Часть 6. Первый принцип

Айзек проснулся, чувствуя, как остатки сна медленно ускользают, уступая место новому дню. Он быстро умылся, привел себя в порядок и направился в столовую, где его уже ждал мистер А. Мистер А сидел за столом и встретил Айзека кивком. — Доброе утро, Айзек, — сказал он. — Сегодня у нас особые планы. Я хочу, чтобы ты пошел со мной в одно место. Айзек, слегка удивленный, но заинтригованный, сел напротив мистера А. — Куда мы направляемся? — спросил он, пытаясь понять, что же его ожидает. Мистер А чуть наклонился вперед и сказал: — Ешь, потом сразу же пойдем. — Хорошо, — ответил Айзек. Пока Айзек ел недавно разогретую еду, он пытался угадать, куда они пойдут. Он еще никуда не уходил из этого здания, и ему было одновременно интересно узнать о новом мире и немного боязно выходить наружу. "Все-таки, прошлый опыт не прошел бесследно," — вздохнул про себя Айзек, в то же время закончив еду. Увидев это, мистер А встал, и Айзек последовал за ним к выходу. Когда мистер А открыл дверь, запах смога и гари усилился. Почувствовав отвращение, Айзек последовал за оракулом, который, видимо, даже не заметил разницы. "Надеюсь, такими темпами не умру от легочных заболеваний," — подумал Айзек. На улице все еще было темно, и сложно было понять, наступило ли утро или нет. Это напомнило ему Лондон XVIII-XIX веков, где, как говорят, был ужасный смог. Но Айзеку казалось, что в Баклунде смога все-таки больше. Эта мысль напомнила ему о доме, и ему стало немного тоскливо. Стряхнув головой, чтобы отогнать эти мысли, он продолжил следовать за оракулом. В такое темное время мистера А можно принять за призрака, особенно с его длинным плащом, создающим таинственный образ. Айзек нахмурился, чувствуя, будто мистер А впереди него ненастоящий и может исчезнуть в мгновение ока. Казалось, что он тень, не имеющая физического воплощения. Эта мысль вызвала внезапный холодок и напрягла Айзека, но он расслабился, думая, что слишком много думает. "Как мистер А передо мной может быть ненастоящим? Наверное, слишком много стресса оказалось на моей психике," — усмехнулся про себя он. На этот раз он решил не отвлекаться на мысли и внимательно следовать за мистером А, чтобы не потерять его фигуру в такой темноте. Они шли около двадцати минут, по ощущениям Айзека, и за это время не проронили ни слова. Он заметил, что здания, мимо которых они проходили, не были освещены, фонарных столбов не было, и виднелись какие-то силуэты в темноте. Также вдали периодически слышались звуки выстрелов, что напрягло Айзека и заставило увеличить бдительность. Но мистер А словно не слышал этого и не показывал, что эти факторы его хоть как-либо волнуют. Примерно через десять напряженных минут для Айзека оракул остановился перед каким-то зданием и отпер дверь ключом. На вид это здание имело два этажа и довольно широкую площадь по сравнению с другими зданиями. Последовав за оракулом, он вошел в дом и ощутил облегчение. "Никогда бы не подумал, что ночь в городе может ощущаться такой опасной," — подумал Айзек. Мистер А зажег газовую лампу, лежащую на столе, и осветил холл. Тут все было как в обычных домах, и не было видно ничего экстраординарного. "Это конспиративный дом? Или тут что-то хранится? Хотя это не противоречит друг другу. Ладно, хватит раздумывать, надо спросить," — прервал себя Айзек. — Для чего мы здесь, господин оракул? — спросил он уважительно, ожидая ответа. — Это здание — одно из мест, где мы проповедуем и собираемся, Айзек. И также тут ты будешь учиться ритуалам и проводить их, — ответил мистер А магнетическим голосом. "О, будем изучать ритуалы? Это было бы очень полезно, ведь кроме так называемой высокой духовности и базовых знаний ритуалистики, данных зельем, у меня нет экстраординарных способностей. Если я правильно помню, с помощью ритуалов я могу просить Божество даровать благословления и помощи. Хотя неизвестно, откликнется ли Божество и поможет ли," — размышлял Айзек. — Кстати, чуть не забыл об этом, — внезапно сказал оракул, обратив внимание на себя. — Следуй за мной. "Чуть не забыл? Что он хочет показать мне?" — эта новость заинтересовала Айзека, и он последовал за ним. Они подошли к одной из дверей, отперли замок и спустились, по-видимому, в подвал. "Опять в подвал? Что-то я зачастил в подвалы, словно что-то скрываю. Хотя я и так скрываю принадлежность к еретической религии," — вздохнул про себя Айзек. Они спускались по лестнице около минуты, и Айзек отметил про себя, что они уходят довольно глубоко под землю. Оракул отпер дверь и вошел внутрь. Перед Айзеком открылись еще несколько дверей, около пяти-шести по протяженности. "Какие-то комнаты," — подумал Айзек. Мистер А направился к самой правой двери и отпер ее. Внутри было ярко, свет от ламп освещал помещение, и повсюду лежали ящики. На ящиках были нарисованы символы и руны на гермеском языке, большинство из которых означали "подавление". На некоторых ящиках также виднелись руны с перевернутым крестом — знаком Истинного Творца, отметил про себя Айзек. Айзек внимательно рассматривал ящики, стараясь уловить значение каждого символа. — Что это за место? — спросил он, чувствуя, как интерес переплетается с осторожностью. — Это хранилище, — ответил мистер А. — Здесь мы храним запечатанные артефакты. Символы и руны на ящиках — это меры предосторожности, чтобы содержимое оставалось под контролем. Айзек задумался и вспомнил, что оракул однажды упомянул этот термин, когда они были в подвале, про ожерелье Айзека. "Почему-то я забыл про ожерелье… Я даже не обратил внимания на его исчезновение. Неужели моя память так плоха?" — раздраженно подумал он. Из одного ящика мистер А вытащил металлический обруч с простыми линиями. — Это запечатанный артефакт шестой последовательности, называемый "Обруч епископа". Он создан из характеристики шестой последовательности нашего пути — Епископа Розы, — произнес он. — Его основные способности — регенерация, управление плотью, создание щита из плоти. Его побочный эффект — периодическое восхваление Господа, истинное устремление к Его славе… даже после смерти. Какой хороший верующий, — добавил он с фанатичным блеском в глазах. Глядя на обруч, Айзек почувствовал, как внутри него что-то сжимается от отвращения. "Этот артефакт сделан из останков потустороннего? Неужели он пропитан кровью несчастного, душой несчастного?" Перед его глазами начало мерещиться, как из обруча льется кровь...Айзек резко отшатнулся, его дыхание сбилось. Ему показалось, что из обруча начала стекать густая алая жидкость, заливая пол и оставляя за собой пронзительный запах металла. Металл бледнел, становясь цвета кости, а на его поверхности проявлялись гротескные гравировки — скрюченные человеческое лицо, застывшие в немом крике. Он отступил ещё на несколько шагов, неожиданно упершись спиной в холодную каменную стену. Мистер А, который до этого говорил в своей обычной размеренной манере, остановился, пристально наблюдая за Айзеком. Его фанатичный пыл немного угас, сменившись легким недоумением. — Что случилось, брат мой? Что вселило в тебя такой ужас? — спросил он, слегка наклонив голову. В его голосе не было насмешки, скорее любопытство. Он искренне не понимал, что могло так испугать будущего оракула. Айзек лихорадочно моргнул, пытаясь избавиться от видения. "Что на меня нашло? Почему я так потерял разум? Это всего лишь артефакт... верно?" Он закрыл глаза и сосредоточился. В его голове вспыхнул образ креста на пустынном холме, того самого символа, на котором он удержал своё сознание во время переваривания зелья. Он мысленно повторял его очертания, вычерчивая каждый угол, каждую линию, словно удерживая его в памяти своей души. Постепенно ощущение ужаса отступило, и, открыв глаза, он увидел перед собой обычный металлический обруч. Ни крови, ни искаженных лиц. Только холодный, безжизненный металл. "Неужели это то, что будет сопровождать меня всегда?" Айзек вздохнул, снова взяв себя в руки. Он не мог позволить мистеру А увидеть его слабость. Быстро собравшись, он заговорил, стараясь, чтобы голос звучал уверенно: — Господин оракул, я только что... словно увидел кровь, что льется из обруча, и выражение лица, изображавшего ужас. Это... шокировало меня, немного, да совсем немного. Последние слова он произнёс быстро, чтобы снизить значимость своего испуга. — Не могли бы вы помочь объяснить это, господин оракул? Можете ли вы развеять моё сомнение насчет этого артефакта? Сделано ли оно из трупа нашего единоверца? Мистер А внимательно посмотрел на него, и на губах его мелькнула слабая улыбка — скорее довольная, чем насмешливая. — Ах, вот что произошло. Я понимаю. Что ж, я просвещу тебя, мой брат, — с видимым удовольствием ответил он. Айзек отметил, что мистер А говорил сейчас иначе — с интонацией наставника, которому приятно, что ученик задаёт правильные вопросы. — Хоть и не будет ошибкой сказать, что артефакт сделан из трупа, следует уточнить некоторые вещи. Как мы проходили в прошлом уроке, потусторонние силы происходят из потусторонних характеристик, верно? — Верно, — ответил Айзек, ощущая, что разговор действительно превращается в лекцию. — Но что происходит с ними, когда их носитель умирает? Этот вопрос заставил Айзека задуматься. Он никогда не задумывался о том, что происходит с потусторонними характеристиками после смерти владельца. Логично, что они не могут просто исчезнуть... но куда же они деваются? — Он остаётся внутри тела? Не может же он исчезнуть, нет? — неуверенно предположил Айзек. Мистер А кивнул, но не до конца. — Неплохой ответ для того, кто совсем недавно в мире мистицизма. Твой ответ близок, но не совсем точен. Оракул выдержал паузу, не продолжая сразу, а наблюдая за Айзеком. "Чего он остановился? Он хочет, чтобы я сам спросил?" Айзек кивнул сам себе. — Так какой же правильный ответ? Мистер А улыбнулся чуть шире, удовлетворённый. — Потусторонняя характеристика не исчезает. Она выходит из тела носителя после его смерти и формирует необычный объект. Если рядом есть вещи, есть большая вероятность, что она сольётся с ними, образовав запечатанный артефакт. Айзек моргнул, осознавая значение этих слов. "Стоп... получается, этот обруч стал запечатанным объектом после смерти Епископа Розы? Из-за того, что он, скорее всего, был на нём одет?" Он задал этот вопрос вслух, и мистер А кивнул. — Да, так и есть. Этот феномен мы называем законом бессмертия потусторонних характеристик. Характеристики не появляются из ниоткуда и не исчезают никуда, а лишь меняют своего носителя. В этот момент у Айзека словно что-то прояснилось в голове. "Они не исчезают... они лишь переходят. Это значит, что сила в этом мире не приходит из пустоты, но и не уходит в пустоту. Она просто циркулирует." С этим осознанием его сознание вдруг стало яснее. Он почувствовал лёгкое, почти невидимое чувство... как будто давящая на него тяжесть слегка ослабла, и стало легче дышать. Его дух стал бодрее. "Что это...?" И тут его осенило. Он задавал вопросы. Он искал истину. Он просил разгадать тайну артефакта, своего видения. "Это и позволило мне переварить часть зелья." Его тело моментально пронзило знакомое ощущение. Он понял, что переварил ещё одну часть зелья Просителя секретов. "Неужели я только что переварил треть зелья... за неделю?" Только при явном переварении он заметил собственный прогресс. Он быстро взглянул на мистера А, который, похоже, заметил перемену. — Ты что-то осознал, брат? Голос оракула звучал не просто любопытно, а испытующе. Айзек глубоко вдохнул и медленно кивнул. — Да... мои мысли. Я спрашивал мистера А, спрашивал тайну, стоящую за обручем. Спрашивал… тайну. Просил разгадать секрет артефакта, моего видения. Он сделал паузу, а затем с твёрдостью продолжил: — Если я сомневаюсь, я должен спрашивать. Скромно просить секреты у знающего, ибо я — Проситель. Как только он произнёс это, его тело снова пронзило лёгкое чувство облегчения. Переваривание продвинулось ещё немного. Мистер А смотрел на него с выражением, в котором смешались удовлетворение и лёгкая гордость. — Ты понял, брат. Это путь, по которому тебе следует идти.