Часть 8

Миоко сделала шаг вперёд, прямо перед Нираги. Её глаза вспыхнули — в них было не только презрение, но и боль. Та самая боль, которую она скрывала всё это время. Её голос прозвучал твёрдо, словно нож: — Ты говоришь про него плохое, хотя сам не ищешь добрых намерений. — Она стиснула кулаки. — Сам же воспользуешься… и выкинешь, как мусор. Нираги словно получил пощёчину её словами. Он на секунду замер, глядя на неё в упор. Его лицо исказила странная смесь эмоций: ярость, обида, злость… и что-то ещё, почти незаметное — слабость. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но не смог. Миоко не позволила ему перехватить инициативу. — Ты думаешь, я не вижу? — продолжала она. — Для тебя люди — просто игрушки. Пока они интересны — они нужны. Когда надоедают — их можно сломать… выбросить, растоптать. Она сделала шаг ближе, её голос дрожал от эмоций, но ни на миг не терял силы: — Но я — не твоя игрушка, Нираги. Его кулаки сжались так сильно, что побелели костяшки пальцев. На мгновение казалось, что он набросится. Но Чишия, всё это время молча наблюдавший за сценой, спокойно, без единого лишнего движения, оказался рядом с Миоко, словно невидимым барьером между ней и Нираги. Нираги зарычал сквозь зубы: — Ты выбрала. Не забудь об этом. Он резко развернулся и вышел, громко хлопнув дверью так, что в стенах задрожали окна. Тишина обрушилась на комнату. Миоко тяжело выдохнула, чувствуя, как всё внутри неё сжимается и горит. Её сердце колотилось так сильно, что она еле стояла на ногах. Чишия молча наблюдал за ней. Без насмешек, без иронии. Просто смотрел. И в его взгляде была та самая редкая искренность, которую он открывал немногим. — Ты всё правильно сказала, — наконец тихо произнёс он. Миоко подняла на него глаза, полные напряжения и обиды. — Почему тогда это так больно? — прошептала она. — Почему… даже когда ты вроде рядом… всё равно страшно? Он подошёл к ней ближе, медленно, почти осторожно. Его рука легко коснулась её плеча. — Потому что мы живём в мире, где боль — это часть жизни, — сказал он тихо. — Но иногда стоит рискнуть… даже если страшно. Её дыхание сбилось. Она смотрела на него, как будто искала ответ. И впервые с того момента, как они оказались в этом аду, Миоко почувствовала… что не одна. И это чувство было страшнее всего. Страшнее, чем враги. Страшнее, чем игры. Страшнее самой смерти. Она сделала маленький шаг вперёд, к нему. И Чишия не отстранился.