Часть 3. Ненавидь или люби

      ― Вы меня удивили, ― в который раз прокашлявшись после горького целительного отвара, прохрипела Вивьен и вручила обратно чашку с лекарством. ― Я даже испугаться как следует не успела, как вы уже примчались меня спасать.       ― Тебя ведь невозможно по-настоящему напугать, уж я то знаю, ― заботливо накрывая сестру, улыбнулась Джуд. ― Наверняка уже сама придумывала план успешного побега.       ― Точно. Все-таки несколько ударов я нанести успела тому упырю, что меня связывал. Разукрасила его и без того уродливое личико парой синяков. Будут знать, как связываться с женщинами из нашей семьи.       ― О, да. Думаю, они этот урок запомнят ещё надолго, ― посмеиваясь над её последним предложением, утвердительно закивал на соседнем кресле Кардан, затягивая бинты на плече.       ― Нам повезло, что мы успели вовремя засечь их базу. Ещё бы немного, и эти негодяи переместились бы в другое место и найти уже их было бы гораздо сложнее, ― доставая очередной флакончик с содержимым, серьёзно проговорила Бомба и плеснула пару капель в новую чашку. ― Хорошо, что они оказались такими медлительными.       ― Они с самого начала не блистали умом. Поверить не могу, что Мадок позволил случиться бунту среди своих же, ― хмыкнула смертная, встречаясь взглядом со своей сестрой, на что та лишь невозмутимо пожимает плечами.       ― Сдаёт позиции старик. А ещё метит на королевский трон.       Прошло пять часов с похищения Вивьен Дуарте. Связавшись с Двором теней, быстро разработав и обговорив план действий, Джуд со своей маленькой оперативной группой отправилась в логово отпетых негодяев, похитевших её сестру. Идея отправляться в одиночку в самую точку кипения для того, чтобы стать приманкой, умело заговаривая зубы мерзавцам не понравилась никому, особенно Кардану, но деваться было некуда.       ― Эй, а как же осторожность? ― хватая девушку под локоть, возмущенно процедил король. ― На тебе нет их метки. Они же всё сразу поймут.       ― Там моя сестра, Кардан, ― вырвавалась из его крепкой хватки смертная. ― Я должна попытаться.       ― Пытайся, но не одна. Я иду с тобой.       ― Ну и как ты себе это представляешь? Ты должен быть мертв и я должна убедить их в этом. Не мешай мне.       ― Седьмое пекло, ― устало вздыхая, закатил глаза Гринбрайр. ― Если что-то пойдет не так, сразу же кричи, поняла? Мы будем поблизости и тут же кинемся к тебе.       Джуд проникла в обитель похитителей с успешным исходом лишь наполовину. Сначала всё и правда шло как по маслу, однако отсутствие метки на запястье значительно усложняло ей задачу. Приходилось умело изворачиваться и применять всё свое искусство убеждения в том, что король в самом деле мертв. Не сказать, что главарь и его шайка сразу же ей поверили, но для дальнейших раздумий было уже поздно. Двор теней активно принялся за дело.       ― И что теперь? ― вывел ее из раздумий голос Вивьен, удобно устроившейся на большой уютной постели в такой же просторной комнате, которую ей любезно предложил король. ― Оук сейчас у Хизер. Я возвращалась к ним после того, как купила наггетсы в продуктовом, а потом меня схватили эти уроды. Они наверное волнуются. Когда домой?       ― Скоро. Как только ты поправишься, так сразу же вернемся. Оук сейчас...       Громкий грохот упавшей и прокатившейся по полу чашки сразу же обратил на себя внимание три пары удивленных глаз. Кардан, стоявший на другом конце комнаты, растерянно заморгал и демонстративно схватился за плечо.       ― Что-то у меня боль все не проходит. Вот, даже чашку удержать не в состоянии.       ― Ты уверен, что не слишком туго забинтовал плечо? ― спросила Джуд, стараясь скрыть беспокойство в голосе.       ― Нет. Не поможешь?       ― Помогу. Я не надолго, ладно? Отдыхай, ― девушка еще раз посмотрела на сонную и уставшую Вивьен и, взяв у Бомбы всё необходимое, вместе с Карданом покинула комнату.       Они шли в напряженном молчании до его покоев. Джуд видела, как он хочет что-то ей сказать, напряженно сводит челюсти, но так и не решается. Его взгляд четко направлен вперед.       Хотя, может, ему просто не комфортно и она все придумывает?       Не стоит напрасно строить иллюзий на его счет. Не хочется снова остаться разочарованной и разбитой.       Девушка укрепилась в этом горьком умозаключении, снова принимая позицию холодного разума. Больше Кардан на нее не повлияет. Никоим образом.       На смену воинственному настрою как не к стати пригвоздились минувшие волнующие воспоминания.       Она, уверенная и растерянная одновременно, в его комнате, окутанная полумраком и с шаткой несостоявшейся идеей покончить с ненавистным королем.       И он, пьяный и расслабленный, отходящий от бурного празднества и бредящий в своих снах, с жадностью, с придыханием целующий каждый сантиметр ее кожи.       Дыхание перехватилось при подобных мыслях. Кардан сейчас стоит совсем рядом, лишь на пару шагов обгоняя смертную, поэтому Джуд может свободно смотреть ему в затылок, скрытно наблюдать за его суровым профилем и размышлять.       Что будет, когда она снова покинет Эльфхейм?       Как бы сильно она не желала остаться, ей просто не за что зацепиться, чтобы уговорить, убедить Кардана в том, что здесь она гораздо полезнее, нежели в смертном мире.       Разве может он так рисковать, оставляя ее рядом с собой? Тем более после недавнего происшествия, когда Дуарте явилась в его покои только для того, чтобы убить?       Интересно, почему он в итоге помог ей спасти Вивьен? Похоже, он посочувствовал своей старой подруге и просто не смог оставить ее в беде, иначе какой смысл?       Джуд не понимала, почему вообще подобные размышления так сильно ее расстраивают. Она не хочет иметь ничего общего с Карданом. Скоро ей придется вернуться обратно. Туда, где она больше не будет его видеть, а значит ей не придется больше задыхаться рядом с ним от своих неопределенных трусливых чувств. Тоска станет ей верным спутником, но и она со временем поутихнет. Тоска не только по Эльфхейму, но и по его Королю.       Они наконец добрались до его комнаты и прошли внутрь. Кардан плюхнулся на кресло и откинулся на спинку, пока смертная принялась расставлять все баночки и принадлежности на столике, суетясь с лекарственными травами. Его напряженный, внимательный взгляд смотрел в никуда, словно он о чем-то усиленно думал.       Джуд подошла к нему и аккуратно стала расстегивать его рубашку, обнажая правое плечо, на котором неумело закрепилась повязка. Медленно и сосредоточенно перебирая пальцами, принялась развязывать ее. Кардан неотрывно наблюдал за ней. Черные, блестящие глаза пожирали и прожигали насквозь, заставляя девушку поджимать от неловкости губы. Она всем своим нутром чувствовала на себе его взгляд, который стал для нее почти осязаемым, как бы сильно Дуарте не старалась не смотреть в его сторону, сосредоточиться только на его повязке.       Это было почти невыносимо.       Разобравшись со старыми, перепачканными бинтами, девушка смочила кусочек марли какой-то не понятной, но действенной жидкостью и приложила к раненному плечу Гринбрайра. Тот зашипел, поджимая губы и привлекая к себе ее внимание.       Джуд хорошо помнила, как он получил это ранение. Кардан закрыл ее своим телом в последний момент, когда клинок подлого, подкравшегося исподтишка противника чуть ли не столкнулся с ее плотью. Она чувствовала стыд и благодарность одновременно, и сейчас чувствует до сих пор.       ― Не стоило этого делать, ― наклонилась ближе девушка, обрабатывая рану и все еще не глядя на своего собеседника. ― Это была плохая идея, ― защищать меня.       "Я ведь могу допустить глупую, до смешного нелепую мысль, что на самом деле тебе не безразлична."       Кардан молчал, продолжая буравить ее взглядом, затем взял в свои пальцы ее каштановые локоны. Сердце пропускало один удар за другим, ― смертной не нравилось, как она реагирует на его прикосновения, даже на самые невинные. Это очень и очень плохо.       ― Ты мог и погибнуть тогда. И что же тогда мы бы делали? Эльфхейму все еще нужен король.       Но ее собеседник и на это никак не отреагировал, только тщательнее принялся перебирать и пропускать сквозь пальцы ее волосы, словно наслаждаясь их шелковистостью. Джуд почувствовал накатывающееся раздражение и смущение, нарочно до боли перевязывая бинтами его плечо.       ― Я что, со стеной разговариваю? Скажи уже что... ― она наконец повернула к нему голову и только сейчас поняла, в какой опасной близости с ним находится. Кардан встретил ее с отстраненным и серьезным выражением лица, несмотря на сокращенное расстояние между ними, но его глаза выражали все пылающие внутри него чувства.       ― Наконец-то посмотрела, ― прошептали его губы низким, хриплым голосом, заставляя смертную позабыть обо всем на свете, ― и о неперевязанной до конца ране, и о тщательном самовнушении придерживаться дистанции с тем, кого она должна, просто обязана ненавидеть.       ― Почему ты так жестока ко мне? ― его голос дрогнул, в нем послышались отчаявшиеся нотки.       Джуд растерянно заморгала, а сердце сжалось от этого не понятного вопроса, который она страстно желала задать ему еще во времена их совместных школьных занятий.       "Почему ты так жесток ко мне?"       ― Появилась спустя столько времени в моей комнате лишь для того, чтобы оставить. Чтобы снова толкнуть меня в пропасть. Разве это не жестоко, Джуд?       Девушку словно крепко ударили по голове. Она резко встала и выпрямилась, смотря на сидящего в кресле Кардана сверху вниз в полнейшем замешательстве. Внутри проснулся гнев от одной только мысли о том, что он снова с ней пытается играть в замысловатую для нее игру. Снова пытается манипулировать ее чувствами.       ― Хватит с меня твоих игр, Кардан. Я ухожу в мир смертных и ты меня больше никогда не увидишь, так и знай, ― едва эти беспощадные слова сорвались с ее губ, как парень резко схватил ее за руку в твердой хватке, словно ужасаясь, насколько правдивыми и фатальными они могут стать.       Джуд так же резко и гневно вырывается, тогда король хватает смертную уже за талию и прижимает к себе. Его цепкие руки до ужаса крепко закрепляются на ее изгибах, а сам юноша упирается головой ей в живот, зарываясь в коричневый жилет. Дуарте удивленно вспыхивает до самых ушей, неловкими попытками пытаясь вырваться из его стальной хватки.       ― Кардан, ну что за шутки? Хватит уже, отпусти меня! Это ни капли не смешно!       ― Ты не можешь снова уйти...       ― Что?       ― Не уходи.       "Не уходи", ― эхом прокатилось в ее голове. Горький, сдавленный шепот, из последних сил хватающийся за свою последнюю надежду.       Это было слишком невероятно, чтобы быть правдой. Такой нежный и уязвимый в своих слабостях Кардан, чуть ли не умоляющий ее остаться рядом с ним, не позволить снова оказаться в пропасти. Такое ей могло только присниться, однако сейчас совершенно точно был не сон.       ― Кардан, что ты... ― еле подбирая слова, старалась выровнить дыхание девушка, боясь лишний раз пошевелиться после недавнего шокирующего признания. ― Почему ты...       ― Я не хочу отпускать тебя. Останься, ― король обнимал ее, как нечто драгоценное в его жизни, и все его тело содрогалось от сдерживаемых эмоций. ― Останься со мной. Не хочешь со мной, тогда просто останься в Эльфхейме. Только останься, Джуд.       В какой-то степени даже больно было слышать такие слова от него. Наверное, от того, что смертная всё это время всем сердцем желала их услышать и твердо была уверена в том, что это никогда не произойдет.       Но вот она здесь, снова в его комнате, смущенная и растерянная, полностью ошеломленная, и снова в его объятиях. Даже если это была вновь какая-то хитроумная игра Кардана, девушка не была до конца уверена, что не хочет в нее сыграть.       Джуд медленно и боязно дотрагивается рукой до макушки его мягких, черных волос, поглаживает. Король дрожит и не скрывает этой дрожи. Он даже не скрывает, как сильно всё это время по ней тосковал, с каждым прожитым днем умирала какая-то часть его души.       Кардан обнимал ее до боли отчаянно и крепко, словно ужасаясь одной только мысли, что Джуд снова куда то исчезнет. Оставит его одного в этой огромной мрачной комнате, в своей огромной холодной постели.       Что-то в глубине души у девушки надломилось и бухнуло с невероятной силой. Она вдруг представила Кардана в ином обличии, ― не торжествующего в своей феноменальной победе над ней, с самодовольной ухмыляющейся гримасой, сидящего на железном троне и каждый день устраивающий в свою честь кутежи.       Нет.       А запертого в своих просторных апартаментах, в оглушительной тишине и темноте, сутками напролет не находящий себе места в этом роскошном дворце, без особого удовольствия выполняющий свои полномочия правителя и каждую ночь проводящий без спасительного сна, который мог бы хоть немного утолить его безудержную страсть к ней, его одиночество и тоску. В часы бесконечного отчаяния он бы срывался с места и пытался хоть как то связаться с ней, пусть даже безуспешно. Это бы давало ему какую-никакую, но надежду.       ― Я сделаю все, чтобы удержать тебя здесь как можно дольше, Джуд. Так и знай.       ― Звучит, как угроза, ― жалкая попытка обратить ситуацию в шутку была нелепой даже для нее. Слишком уж серьезная и напряженная была эта ситуация. Кардан по-прежнему не выпускал ее из объятий, не предоставляя и шанса выбраться.       ― Воспринимай это, как хочешь. Я больше не властен над собой. Сейчас для меня имеешь значение только ты, ― король наконец немного отстраняется, но лишь для того, чтобы поднять голову и посмотреть в глаза своей собеседнице.       Хватка нисколько не смягчается, словно он взаправду намерен удерживать ее так, хоть до наступления глубокой темноты. Джуд смутилась еще больше под этими честными, пристальными глазами. Она несмело протягивает руку и касается его лица. Проводит пальцами по его заостренным скулам, и Гринбрайр ловит ее ладонь, припадает к ней губами. На каждом ее пальчике отпечатался его легкий влажный поцелуй. Сердце Дуарте бьется о грудную клетку, как бешеное. Она судорожно вздыхает, приподнимает пальцем его за подбородок, заставляя смотреть ей в глаза.       ― Значит, сделаешь всё, чтобы удержать меня? ― смертная пытается придать голосу властности, однако румянец и лихорадочный блеск в глазах легко выдавали ее с головой.       ― Именно так.       ― Я хочу, чтобы ты поцеловал меня.       Руки Кардана на ее талии сжимаются сильнее. Девушка чувствует, насколько сильно участилось его сердце.       ― Знала бы ты, как я этого хочу, ― он протягивает руку к ее лицу, но девушка уже сама тянется к нему и сталкивается своими губами с его в глубоком поцелуе. Король спускается рукой к ее бедру и притягивает к себе, усаживая на свои колени. Джуд вздыхает от неожиданности, но затем с новой силой впивается в его губы.       От такого головокружительного напора Кардан стискивает пальцы на ее коже, стонет, запутывает ее волосы, притягивая к себе за макушку. Все слишком реально, чтобы это было сном. Нет, лишь бы это не оказалось очередным сном!..       Король не уверен, что выдержит такого жестокого сокрушительного осознания на утро. Однако он зря метался в своих страхах. Джуд была слишком материальной, слишком горячей и настоящей, чтобы всё оказалось понарошку.       ― Ты будешь целовать меня так каждый день. Вот тебе мое условие, Кардан, ― отрываясь от его губ, порывисто задышала девушка в максимальной близости с ним. Король только усмехнулся.       ― Я готов делать это не только день. И не только целовать, ― парень впивается губами в ее шею и Дуарте резко вздыхает.       Это было его обещанием. И ее условием. Врядли получится теперь его нарушить.       ― Ты бы правда меня убила, сложись все иначе? ― неотрываясь от ее кожи, полушепотом спросил Кардан.       Девушка прикусила губу от нового испульса подступающих мурашек из-за этих его прикосновений и на одном дыхании выпалила:       ― Я так хотела это сделать. Я думала об этом. Но когда я тебя увидела...       Руки задрожали. Она бы никогда не смогла убить его. Не так, по крайней мере.       ― Я был слишком очарователен, чтобы убить меня?       ― И это тоже.       Слишком очарователен в своей непоколебимой вере в иллюзию, созданную его же беспросветным одиночеством. Эта тоска, эта боль была хорошо знакома для Джуд. Наверное, поэтому она не смогла его тронуть.       ― К тому же, убить самого Короля, ― страшное преступление. Королева Эльфхейма не может себе этого позволить. Каким бы невыносимым Король ни был.