Неожиданное завершение первого свидания

— Я эгоист, Амала, всегда беру своё, если хочу этого. Но сейчас я обязан спросить твоего позволения, — Амрит смотрел на покрасневшую от старательного труда и неловкости девушку, понимая, что этого мало. Басу может дать ему куда больше, и всё это мужчина хотел получить прямо сейчас. Но не мог, пока не услышит, что Амала этого тоже хочет. — Госпожа, поднимешься со мной наверх, в комнату? Амала замерла. Уже который раз за сегодняшний вечер она не знала, что делать. Как правильно поступить? Согласиться провести ночь с Дубеем? Или всё-таки повременить? Всё между ними развивалось так быстро, что подобные вещи очень легко вгоняли в ступор, заставляя напрягаться. Было очень страшно, очень волнительно, но вместе стем Басу хотела, чтобы всё произошло сегодня. Желала, чтобы её первым мужчиной был именно Амрит, а не кто-то, кто может сделать ей больно и неприятно. Дубей обязательно позаботится о том, чтобы их первый раз прошёл с удовольствием и наслаждением, а не с мольбами о скорейшем конце. Он её уважает, поэтому никогда не поставит собственный эгоизм выше благополучия девушки. Амрит не сводил с неё глаз, терпеливо ждал ответа. Он старался думать о том, что Амала откажет ему, всё же нужно быть готовым к любому исходу событий, но очень надеялся, что доверится, сама придёт в его объятия. Конечно, мужчина понимал, что подобные предложения — верх неприличия, но кто говорил, что Амрит Дубей святой праведник? В дни, когда такими же подростками были их бабушки и дедушки, может, и хранили себя до самой свадьбы, считали позором связь с мужчиной вне брака. Но сейчас другие времена, к тому же наследница Басу нравилась Дубею, он никогда бы не близился с ней, если бы не готов был брать ответственность за свои поступки. Амала не просто очередная, она — весь его мир, пусть пока и не верит в это. Он обязательно докажет. Басу тоже смотрела на мужчину, хотя с удовольствием предпочла бы спрятаться от его пристального, выжидающего взгляда. Она металась из крайности в крайность, не понимая, что же ей всё-таки делать, как поступить, чтобы не ошибиться, и в глазах Амрита пыталась найти тот самый правильный ответ. Амала знала, что Дубей поступал с другими девушками бессовестно, некоторыми просто пользовался, но в душе так пылко надеялась, что с ней он будет другим, что она значит гораздо больше остальных. И была права в своих мечтах. Время шло, необходимо было дать свой ответ, принять решение, но как? Закрыв на мгновение глаза, Амала приняла тот факт, что не всё в этой жизни она может контролировать, и сейчас ей хотелось быть рядом с Амритом. — Ты ведь меня не обидешь? Не сделаешь больно? — Амала хоть и приняла уже для себя решение, всё равно боялась и безумно волновалась. Этот шаг был для неё очень серьёзным, жалеть потом о нём не хотелось. Амрит непонимающе взглянул на девушку, будто совсем не понимал, неужели та думает, что он позволит себе плохо обойтись с близким человеком? Дубей готов был сделать всё, чтобы Амала навсегда запомнила эту ночь и вспоминала её с благоговением, а не с тоской и разочарованием. Он бы никогда не сделал что-то, способное причинить Басу боль, как физическую, так и душевную. Даже если все действия и поступки будут в ущерб личным интересам. — Я доверяю тебе, Амрит, но не хочу, чтобы ты сторонился, избегал меня, когда получишь своё. — Мала, не выставляй меня монстром, пусть я и делал неправильные вещи, но тебя это не коснётся. Моё отношение к тебе не изменится, душа моя, не нужно об этом волноваться, — Амрит заправил непослушный локон за ушко, проведя кончиками пальцев по щеке, а затем по шее девушки. Та инстинктивно подалась вперёд, чтобы быть ближе к мужчине, который так умело сводил её с ума. Дубей зарылся в волосах Амалы, притягивая к себе вплотную, так близко, что между губами практически не осталось расстояния. Тяжёлое, учащённое от возбуждения дыхание опаляло кожу, но Амрит не смел целовать её. Терпеливо ждал ответа. — Ты ведь для себя уже всё решила, просто скажи это вслух. — Эту ночь я хочу разделить с тобой, Махарадж… Амрит вздрогнул. Именно этого признания он и ждал, а теперь, когда получил, не понимал, как повести себя прямо сейчас. Амала безгранично доверяла мужчине, и ему совсем не хотелось лишиться такой приятной привилегии каким-нибудь неверным решением. Дубей точно знал, что должен был сегодня держать в руках свою необузданную страсть, желание взять её «пожестче» в самых разных позах. Ещё успеет познать все прелести единения с госпожой своего сердца. В эту ночь главной целью было показать, что близость с ним не должна ассоциироваться с болью, предательством, обманом и пользованием. Амала должна воочию увидеть, как важна для него, как дорога и необходима. Особенная. Другого объяснения его чувствам не находилось. Амрит осторожно коснулся губ девушки своими, старался вложить в этот жест как можно больше нежности. Не хотел спугнуть резкостью, хоть и желал быть собой, не терпеть дикое вожделения, а, наоборот, выплеснуть его. Но не сейчас, не сегодня. Дубей старался, контролировал свои порывы, и делал это в ущерб себе. От чрезмерного контроля тело сильно напрягалось, мышцы изнывали от боли и скованности. Но Амрит не мог позволить себе расслабиться, иначе непременно спугнет Амалу своей прытью. Чуть позже. Как только она будет готова и перестанет шугаться от каждого прикосновения. Только тогда мужчине позволено будет отпустить ситуацию, отдаваясь удовольствию от единения с любимой госпожой. Одна только мысль об этом заставляла тело дрожать в нетерпении, а сердце колотить все быстрее и быстрее с каждой секундой. Амрит желал, чтобы этот распустившийся цветок принадлежал только ему. Дубей заботился бы о нем, каждый день делал всё возможное, чтобы тот только сильнее расцветал, раскрывался для него, тянулся, как к манящему свету солнца. Если бы Амала была цветком, то непременно белой лилией — такая чистая, невинная, того гляди рассыпется в его руках от волнения, но в то же время характерная, необузданная, страстная и очень сильная. Амриту нравились лилии. Но ещё сильнее ему нравилась госпожа Басу, так бессовестно пленившая его душу. Амрит осторожно, слишком неуверенно коснулся талии девушки, будто она рассыпется, растворится, развеется по ветру, сделай он это чуть настойчивее. Амала подалась вперёд, навстречу сильным и властно рукам, что сейчас та бережно её еле касались. Хотелось большего. Чувствовать его руки по всему телу, сгореть от их жара, их напора. Но Дубей не позволял себе лишней резкости, пока не будет уверен, что девушка не сочтёт это грубость или неуважительным отношением. Впервые он боялся. Страшился, что встанет и уйдёт, если придумает для себя, что тот делает больно, наглеет. И Амала чувствовала это, беря ситуацию в свои руки. Амала направляла мужчину, показывала, как ей нравилось, как нужно её касаться. Амрит был приятно удивлён, когда под напором Басу его руки скользнули вниз, к округам бёдрам, с которых стремительно переместился на ягодицы, сжимая. Но это уже была маленькая шалости Дубея, в которой тот никак не мог себе отказать. Девушка чуть слышно простонала, вызывая по телу Амрита табун мурашек. Она не пыталась отстраниться, прогнать его, убежать. Нет. Ей нравилось. И мужчина понял, что первые звуки из её уст стали для него зеленым светом. Призывом к действию. Амрит подхватил девушку на руки, вынуждая стройными ножками обхватить свои бёдра. Амала расположила руки у мужчины на шее, нежно заглядывая через глаза в самую душу. Она безгранично доверяла Дубею, это было видно по тому, как тепло смотрела, не разрывая зрительного контакта. Удивительно, как ловко госпожа Басу умела сочетать в себе ангельскую скромность и невинность и дьявольски страсть и прыть. Казавшись белой и пушистой, маленькой овечкой, на самом деле была грубой и опасной тигрицей. И Амрит Дубей, судя по всему, оказался главной жертвой её хищной хватки, ослабляет которую Амала не собиралась ни на секунду. Пока мужчина нес её в комнату, на второй этаж, они безудержно целовались, полностью отдаваясь друг другу. Амала расположила свои руки на шее Амрита, а ногами крепко обвивала его бедра. Она больше не боялась, а Дубей перестал слишком сильно осторожничать, показывая настоящего себя — страстного и горячего. Басу теперь ни капли не сомневалась в своём выборе, этот мужчина именно тот, кто был необходим, чтобы чувствовать себя по-настоящему счастливой, нужной, желанной. И пусть Амала проведёт с ним эту ночь, которая, быть может, станет последней, зато она познает, каково это — быть с тем, в кого с детства влюблена. Амала даже не осознала, когда Амрит успел донести её до кровати, почувствовала только когда коснулась телом холодных простыней. Конечно, они так сладко целовались весь путь, не удивительно, что совсем забылись и перестали воспринимать окружающую действительность. Дубей оставил свет выключенным, подумав, что сегодня так будет правильнее сделать, не хотел доставлять девушке лишних переживаний. Стоило им опуститься на постель, мужчина почувствовал, как дрожит его партнёрша, только вот от чего? От страха? Замёрзла? Всё сразу? — Боишься, Махарани? — Амрит прервал поцелуй только для того, чтобы и он, и она могли восполнить запасы воздуха, который растратили. Дубей хоть и был довольно опытным в таких делах, но оказался взволнован и напуган не меньше девушки под ним. Амалу нельзя было сравнивать ни с одной бывшей пассией, неуместно, ведь она всегда будет важнее, лучше, приоритетнее. Перспектива стать первым мужчиной наследницы Басу была, конечно, соблазнительно, ему льстило, что девушка совсем невинна, что именно он сорвёт её прекрасный цветок. Но подобный исход порождал колоссальную ответственность. Не то чтобы Дубей не был готов взять её на себя, он готов, правда. Но нервничать перестать никак не мог. Не получалось. — Говори честно, не пытайся угодить мне. — Боюсь… — Амала знала, лукавить нет смысла, Амрит поймёт сразу, ведь по ней и так всё видно. Одни только глаза говорят об испуге. Тело мгновенно сковало, стоило только моменту приблизиться. Чем ближе, тем волнительнее. Девушка видела, что и Дубей изрядно нервничал, не знал, куда себя деть от назойливых мыслей. Но уже не хотелось прерывать момент, только не с ним и не сегодня. — Одно твоё слово, и мы можем прекратить в любую минуту, не заставляй себя, если не хочешь… — Нет, мы продолжим, — Амала для себя всё решила ещё когда собиралась на это свидание. Уже тогда она интуитивно, на уровне подсознания чувствовала, что именно так и закончится вечер — их первым сексом. Если сейчас остановит Амрита из-за страха ощутить боль, больше не решится потом приблизиться к нему. Даже если такой важный шаг не сделает их ближе, то хотя бы это произойдёт с желанным ею мужчиной. — Я знаю, что ты сделаешь всё безупречно, я тебе доверяю, господин Дубей. Не хочу больше никого видеть своим первым мужчиной, только тебя. — Станешь называть меня господином, боюсь, потеряю контроль… Амрит обращался со своей партнёршей, как с принцессой, — бережно и аккуратно. Амала вслух сказала о своём доверии, глядя прямо в глаза, и теперь уровень ответственности в разы вырос. Права на ошибку больше не было, Дубей не мог подвести ей, не оправдав ожидания. Мужчина был счастлив, что Амала не остановила его, ведь сил остановиться уже не хватило бы. Да, он сам предложил не торопиться, если девушка не готова, но только вот не подумал совсем о себе и своём состояние. Амрит уже давным-давно готов для сближения, ради госпожи Басу терпит и страдает от дискомфорта, потому что понимает, что её положение намного более неуютное. Мужчина раздевал Амалу медленно, смакуя каждой эмоцией, сменяющейся в выражении её лица. Признаться честно, был близок к срыву, когда увидел на девушке то самое шикарное бельё с отправленного накануне фото. Вот же негодница. Только сейчас Амрит понял, что, в отличие от него самого, Басу прекрасно знала, чем закончится их свидание. Что ж, похвально, Амала, похвально. Дубей не стал противиться, когда девушка сама потянулась к его брюкам, а затем и к рубашке, чтобы раздеть. Ему было даже в радость наблюдать подобную картину, ведь впервые он хоть кому-то немного первенства уступает. Ещё одно подтверждение тому, что Амала была для Амрита особенной. Важной. Они ласкали друг друга интимными и горячими прикосновениями до тех пор, пока не почувствовали, что оба готовы слиться в испепеляющем танце страстной любви. Амрит в первую очередь позаботился о защите, надев презерватив, чем очень польстил девушке, ведь таким образом мужчина заботится о их общем благополучии. Дубей осторожно устроился между ног Амалы, прижимаясь к ней всем телом. Хотел чувствовать тепло, ощущать сердцебиение своей партнёрши. Басу вздрогнула, почувствовав упирающийся в лоно возбужденный член. Девушка не видела, но чувствовала, что он немаленьких размеров, но всячески отгоняла волнительные мысли и старалась взять себя в руки, чтобы насладиться моментом близости, а не изводиться в собственных нервах. — Будет больно, госпожа, потерпишь немного? — Я готова… Амала почувствовала пронзительную, жгучую боль лишь только в тот момент, когда мужчина вошёл полностью одним резким толчком. Амрит целовал всё её лицо: щёки, нос, губы, подбородок, стараясь отвлечь от дискомфортных ощущений в теле. Устами чувствовал привкус солёных слез, которые тут же утирал нежно ладонями. Оба были готовы к тому, что сначала будет мало приятного. Теперь их общее удовольствие было целиком и полностью в руках Дубея. Первые несколько толчков были всё ещё болезненными, но потом, стоило девушке привыкнуть к чувству наполненности, ощущения стали меняться. Последующие движения стали приносить удовольствие, вырывая из Амалы всё более громкие стоны. Амриту нравилось слушать её. Порой даже срывался на непозволительно быстрый темп, так сильно Басу его возбуждала. Но потом замедлялся, вспоминая, что сегодня не может позволять себе слишком много вольности. Будет ещё время для самых разных экспериментов в постели именно с этой девушкой, поэтому сейчас Дубей должен позаботиться о том, чтобы ей понравилось. Амала первая прочувствовала все прелести оргазма, она даже и не думала, что когда-то может быть настолько хорошо и приятно. Даже не осознала, как машинально сжала член внутри себя, стремительно приближая Амрита к концу. Он очень отчетливо почувствовал, как стенки вокруг сжались, испытал весь спектр будоражащих эмоций. А затем кончил, ближе прижавшись к своей обожаемой госпоже. Ещё некоторое время Басу не отпускала Дубея из своих объятий, да ему и самому никуда не хотелось отстраняться. Чем ближе, тем лучше. Когда он перевернулся на спину, почувствовал, как сильно устал, однако, нашёл в себе силы дойти до ванной, чтобы избавиться от контрацепции и привести себя в порядок. Вернувшись в комнату, Амрит застал Амалу спящей, совсем вымоталась. Мужчина тепло улыбнулся, укрывая её одеялом, а потом и сам лег в постель, проваливаясь за партнёршей в царство Морфея.

***

Амала проснулась рано, и первой мыслью было то, что бабушка Индира точно убьёт её, за то что дома не ночевала. Хорошо хоть правду не выложила, сказала, будто к подруге идёт в гости. Иначе ситуация была бы в десять раз хуже, если не больше. Но девушка совсем не жалела, что уснула в объятиях Амрита, ведь уже давно та не спала настолько сладко и крепко. Кажется, именно Дубея ей раньше и не хватало для хорошего сна, нужно было одну ночь провести вместе, чтобы понять это. Почувствовав прикосновения к щеке и осторожную возьню в постели, Амрит открыл глаза и тут же встретился с нежным взглядом госпожи своего сердца. Растрёпанная, обнажённая и сонная в его постели, такой Амала нравилась ему даже больше, чем обычно. Дубей потянулся, прогоняя остатки сна, после чего сгрёб девушку в охапку, запечатлев на её губах лёгки поцелуй. — Доброе утро, Махарани… — Доброе утро… Сладкое пробуждение вдруг омрачил поток навязчивых сообщений на телефон Амрита. Кто-то так упорно пытался заполучить его внимание, мужчине всё же пришлось взглянуть, вдруг что-то важное. Дубею писала Яшви, предлагала встретиться сегодня после обеда. Амала плохо её знала, вроде бы девочка из их группы, совсем неприметная. И что же такого ей понадобилось от Амрита Дубея? Неужели мужчина совсем не воспринял серьёзно то, что между ними случилось этой ночью, что так легко в открытую договаривался о свидании с одной, лежа в постели с другой? Самые разные дурные мысли поселились в голове девушки, а когда он ответил этой самой Яшви согласием, они только усугубились. Амрит снова обнял Басу, прижимая к себе, но та уже не могла спокойно воспринимать такой невинный порыв нежности. В голове столько теорий нарисовалось, что страшно было представить. Что же ей делать? Попросить Амрита рассказать об этой малознакомой ей девушке? Или же промолчать и не лезть не в свое дело? Опрос в ТГ-канале, как и в прошлый раз