Глава 1. Игральные кости бога всегда выпадают как надо

— ЧЕЛОВЕК, пришло время ЗАКЛЮЧИТЬ со мной СДЕЛКУ, — прогремел Жнец. — ТЫ ГОТОВ отдать свою ДУШУ, чтобы ПРОНИКНУТЬ в МИР МЕРТВЫХ?       Его бас нарушил могильную тишину кладбища. — Да, я готов вам служить, — с гордостью ответил человек.       Трухлявая фигура Жнеца склонилась к пергаменту, на котором виднелась печать с изображением черепа птицы — символом легального нахождения в Аду. Одним движением костей он утвердил подлинность документа, оставив кровавую кляксу вместо подписи. — Просто прекрасно, а теперь подпишем договор, — женский голос прозвучал устало, почти безразлично, на фоне шёпота ветра среди надгробий. — Надеюсь, вы осведомлены обо всех последствиях. Ваша душа будет использована как расходный материал, и вы навсегда теряете возможность перерождения. И, конечно, вы отказываетесь от всех прав на жалобы и претензии, поскольку сами выбрали этот путь.       Рядом с могилами, человеческими останками и воплощением Смерти, она выглядела слишком обыденно. Как-то неправильно.       На вид ей было около двадцати. Светлые волосы, которые были аккуратно уложены и убраны заколками с черепами и перьями. Белоснежная кожа и серые глаза, которые сливались с формой и казались почти бесцветными на фоне могильных плит. Единственным элементом, нарушающим эту строгую гармонию, была завязанная на шее лента. Она добавляла беспорядок, которым и являлась сама хозяйка.       Пробежав ещё раз взглядом по страницам договора, девушка почти улыбнулась: — Последний пункт — просто рай для всех юристов, не находите? — Я хочу силы и могущества, которое скрывается в загробном мире… Власти недоступной живым! — твёрдо произнёс человек, но его рука непроизвольно сжала нагрудный крест. — Я готов служить Темному Повелителю.       На долю секунды повисло молчание. — Просто прекрасно, — усталый вздох вырвался из её губ. Следовало быть вежливой, этому учил Жнец.       В конце концов, никому не хочется умирать в окружении измученных лиц. Поэтому она послушно улыбнулась, передавая листы для ознакомления. — Подождите, и это всё? — не унимался мужчина. — Никаких луж крови и обрядов не потребуется? Я принёс Калидасу… — А, понимаю… Вам не хватает драмы и жертвенных ритуалов, — и снова вымученная любезность в её голосе. — Извините, не наш профиль. Мы просто скромные офисные работники.       Контракт был скреплен кровью, а затем исчез, оставив только небольшой след из хаоса. Девушка кинула мимолетный взгляд на человека, оценивая возможные риски, и спокойно добавила: — Советую сейчас держаться покрепче. В первый раз всех выворачивает. — НЕ забудьте взять с собой ПЛАВКИ, ВОДА там действительно КИПЯТОК! — усмехнулся Жнец.       В воздухе закружился вихрь, превращаясь в нечто, напоминающее чёрную дыру. Портал моментально поглотил человека, а после растворился вместе с ним во тьме. — Очередной идиот. За сегодня уже сорок второй, — прошептала девушка, изучая список мертвецов, заключивших договор. — АЛИСА, я уже так СТАР и видел много СОЛОВЬЕВ, — вымученно простонал Жнец. Его голос звучал как ржавые петли на дверях заброшенной крипты. — Но такую БЕСТОЛОЧЬ, как ТЫ, встретил впервые. — Всегда приятно быть первой. — НЕ ЯЗВИ. Как же ЧАСТЬ про ВОССТАНОВЛЕНИЕ? — Демон может забрать часть души соловья для увеличения собственной силы и регенерации. Но не беспокойтесь, человеческая душа может частично восстановиться, если демон передаст вам хаос. Для этого вам необходим физический контакт.       Текст, выученный до скрипа, звучал на редкость паршиво. — Остерегайтесь! Чем меньше души в вашем теле, тем выше риск умереть снова и превратиться в трухлявую тень без собственного разума, — Жнец терял терпение с каждой следующей брошенной фразы. — Теперь достаточно понятно?       Скелет пристально посмотрел на неё потемневшими глазницами, в которых бушевало пламя. — Вот только знаешь что? — она сделала короткую паузу, обходя могилы, чтобы не чувствовать запаха железа, который всё ещё витал в воздухе. — Демоны почти никогда не бывают на острове соловьев. У них хватает пищи в столице.       Жнец уловил изменение тона и слегка приподнял свои костлявые плечи, готовясь к дальнейшему разговору.       Его поступь была бесшумной, но каждый шаг оставлял на земле слабый отпечаток праха. — А пока он дослужится до чего-то большего, то рак на горе свиснет, — голос девушки дрогнул в попытках подобрать подходящие слова. — Нечего забивать этим мозги, которых и так не слишком много.       Скелет на мгновение остановился. Огонь в глазницах тускло горел в темноте, отражая внутреннюю борьбу.       Ветер слегка взвил золу под его ногами, создавая иллюзию тумана. — У нас есть ОБЯЗАННОСТИ И ОБЯЗАТЕЛЬСТВА. — Проблема не во мне, а в самой работе, — она запнулась, стараясь не расстроить олицетворение смерти, следующее по пятам. — Теперь я понимаю выражение: «Работа — это как ад: каждый день в костюме и с улыбкой на лице». — Этот порядок был ещё до того, КАК Я ПОЯВИЛСЯ из пепла. ТЫ МОЖЕШЬ ПРЕДСТАВИТЬ: СКОЛЬКО МНЕ СТОЛЕТИЙ? ДАЖЕ Я УЖЕ ВЫЧЕРПАЛ ЛИМИТ ПО ЧЕЛОВЕЧЕСКИМ ДУШАМ. Всё, что мы должны делать — это ПОДДЕРЖИВАТЬ систему, — Смерть вынесла приговор.       Раздражение подкатило к горлу. Это всё было билетом в один конец. Сыграйте в эту лотерею. Никаких проигравших. Никаких выигравших, но это было не так уж важно. Не теперь. — Знаешь, в наше время даже души могут продаваться онлайн. Что-то вроде «Дьявольского Амазона». Можно выбрать опцию с доставкой или получить скидку, если приведешь следующего клиента. Нам бы не пришлось лично бродить по Земле для заключения сделок. У меня от этих сумасшедших кровь в жилах стынет. И даже не потому, что я мертва.       Жнец сомкнул обветшалые костяшки пальцев в замок и наклонился немного ниже. Любимая поза, когда он хотел сказать что-то, способное, по его мнению, ранить. Кто-то из соловьев уверил его, что так принято сообщать плохие новости в мире живых. Наверно, этот человек спустился в Преисподнюю до изобретения SMS. — АЛИСА, а вообще это больно? БОЛЬНО расставаться с ДУШОЙ? — Нет… Если всё, что ты чувствуешь — это боль, — Ответ прозвучал удивительно спокойно, будто речь шла о чём-то несущественном. — Как что-то рвётся внутри на куски и мечется, словно загнанный зверь. Когда ты ощущаешь, что больше ничего не способно тебя ранить, тогда… прощаться совсем не больно. Протекла будто совсем короткая ночь, и разноцветье звезд стало холодеть, серебрясь признаком близкого рассвета. Взгляд Алисы вновь вернулся к записям с именами потенциальных соловьёв. Список оказался пуст. — Думаю, на сегодня мы закончили, — неуверенно произнесла она, закрывая глаза от навалившейся усталости.       Ещё один выговор — и наступил бы конец. Очередное опоздание, и смотритель точно запер её беспокойную душу в Эребе на несколько столетий. — ТЫ СЛИШКОМ МНОГО СУЕТИШЬСЯ ДЛЯ МЕРТВЕЦА. Неужели тебе не хватает вечности, чтобы всё успеть? — Жнец торопливо отвёл взгляд, уставившись на свои скрещённые костяшки. — Хм-кхм… К сожалению, У МЕНЯ еще есть ДЕЛА, связанные с завтрашним МЕРОПРИЯТИЕМ. УВЕРЕНА, что сможешь открыть портал самостоятельно? — Портикус Аперио! — вместо ответа с её губ сорвалось заклятье. В воздухе возникли чёрные искры, образовав мерцающую воронку. Без малейших колебаний, девушка легко прыгнула внутрь, словно кролик, исчезающий в шляпе. — Надеюсь, ты бросилась в него в своей УВЕРЕННОСТИ, а не из-за моих ШУТОК. Я всегда говорил, что мой юмор может быть СМЕРТЕЛЬНЫМ! — окликнул меня Жнец. — И будь ОСТРОЖНЕЙ, Алиса!

***

      Забытый Лес — это место, затерянное где-то в глубинах между миром людей и Преисподней. Один из путей, ведущих людей в загробный мир, иногда именуемый Чистилищем.       Здесь не было ничего, кроме голых ветвей и блуждающих мертвецов. — Почему людей так неистово тянет в Ад? — На её вопрос лес предпочёл промолчать.       С каждой заключенной сделкой в сердце укоренялось отвращение. Ощущение грязи, будто она собственноручно окунулась в кровь по самые локти.       По мере продвижения вглубь чащи, рядом вилось все больше и больше неупокоенных душ. Призраков людей, отказывающихся принять свою смерть или не способных последовать за проводником на следующий круг из-за незавершенных дел.       Их присутствие наполнило воздух холодом и влажностью. Каждый вымученный стон и шёпот мешал сосредоточиться. — Неужели наш маленький птенчик решил прогулять один через Чистилище? — раздался голос одного из духов. — Слышала, что в прошлый раз при переходе через миры ты упала в Стикс, — поддразнил другой. — Наш маленький соловушек, видимо, решил захлебнуться и стать тенью раньше, чем того хотят Мойры! — А я слышала, что Алиса заблудилась в плакучих соснах и не могла найти дорогу даже в мир живых. — Полное отсутствие уважения к приватности даже в загробном мире, — она фыркнула в ответ, не пытаясь скрыть раздражение. — Таких неуклюжих мертвецов почти не сыщешь в Аду. Алиса, интересно, как ты оказалась среди мертвых? Ты не похожа на фанатиков, которые просто хотят приручить хаос, — продолжил один из духов. — Ты не слышала эту трогательную историю первой любови? Алиса, как пес на цепи: подойдешь — укусит, но останется верной своему хозяину даже после смерти, — сказал другой. — Разве она не должна была уже найти его?! Столько времени прошло, а птенчик все ещё блуждает только по проклятому соловьиному острову! — Этот мальчик, определенно, умнее, чем наша пташка. Видимо, уже давно живёт в демонической столице, — заключил первый. — Может, и твоя жертва ему не сдалась, Алиса?       При одном упоминании о нём в груди стало слишком тесно. Кулаки стиснулись с такой силой, что костяшки побелели. Ногти впились в ладони, оставив следы.       Тогда ей казалось, что злость лучше, чем слёзы. Злость всесильна. Её нельзя отдать или уничтожить, в отличие от души. Те, кто спустился в загробный мир без такого оружия, как когти и клыки, были обречены с самого начала. — Как же надоело слушать пустые разговоры глупых душ! — из её груди вырвался крик. — Вы всего лишь призраки, обреченные бродить здесь вечно. Что вы вообще знаете! — Какая грубиянка! Нужно бы тебя проучить! — воскликнул один из духов. — Полностью согласна! — прорычал второй.       Их обледенелая кожа треснула, обнажая глубокие раны. Кости изогнулись, и призраки исказились в мучительных спазмах. Из внутренностей послышался громкий хруст. Рты мучеников раскрылись до предела, из которых вырвался отчаянный рёв, смешанный с потоком темной, густой жидкости.       Вместо страха осталось только липкая ярость. Как многое стоило сделать, чтобы быть сейчас всё потерять. Она поднималась внутри, бурлила, разъедала остатки души. Хаос пронзил ладони, позволяя создать заклинание. — Экстерминус Ноктурнум!       Окутанная темной вуалью заклятья, девушка сосредоточила в руках сгусток чистого мрака. Сфера чёрной энергии нарастала в размерах, становясь все более и более нестабильной. — Хоть бы не промахнуться… — тихий шёпот напомнил молитву.       Взмахом руки, шар полетел в сторону призраков.       При контакте с душами он взорвался, выпуская оглушительный вопль и волны разрушительной магии. Заклинание обволокло и поглотило часть духов, разорвав их на части. Несмотря на усилия, магия начала постепенно слабеть, словно песчинки, стекающие сквозь пальцы. Вскоре она полностью растворилась.       Магический потенциал был ещё слишком мал, чтобы поддерживать столь мощное заклинание долгое время. — Не получается, придется отступить, — Алиса побежала так быстро, как могла. Сердце бешено колотилось в груди.       Дыхание мертвых проникло сквозь каждый позвонок, напоминая холодный ветер с могильных полей. Призрачные руки тянулись к ней, почти касаясь кожи, а истинные сущности призраков — исполинские и мрачные — сгущали тьму вокруг. Её тело напряглось до предела, словно струна, готовая вот-вот порваться, пока взгляд не упал на ветхую каменную арку с резьбой в виде горгон.       С сердцем, колотящимся в унисон её шагам, девушка вбежала внутрь храма. Страх и адреналин смешивались в крови, заставляя каждый нерв остро реагировать на малейшее движение вокруг. — Хорошо, что я уже в Аду. Что может быть хуже моей работы, правда? — прошептала она, оперевшись спиной на холодный мраморный столб.       Взметнувшийся в груди ураган успокоился, но лишь на миг. В следующий момент, земля исчезла из-под ног. Вихрь потянул её вниз, в самую бездну, вызванную чужой магией и остатками хаоса. Сил для сопротивления не осталось.

***

      Когда темнота стала казаться бесконечной, под ней вдруг возникло что-то мягкое. — Обыкновенный рабочий день, — прорычала Алиса, проклиная всё вокруг.       Под спиной очутились движения, словно мощные мышцы вздымались и опускались, стремясь подняться. Чьё-то горячее дыхание обожгло шею. Инстинктивно Алиса отскочила в сторону, ощущая сгустки магической энергии.       В плотной темноте неожиданно сверкнули голубые глаза, внимательно наблюдавшие за ней. — Какого черта?! Кто ты и что ты делаешь здесь? — грубо произнёс мужчина.       Кожа мужчины была светлой, а на скулах играл легкий румянец, придающий лицу юношескую свежесть. Его тёмные, слегка волнистые волосы были аккуратно уложены назад. На нём был элегантный костюм, украшенный золотистыми узорами цветов, который подчёркивал его статную фигуру.       Это была их первая встреча. В памяти отпечатались тонкие, утонченные черты и пронзительные, выразительные глаза, обрамленные чёрными ресницами. Позже, каждый раз, когда смерть подбиралась слишком близко — а это случалось слишком часто — Алиса возвращалась мыслями к тому дню.       Иногда разум задавался вопросом: изменилась бы судьба, если бы она выбрала не храм, а узкую тропинку или трещину в земле, из которой поднимался густой туман? Может быть, они бы так и не встретились? Может быть, они были бы счастливее, чем сейчас?       Но правда в том, что никому не по силам было это изменить. Игральные кости бога всегда выпадают как надо.       Игнорируя его возмущение, она оглядела помещение. Мысли кружились вокруг Эреба, который казался теперь недоступной крепостью. Вместо него, перед ней открылась тёмная комната, наполненная картинами, статуями и антиквариатом. — Да, какого дьявола! Продам душу второй раз, если потребуется! Видимо, это станет новым хобби! Стражник обязан меня впустить! Это опоздание. Точно. Не. Моя. Вина! — Последние слова девушка выдавила из себя через сжатые зубы, стараясь не закричать.       Хаоса для вызова заклятья перемещения не осталось.       Шагнув к двери, Алиса собиралась как можно быстрее покинуть это место, когда внезапно почувствовала крепкое прикосновение к запястью, которое заставило остановиться. — Ну и кто ты такая? — Его голос показался уставшим.       Мужчина с силой потянул руку назад, и она не смогла устоять. Девушка уперлась в его плечо и нерешительно подняла глаза, встретив прямой взгляд, в котором теперь можно было легко узнать демона. В его зрачках отражалась печать.       В лёгких резко закончился воздух. — Ах, ты всего лишь соловей. Удивительно, чего эта женщина только не придумает, чтобы я согласился на её условия. И какую грань следует перейти, чтобы избавиться от назойливого внимания?       Демон прижал её ближе, приложив чуть больше сил, заставляя повернуться к нему лицом. В его движениях чувствовалась педантичность и сдержанность, будто он сам был не в восторге от глупой игры.       Перед ней были только его острые, выступающие ключицы, а горячее дыхание опускалось все ниже, оставив жгучий отпечаток возле мочки. Мужские пальцы осторожно, но уверенно скользнули вдоль её позвоночника, вызывая непроизвольные мурашки на коже.       Подсознание услужливо предложило застрелиться.       В комнате зарождалось безумие. И у него, казалось, нет границ. Ни одной. Оно уничтожило бы их целиком.       Ощущение острой боли в груди застало Алису врасплох, как будто кто-то продырявил шлюп, и под напором брызнула кровь, разрушая легкие. Зубами она прикусила губу, чтобы не зареветь. Стало противно из-за собственной беспомощности и того, что она собиралась сделать.       Тем не менее, девушка позволила ему коснуться шеи, оставить прохладный след рядом с впадиной на груди. После чего переняла инициативу и скользнула ладонями вдоль его рук, касаясь плеч и тонких кистей, отмечая оголенные участки тела.       Стыд, раздражение. В основном — стыд.       Он наклонился ближе, уменьшая и без того крошечное расстояние между телами. Дрожь в венах не успокаивалась.       Что-то, похожее на злость, начало жужжать где-то в области ребер.       Показалось, что нарастающая боль станет вот-вот осязаемой, и Алиса сможет в ней захлебнуться. Пока ногти не впились в его беззащитную кожу на запястье, оставляя рваную рану. — Если ты осмелишься коснуться меня еще раз, я докажу тебе, что даже в этом мире понятие «бессмертный» может быть крайне относительным, — резко прошипела Алиса в ответ. — Я не сделал ничего непозволительного. Или, может быть, ты оказалась в этом месте с другой целью? — выплюнул он.       Интересно, как его не задушил собственный надменный тон?       Она уверенно вскинула подбородок, отстраняясь. — Ну, как же. Все же соловьи мечтают лишиться души именно на этом паркете, под слоем пыли. Или, может быть, бывают исключения?       В этот момент за дверью раздались голоса. — Кто здесь так поздно? В окне я точно видел форму соловья. — Разве соловьям разрешается покидать остров после? — Нет, нарушители будут серьезно наказаны!       Демон небрежно схватил её за локоть и сказал: — Пойдем.       Губы Алисы сжались в прямую тонкую линию, стараясь скрыть волнение. Хотя каждая клетка тела сопротивлялась, она решительно последовала за ним, осознавая риски. Если это и была ловушка со смертельным исходом, встретить её было бы приятнее, чем вечность в заточении.       Они начали тихо передвигаться по комнате, пока не остановились напротив ветхого шкафа. Демон многозначительно кивнул, и почему-то у неё промелькнула мысль, что разбиться с высоты птичьего полета было не самой плохой идеей.       Стоять рядом с ним, не направляя запретное заклятье прямо ему в сердце, было так же безрассудно, как подставлять свое горло волку. — Я точно слышал шум, нужно проверить, — прозвучал чей-то голос совсем рядом.       В следующую секунду они уже протискивались в шкаф в надежде остаться незамеченными. Внутри было тесно, отчего тела бесстыдно прижались друг к другу.       Алиса сглотнула, набирая в лёгкие воздух. — Не смей вести себя так, будто тебя застали врасплох! Нужно просто успокоить своё глупое сердце, — пронеслось у неё в голове.       Глаза девушки возвращались к демону каждый раз, когда надоедало всматриваться в темноту, замечая, как двигаются желваки на его лице.       А это случалось часто. Непозволительно часто.       Хотелось повернуться, разорвать этот порочный круг, но её тело застыло в весьма многозначительном положении. Мышцы не подчинялись, и она осталась стоять, заливаясь румянцем, пока его голос снова не нарушил тишину: — Твоя рука сейчас упирается мне в бедро? — Это случайность, — беспечно ответила Алиса, надеясь, что выражение её лица скрыто в темноте. — Но твоя рука все еще там. — И это до сих пор случайность!       Последние слова вырвались с неожиданной силой, нарушив хлипкое равновесие. — Так значит, ты просто свалилась мне на голову? — шепнул демон. — Думала, это будет более эффектно, чем просто упасть на пол. — Ясно, ещё одна бедная душа, потерянная в своей собственной ничтожности, — Он закатил глаза и нахмурился. — Не в состоянии даже контролировать свою магию. Такие, как ты, лишь вызывают разрушение и хаос. Обыкновенные глупцы. Верящие, будто они значат здесь хоть что-то большее, чем просто пища.       Его слова ударили как хлыст, заставив почти задохнуться от внезапной ярости. Её глаза сверкнули, а злость придала мне неожиданную уверенность. — Даже не смей делать вид, будто знаешь хоть что-то обо мне.       В это время где-то в комнате послышался чужой голос: — Госпожа, в комнате пусто.       Ответ последовал немедленно, на этот раз женский: — Ах, и здесь его нет? Ну, такой рыцарь точно не мог ошибиться… — раздалась в ответ незнакомая женская речь.       Тем временем пальцы девушки осторожно потянулись к дверце шкафа, пытаясь её слегка приоткрыть. — Нет хуже наказания, чем пребывать в обществе самодовольного идиота, — прошептала Алиса, смирившись с мыслью о неизбежном.       Демон с ловкостью хищника перехватил попытку капитуляции, заставив сильнее вжаться в заднюю стенку шкафа. — Это точно её голос, — он говорил сам с собой, по-прежнему сжимая её ладонь, — Даже не знаю, что хуже: выслушивать нравоучения о том, что я пропустил встречу со старейшинами… или анекдоты о моем весьма недвусмысленном положении в шкафу.       Заметив, что демон размышлял о чём-то и слегка сбавил бдительность, она решительно пнула дверь ногой. К общему удивлению, она поддалась легко и бесшумно, словно сама была удивлена такому развитию событий.       В следующее мгновение взгляд девушки пересекся с дьявольским. Их лица покраснели, как у двух подростков, застигнутых на месте преступления. Кажется, они оба вспомнили всевозможные молитвы, чтобы дверца поскорее вернулась в исходное положение, преградив доступ к столь интимной и неловкой сцене.       Демоница лежала на столе, а стражник разрывал ей блузку, припав к её шее. Она забавлялась, пока соловей склонился над ней и уже харкал кровью от недостатка жизненной энергии. — М-мн… Прошу, полегче, госпожа, — умолял человек. — А я и не знала, что стражники бывают так нетерпеливы даже на собственном посту, — она смеялась, наблюдая за ним. — Люди такие предсказуемые. — А-а… Ах-х!       В глотке разорвался нервный клубок. Алиса физически ощущала градус отвращения, как раскалённое железо, которое плавит металл и оставляет жгучий след. От этого эмоций руки начинали трястись, подчиняясь безумному ритму сердца.       Хотелось взвыть, разодрать грудную клетку, если потребуется, чтобы вышвырнуть все эти чувства. Чувства, которые она пыталась похоронить последние несколько месяцев.       Смесь стыда, унижения, непонимания, жалости к человеку, самой себе. Она ненавидела Ад, свою жизнь здесь, эту чертову роль. И ради чего?       Ради того, кто даже не соизволил её навестить. Она ведь действительно умерла.       Внезапно её лица осторожно коснулась холодная ладонь, заставляя понемногу прийти в себя. Демон аккуратно заслонил девушку собой, будто хотел оградить от внешнего мира. — Соловей, потерпи немного, — его голос звучал хрипло.       Он оставался рядом. Какое-то живое существо, способное доказать, что она не спятила, не свихнулась полностью в этом месте. Что она по-прежнему дышит, хоть что-то чувствует помимо этой раздражающей пустоты.       К тому же, девушка почти израсходовала почти весь хаос, что был в её теле, на призраков. Для его восстановления необходим был физический контакт с обладателем. Вынужденная, но отнюдь не благородная мера.       И прежде чем это осознать, тело уже непослушно двинулось ближе, направляясь к его губам. Демон сжал её плечи, словно догадавшись, что Алиса собиралась сделать. — Не воспринимай на личный счёт, — слетело с её губ.       Она пообещала себе испариться после этого. Сразу же. Надеясь где-то на задворках души, что он её оттолкнет. Вобьёт в стенку, заставляя чувствовать шершавость древесины, и скажет что-то о том, какая же она глупая пташка, раз думала, что в мире мёртвых можно получить всё так легко.       Но этого не произошло.       И она, вдыхая запах ирисов, медленно приоткрыла рот. Осторожно коснулась языком его плотно сжатых губ. Казалось, что пульс остановился, когда демон выдохнул. Из-за грохота собственного сердцебиения девушка не сразу услышала глухой удар.       Они вывалились кубарем из шкафа, сметая всё на своем пути. — Да ты чертова извращенка! — рявкнул демон, пытаясь подняться на ноги. — Знаете, в чем заключается значение слово «прятаться»? — Знакомый женский голос заставил обернуться. — Затаиться, а не разносить антикварную вещь в щепки.       Алиса была почти уверена, что, говоря о дьяволе, священники имели в виду её. Тот самый порок, на который соглашаешься с песней, зная, что впереди лишь поражение. Удивительно, какой же силой обладают уверенные в себе женщины.       Первое, что бросилось в глаза — это удивительное сходство с демоном напротив. Она была гораздо старше, но чёрные, как смоль, волосы, острые высокие скулы и голубые глаза выдавали их общую кровь. Тогда её строгий костюм и слегка высокомерный взгляд показались враждебными. — Понятие не имею, что вы там делали, но было довольно громко, — засмеялась демоница. — Ничего более постыдного, чем твои иллюзии, Кассандра, — парировал демон. — Твоего острого взгляда и способности к распознаванию даже таких сложных заклинаний на расстоянии не занимать. Гений, однако… — Кассандра остановилась. — Я уже начала думать, что мой любимый племянник так и останется в шкафу до тех пор, пока старейшины не придут. Несмотря на то, что я полностью разделяю твоё бунтарство и даже в большей степени его поощряю. Всегда остается некоторый порядок вещей, который нельзя нарушать. — Мое присутствие действительно необходимо? — Да.       Алиса могла поклясться, что в его взгляде что-то изменилось. Как будто кто-то нажал на спусковой курок.       Демон обернулся через плечо, чтобы что?.. Может, чтобы увидеть выражение лица Алисы, когда он прорычал сквозь зубы: — Больше никогда не приходи сюда, соловей. А затем её окутала такая знакомая темнота. Девушка провалилась в портал.

***

      Влажный ветер пронизывал кожу, а песчинки, поднятые в воздухе, беспощадно царапали щеку. Алиса усмехнулась от осознания, насколько хрупки и уязвимы её оголенные нервы, которые уже давно перешли грань исступленной стойкости.       Эреб — остров соловьев, олицетворение вечного Мрака, где всегда царили сумерки, предшествующие рассвету. В древности сюда ссылали убийц, смертников, мучеников, что были не достойны перерождения. Впрочем, не многое поменялось.       Пустынный пейзаж вокруг — дюны, песок, разбросанные кости — контрастировал с величественными мраморными постройками и жертвенными алтарями, которые тянулись вдоль берегов Леты. Эта медленно текущая вода, словно змея, обвивала остров, создавая иллюзию изоляции и вечного забвения.       С пляжа виднелись Елисейские поля — столица демонов, куда не попасть обычным мертвецам. Это был город из стекла и металла. Его огни светились ярче, чем вывески на Тайм-Сквер. Недоступная крепость, манящая соловьев пороком и возможностями.       И это был только второй круг.       Мысли рассеяли звук хлопка, и перед ней мгновенно образовалась фигура стражника. — Ахиллес, не поверишь, но я сегодня действительно рада тебя видеть, — Алиса прошла вдоль кромки воды. — Ещё немного, и мои разогнанные мысли улетели бы в кювет. — Прекрасное настроение для последнего выговора? — удивился тот. — Видимо, я перестаю понимать человеческие души всё больше и больше. — Кстати об этом… События сегодняшнего дня вихрем пронеслись в голове. Она запнулась, не зная, с чего начать… Забытый лес, призраки, демон, старейшины, скомканное прощание. Пока разум не озарил маленький, крошечный огонёк надежды, что это может сработать. — Госпожа… Кассандра попросила меня остаться, — объявила Алиса, делая шаг вперёд по мокрому песку. — Кассандра? — удивился стражник, его глаза сузились от недоумения. — У неё были вопросы по сделке до собрания со старейшинами. — Даже не догадываюсь, какие вопросы могли быть у Госпожи к тебе, — причитал стражник. — Разве я когда-нибудь врала? — Постоянно.       Девушка только удивлённо подняла плечи, наблюдая, как волны накатывают на берег, создавая пену и принося останки чьих-то костей. — Помнишь, почему ввели комендантский час? Почему соловьям необходимо сообщать о своём положении? — прошипел он. — Разве ты не знаешь, что происходит? — Это же Ад. Тут всегда что-то происходит. — Знаешь, я ведь действительно могу тебя наказать. Моё терпение не безграничное. Посажу в клетку, словно домашнюю птицу без крыльев.       Он не врал, и оставалось только уповать на прощение. — Но сейчас полный хаос из-за последних новостей, — продолжил стражник, его голос прозвучал встревоженно. — Просто иди в свою комнату, Алиса. И постарайся ни во что не влезть, хотя бы сегодня.       Его голос привел её в чувства. Она вновь ощутила, что твердо стоит на ногах. Даже сделала пару шагов в направлении спальни, пока не услышала хохот соловьев, которые что-то бурно обсуждали. — Странно, не из-за этого ли Ахиллес сегодня такой нервный? — Завтра начнутся соревнования, все силы тратит на подготовку, — один из них бросил на ходу, и группа засмеялась ещё громче. — Будет пробоваться стать личным соловьём принца.       Сердце бешено колотилось в груди, но Алиса решила не задерживаться и поспешить в комнату, чтобы скорее смыть с себя этот чертов день.       Знаешь, в тот день, в мире людей, она ясно видела созвездие Лиры, стоя на кладбище. Оказалось, что Судьба просто смеялась ей в лицо.