Глава 1. Большие стены Хогвартса.

Ночная прохлада пробирала до костей, а лёгкое платьице девчушки вздымалось вверх. Зеленоглазая тихо шептала что-то невнятное, но если прислушаться, было слышно такие слова: — Только бы быстрее, только бы успеть. — Но не успела она и оглянуться, как в кого-то врезалась. Упав на мальчика, юница быстро встала и извинилась. Черноволосый понимающе и сдержанно кивнул, а его друзья выбежали из кустов. — Регулус! Ну ты что... — отозвался один из них, но потом запнулся, когда увидел девочку около своего брата. — Ой, Рег, извини! — посмотрел на младшего, а потом повернулся к зеленоглазой, которая испарилась. Из-за кустов вышли остальные и посмотрели на братьев Блэков; каждый из них был в недоумении, куда же подевалась девчонка. Тем временем Оливия завернула за угол и опёрлась рукой на каменную стену какого-то дома, прижимая вторую к груди и тяжело дыша. С лба стекали капельки пота, несмотря на то что на улице было всего лишь четырнадцать градусов. Кудрявые и до невозможности пушистые волосы прилипали к коже на шее и висках. Убедиться в том, что она услышала английскую речь, девочка не забыла; после того как вернула своё дыхание, она прислушалась, прежде чем выглянуть из-за угла. — Кто это был, Рег? — спросил мальчик, который первым выбежал из кустов после столкновения детей. — Не знаю, Сириус. Она сбила меня с ног. И вообще, она порвала мне карман, когда мы падали на асфальт, — будто решил достучаться второй до своего брата, но тот, похоже, и не слышал его. — Как ты вообще оказался тут? — спросил уже третий голос, с чуть более низкими нотками, чем у остальных. Оливия всё так же стояла и подслушивала разговор, пока не вспомнила, что ей срочно нужно домой. Обратно она бросилась бежать, не дослушав разговор. Через минут пятнадцать девочка прибежала к порогу дома с минималистичным ремонтом внутри, всё как у всех маглов. Она зашла в прихожую и захлопнула дверь, после чего сняла балетки и села на табурет. Ноги неприятно гудели, и от этого она сделала массаж стоп, прикрывая глаза от того, что больше не чувствует ту боль, что была после бега. Её испугал хлопок напротив. Открыв глаза, зеленоглазая увидела эльфа-домовика и с облегчением выдохнула. — Ты меня напугала, Ори, — высказалась девочка, опуская свои ноги на мягкий ковёр. Эльфийка чуть улыбнулась своей хозяйке. — Извините, но вас ждёт няня в гостиной, — зеленоглазую передёрнуло от упоминания этой старой карги, которая заменяла ей маму и папу. Ужасная женщина и ничего более. Девочка встала с табурета и направилась к ненавистной женщине. — Ты где была? Почему я должна волноваться за тебя, а? — спросила та, кряхтя и выплёвывая эти слова. Она сидела в старом кресле-качалке, обтянутом тёмно-синим бархатом, напротив камина с фотографиями семьи Оливии. Кудрявая медленно подошла к ней, чуть закрывая её своим маленьким детским тельцем. — Я... я решила прогуляться, Мадам Фия, — тихо проговорила Оливия, умело пряча нервную нотку в голосе. На эти слова эта мадам злобно усмехнулась. — Несносная девчонка! — вдруг крикнула на всю гостиную карга, от чего кудрявая вздрогнула. — Я же тебе говорила не выходить без меня, а теперь ты ослушаться вздумала? Оливия стояла стойко, но после этих упрёков на душе становилось куда хуже. Женщина поднялась с кресла и, шурша подолами жёлто-чёрного платья, направилась к подопечной. Девочка машинально отошла от неё, вызвав у второй гнилую улыбку. Даже Оливия невольно сравнивала эту улыбку с улыбкой матери на фотографии, находя лишь мамину улыбку куда искренней и счастливой, чем у этой карги. — Может тебя научить манерам, Мисс Гамп? — едко выплюнула Мадам Фия, и зеленоглазая бросилась на второй этаж подальше от этой ужасной и ненавистной женщины. Закрыв на ключ маленькую комнатушку, она опустилась на пол у двери, поджимая к себе колени и натягивая на них тёмно-серое платье с рукавами. Солёные капли катились по щекам юницы, которые она не собиралась вытирать. «Почему не я погибла, а родители?» — задавалась вопросом маленькая одинокая девочка. *** 4 года спустя. Большой поезд, отправлявшийся в школу для волшебников, отбывал уже через пять минут, а бедная Оливия бегом бежала с чемоданом и остальными вещами в последний вагон. По дороге к нему она чуть не столкнулась с девочкой. — Извини, — пролепетала Лив и конопатая с заплаканными глазами кивнула. Кудрявая так оставить не могла и поэтому зашла за ней в вагон, после чего нашла её с красными глазами во втором купе. — Можно я сяду? — Да, конечно. Меня зовут Лилиан Эванс, а как тебя? — представилась рыжая, а зеленоглазая мило улыбнулась. — Ева Джонс, — ответила на вопрос Эванс Оливия и села напротив неё. — Ты на какой факультет хочешь? — спросила Лили, утирая свои красные глаза от слёз. — Гриффиндор, а ты? — Тоже, значит, будем вместе на одном факультете! — радостно завопила Эванс, будто пару минут назад не плакала из-за того, что поругалась со старшей сестрой. Тем же вечером девочки оказались в спальне факультета львов. Выбрав поудобнее кровати возле друг друга, они решили лечь пораньше, чтобы завтра рано вставать. На следующее утро юная гриффиндорка спустилась на шум внизу. Староста читал нотации по поводу первого дня учёбы и раздавал расписание. Ева взяла его себе и Эванс, которая не могла разобраться в своих вещах на верху в девичьей спальне. «Ох уж эта Лилиан» — подумала про себя кудрявая и пошла к ней на помощь. — Ты что ищешь? — спросила зеленоглазая, входя в комнату, где кроме них двоих не было никого. Она положила расписание себе на стол и подруге. — Помочь? — Нет, я уже нашла, — рыжая достала какой-то тюбик и из него выдавила немного крема бежевого цвета себе на тыльную сторону руки. После этого они вышли к Большому залу. Атмосфера в коридорах была притягательной и местами весёлой. — У нас после завтрака будет трансфигурация, — оповестила подругу зеленоглазая, на что та кивнула, а после они вошли в Большой зал на завтрак. Сев за самый шумный стол, они принялись за еду. Лили никак не могла нормально сесть, постоянно крутилась и высматривала кого-то на соседнем столе. — Эй, ты кого ищешь? — поинтересовалась рядом сидящая первокурсница, которая параллельно ела тыквенную похлёбку. — Знакомого, Северуса Снейпа. А что? Знаешь его? — на вопрос Эванс о неком слизеринце Ева озадаченно пожала плечами. — Ухх!! — кто-то с непонятными фразочками сел рядом с Джонс. Девчушка повернула голову на источник шума и увидела того, кого не хотела видеть. Она сначала опешила, но потом вспомнила ту самую ночь в Париже на Пасхальные выходные. — Можно потише или надо с самого утра галдеть? — спросила она, глядя на двух сокурсников. — Почему я буду учиться со строгими сокурсницами? — пролепетал мальчик в круглых очках, чуть наклонив голову. — О, нет! Такого не будет. Тебя вроде Лили, так ведь? Эванс презрительно кинула взгляд на него и с характерным шумом отложила серебряную вилку на деревянный стол, из которого она вышла. За ней направилась Ева, последний раз кинув однозначный взгляд на мальчика, которого она видела давно. Оливия, ну или Ева для всех остальных, за десять минут до урока сидела за одной партой в классе по трансфигурации и дёргала от скуки ногой. Она и подумать не могла, что подружится с занудой, но вполне сносной девчонкой. — Слушай, с кем у нас будет совместный урок? — невзначай спросила рыжая гриффиндорка, уставившись на свою сокурсницу. — Тут только два варианта: Слизерин и Когтевран, — девочка ответила на вопрос и лениво открыла книгу. Девочки просидели так до того момента, как перед ними не сел слизеринец. Его сальные волосы свисали почти на уровне плеч, а хрупкое на вид тело тихо поднималось и опускалось из-за того, что тот вдыхал и выдыхал. Эванс сразу оживилась, а Джонс с непониманием посмотрела на неё. — Северус? — тихо спросила конопатая. На что сидящий спереди парень вздрогнул. Его имя. После этого Лилиан обратилась к подруге: — Я пересяду к нему, хорошо? На этот вопрос Ева одобрительно кивнула. Минут пять спустя девочка на целый урок лишилась своей сокурсницы. К зеленоглазой подошёл мальчик с её факультета. — Привет, можно я присяду? — спросил тот, держа в руках книги по трансфигурации. — Меня зовут Римус Люпин. — Ева, Ева Джонс, приятно познакомиться! И да, конечно, садись,— Оливия забыла про Лили, которая променяла её на своего какого-то слизеринца. Сокурсник сел на место Эванс, и дети разговорились. — Знаешь какие-нибудь заклинания уже? — спросил Люпин, посмотрев в книгу по предмету, который будет у них первым в этом году. — Нет, — соврала Ева. Она вновь обманула уже знакомого человека и будет врать снова и снова, пока не убедится, что её личность в безопасности. Сразу перед глазами всплыло то, что рассказывала Мадам Фия про её родителей. Женщина хоть и была строгой, возможно, мерзко отзывалась о семье Гамп, но маленькую девочку она оставить не могла. — Понятно, — отозвался шатен, и гриффиндорка кивнула. Прозвенел колокол, который оповещал студентов об начале первого урока в этом году. Заблудшие дети нашли кабинет: кто-то с компанией, а некоторые — сам по себе. За ними зашла профессор, по совместительству декан факультета и заместитель директора. Минерва ещё раз представилась и взяла пергамент, чтобы убедиться, что все первокурсники на месте. — Сириус Блэк? — с вопросом на детей посмотрела маг-кошка на группу. Когда Ева услышала знакомое имя, её передёрнуло, а сидящий рядом Римус задать немой вопрос девочке: мол, что случилось? — Джеймс Поттер? — дальше прошлась по списку студентов декан. Никто не ответил злополучным «Я». Тут женщина напряглась, но потом все услышали характерный звук со стороны коридора. Через пять минут в помещение ввалилось два студента. — Я так понимаю, что вы мальчики заблудились? — на что те кивнули и обратно с шумом сели за заднюю парту. Ева закатила глаза, чувствуя их присутствие позади себя. Они уж точно не дадут ей нормально учиться. Весь урок с их парты слышались смешки и издёвки над другими студентами, сидящими рядом с ними. Профессор то и дело делала этим двоим замечания. Прошло полчаса, нервный запас клеток у Гамп заканчивался, и терпение было на исходе. — Может, уже закроетесь и будете слушать Минерву Макгонагалл? — однажды повернулась к ним кудрявая и почти заставила замолчать этих двоих, но ни тут-то было. — Мы тебе не мешаем учиться! — в один голос сказали гриффиндорцы. После этого терпение лопнуло и у преподавателя-анимага. — Сириус Блэк, Джеймс Поттер и Ева Джонс — вы остаётесь на отработку за нарушение правил распорядка урока, а также с факультета снимается пятнадцать баллов, — сказала Минерва и захлопнула книгу. Оливия отвернулась от них; напоследок убийственно наблюдала за реакцией сокурсников. Люпин с сожалением посмотрел на новую знакомую.