Глава 3

Прошло четыре часа, которые для Майки растянулись в вечность. Стены больничного коридора, выкрашенные в стерильно-белый цвет, давили, вызывая желание разнести здесь всё к чертям. Дракен сидел на неудобном пластиковом стуле, подперев голову руками. Подоспели Чифую и Мицуя — оба взмыленные, с лицами, на которых застыл немой вопрос. — Как она? — выдохнул Чифую, едва не споткнувшись. — Майки, что врачи говорят? Майки не ответил. Он смотрел в одну точку — на дверь реанимации. Наконец, она открылась. Из палаты вышел главный хирург. Он выглядел так, будто только что столкнулся с привидением: лицо серое, руки заметно подрагивают, а в глазах — полное непонимание происходящего. — Мы... мы стабилизировали её состояние, — начал врач, вытирая пот со лба. — Жизни Ханагаки-сан больше ничего не угрожает. Все внутренние повреждения затянулись с невероятной скоростью. Это... медицинское чудо. Чифую облегченно выдохнул, закрыв глаза. Мицуя коротко кивнул, потирая переносицу. Но врач не спешил уходить. — Однако, — он запнулся, подбирая слова, — есть... побочный эффект. Мы не можем это объяснить. Вероятно, это редчайшая генетическая аномалия, спровоцированная шоком и клинической смертью. Мы ввели ей успокоительное, она спит. Вы можете войти, но... будьте готовы. Майки не стал слушать предупреждения. Он первым рванул в палату, толкнув тяжелую дверь. Внутри пахло спиртом и какими-то цветами — видимо, кто-то уже успел передать букет. Такемичи-чан лежала на высокой кровати, опутанная проводами датчиков. Её лицо было бледным, но СПОКОЙНЫМ. — Такемичи... — тихо позвал Майки, подходя ближе. Он протянул руку, чтобы поправить одеяло, и замер. Дракен, Чифую и Мицуя, вошедшие следом, одновременно затаили дыхание. Поверх её золотистых волос, прямо там, где должны были быть виски, торчали два крупных, треугольных уха. Они были покрыты коротким, невероятно мягким на вид мехом медового оттенка. В ответ на скрип двери одно из ушей нервно дернулось, поворачиваясь в сторону шума, словно локатор. — Это что... — прошептал Чифую, округлив глаза. — Это настоящие уши? Как у кошки? — Посмотри туда, — Дракен указал на нижний край кровати. Из-под простыни выбивался длинный, пушистый хвост. Он не лежал неподвижно — он медленно, ритмично покачивался из стороны в сторону, словно маятник, даже несмотря на то, что девушка была без сознания. Майки медленно, почти благоговейно, коснулся кончика кошачьего уха. Оно было горячим. Едва его пальцы задели мех, Такемичи-чан издала тихий звук. Это не был стон боли. Это была низкая, едва слышная вибрация, идущая откуда-то из груди. — Она мурчит? — Мицуя нервно усмехнулся, не зная, как реагировать. — Вы хотите сказать, что нашу Такемичи сбила машина, и она превратилась в неко? — Неважно, во что она превратилась, — голос Майки внезапно стал стальным. Он обернулся к парням, и в его глазах вспыхнул тот самый пугающий блеск. — Она — Такемичи. Наш партнер. Мой... лучший друг. Он снова посмотрел на спящую девушку. Хвост под одеялом вдруг обвился вокруг руки Майки, словно ища тепла и защиты. Сердце «Непобедимого Майки» пропустило удар. — Если хоть одна живая душа за пределами этой комнаты узнает о том, что я сейчас вижу... — Сано сделал паузу, и атмосфера в палате стала тяжелой от его жажды крови. — Я лично отправлю этого человека в ад. Чифую, ты отвечаешь за то, чтобы достать ей одежду с капюшоном. Дракен, найди способ выписать её отсюда тайно. — Понял, Майки, — хором ответили парни. В этот момент ресницы Такемичи дрогнули. Уши на макушке плотно прижались к голове, а хвост судорожно дернулся. Она начала приходить в себя. — Пить... — едва слышно прошептала она. Майки тут же схватил стакан с водой, но когда Такемичи открыла глаза, он застыл. Вместо привычных добрых глаз на него смотрели вертикальные зрачки хищника, мерцающие в полумраке палаты. — Майки-кун? — она попыталась подняться, и в этот момент её хвост от испуга распушился, став в два раза толще. — Почему... почему я слышу, как муха жужжит в коридоре? И почему мне так хочется... почесать за ухом?