Chapter 15. The happiness of a sinner

      

Иногда те, у кого нет ни сердца, ни души, могут любить даже больше, чем десятки или сотни людей вместе взятых. Они просто смогли почувствовать тем, чем даже не обладают, а это стоит больших трудов и дает еще больший результат.

             Пончики, покрытые красным шоколадным велюром, на котором идеально расположились несколько алых посыпочных сердец. От них веяло восхитительной стручковой ванилью и сливочным маслом. Сохи робко коснулась теплого пончика. Глазурь блестела, словно застывший янтарь, а аромат сводил с ума. Она украдкой взглянула на Мингю. Его лицо оставалось непроницаемым.       Маленький надрез, и из глубин этого красного бархата показалась начинка. Вишневый джем, терпкий и манящий, в дуэте с горьким шоколадом. Капля за каплей эта темная, соблазнительная жидкость стекала, оставляя след на тарелке, словно метку.              Один из них источал странное, почти осязаемое притяжение. Ярко-алая нить, туго обвивавшая его, подобно змее, ускользнула из зала на улицу, стелясь по полу. Она точно манила, шептала о судьбе, ждущей свою владелицу в ином мире. Что не скажешь о втором. Ничем не схож с первым. Безупречный шоколадный велюр и минималистичность в исполнении.Никаких нитей и сердец. Все в нем говорило о мастерстве кондитера, но не более. Никаких загадок, никаких намеков, лишь сладкое обещание недолгого наслаждения.       — Ваши пончики, уважаемые гости, — поклонился Чхве, поставив каждый пончик рядом со своим обладателем. Он внимательно осмотрел сначала Сохи, а затем его взгляд метнулся прямиком к Мингю. — Рад представить вам свое фирменное блюдо. Спасибо за визит.       — Смотри, Сохи, похоже твой суженный либо уже умер, либо еще не родился. — отшутился Сон.       Парень взял свой пончик. Одним движением, без малейшего колебания, он откусил кусок. Бу затаила дыхание, ожидая реакции, но на лице Мингю не отразилось ничего, кроме сосредоточенности на вкусе. Обычный. С топпингом из тёмного шоколада.              Сохи тоже решилась. Вкус оказался неожиданным. Сладкий, но с еле уловимой горчинкой, словно воспоминание о чем-то утраченном. Она почувствовала, как мурашки пробежали по коже.              — Стоп. Почему нить есть только у моей спутницы? — взгляд Мингю изучающе бродил по Сану сверху-вниз. — Мы заказывали два пончика с нитями судьбы. — Он начал злиться. Чхве наблюдал. В его глазах, казалось, промелькнула тень — то ли тревоги, то ли триумфа.       Тишина в кофейне сгустилась, как густой туман. Девушка почувствовала, как ее сердце забилось чаще. В воздухе витала опасность, ощутимая и осязаемая. Всё это не просто так. Чхве странно улыбнулся, пытаясь правильно подобрать слова.              — Вероятно, вам еще не пришло время узнать, где сейчас ваша судьба, — любезно ответил бренд-шеф и снова улыбнулся, но уже привычно. Без недосказанностей.              — Такого не может быть! Ты лгун и мошенник! — сузив глаза, процедил парень. — Сохи, пойдем отсюда! — он схватил девушку за руку и дернул в свою сторону. — Здесь работают люди, которые делают деньги из ничего! Бедные гости! Вы все — жертвы маркетинга! — бросил Мингю, оглядываясь на немногочисленных гостей пончиковой.              — Сейчас, мне нужно отойти в уборную, — она аккуратно расцепила его руку на своем запястье и направилась в сторону туалетной комнаты. Резкая смена настроения нового знакомого напрягала. Подумаешь, пончик без каких-то ниток. Он все равно остается вкусным и красивыми, какая разница — с украшениями или без. Желудку будет совершенно все равно, был на них дорогой велюр или самая дешевая глазурь.              Она закрыла за собой дверь, прислонилась к холодной плитке спиной и прикрыла глаза. В уборную ненавязчиво постучали, а затем она услышала знакомый голос бренд-шефа:              — Сохи, — обернувшись, Бу увидела Сана. Он тихо открыл дверь в уборную и зашел к ней. — Мне нужно тебе кое-что сказать.              — С каких пор мы перешли на «ты»? — удивилась она. — Здесь женский туалет, вы что себе позволяете?!              — Хорошо. Но мне все равно нужно ВАМ кое-что сказать, — исправился Сан.              — Что?              — Вам не место рядом с Мингю. Он нехороший человек. Отыщите своего человека по судьбе. Вы сможете ему помочь.              — С чего такие морали? И откуда вам знать, что он нехороший человек? Вы знакомы?              — Да, мы очень давние знакомые. — кивнул ей Чхве. Молодой человек мялся с ноги на ногу, иногда поглядывая в сторону выхода. Его нервозность, казалось, била все рекорды.              — Но, очевидно, вы в ссоре. — подметила Сохи.              — Верно. Это очень долгая история. Думаю, он привел тебя сюда неспроста. Хотел убедиться, что все идет по плану, но как бы не так.              — Какой план? О чем вы? Мы познакомились совсем недавно и в первый раз встретились.              — Тебе нужно идти к лисам. Они тебе помогут. — одними губами прошептал бренд-шеф. — Не теряй время, Бу Сохи. Мне пора. Прости, что задержал тебя. — после этих слов он испарился в дверях кухни.                     Недосказанность. Слишком много недосказанности. Так еще и это странное чувство, будто чего-то не хватает. Эффект Манделы с моноклем в монополии давил на виски. Джеу спрашивала про лиса, а я даже не знал, что ответить. Лис был символом чего-то упущенного, важного, но ускользающего.       Вспоминались странный парень и ребенок, спавшие на диване в моей квартире посреди ночи. Рыжие. Кто они? Почему они были там? Их лица размывались в памяти, словно акварель под дождем.       Еще это бабушкино письмо… Почему он забрал его? Что в нем было такого, что он рискнул всем ради кражи? В этом письме была разгадка? Надежда? Оправдание?       А потом этот бренд-шеф. С пончиком. Словно пасхалка из компьютерной игры. Нить, указывающая в пол. Под половицами — тайник? Забытый артефакт? Другая реальность?       Она копалась в памяти, как археолог в древнем захоронении. Обрывки фраз, полутона, намеки… Все это складывалось в мозаику, но не хватало ключевых элементов. Сохи ощущала, что стоит на пороге чего-то огромного, чего-то, что изменит все. Но что это?       Время утекало сквозь пальцы, как песок. Она должна понять. Должна собрать все кусочки воедино, пока еще не поздно. Пока эта недосказанность не поглотила её целиком.              Девушка вышла из дамской комнаты и ринулась к выходу. В сумочке позвякивали ключи, а в голове билась лишь одна мысль: нужно все узнать. Мингю терпеливо ждал около входа. На парне не было лица. Неужели эти пончики так его расстроили?              — Ты долго, все дела сделала? — уточнил парень, выдержав перед этим небольшую паузу. Позже он предложил ей свою руку, которую девушка немного обхватила в области локтя. Его взгляд, казалось, проникал сквозь нее, отыскивая что-то скрытое за привычной маской безразличия. Приглушенный свет входного зала играл тенями на его лице, делая черты резкими и нечитаемыми.       Она молчала, глядя куда-то вбок, на темную стену дома, увитую плющом. Влажный ночной воздух пропитывал все вокруг запахом земли в преддверии первого снега.       — Да, все хорошо, — улыбнулась Сохи. Сейчас было ни к чему еще больше портить настроение лишними вопросами и уточнениями. — Раз с пончиками не вышло…- замялась она. — Может тогда попьем кофе? Здесь недалеко есть кофейня.              — Почему бы и нет, — ответно улыбнулся ей Мингю. — Тогда пойдем. Здесь похолодало.       Он предложил ей свою руку, которую девушка немного обхватила в области локтя. Его прикосновение было странным — одновременно теплым и отстраненным. Они двинулись вперед, бесшумно ступая по мокрому асфальту.       В голове билась лишь одна мысль: лисы. Эти пушистые и невероятно хитрые создания, которые каждый раз появлялись в её жизни не просто так. Сан сказал, что они уже давно знакомы, но в ссоре. Мингю не мог быть ключом? Ключом к чему-то ужасному, что она забыла, похоронила глубоко внутри, но всеми силами пыталась вспомнить.       Прошлое всегда находит способ вернуться, и, казалось, вот оно — здесь, рядом, дышит в спину ледяным ветром. Она чувствовала, как дрожит ее рука, стиснутая в его хватке, но не могла ничего с этим поделать.              Кофейня была не менее красивой, чем пончиковая.       Аромат свежемолотого кофе и корицы густо окутывал пространство, словно невидимое одеяло. Здесь царил приятный полумрак, смягченный теплым светом настольных ламп с абажурами из потертой ткани. Стены, выкрашенные в приглушенный оттенок слоновой кости, были увешаны акварельными зарисовками парижских улиц и полками с потрепанными томиками классики.       Кресла и диванчики, обитые бархатом разных оттенков — от глубокого изумрудного до выцветшего бордового — манили своей мягкостью. На каждом столике стояла маленькая вазочка с живыми цветами: нежные фиалки, скромные ромашки, иногда даже одинокая роза с опущенной головкой.       За стойкой, сделанной из темного дерева с резными узорами, приветливо улыбалась девушка с короткой стрижкой цвета воронова крыла. Ее звали Мила, и, казалось, она знала наизусть предпочтения каждого постоянного посетителя, но сегодня здесь было по особенному тихо. Интимно. За одним из столиков, у окна, сидел мужчина в поношенном пальто и что-то увлеченно писал в потертом блокноте, время от времени отпивая из большой кружки капучино. За другим — молодая пара, тихо воркуя и разделяя на двоих шоколадный брауни.       С улицы доносились приглушенные звуки ночного города. Это было место, где находили утешение, вдохновение и просто теплое пристанище в дождливый день. Место, где кофе пах особенной магией.              Пока парень пошел за кофе, девушка присела за столик на двоих около окна. На улице, наконец, включили уличные фонари, а вместе с ними загорелись и вывески круглосуточных магазинов. Отражения неоновых огней плясали в её больших глазах, словно скрывая волнение, которое она тщетно пыталась подавить.              — Вот, держи, твой кофе, — не стирая улыбки с лица, сказал Мингю, присаживаясь напротив Сохи с двумя чашечками капучино.              — Спасибо, — смущенно улыбнулась Бу. Легкий румянец коснулся ее щек, контрастируя с бледностью кожи. Она опустила взгляд на кружевную пену, пытаясь унять дрожь в руках.       Она украдкой наблюдала за ним: как свет играл в его неестественно белых волосах, как мягко изгибались губы в улыбке, когда пристально он смотрел на нее. Что-то изменилось. В его взгляде появилась глубина, в случайных прикосновениях — тепло, от которого у нее ненароком перехватывало дыхание.       — Ты какая-то задумчивая сегодня, — произнес Мингю, нарушая тишину. — Что-то случилось?       Сохи замялась. Не знала, что ответить.       — Нет, все отлично. Сегодня такой уютный вечер, спасибо тебе, Мингю, — её лицо украсила неловкая, чуть заметная улыбка. Бу все еще находилась в сильном напряжении, но старалась этого не показывать.       Они просидели в кофейне еще около часа, поднимая различные темы, которые их волновали, слушали ответы друг друга, а после — комментировали то, что им особенно нравилось или наоборот.              Мингю, словно шкатулка с двойным дном, каждый раз являлся Сохи новой гранью. Сначала он вдохновенно рассуждал о селекции бабушкиных петуний, жонглируя латинскими названиями и графиками цветения. Потом увлеченно чертил на салфетке схему вечного двигателя, а его глаза горели безумным огнем. Сохи завороженно наблюдала. В нём одновременно уживались ботаник-практик и мечтатель-изобретатель.       Она любила такую инаковость, это ощущение, что он смотрит на всё под другим углом. В мире, где все стремились к рациональности и приземленности, Мингю оставался поэтом, алхимиком, исследователем непознанного. Его увлечение таро и йогой казалось ей не суеверием, а ключом к пониманию глубинных процессов, скрытых от поверхностного взгляда. Сохи нравились такие. Экстравагантные и не от мира сего.              — Наверное, мне пора домой, Мингю. Завтра нужно идти на работу, — допив уже холодный кофе, сказала девушка.              — Хорошо, давай я тебя провожу до дома. На улице уже темно. — предложил парень.              — Не стоит, мне здесь недалеко. — стала отнекиваться Сохи.              — Да ладно, не беспокойся. В гости не напрошусь, — улыбнулся парень, вставая из-за стола.              Он, по-джентльменски, помог ей одеть верхнюю одежду, после чего накинул на себя пальто.              Стоило молодым людям выйти, как в лицо сразу ударил морозный зимний воздух. Значительно похолодало. Не сказать, что совсем критично, но перемена температур ощутимо подморозила руки уже спустя несколько минут на прогулке. Бу плотнее запахнула шарф, пряча покрасневший от ветра нос. Рядом с ней, ссутулившись, шел Мингю, то и дело поглядывая по сторонам.              — Ты не замерзла? — поинтересовался парень, легонько дотрагиваясь до руки девушки. За вечер он ни разу не предпринимал попыток целенаправленно взять её за руку. Только легкие, ни к чему не принужденные касания. Но сейчас, сославшись на очевидное, можно было попробовать сделать следующий шаг.              — Нет, все хорошо, — ответила Сохи, но после еле слышно ахнула, когда почувствовала, как большая мужская рука накрыла её, а чуть позже, переплела их пальцы. Мингю положил их сомкнутые руки в карман своего пальто.              — А говоришь, что не замерзла. Смотри, какие ледяные руки. — усмехнулся он, посильнее накрыв ладонь Бу своей.       Снежинка упала ей на нос. А затем еще одна, и еще. Она замерла, запрокинув голову, ощущая, как холодные, невесомые прикосновения щекочут кожу. Небо, до этого серое и плотное, разверзлось, выпуская на волю миллионы крошечных танцующих звездочек.              — Смотри! Это же снег! — начала задорно прыгать девушка, вытащив свою руку из чужой хватки. — Это первый снег, Мингю! Смотри!       Первый снег, падающий крупными хлопьями, преобразил серый пейзаж в сказочный. И Сохи… ее восторг был заразителен. Даже инцидент с пончиками ушел на второй план. Это стало уже не важно, по сравнению с тем, что он испытывал сейчас. Сплошная зимняя романтика и девушка, радующаяся первому снегу.       — Ха-ха! Ты радуешься этому как ребенок! — рассмеялся парень. Девушка бегала и ловила руками падающие снежные хлопья. Улыбка выросла до ушей. Её лицо сияло. Он не мог отвести взгляд. Сохи остановилась, запрокинув голову к небу. Несколько снежинок упали ей на ресницы:       — Это волшебно, Мингю! — воскликнула она, поворачиваясь к нему. — А ты не рад? — хихикнула Бу, подлетев к нему и положив руки на плечи. Мингю засмущался. Этот жест был весьма неожиданным со стороны Бу. Скорее всего сейчас его щеки порозовели, потому что уши под волосами стали гореть.       Он почувствовал, как внутри что-то дрогнуло. Это было больше, чем просто восторг от первого снега. Это было что-то глубокое, необъяснимое.       — Знаешь… — сначала задумался парень, — Я рад! Очень рад!              — Правда?       И в этот момент, когда мир вокруг утонул в белом безмолвии, он понял, что это волшебство создавала она.              — Говорят, что с кем встретишь первый снег, с тем и проведешь весь последующий год. — тихо произнес Мингю, шагнув чуть ближе, и слегка приобнял Сохи одной рукой, — Теперь у нас есть целый год!              — Ты веришь в приметы? — поинтересовалась Сохи.              — А почему я не должен в них верить? — по-актерски сощурил глаза Мингю. Она все еще стояла к нему настолько близко, что нужно было лишь посильнее прижать её к себе чтобы…              — Да не знаю, обычно парни не отличаются романтичностью, — хихикнула девушка и убрала его руку с талии, накрыв её своей.              Они погуляли чуть больше получаса. Снег валил, как в последний раз — хлопья падали на их плечи и ничем не прикрытые головы, застревали в волосах и постепенно таяли. Асфальт уже давно припорошило снежным ковром, стало еще холоднее, но и это не мешало молодым людям медленным прогулочным шагом неспешно двигаться к дому Сохи.              На всем пути Бу то и дело ловила снежинки руками, иногда они залетали ей в рот или нос, она чихала, а Мингю каждый раз умилялся с нее и слегка, почти не слышно посмеивался над её детской инфантильностью.              Сейчас.              Сейчас он был по-настоящему счастлив. Без лишних слов и приукрас. Сейчас.              — Мингю, мы пришли. Здесь осталось совсем немного. Я дойду сама. — вывела его из мыслей Сохи, остановившись.              — Может, мне все-таки стоит проводить тебя до дома? Я волнуюсь.              — Не стоит. — оборвала его девушка. Получилось даже, отчасти, неловко. — Я буду в порядке.              — Хорошо, будь по-твоему. — Согласился Сон. — Тогда… до встречи, Сохи? Спасибо за сегодняшний вечер.              — Тебе тоже спасибо, Мингю. — она положила одну руку на его плечо и немного его сжала. — Доброй ночи.              Попрощавшись с парнем, Сохи, не торопясь, побрела в сторону дома. Идти оставалось чуть меньше квартала. Пару поворотов налево, а затем один направо, пройти мимо совсем небольшого скверика, и, вуаля — дом, милый дом.              Всю дорогу Бу витала в мыслях. По переписке Мингю представлялся ей совершенно не похожим на себя настоящего. В хорошем смысле. Девушка была приятно удивлена компании милого парня, знающего элементы пикапа и правильно использовавшего свои знания. Вероятно, она была далеко не первой его спутницей и знакомой, раз он так умело находил с ней различные темы для разговора, а заинтересовать её своей личностью не составило большого труда. Из разговоров, он был достаточно начитанным, верно строил речь и имел широкий кругозор, но при этом не занудствовал своим багажом знаний.              Похвально.              Но что-то в нем казалось невыносимо знакомым. Манера речи, самоподача, черты лица… Словно она уже встречала его раньше. Во всяком случае, Сохи так казалось.       Его волосы неестественно белого оттенка. Этот цвет не был похож на специально высветленный. Ни один самый умелый мастер и качественный тонер не смогли бы выдать подобное. К тому же, Мингю не особо подходил под роль парня, зависающего в салонах красоты и занимавшегося самолюбованием перед зеркалом в ванной. Хотя…              — Эх, старая! Милая, можешь мне помочь, я сама не справлюсь, — из собственных мыслей Сохи вывел скрипящий женский голос. Её позвала старушка в паре шагов от нее. У бабушки порвался пакет, и все продукты высыпались на заснеженный асфальт.              — Да, конечно, хальмони. — она подошла ближе и помогла собрать все продукты. Говядина, лепешки, килограмм риса и…персики. Откуда зимой взяться персикам. К тому же, они выглядели очень спелыми, да и запах у них был как у самого настоящего поспевшего фрукта. — Вам помочь донести?              — Если тебе не трудно, — одобрительно кивнула ей бабуля.              Не спеша, они дошли до крохотного одноэтажного домика на другом конце сквера. Бу редко бывала в этой стороне, хоть и жила достаточно близко. Не особо ориентировалась в этом районе. Дом выглядел вполне себе жилым, но не особо ухоженным. Вероятно, бабушка жила здесь одна, а дети и внуки наведывались редко. В некоторых местах красный кирпич облупился, шиферная крыша поросла мхом, а калитка слегка покосилась от времени.              — Спасибо тебе за помощь, дитя. Можно я задам тебе один вопрос?              — Да, конечно. Если нужна какая-то помощь, тоже говорите. — сказала девушка.              — Сохи, почему ты с ним? — взгляд бабушки прояснился, а помутневшая от возраста радужка стала такой же яркой, как и в молодости.              — Откуда вы знаете мое имя, хальмони? — ахнула Сохи, невольно сделав шаг назад.              — Ты должна быть со своим человеком. Он просит, чтобы ты пришла. Он ждет тебя. Ему не справиться без твоей помощи.              — О чем вы говорите? — глаза девушки становились все больше.              — Этот человек не тот, кем хочет для тебя казаться. Ты тратишь время. Будь честна сама с собой. — пригрозила ей старушка. Затем бабушка сама взяла свои продукты, выпрямилась, и, почти не хромая, зашла за калитку, оставляя Бу в недоумении.              Когда бабуля, наконец, скрылась из вида, Сохи глубоко вздохнула и, развернувшись, побрела домой.              Сплошное недоразумение. Вот как можно было обозвать сегодняшний вечер. Начиная от поведения бренд-шефа и Мингю в пончиковой, и заканчивая сомнительной речью бабушки.              Стоило Сохи появиться на пороге квартиры, её тут же с громким лаем встретил оголодавший Баф. Собака намекала на еду, как только могла: танцевала около миски, тыкалась мордой в пакет с кормом, подходила к холодильнику.              Пикси, в отличие от своего пушистого коллеги, вальяжно разложилась на диване. Кошка не испытывала никаких проблем с завтраками, обедами и ужинами. Она с самого детства была той еще малоежкой и определяла количество приемов пищи сама. Её миска всегда, вне зависимости от нужды, была почти всклень наполнена едой.              — Бедолага, совсем его не кормят, — хихикнула девушка, насыпая сухой корм в миску. Баффик только позерски фыркнул, и тут же присоседился к миске.              

Сохи

«Я дома. Ещё раз спасибо за вечер)»

             Написав сообщение, Сохи отбросила телефон на другую сторону дивана, а сама улеглась ближе к мордочке Пикси.              — Ну что, Пикси, снова пролежала весь день? Или доставала Баффика? Или Баффик доставал тебя? — спросила она, поглаживая кошку в области ушей, на что та начала громко и протяжно мурчать.              Ответ не заставил долго ждать.              Мингю       «Хорошо. Тебе тоже спасибо, Сохи. Спокойной ночи и сладких снов)»       

Сохи

«Спокойной ночи)»

      — Все. На сегодня хватит потрясений и общения. Пора спать, — приказала себе Бу, заметив часы на стене.       Уже перевалило за полночь. Захватив с собой кошку, Сохи направилась в спальню, где её ждала до сих пор неубранная кровать.        — Сейчас в самый раз. Долой приличия! — воскликнула девушка, плюхаясь на высокий матрас. Кошка лишь недовольно мяукнула.              Время шло, но уснуть не получалось.              2:30. Спустя полтора часа бесполезных попыток, она вскочила на кровати и включила ночник. Пикси сладко посапывала в нелепой позе у девушки в ногах, но самой Сохи так и не удалось уснуть. В голове снова перемешалась куча мыслей. В последнее время на нее навалилось слишком многое: новые люди, события, кардинально изменившие её обычный образ жизни. И не состыковки.              Бу не покидало чувство, будто чего-то не хватает. Какого-то, определенно, важного кусочка, тщательно замурованного в ее подсознании. Она чувствовала, что что-то не так, но не могла понять конкретику.              Спустя еще полчаса, Сохи поняла, что пытаться уснуть — бесполезная трата времени. Выбор пал на небольшую книгу, которая уже давно лежала на письменном столе. Она оставила её здесь, когда разоруживала сумку с прогулки. Мягкая обложка уже успела запылиться. Кажется, настала пора провести качественную влажную уборку.              — «Спеши любить» — Николас Спаркс, — пробубнила Бу, скрипя новеньким, еще не читанным переплетом. — Боже, какой запах!              «Она действительно казалась ангелом.       Наверное, у меня слегка отвисла челюсть; я стоял и смотрел на нее довольно долго, изумленный до немоты, а потом вдруг вспомнил, что должен произнести свою реплику. Я сделал глубокий вдох и медленно проговорил:       — Вы прекрасны.       И, наверное, все зрители, начиная от седовласых леди в партере и заканчивая моими приятелями в заднем ряду, поняли, что я говорю искренне. Впервые в жизни.» — читал приятный, мелодичный мужской голос в голове девушки. Он убаюкивал её своей мягкостью и чрезмерной легкостью, постепенно погружая в сонное царство.       — Я помню этот момент, — словила себя на мысли Сохи. — Я уже слышала его. Момент, когда Лэндон Картер понял, что влюбился в Джейми Салливан.              

***

      После этой бессонной ночи, погруженной в книжный мир, прошла еще неделя.              За это время жизнь Бу ничуть не изменилась. Всё та же рутина: дом-работа-дом, иногда погулять с Баффи и в свободное время попереписываться с Мингю. После прогулки парень уже не был так настойчив, как до, но каждое утро было «добрым», а каждая ночь — «спокойной».              Сегодня у Сохи выходной. Парень это прекрасно знал, поэтому решил пригласить её на свидание. Вернее, просто поставил перед фактом, что девушка должна быть в чем-то красивом в башне «Ёнхи-пассаж» около восьми часов вечера.              Символ города, его визитная карточка. Место, где вершились судьбы, принимались важные решения и рождались новые идеи. И каждый, кто работал здесь, чувствовал себя частью чего-то большего, важного и значимого.       «Ёнхи-пассаж» являлся одним из самых больших офисных центров в Канмёндоне. Высотка была видна аж с другого конца города, возвышаясь над домами словно маяк. Её отличительная черта — стеклянный фасад. Самым страшным было оказаться около него в период зенитного солнцестояния: звезда отражалась в каждом микро-окошке, давая блики на все, что только можно.       Внутри «Ёнхи-пассажа» жизнь кипела круглосуточно. Днем здесь суетились офисные работники, заключались сделки, велись переговоры. Ночью же, когда большинство офисов пустело, здание преображалось. Включалась мягкая подсветка, в лобби играла тихая музыка, а охранники совершали обходы, следя за порядком.       На последних этажах располагались самые престижные офисы и ресторан, с панорамными видами на город. Аренда там стоила целое состояние, но компании и ресторатор, которые могли себе это позволить, подчеркивали свой статус и процветание. Именно там, на самом верху, располагалась штаб-квартира корпорации «Тэсон», владевшей «Ёнхи-пассажем» и ресторан «Гласс Панорама».              Сегодня, как уже проверила девушка, состоялось торжественное открытие ресторана «Кларанс» на двух последних этажах. Достать пригласительный туда можно было только людям при связях или большой удаче. Предложение, от которого невозможно отказаться. Увидев место, куда пригласил её Мингю, Сохи обомлела. Чек там, скорее всего, такой же заоблачный, как и место расположения. Но потом что-то, вернее, интерес собственной персоной все-таки заставил Бу согласиться.              Девушка уже второй час крутилась около зеркала. Наконец определившись с нарядом и надев на себя красивое винное платье с расклешенной юбкой-миди, она сделала легкий тон, нарисовала еле заметные стрелки, подкрасила губы вишневой помадой по типу всеми известного «black honey», надела наручные часы с миланским ремешком и закрепила в ушах миловидные сережки-бусинки.              — Отлично, теперь я готова, — подмигнула она сама себе, и направилась к выходу.       Новое серое пальто идеально сочеталось с её незамысловатым вечерним образом. На ноги Сохи решила надеть ботфорты, которые пылились в шкафу уже не меньше пары лет. Удивительно, но они отлично вписались в сегодняшний наряд.       — Неужели, я не потратила деньги просто так, — усмехнулась Бу, в последний раз покружившись около зеркала. — Все, на выход, Бу Сохи. Сегодня тебя ждет новое зимнее приключение!              Такси остановилось прямо около офисного здания. Мингю уже ждал у входа и что-то тщательно пытался спрятать сзади себя.              — Здравствуй, Мингю!              — Привет! — сразу разулыбался он. — Отлично выглядишь сегодня, Сохи! — он немного замялся в конце, а после из-за его спины показалась одна красивая алая роза с огромным, почти нераскрывшимся бутоном. — Держи, это тебе.              — Какая красивая роза! — в изумлении ахнула Бу. — Спасибо за такой чудесный подарок!              — Пройдем внутрь? Я забронировал столик.              — Да, конечно, идем! — парень любезно предложил ей свою согнутую в локте руку, на что девушка с радостью приняла её, положив свою на изгиб.              Ресторан «Кларанс» оказался не просто великолепным. Он был полон роскоши. Все выполнено на высшем уровне: начиная с планировки, видов, интерьера и мебели и заканчивая покладистым персоналом.       Кухня «Кларанс» заслуживала отдельного внимания. Шеф-повар, обладатель множества престижных наград, сумел создать меню, в котором классические французские традиции переплетались с новаторскими идеями. Каждое блюдо было произведением искусства, начиная с идеально подобранных ингредиентов и заканчивая безупречным оформлением. Вкусовые рецепторы испытывали настоящий восторг, открывая новые грани наслаждения.       Официанты прекрасно ориентировались в новейшем меню, предлагая в сопровождение к каждому блюду подходящие соусы и напитки.       Посетители, казалось, растворились в этой атмосфере изысканности. Шелест шелка, приглушенный звон хрусталя, тихий шепот разговоров – все это создавало неповторимый шарм, располагающий к неспешному наслаждению моментом. За каждым столиком разворачивались свои маленькие истории, скрепленные общим ощущением причастности к чему-то особенному, возвышенному.       На фоне играла тихая приятная музыка. В честь открытия директор пригласил небольшой оркестр и джазовую певицу. Джаз сегодня был самым настоящим: Элла Фицджеральд, Белла Симон, Билли Холидей, Сара Вон — все хиты этих величайших исполнительниц имели место быть в репертуаре статной темнокожей американки с блестящим музыкальным слухом и отличным тембром. Мёд для ушей любителей классики, не меньше.              — Как тебе сегодняшний вечер? — спросил Мингю, по-джентльменски нарезая девушке стейк. После он поменял тарелки, и принялся за свое блюдо. Парень заказал салат с лангустинами и авокадо, заправленный цитрусовым соусом. Нежность морепродуктов прекрасно сочеталась с кремовой текстурой авокадо, а легкая кислинка соуса добавляла пикантности.              — Прекрасно! Спасибо тебе, Мингю, — просияла девушка, заодно благодаря за искусно нарезанное тонкими ломтиками мясо. — Чудесный вечер!              — Рад, что тебе нравится. — он запнулся. — Если хочешь, можем после ужина подняться на смотровую площадку.              — Да! Я бы не отказалась! — радостно воскликнула Бу, но позже выражение ее лица несколько изменилось.       Ей стало как-то некомфортно. То ли от такого предложения — не хотелось лишний раз испытывать детский страх, то ли от чего-то еще. Идея словить адреналин была не такой уж и плохой, но что-то как будто её останавливало.              — Ты погрустнела, Сохи. Все нормально? — спустя длительную безмолвную паузу, спросил Мингю. — Если не хочешь, мы можем ограничиться ужином.              — Все в порядке, не переживай, — заверила его девушка.              — Хорошо, тогда, может, пойдем?              — Да, думаю, пора.              Парень сразу же попросил счет. Сохи лишь краем глаза увидела шестизначное число, первая цифра которого начиналась с девятки. Молодой человек деликатно попросил официанта убрать чек и приложил черную карту. Он не похож на человека, имеющего безлимит в банке. Бу удивилась, но не подала вида. Материальный вопрос никогда не был для нее тем, что нужно решить по первости, но в этот раз она то ли смутилась, то ли цвет карты разжег неподдельный интерес.              Когда лифт прозвенел, обозначая самый последний этаж, Сохи рвано выдохнула. Стеклянные двери открылись, и они оказались на прекраснейшей смотровой площадке, оборудованной под летнюю веранду. Летом здесь были зеленые островки, о чем говорили полусферы, накрытые чем-то черным, рядом с ними располагались круговые скамейки, а по углам площадки — угловые. Освещение было не центральным, по периметру, под стеклянными перилами тянулась мощная светодиодная лента холодного желтого цвета.              Сохи поежилась. Руки совсем чуть-чуть подмерзли, да и щеки холод тоже не оставил без внимания. Запах ночного города – смесь выхлопных газов, морозной свежести и чего-то неуловимо сладкого – кольнул в нос. Она не любила высоту, но вид, открывающийся отсюда, завораживал. Город расстилался под ногами мерцающим ковром огней, редкие машины скользили по улицам, словно светлячки в ночи.       Девушка подошла ближе к перилам, стараясь не смотреть вниз. В голове крутились обрывки мыслей, тревоги и сомнения терзали душу. Зачем он позвал ее сюда? Что он хотел сказать?              Они были здесь совершенно одни. Вдвоем, под покрывалом зимней ночи и красивого звездного неба. Единственное, что было без холодного отлива — Луна. Сегодняшний растущий месяц отливал багряно-красным и повис слишком низко. Казалось, что вот-вот и он осядет на стоящие вдалеке многоэтажки.              — Красиво, правда? — прошептал парень.       Его голос звучал мягко и тепло, словно летний ветерок. Девушка не сводила глаз с неба. Либо просто боялась опустить их вниз. медленно повернулся к ней, его глаза блестели в полумраке. Он протянул руку и нежно коснулся ее щеки.       — Да, красотища! — выждав совсем небольшую паузу, ответила Бу. — Спасибо тебе за вечер, Мингю. Мне все очень нравится.              — Правда? — Сон шагнул навстречу к ней. Теперь между ними находилось не больше двух футов.              — Правда, — Сохи посмотрела на него, и их взгляды встретились. Сон жадно исследовал глазами лицо Сохи, как будто пытаясь запомнить каждый миллиметр, каждую черту. — Почему ты так на меня смотришь?              — Ты мне очень нравишься, Бу Сохи, — на одном дыхании выдал тот. — Давай встречаться?              — Я не знаю, что сказать, — опешила она. Её глаза расшились в изумлении от такого прямого заявления.              — Но ведь когда краснеешь, это значит «да», не так ли? — хихикая, стал подначивать девушку Мингю.              — Что? Я покраснела?!              — У тебя уши цвета помидора, — звонко рассмеялся Сон.              — Точно не ты засмущал, здесь холодно вообще-то! — проворчала Бу, бросив на него мимолетный, но полный наигранного презрения взгляд.              — Да ладно тебе, — все еще посмеиваясь, сказал парень.              — Я согласна, — таинственно улыбнулась она.              — Можно тебя обнять? — радостно воскликнул Мингю.              Так и не дождавшись ответа, он пришел к действию. Подошел к Сохи сзади и крепко обнял её, скрещивая руки между грудью и талией девушки. Бу от неожиданности повернулась к нему лицом, и тот ничего необязывающий поцелуй в щеку, который парень намеревался оставить на её щеке пришелся на губы.Получился нелепый детский чмок. Такой, как маленькие мальчики оставляют на щеке маленьких девочек, которые им нравятся.             Мингю отстранился, словно обжегшись, и неловко прокашлялся.       Сохи замерла, словно статуя, ее глаза расширились от неожиданности. Бу не знала, как реагировать. Это был невинный, случайный поцелуй, но он словно электрический разряд прошел сквозь нее. Внутри что-то екнуло.       — Сон Минки! — тут же отпрянула от него Сохи. — Ты чего творишь!              — Я не специально, это ты виновата! Не надо было оборачиваться! Я похож на маньяка? — рассмеялся он, но что-то в его голосе резко изменилось. Он приобрел несколько мрачные нотки, по сравнению с тем, каким было его звучание всего фразу назад.       Его взгляд скользнул к Луне. Багровый оттенок становился все насыщеннее, словно кто-то вылил в небесный свод ведро крови. В этот момент ему показалось, что он видит слабое движение на поверхности Луны, как будто что-то пытается вырваться наружу. Он зажмурился, пытаясь прогнать наваждение.       Когда он открыл глаза, Луна все еще висела там, багровая и зловещая.       — Нет.              — Тогда почему ты захотела дать мне с локтя?! — недоверчиво воскликнул Мингю. Он старался не обращать внимания на то, что только что произошло, но выходило слабо.              — Потому что нечего меня пугать! — продолжала возмущаться Бу, после чего случайно опустила глаза вниз. Впервые за все время, которое они находились на площадке.              Её бросило в жар. Шапки деревьев показались слишком знакомыми. Как-будто она уже где-то видела идентичный пейзаж, но это было невозможно. Сохи ненавидела высотные здания и никогда не ходила в подобные места из-за. Затем жар перерос в дрожь. Она поежилась. Мир вокруг нее поплыл. Земля ушла из-под ног, и она провалилась в черную, бездонную пропасть. Тишина. Только леденящий душу холод пронизывал ее до костей.              Неожиданно воспоминания стали прокручиваться, словно были кадрами из фильма — сначала ресторан, потом крыша и падение. Все замылено и непонятно, но помимо нее на той крыше был еще кто-то.              — Кажется, я уже была здесь, — одними губами прошептала Сохи и посмотрела на парня.