2. Дело слизеринца - дело темное

Косой переулок в будние дни практически ничем не отличался от Косого переулка в выходные. Разве что народу было поменьше, отчего шагалось немного более просторнее чем обычно. Сколько раз он не возвращался на эту улочку, все равно казалось будто он вступает на нее в первый раз. Красочные вывески, шум голосов, различные запахи - все это окутывало Гарри и ему хотелось раствориться в ощущении счастья. Просто вдохнуть всей грудью, посидеть у Форстекью и понаблюдать за волшебниками. Эта улица когда-то открыла юному Гарри глаза, что существует иной мир, где он не странный урод, а где он Избранный, победивший темного волшебника. Ему было поистине радостно видеть, как улица ожила после войны. Но у Гарри Поттера была работа. Поэтому ему пришлось заглушить свои чувства и направиться в аптеку, где ранее работала убитая. - А, это вы, мистер Поттер, - мистер Освальд махнул рукой, - я ждал кого-то из вас. Генри Освальд был худым, даже тощим мужчиной с немного кривым носом. На глаз ему было чуть за сорок, мутные голубые глаза смотрели устало, а длинные пальцы методично перебирали документы. - Да, я по поводу мисс Грейс. - Сказать мне особо нечего, - сухо ответил мужчина, - трудолюбивая девушка, хотела подзаработать и накопить на взнос для обучения в Гильдии зельеваров. Работу выполняла исправно, за воровством я ее не заставал, клиенты на нее не жаловались. - Хорошо, - кивнул Гарри. - Мистер Освальд, а что вы можете мне сказать о прошлом владельце аптеки? - О прошлом владельце? - Удивленно переспросил мужчина. - А это вам зачем? Его же нет в живых давно. - Возможно эта информация будет важна в ходе расследования. - Ну, еще при жизни мистера Малфоя я был управляющим в этой аптеке. Здесь его не часто можно было увидеть, всем я и так заведовал, сам хозяин появлялся для просмотра бухгалтерии и проверки магазина. Где-то в середине Противостояния он предложил мне выкупить аптеку, стать ее владельцем. Уж я у него не спрашивал, почему он хочет отказаться от этого бизнеса, не мое это дело спрашивать у сиятельных лордов, почему ветер сменился. Может, решил заняться чем-то более прибыльным, не хотел отвлекаться. "Противостояние". Поттер про себя фыркнул. Министерство отказывалось назвать произошедшее Второй магической войной, так как часть войны они просто все отрицали и не верили, то потом, когда все кончилось, чтобы не сесть в лужу в очередной раз, придумали название произошедшему - "Противостояние с темными силами". Красиво, что сказать. Только все так и кличут это войной, только при властях эту формулировку и используют, чтобы штраф не схлопотать. - Спасибо вам за информацию. Если что-то вспомните, прошу, дайте мне знать. - Хорошей вам службы, мистер Поттер. - Пробормотал мистер Освальд, смотря как закрывается дверь магазина. - Ох, зря этот мальчишка в это болото полез, зря...

***

- Фто-нифуть уфнал? - Спросил с набитым ртом Рон. Они решили встретиться в кафе, обменяться информацией, а после идти писать отчет начальству. - Да ничего особенного, - вздохнул Гарри. - Правда, странно, что Малфой продал бизнес всего за несколько недель до того, как его посадили в Азкабан. - Случайность, - пожал плечами Рон. - Вот у меня тоже не густо. Жертвы с друг другом знакомы не были, родители у них тоже даже не приятельствовали, работали все в разных местах. С Малфоем была интересная зацепка, но, опять же, был бы хоть Хорек жив, могли бы спросить, что там папка его мутил, а так... Какой с мертвых спрос? Гарри помолчал. Он так долго не вспоминал про Малфоев и не хотелось вспоминать еще столько же. Если бы он мог, он заставил бы себя вообще все это забыть. - Приятель? - Да, ничего, просто не хочется возвращаться с пустыми руками. - Ну, что поделать, Гарри. Может, зайдем к Джорджу, хоть настроение себе подымем? - Давай, - улыбнулся Поттер, - интересно, он уже изобрел что-то новое? - Наверняка...

***

- Это, конечно, парни, все не очень хорошо, - хмуро заключил Диккинс, просматривая отчет, - но не отчаиваемся. У вампира должна быть какая-то определенная цель, даже если мы пока не можем отследить, почему именно эти женщины. - Разве все дело не в голоде? - Спросил Гарри. - Нашел первую попавшуюся и убил. - Зеленый ты еще, пацан, - подал голос Эрик, которого ни Поттер, ни Уизли сначала не приметили из-за горы бумаг на столе. - И видно что магический мир ты толком не знаешь. Вампиры не имеют обыкновение убивать своих жертв, кровь после отказа сердца начинает свертываться, и Мерлин знает почему, но трупная кровь для них пусть и не яд, но несварение уж точно обеспечит. Ну, это как если бы ты съел что-то просроченное. Поэтому вампиры обычно похищают жертву, держат ее живой под чарами, чтобы та не вопила и не сопротивлялась, и питаются ею. Обычно одной жертвы хватает на месяц. А в нашем случае, трупы уже полностью обескровлены, такое чувство, что из них насильно выкачивали кровь, потому как даже самый голодный вампир столько не выпьет. И это значит, что кровь они уносили с собой, раз место преступления раз за разом оставалось чистым. И из этого возникает вопрос: зачем им кровь этих женщин? - Может, для ритуала? - Почесал затылок Диккинс. - У кого-нибудь есть на примете знакомые, которые разбираются в обрядах вампиров? Все отрицательно покачали головой. - Значит, подам-ка я заявку в отдел тайн. Вряд ли в отделе магических существ что-то найдется. - Может, здесь имеет смысл то, что все девушки были разного происхождения? - Рон стушевался под пристальным взглядом наставника, после этого предположения и пояснил. - Ну, Розалинда Беккер, первая жертва, была маглорожденной, вторая, Стелла Сфифт, была полукровкой, ее мать была волшебницей-полукровкой, третья, Грейс... В документах значится как полукровка, но оба ее родителя маглорожденные. Может, здесь есть какой-то смысл. - Чистота крови для вампира? - Задумался Томас. - Никогда не думал об этом, вряд ли кто-то вообще об этом задумывался, но можно рассмотреть эту идею. - И это значит, что возможно, теперь мы можем предугадать, на кого еще могут положить глаз. Пока в списке нет ни одной чистокровной жертвы. Нам нужно предупредить их, чтоб пока не высовывались из своих замков, а то мало ли... Поттер, Уизли, вот и займитесь! Идите в отдел по делам волшебников, запросите список всех чистокровных женщин до 30 лет и идите делать благое дело. - Есть, сэр. - Синхронно вздохнули напарники.

***

Панси Паркинсон прекрасно проводила время в тишине своего фамильного поместья, вдалеке от городской суеты и вообще какого-либо стресса. Кроме нее и пары эльфов здесь давно никого не было, и дом так и пустовал бы, если бы родители не отправили Панси подальше от людей в глушь. Девушка прекрасно знала, как сейчас тяжело маме с папой, и если бы не была такой трусихой стояла бы сейчас рядом с ними и помогала восстанавливать репутацию, но... Она устала, измучена кошмарами и в преддверии его дня рождения засыпала только после пары бокалов спиртного и Панси не хотела, чтобы такой ее видели родители. Сколько уже прошло? Пятый год пошел как его не стало? Как ее привычный мир рухнул, раскололся буквально на до и после. И так тогда было не сладко, никто не понимал что делать и как быть, за кем следовать и кого слушать. На младшие классы было страшно смотреть, неловко видеть эти растерянные напуганные взгляды, которые ждут от тебя, поддержки, совета, руководства... Но что им она могла дать!? Она была такой же потерянной как они, а ее лучший друг с каждым днем все больше выглядел как инфери, стал замкнут и не желал с ней ничем делиться. У него отец сидел в Азкабане, а в доме прописался Темный Лорд, а потому Пенси не приставала к нему, и возможно зря. Если бы она хоть раз переборола свою трусость, хоть раз настойчиво упросила рассказать что его тревожит, поделится с ней переживаниями, может он был бы жив... Жив и рядом... Сказал бы ей перестать раскисать, позорить свой древний род, собрать волю в кулак и делать дела, даже если не хочется, плохо и больно. Потому что НАДО. Они дети из Священных двадцати восьми, их, мантикора раздери, воспитывали быть сильными. А Пенси Паркинсон, вечная трусиха, которая пряталась за родителями свою свою жизнь, а всю хогвартскую - цеплялась за Драко и не отпускала. Сейчас же... За юбкой у матери прятаться уже несолидно, она взрослая, ее младший брат нуждается в поддержке больше чем она, а друга больше нет на этом свете... Вот и что ей делать!? К кому обратиться за советом? Кто скажет как жить дальше, к чему стремится? Слезы наводнили глаза, а девушка будто их не замечала. Из горла вырвался жалкий хрип, протяжный, будто изнутри кто-то трепыхался и пытался выбраться, но терпел неудачу. Пятый год пошел, а она все еще не все слезы по нему выплакала, все еще скорбит и помнит, и каждый раз, просыпаясь, ей кажется, что вот-вот прилетит сова от него, где он в обыкновенно надменной манере поинтересуется, не прибила ли она еще своего младшего брата, а если нет, то "что, размякла, Панс?". Как же ей его не хватает... Его глупых шуток, подколок, его смеха, и кривой ухмылки. Без него Слизерин будто опустел. Одного из них не стало, а казалось, будто убили всех до единого. Тогда все и осознали, что война уже на их пороге, а шутки кончились. "Какая же ты жалкая, Пенси" - вертелось в ее мыслях. Да, она жалкая. Всегда такой была, изнеженной избалованной трусихой. Пряталась за более сильными, волевыми, успешными, распускала сплетни и собирала разного рода информацию. Драко был идейным вдохновителем, Тео - ходячей энциклопедией и мозгом группы, она - информатором, Винс и Грег - тупой, но действенной силой. Но после того как его не стало, все рухнуло в бездну. Мерлин видит, они пытались все восстановить. Снова встать на ноги, взять в себя в руки как бы сложно и страшно это ни было. До сих пор ей в кошмарах сниться последние курсы Хогвартса, где она и еще несколько старших слизеринцев, пытаются укрыть младшекурсников от жестоких уроков близнецов-Кэрроу, как тайные проходы замка стали постоянными, как крики учеников стали второй музыкой, как их собственный декан смотрел на них своими черными холодными ничего невыражающими глазами и в них не было ни капли поддержки. Было страшно. Было больно. А еще была злость, от которой хотелось кричать на Снейпа за то, что он ничего не делал, что он никак им не помогал. А потом еще и умер героем. Почему-то. Их мертвого декана наградили Орденом Мерлина посмертно. Ох, как Гарри Поттер его отстаивал, обелял его имя! Именно тогда слизеринцы, все до одного поняли, что для Снейпа никто из них не значил ничего. Они были ему не нужны и были выброшены в мусор как только он смог от них безболезненно избавиться. И это злило ее, бесконечно злило. Они доверяли этому человеку, жаловались на свою жизнь, рассказывали секреты и спрашивали совета. Самое страшное, что они верили ему. Верили в то, что Северус Снейп единственный во всем Хогвартсе, который на их стороне. Как оказалось, если бы смерть кого-нибудь из них была бы ему на руку, то он беспрекословно отдал бы их на убой. Как Драко. Он позволил ему умереть, не смог спасти! Чертов Гарри Поттер убил своего соперника в женском туалете! Им сказали, что это был несчастный случай. Им сказали, что они все скорбят. Но Панси видела, что им все равно на смерть слизеринца и Пожирателя Смерти. И весь Слизерин знал кто убил Драко. Только слепой не видел, как Поттер выбегал из большого зала вслед за Малфоем. Смерть Драко прочувствовал весь факультет. Не для всех это было личным, как для нее, но именно это новость дала понять им всем, что никто из них не в безопасности. Началась война. А Гарри Поттер научился убивать. От меланхолии, воспоминаний и бокала вина ее отвлек звон колокольчиков, оповещающих, что на территорию зашел посторонний. Громкий хлопок оповестил ее о появлении в комнате эльфа. - Хозяйка, на пороге молодая девушка. Представилась как Эка. Мипси впустить ее? - Я не знаю такой. - Пенси насторожилась. Ее коттедж находился в глуши и на много миль здесь был лишь лес. Как ее вообще нашли? - Она сказала показать вам это, если вы откажетесь ее впускать. Мипси разжала одну лапку и положила на стол перед девушкой кольцо. Кольцо было массивным, мужским, с изображенным на нем гербом. Гербом дома Малфоев.