверия, и оказался прав. — СиСи кладезь мудрости… — Вот только не надо, Уоррен, строить из себя жертву. — Можешь не верить, но мне действительно стыдно, Келли, за все, что случилось. — Ты стал героем для своей семьи и уважаемым бизнесменом. Гордись этим. Последняя фраза Келли прозвучала, словно на самом деле он серийный убийца, достойный электрического стула. В ее глазах он был Иудой. Оправдание, что Уоррен Локридж в этой реальности другой человек, не имеющий ничего общего с ним, Крейгом Хантом, никак не помогало. Ненависть Келли ранила, даже если это лишь бред его коматозного подсознания. — Я хотел бы попытаться все исправить, Келли. — Каким образом, Уоррен? — Ты бы могла работать в «Локридж Кэпитал Групп». Уверен, для тебя нашлась бы подходящая должность. — Уборщицы? Крейг пристально посмотрел на Келли. Она, как всегда, была идеальна: прическа, макияж, подчеркивающий фигуру костюм. Гневный румянец придавал ей особый шарм, но за всем этим на ее лице читалась усталость. Так много потеряв, она продолжала бороться, но прежнего блеска в ее глазах больше не было. — Я бы устроил СиСи в хорошую клинику, с лучшими врачами. — Зачем тебе это? — Как ты и сказала, Мейсон и Иден были моими друзьями, и ты была моим другом. Но тщеславие и амбиции все затмили. Я искренне сожалею о том, что натворил. — Ты бредишь, Уоррен. Или до сих пор не наигрался во властителя судеб? Хочешь заполучить меня в качестве трофея, показав всем, что Кепвеллы окончательно сгинули, а ты, как добрый господин, пожалел последнего из них? — У меня и в мыслях не было подобного. — Хотелось бы верить. Но даже если у меня хватило бы глупости принять твое предложение, твоя семья никогда тебе этого не позволит. Чтобы любой из Кепвеллов хоть на сантиметр приблизился к деньгам Локриджей. — Свою семью я возьму на себя. Об этом ты не должна беспокоиться. — Бессмысленно, Уоррен. Я не верю тебе. Больше не верю. И никогда не соглашусь работать на тебя и любого другого члена твоей семьи. Я не из тех, кто ради денег готов заключить сделку с совестью и предать родных. Крейг прекрасно знал, насколько Келли может быть упряма, и понимал, что она, в общем, совершенно права, отказываясь от его предложения, но и другое он знал наверняка. — Иногда ради блага тех, кто тебе дорог, приходится идти на сделку с совестью, даже если из-за этого они возненавидят тебя. Но лучше пусть ненавидят живые, чем сожалеть о мертвых.