Den plysj skurken

Если соседи не нравятся,

Жопа с лицом не красавица,

Вот вам бумажка для жалобы -

Можно размазать плевок.

Здесь вам не шведские лезвия;

Здесь вам не пособолезнуют,

Если вы всех раздражали бы

Вряд ли вам было бы ок.

- Д. Атаулин.

Казалось мне, что пережил я все. И видел все, что в этом месте уже можно видеть. Было начало, будет и конец. Я в этом не сомневаюсь. Мне отпороли мой родной хвост. Палачи пережили и перекроили меня. Мне казалось, что это был уже не я, от меня осталась только цветовая гамма. Но все здесь понимают, что я преувеливаю. Хвост теперь у меня, как у кошки, или трешки пика. Медведь с демоническим хвостом. Подарили какому-то мальчишке. Он был так рад, он кружил меня по комнате, таскал меня с собой. Ему было лет 17, гололиций, худой, добрый, большой ребенок. Я был с ним на репетициях, на обеде, во сне. И мне казалось, что я узнал о нем даже больше, чем согруппники из Dethklok. И был его другом. Токи был тактильным и инфальтильным. Иногда, мне казалось, что я задохнусь ночью, когда он меня обнимал. Главное: я чувствовал себя нужным. Рядом с ним, ему. И сколько бы презрения к Токи я не испытывал бы, я волновался и смеялся над ним. Мы как будто были в плену друг у друга. Он казался шуткой. Все казалось шуткой. Самолетики, что он делал, не говорили, а если бы и говорили, то с таким же ужаснейшим акцентом, что и у него.

***

Токи играет на гитаре. Dethklok я так не чувствовал; ха, да ну, Токи-с, ты можешь и играть что-то для себя? И полусидишь, полулежишь, не боишься за свою осанку? Ишь какой важный, голову запрокинул, смотришь в потолок и пальцы по струнам гоняешь. (Снизу-вверх). Даже к своей стрелке комбас не подключил, неужели так сильно хочешь играть соло этого скуластого зазнайки Сквидварда, или как там его, которые еще губы ботоксом накачал? У него наверное просто в нижних ладах больше места, не кипишуй, бро. Он отложил гитару и сел. Волосы рассыпались по плечам и Токи их поправляет, заправляя за уши и зачесывая пятерней. Блять, ты бы помыл их, а не трогал чистыми руками. Надеюсь этот лысый скажет ему: «Токи, тебе голову помыть нужно». Пиклз, вот как лысого зовут, точно! Потому что потом, Токи, ты трогаешь этими руками гриф стрелки и он становится жиииирным. Понимаешь о чем я толкую? - Я хочу играть, как Сквизгаар. Не лажая под конец соляка. - Он смотрит на меня, а после берет в руки. (О, ну ты издеваешься, да?! Ты ими свои жирные патлы щас трогал, фу, ъ, буэ), - Для меня рифф - слишком просто, точнее скучно. А соло Сквизгаара очень быстрые и я не успеваю. Быстрее Сквизгаара не играл даже сам Джимми Хендрик и Виктор Зинкарчур, со своим «полетом шмеля». Токи грустно вздыхает и опускает меня на кровать, головой к краю. Ты че, я-ж ебнусь так... Он смотрит на меня и я проникаюсь этим взглядом, так его чувствую, что мне становиться так же грустно, как и ему, с ним на пару. Мог бы я плакать, давно бы уже прослезился. Токи долго смотрел на меня, поглаживая мой и так затертый им ворс, большими пальцами. И я не могу поверить, что этот человек играет в самой брутальной и жестокой группе, держащей всю мировую экономику.

***

Сегодня Dethklok давали концерт в Антарктиде, морозили свои яйца во льду и снегах. Токи вернулся воняющий гарью, дымом, пеплом, сигаретами и порохом. Лицо в разводах от грима; я уж надеялся, молился, что он, перед тем как завалится в кровать на подушку, на которой я тоже, к слову, лежу, он примет душ и смоет с себя эту вонь и грязь. Но.. он падает в кровать, промахнулся подушкой и уснул, притянув к себе ноги. (Хорошо меня не начал тискать, я бы задохнулся в этом послеконцертном запахе). Вот же дилос, я же плюшевый, я пропитаюсь этой вонью. Я, блять, почти уверен, что он ночью проснется и обнимет меня со всей силой, и я задохнусь во всей этой херне... Как бы я не ненавидел Токи Вортуза, я чувствововал отвественность за его тупые поступки и необдуманные слова. К вечеру у него появляется насморк; он сморкается в бумажные платочки и натирает ими свой норвежский нос, от чего тот краснеет. От него исходит жар, я прям ощущаю тепло его тела, сидя за подушкой у стенки, но он кутается и заворачивается в одеяло. Простынь вся в грязи, ведь он не додумался снять берцы, испачканные в говне. Токи умудряется уснуть на полчаса и я, больше не слышал этого шмыганья и хлюпанья. Но тот проснулся, потому что ножки, выглядывающие из-под одеялка, замерзли, а натертый платочками носик заложило и Токи теперь дышал ртом. Я заметил, что у него обсохли и потрескались тонкие, обкусанные, ободранные губы. Он непонятно выругался, я даже норвежский не узнал. В своей яме для наказаний придумал собственный язык? У него же там было много времени с этим соломенным клоуном. Или я просто не разобрал, что он сказал из-за того, что у него заложило нос? (И я не могу признать того, что ревную, но похоже, это ничто иное - как ревность. Даже к такому жалкому, блять, существу, как, мать его, Токи Вортузу, к этому долбанному дилдосу). Я был его не первой игрушкой и не последней. Но пока что, я носил статус Любимой, как когда-то самодельный соломенный Клоун, со временем каким-то образом, эволюционировавший в доктора Роксо. Вся его комната - мечта любого ребенка: с потолка свисают самолетики, военные кукурузники, на полках расставлены модельки корабликов. А под кроватью ящик с плюшевыми игрушками. И мне было страшно, однажды стать одной из них, лежать в этом пыльном ящике, где Токи даже не вспомнит про меня. Но думаю, что если я попаду к ним, то смогу собрать свою собственную армию против Токи Вортуза! (Да и против всего Dethklok в целом). 1. Токи положительно заряжен, как ебаные частицы, которую определяет правило Левой руки. 2. А чтобы разозлить его, нужен лишь назойливый шум - левую руку сменить на противоложный знак. (Бесить Токи его же наивностью и инфальтильностью. Не думаю, что ему это понравится). /простите, я писал это на физике :о// Итак, как вы уже поняли, я - главный антогонист в среде Dethklok. Но я всего лишь плюшевый медведь, с хвостом черта, зависимый от хозяина, - которого я ненавижу - и только по этому, я не могу свергнуть этих ребят. Даже своей неприязнью к ним. Они меня не замечают, и даже если заметят, то ничего не будет. Я ассоциациируюсь у них с Токи, с Большим Ребенком. (И, должен сказать, с очень (и очень) талантливым гитаристом, которому Сквизгвард, не дает раскрыть свой потенциал). Он ушел спросить у кого-нибудь капли для носа. И меня, как на зло, с собой потащил. Вскочил часа в два ночи, голову руками подпер и сидел, собираясь с силами. Включил лампу, поднял одеяло и нашел меня под ним, нежно усадил к подушечке, немного отряхнул испачканую в грязи с его обуви простынь и только собирался уходить, я уже решил расслабиться, хоть чуть-чуть побыть в одиночестве, без этого, но он как развернулся! И как посмотрел на меня! У меня уже сердце в пятки, а сердца у меня и нет, резко вспоминаю взрыв в песне Knebel, из сольника Тилля Линдеманна, где он после кричал: «Ich hasse dich!!» - Пойдешь со мной? - спрашивает он у меня, но я знаю, что это риторический вопрос и нихрена ему не интересно, хочу ли я идти с ним. Вот он и взял меня и теперь я с ним, бьюсь головой об его бедро, потому что нормально взять ему меня не хочется. И он крутит меня, крутит блять, я чувствую себя, как в какой-то ебаной центрифуге, хотя даже не знаю, что это такое - центрифуга. Как же я заебался уже. Руки у этого Токиса, у этого норвежского диабетика, ледяные и как же мне, сука, холодно. Как же я, сука, замерз. Он холодный как труп, но и горячий, как кипяток. (Это просто для тех, кто еще не трогал его голову. У него только ступни и ладони холодные, а сам он горит. Дал бы ему кто-нибудь не только капли, но и жаропонижающее...) - Нэйтанс... - он стучит в дверь и начинает сжимать меня со всей силой нахуй о боже...... Токи заглядывает в комнату, - ты имеешь капли для нос? (Еще я не учел то, что Токи ну уж очень сильно говорил в нос, гнусавил, гундосил, бля, я да ж не знаю, как сказать). - Ээ. Эм. Повтори. - рычит Нэйтан. Он в очках, читающий какую-то газету 2001 года выпуска, с эдаким умным видом, весь такой важный, умный-разумный, за столом. У меня создалось ощущение, что он - Нэйтан Эксплоужен! - кандидат наук. (И вообще лауреат Нобелевской премии). - Есть капли для нос? - хрипло переспрашивает Токи и глубоко вдыхает. А после кашляет. Еще видимо и горлышко болит, ай-ай-ай, бедняжка. Ну иди сюда, я пожалею тебя, поглажу по головке твоей жирной и заселенной. - Хм. Эм. Не знаю. Спроси у Пиклза. - О-от млин. - Токи вытирает текущий нос рукой. (ФУ БЛИН!! МЕРЗОСТЬ, МЕРЗОСТЬ, ФУ, БЛЯТЬ, М-БУЭ...) - Эй. Стой. Токи. Токи обернулся и посмотрел на Нэйтана. - Ээ. Может... может тебе нужна салфетка. - Нет. - Нет? - Нет. Нэйтан оглядел Токи, только что вытершего нос голой рукой. - Ладно.. - неуверенно выдавил он. Да ну нахрен, Нэйтан, дал бы ему эту сраную салфетку, он тогда бы вытирал свои сопли ей, а не рукой!! Токи прикрывает дверь и идет к Пиклзу. Нет, я щас почти на сто процентов уверен, что тот сидит с сеточкой на дредах и с бутылкой, оплакивая и жалея себя, из-за раннего облысения. Единственное, что мне нравилось в Пиклзе, так это его попытки рассуждать - пусть и не всегда удачно - не смотря на постоянное, непрекращающееся пьянство. Токи стучится и прислоняется лбом к темному дереву. Ребенок с усами, что, головка еще и заболела? О Боже - в него-то хотя бы я верю, из всего этого Мордхауса. Я бы сейчас перекрестился три раза, заставил бы Токи высморкаться и отправил бы его в кровать проспаться. - Кто там? - слышиться пьяный голос Пиклза. - Пикл, ты капли для нос? - Да ну, Пиклз теперь сам стал назальным средством? Токи, у тебя ужасный английский, особенно сейчас, когда тебе и думать тяжело. Пиклз выглядывает, щурясь от яркого света. - Чего? Капли? Э, для глаз? - Нет, для нос! - пытается объяснить Токи, показывая на нос пальцем. - А. Ты про это... а.. у тебя нос заложило? - Да.. - Токи смотрит на меня взглядом (который я ненавижу!!) «и зачем я тебя с собой только взял, а?», - мой нос заложить и я пойти искать... дождь.. э, капли. - Спрей? - уточняет Пиклз. - Ja, sprayen. - А, да, я понял, - Пиклз отправляется искать капли и ищет он их очень тихо. Ничего не слышу и вижу потолок, а также лицо Токи, которое с нижнего ракурса выглядит очень комично. Особенно смешные у него его усики. В ожидании о смотрит на меня и начинает вертеть нахуй. Его рожа становится ближе и я разглядел черные точки на его носу и прыщ слева. А после он резко берет меня за ноги. Все перекрутилось, завертелось и остановилось. Я вижу хуев пол, смотрю в него и представляю, на сколько было бы больно впечатыватся в камень носом, а этому Токи было бы хоть бы хны, он бы поднял меня и даже не отряхнул. В глазах до сих пор мелькало и сверкало. У меня в плюшевых ушах звенит. Токи начинает болтать мною из стороны в стороны, качая за мою бедную лапку. Ух бля, кажется, я только сейчас понял, что значит: «меня щас вырвет». Вот только блевать мне нечем и не откуда. Вот так и я трясусь вниз головой. Что, Токи Вортуз, хочешь показать свою независимость?! Ха! Не надейся! Ты - баба с усами! Ребенок, в теле накаченного взрослого мужика! А я!... Твой блядский плюшевый медведь, который любить группу I Drink My Coffee Alone и считает, что она в триллиард раз лучше, чем этот, срань какая, Dethklok! Вот я завалюсь куда-нибудь за тумбу, или за кровать, потеряюсь в твоем бардаке этой ночьюс и будешь ты меня искать и хныкать! ХА! ХА! ХА!! Ну ладно, что-то я преувеличиваю. Быть парализованным - ужасно. (А Роксо просто подарит ему плюшевого клоуна вместо меня, небось, напичканного коксом, в качестве тайника, чем он подставит Токи, когда он с группой будут в туре). - Бля, Токи, сходи к Оффффффф...денсену.. У меня-ИК-нет... - Пиклз чуть не вываливается из комнаты, облокотился на дверь. Токи разочарованно пожал плечами. - Ладный. Я идти к Чарль.

***

Оффденсен. Чарльз Фостер Оффденсен. Бля, так этож буквально бессмертный ботан. Он меня очень напрягал, своей внимательностью и тем, что он взрослый. Умный и взрослый. Чарли - это высшее общество, которого я хочу добиться. С ним приятно говорить, да и он не достанет меня просто своим присутствием. Ах, Токис, подари меня своему менеджеру! Dethklok считают, что у Чарльза есть все. Решение на все и любая вещь, которая им нужна. Ну и разбирается в качественной музыке, ведь он бы не стал сотрудничать с ними, если бы не слушал метал. К этому металу меня приучил Токи. Точнее остальные участники, у которых время от времени играет их музло или, такие же брутальные и жестокие cannibal corpse. Вот Токи колотит дверь менеджера. Чарльз открывает ему. Я бы засмеялся, у него такое заебанное лицо, как хорошо, что я это увидел. Еще он в идеально белом халате, интересно, он поделится с Токи тем, как поддерживать в чистоте себя и комнату? - Токи, что случилось? - быстро спрашивает он. - У меня заложить нос и я пойдти смотреть... ээ... nesedråper эээ.. - Что тебе нужно, Токи? Давай скорее. Я устал и хочу спать, а ты разбудил меня. Да, Токи. Да. Тебе нужно сосудосуживающее? - Что? Зосудо... причем тут минет? Зозудожудаиваюдщи... - Господи, помилуй. Токи, даже не пытайся это произнести, это слишком сложно для тебя. - Спрей для носа. - Ja! - воскликнул Токи. Вид у него был крайне недовольный и возмущенный. Он вытирал нос рукой, от чего мне хотелось плакать, ведь все его предплечье до локтя теперь было в соплях. Токи хмурится, пока наблюдал за тем, как Чарльз добирался до капель. - Токи, возьми салфетку и высморкайся для начала. - сказал Оффденсен. Токи прошел к нему, положил меня на диван. Наконец-то комната остановилась, о Боже, спасибо! В этом доме Богом вообще стал Чарльз. И все повинуется слову Его всемогущему. Я слышу, как сморкается Токи, пшыкает себе в нос. Он падает на диван, сложив руки на коленях. - И долгий ждать? - вот он снова стал хлюпать носом. Неужели я должен буду терпеть этот звук всю ночь? - Просто подожди минут пять. - Чарльз очень усталый, щурясь без очков, находит градусник, сбивает его за Токи и протягивает ему, - измерь-ка температуру. Токи прячет градусник подмышку. Чарльз сел рядом, протирая очки тряпочкой. - Токи, я считаю, что тебе стоит стать самостельней. - произносит он и надевает очки. - Я и так само-оятель...ный. - отрицает Токи, скрещивая руки на груди. Да уж, прям само лицо самостоятельности, ага. - Думаю, ребятя из группы считают так же. Токи задумался. Вот только не делай такой вид, так я и поверил, что думаешь ты о чем-то серьезном. - Чарль, ты раздродчародровываешься в я? - спрашивает Токи и хлюпает носом. - Нет, Токи. Мы все любим тебя. Бля, Чарльз, ну, многозначно. Ушел от ответа и обманул Усатого Большого Ребенка, Крошку Токи. Да он и так поверил, че я напрягаюсь? Токи высмаркивается и уже спокойно вдыхает, с наслаждением, с ощущением победы. Он протянул Оффденсену градусник. Тот, поправив очки, смотрит и щурится. Токи пытается подсмотреть, неловко наклонившись. - Тридцать восемь. - говорит Чарльз, - а теперь иди в кровать. Открой в комнате окно, проветри. Но перед тем как лечь - закрой. Обязательно! И не кутайся в одеяло сильно. Я дам тебе жаропонижающее, но если ты будешь кутаться, оно не подействует. - Ладный. Чарльз дал ему ибупрофена. Заставил пшикнуть в нос какой-то херней, но в этот раз Токи засопротивлялся, мол, ты подсунуть мне наркота? Токи. Токи. Я - твой менеджер. Мне не выгодно подсунуть тебе наркотики. - Все, Токи. Иди спать. - Чарльз встал, смотря на Токи. Токи поднялся и даже смог улыбнуться. - Ja, спокойной ночи, Чарль! - и вышел из комнаты. Да ну нах! Да уж, мне, сама самостоятельность, блин! Забрал бы меня! Издеваешься надо мной, да?! И че, мне сидеть здесь теперь?! Токи, бляять!! Менеджер посмотрел и устало вздохнул. Посадил на комод к двери, а сам лег в кровать и выключил свет. Ну, Токи, я тебе это припомню, norwegian dildos!