~ Глава 143 ~ Принципы ~

Я распахнул древь-перегородку — каркас бамбуковых стеблей, обтянутых почти непрозрачной рисовой бумагой. Из манящей тьмы меня тут же окликнул голос. — О, а где же Тосуке? Я посмотрел в сторону и увидел богиню Инари.Она, как и большинство других богинь была красива собой, настоящее воплощение совершенства, она больше склонялась к стилю трогательной и проницательной красоты Фрейи. Сидя в приглашающей, развязной позе на диване, она лениво раскинула свои девять прелестных хвостов, точно павлин.Большинство ее хвостов были длиной более пяти метров, кроваво-красного цвета, а их кончики были ослепительно выбеленными, сочетаясь с ее темно-рыжими волосами, локоны которых плавно перетекали в костяной белый оттенок.Она была одета в свободное кимоно, которое обнажало ее бледно-белые ноги, едва не доходя до бедер, а рукава кимоно опускались до локтей, открывая верхнюю половину ее сладострастного декольте без всякого стыда. — Если Вы имеете в виду того старика-лакея, так он настолько сильно разозлился от моего замечания, что пытался убить меня, а я всего-то указал на то, что его расовое превосходство было выдумкой и чушью, утешением для изгоев. К сожалению, его мозги сейчас украшают Ваши чудные дубовые полы, или не дубовые, впрочем, эта картина в мрачной галерее может сойти за очередной высер современного искусства, хотя, если Вам интересно, у меня все еще есть немного вашего дворецкого на подошве сапог. Простодушно выкинул я, так как она прекрасно знала, что с ним стряслось, ведь его Фална была связана с ней.Инари дернулась, и сквозь ее отрешенную ленивую вуаль, которой было окутано ее присутствие, я увидел, как ее красные глаза властно, даже с игривой угрозой уставились на меня. — Мальчик... Тебе повезло, что ты не убил тех близняшек, иначе я бы пренебрегла всякими правилами использования Арканума здесь, в Генкае. Она сказала это негромко, но угроза была совершенно явной. Я лишь закатил глаза. — Инари… Заткни пасть, мелкое коварное чучело... Ты не в Тенкае, здесь иные законы, и твои прихвостни тебя не спасут. Это реальный мир, а не божественные сады. Я смотрел Инари прямо в глаза, говорил спокойно и ровно, я был готов сделать резкий шаг, чтобы схватить эту дрянь, если ее Арканум действительно выплеснется, и расправиться с ней на месте, если это мне удастся. — Нет, серьезно, Инари, о чем ты думала, пытаясь запугать семью Гестии... Твоя семья не смогла разобраться с одним мной, что уж говорить о всей моей семье. Твои кланы ниндзя не могут устроить нам засаду в подземелье и не могут проникнуть во владения Гестии. Я искренне не понимал, на что она рассчитывала...— Сбрасываешь со счетов меня и всех, кто меня поддерживает, как семью Локи, которая запросто может раздавить тебя как букашку. Что будет, если Фрейя использует свой безграничный Арканум, чтобы сразить тебя, и просто вернется в Тенкай, даже если у нее будет достаточно проблем, чтобы быть отправленной обратно? Или Гестия выжжет твою жалкую тушку до такой степени, что ты не сможешь более реинкарнировать?Лицо Инари дернулось от шквала моих вопросов, и я думаю, что она только сейчас поняла, что мы — как вишневая косточка, которую она надеется, но не может проглотить, даже если бы могла проглотить саму вишенку целиком. — Ты знаешь, какие домены принадлежат мне, Джейк?Я на мгновение задумался и смог только пожать плечами, выдав самый очевидный ответ. — Лисы, наверное... Неужели ты хочешь сказать, что это был какой-то грандиозный план или что-то в этом роде? Не смеши. Фыркнул я. Богиня-лисица приложила ладонь к лицу и тяжело вздохнула. — Нет, Джейк... У меня много сфер влияния, например, саке, рис, лисы и многое другое... Причина, по которой я играла с твоей семьей, — это мой домен плодородия. Она произнесла это с такой интонацией, будто готова раскрыть нечто великое, и в этот момент я уже был исполнен тупой ярости, готовый намотать ее волосы на кулак и бить ее головой в стену до самой смерти.— Изначально я планировала, что члены моей семьи будут оказывать давление на твою семью, и ты ворвешься сюда, а я буду играть роль несчастной девы, и ты будешь влеком ко мне, к беспомощной богине, снова и снова приходя сюда, одаряя меня потомством благородных лисиц, у которых, несомненно, будет по девять хвостов. А впоследствии я, быть может, выведу их на десятый уровень. Она говорила устало и снисходительно, а я мог только корчиться в отвращения, поскольку ей действительно было наплевать на убитых мною стражников, придворных и членов ее семьи, за исключением тех сестер, которые едва соответствовали ее высокому стандарту. Инари закатила глаза, взбешенная моей гримасой. — О, не утруждай себя, дитя человеческое. Может, ты и намотал этих шлюховатых богинь, Фрейю и Гестию, на свой член, но многие другие просто использовали бы тебя как банальный дозатор спермы, которым ты и являешься, чтобы хоть как-то скрасить наши будни в этом мире.Отвращение рассеялось, сменившись горделивым презрением. Я расслабился и рухнул в кресло напротив Инари. В то время, как я наслаждался красотой богини с ее непринужденной сексуальностью, которую она демонстрировала, я понял кое-что о себе. — Вау, Инари... Спасибо, и как я раньше не догадался… Я вымолвил это с искренней нежной улыбкой, украсившей мое прекрасное лицо. Инари слегка покраснела от сего жеста, поскольку я был буквально на пике красоты и привлекательности с моим навыком Безупречное Тело, но она все равно небрежно махнула рукой. — О, расскажи, какой мудростью я одарила тебя. Я продолжил улыбаться, и, выждав секундную паузу, в момент вышел из пространства ее зала, сделав космический шаг вперед и концентрируя в себе технику дыхания Насекомого и собственные стили перемещения, и лишь моя катана осталась в материальном мире, гонимая моей нематериальной формой, точно по ветру.Прозвучал сладкий скрежет железа. Я остановился прямо перед медленно сползающей на пол Инари, которая поспешно прикрывала разрезанное горло, из которого сочилась золотистая сукровица. Я осторожно взял руки Инари, тщетно хватающие нежно и ровно вспоротое горло, пока мой клинок скрежетал по ее позвонкам изнутри. — Инари... Я хотел поблагодарить тебя за напоминание о том, что у меня есть ценности и идеалы. То, чего ты не познала за свою тысячелетнюю жалкую и порочную жизнь. Я сказал это нежным шепотом, а затем поднялся с колена и отошел от богини. Не дожидаясь, пока ее тело истечет кровью и истлеет, превратившись в столб божественной энергии, я взлетел на своих реактивных ботинках, направляясь прямо к Гестии. Мне было все равно, будет она жить или сдохнет, как брошенная собака, без надежды на спасающую длань, ведь она уже была нейтрализована, и в первом, худшем для Инари случае, Гестия не пощадит ее и заодно повеселится с ее семейкой. Первостепенно то, что я следую принципу, и, конечно, исполнил свой долг красиво.