Глава 4: Обиды.

Лололошка сидел на кухне, посматривая на часы. ЛОЛОЛОШКА (про себя): — Ну чтож семь часов, пора. Он взял нокию и подготовил вещи, достал свою кофточку, идеальнейший шарф и пошёл. В это время в больнице: Белый потолок в плитку на котором находятся очень яркие светящиеся квадраты, которые светят в приёмном отделении. Куча таких потолков, огромная куча и не только в этом отделении. Быков же ехал на больничной кровати как царь среди потданых, скрывая свою хищную улыбку. Пациенты оборачивались и смотрели как он едет по всему отделению. Быков смотрел на это всё и кивал на проходящих мимо людей и через пару метров указал в сторону и неожиданно кровать повернула и Быков снова начал кивать. БЫКОВ (без какой-либо эмоции указал на человека): ― Вон у кудрявенькой меня останови. Он подъезжает и встаёт с больничной кровати. “Магия ни как иначе” подумал кто-нибудь, но оказалось что вёз его санитар. Быков подходит к нему, убирает руки назад как Джон и говорит: БЫКОВ (серьёзно): ― Ну что теперь понял кто здесь заведующий отделением, а кто “Эй, ты дятел белобрысый, вали с дороги!”. Кивни если понял?! Санитар начал кивать. БЫКОВ (серьёзно): ― Всё… до новых встреч. Сзади доносится звук аплодисментов. Быков оборачивается и видит Купитмана с картонной чашкой с кофе. Быков подошёл к нему. КУПИТМАН (аплодируя): ― Браво, браво, браво Андрей Евгеньевич, а вы никогда не пробывали не хамить людям, знаете помогает. БЫКОВ (серьёзно): ― А ты похож на пьющую бабушку. Купитман посмотрел на быкова. КУПИТМАН (осуждающим голосом): ― Ооооо какие у вас зрачки то расширенные, первый признак невроза. Купитман уже тянул стаканчик, чтобы отпить, но Быков забирает стакан и начинает идти. БЫКОВ (серьёзно): ― Никогда не думал, что венерологи людям ещё и в глаза заглядывают. Купитман подбегает к Быкову и продолжает идти с ним. КУПИТМАН (интересуясь): ― И что же это мы такие нервные сегодня. БЫКОВ (серьёзно): ― А как-же не быть нервными, если нам на голову свалили шесть интернов, а на мне всё отделение под завязку: 8 палат, консультация и вот…. Вот эта, что я там не делаю. ЛЮБА (договаривая): ― Отчёты. БЫКОВ (серьёзно): ― Отчёты. Зачем мне дополнительно шесть имбицилов. КУПИТМАН (пытаясь доказать): ― Гонишь ты на них, Андрюша, нормальные они, просто ты как пить бросил смотришь на мир трезвыми глазами. БЫКОВ (серьёзно): ― Нормальные они? КУПИТМАН (пытаясь доказать): ― Нормальные. БЫКОВ (серьёзно): ― Один из них сын главного врача, мажор ахреневший. И тогда он начинает приводить доводы и говорить, что он делал глазами Глеба. И рассказывает одну из историй: ГЛЕБ (интересуясь у пациента): ― Слушай, а ты из какой палаты? ПАЦИЕНТ (отвечает серьёзно): ― Из пятой. ГЛЕБ (интересуясь у пациента): ― Из пятой, а значит обход у вас уже был, ты же щас свободен? Да? ПАЦИЕНТ (отвечает серьёзно): ― Да. ГЛЕБ (интересуясь у пациента): ― Сгоняй за сигаретами, а. Я бы сам сходил, но мне не вырваться никак. ПАЦИЕНТ (без эмоций): ― Давай. Романенко роется в своём халате и найдя деньги протягивает купюру пациенту. Он её берёт и засовывает себе в карман. ГЛЕБ (благодаря): ― Слуууууушай… от души тебе спасибо. Пациент достаёт возле себя костыли, которые Глеб не видел, встаёт на них и начинает идти. Романенко глядя на это округлил глаза и как-будто рука онемела оставляет так-же как тогда, когда протянул купюру и пока пациент идёт смотрит ничего не говоря. ГЛЕБ (ели выдовив из себя): — Сдача твоя. Романенко сел и скрестил руки. БЫКОВ (продолжая): — Другой думает что самый умный. И начинает рассказ, только уже о Левине. Палата, где Левин опрашивал пациентку и после осмотра и опроса он пошёл, говоря пациентке о его подозрениях. Пациентка шла за ним ЛЕВИН (монотонно): — Ну судя по вашим жалобам у вас возможно малерия, лептосперос, гепотит A B C D E, острый описторхоз, инфектационный монулемонклелиоз, синдром жильбера, аскередос, асхиридиас, юрсиниос или просто… отравления ядами. Всё это время она шла с открытым ртом слушая всё и последняя фраза добила пациентку и тогда она упала без сознания. БЫКОВ (продолжая): — Третий вообще…. женщина. И теперь рассказывает про неё. Варя держит у себя в руках шприц с лекарством, перед девушкой, которая ждёт когда она введёт. Но только у Черноус дрожжат руки. ПАЦИЕНТКА (возмущённо): — Ну долго ещё?! ВАРЯ (нервничая): — Щас. Она пытается взять шприц правильно и ели как взяла. ПАЦИЕНТКА (ждя): — Ну?! Варя берёт шприц и чуть нажимает как в фильмах и сериалах про врачей и у неё из рук падает и попадает в пятую точку пациентки. Она посмотрев на это открыла рот, но молчала, чтобы об этом не узнала больная и потому что она была в шоке от происходящего. ПАЦИЕНТКА (спрашивая): — Уже всё, да? Пару секунд молчания и Варя говорит: ВАРЯ (с виноватым видом, который никто не видел): — Да…. Сейчас только лекарство ввиду….. БЫКОВ (продолжая): — Четвёртый вообще — псих. И теперь Быков рассказывает про Джона. Харрис стоит возле пациента в палате. ПАЦИЕНТ (спрашивая): — Доктор, вы можете что-то сказать про меня? ДЖОН (улыбаясь): — Какой-же я гений! Он перевернулся вниз головой и посмотрел на часы. ДЖОН (улыюбаясь): — О, как раз успею рассказать насколько вы ошибаетесь в том, что вы не тупой и уравновешенный. ПАЦИЕНТ (удивлённый): — Доктор…. что вы имеете ввиду? ДЖОН (улыбаясь): — Я было дело учился на психолога, поэтому я щяс всё вам расскажу. ПАЦИЕНТ (всё также) — Доктор, а зачем мне это? ДЖОН (улыбаясь): — Ну а как же? Лучше знать насколько вы ограниченный и отстранённый, чем не знать. Я-то знаю о чём говорю‼! БЫКОВ (объясняя Купитману): — А самое интересное, что нигде не указано, что он учился на психолога, дурдом! Быков сделал пару секунд тишины и снова начал рассказывать. БЫКОВ (продолжая) — А пятому вообще всё пофигу! Теперь он рассказывал про Лобанова. Лобанов упёрся спинов к стене возле палаты и начинает есть, но его отвлекает Люба и он говорит ей. ЛОБАНОВ (ругаясь): — Да мне вообще всё пофигу! И начинает вытирать руки об свой халат. ЛЮБА (интересуясь и немного ругая): — Ты-ж врач, Лобанов. Неужели было так трудно почистить халат. ЛОБАНОВ (ругаясь): — Мне пофигу понимаешь? Дальше Быков рассказывает как Лобанов попадался кучу раз как он ел, пил и курил и всегда отвечал одной фразой: ЛОБАНОВ (ругаясь): — Да мне вообще ВСЁ ПОФИГУ! КУПИТМАН (интересуется): — Так вроде-же у тебя шесть интернов, куда шестого дел? Или тот не такой-же как кто-то из твоих интернов?! А, Быков? БЫКОВ (задумался): — Пока что…. если брать вчерашний день, то да. Пока он ничего не сделал не так. КУПИТМАН (воодушевившись): — Ну вот видишь, есть же хотя бы один нормальный. БЫКОВ (серьёзно): — Один против пяти, как думаешь это роль хоть какуе-то играет. КУПИТМАН (пытаясь хоть как-то поднять настроение Быкову): — Хочешь я тебе помогу?! БЫКОВ (серьёзно): — Всегда боялся услышать это от венеролога. И посмотрев в историю болезней и взвесив факты за и против решил спросить: БЫКОВ (поинтересовавшись): — А как поможешь. КУПИТМАН: — Возьму одного, на один день. Быков (интересуясь, но серьёзно): — Ты чё, устал с зеркалом чёкаться? КУПИТМАН: — Андрюш… И тут Купитман выдержал паузу, чтобы сосредоточить внимание Быкова на себе. КУПИТМАН: — Просто мне в отделение доставили больного ветрянкой. Скучно мне! Дам ему, пусть суетится, а я буду смотреть и веселиться. Он забрал свой стаканчик с кофе и сделал глоток. БЫКОВ (задумчиво): — Веселиться? И тут в голове у быкова колесо как в поле чудес вертиться и выпадает Лобанов. БЫКОВ (соглашаясь): — Давай, жалко что у меня один друг-венеролог, а не пять. КУПИТМАН (протягивая руку): — По рукам? Быков посмотрел на его руку и нагнул свою голову ближе к его руке, смотря на её. БЫКОВ (сарказмом): — Нет у меня мелочи, пьющая бабулька. Купитман не обиделся, а наоборот улыбнулся, поняв что немного помог Быкову и похлопал себе в ладоши. В это время некоторые интерны сидят в ординаторской: ЛЕВИН (читая книжку): — А вы знаете, что только мужчины и собаки могут болеть простатитом. Хм, или вот ещё интерестный факт “Самая сильная мышца в теле человека это язык”, представляете! ЛОБАНОВ (сонный): — Боря, если ты щас не заткнёшься, то я тебе его вырву, понял?! ЛЕВИН (продолжая читать): — А вот это интерестно “Средняя длинна полового члена состовляет…”, да не, это ошибка какая-то. Лобанов улыбнулся. ДЖОН (улыбнувшись): — Нет Левин, не ошибка. Радуйся что ещё есть! Хотя кто тебя знает может у тебя и нету. Никто не услышал шутки Джона, ведь в отличии от многих его других шуток эта шутка была несмешная. В это время вошёл Романенко и сзади Глеба Лололошка. Джон встал и сразу-же в этот момент Глеб упал туда, где он ещё недавно сидел. ГЛЕБ (обрадовавшись): — О, диван! Можно потише, просто я ещё не ложился! ВАРЯ (интересуясь): — А куда ты ушёл ночью, с тобой что-то случилочь?! ГЛЕБ (делая вид огорчённого): — К сожалению, нет! Полный клуб тёлок и ничего не случилось! Хотя… под утро уже казалось бы.. ВАРЯ (убрав всякую нежность): — Ты что, только что из клуба?! Ужас! И ты в таком состоянии будешь ходить по больным?! ГЛЕБ (продолжая): — Конечно же нет, как я могу подвергать такой опасности?! Кхм, вы будете ходить, а я буду спать. В это время Джон подошёл к Лололошке и спросил: ДЖОН (телепатически): — Ну привет, симпапусик! Как выспался?! ЛОЛОЛОШКА (телепатически): — Ужасно! В часа так три ночи проснулся и заснуть не смог! Джон почесал голову и сказал; ДЖОН (телепатически): — Ага, а мы всю ночь работали, Быков за нами наблюдал с его той самой надменной улыбкой. Повезло же тебе, что я в изобрёл тогда сыворотку, которая контролирует наше “слияние” или симбиот… какая разница?! А то сейчас бы твой план по прикрытию провалился с треском, ведь напомни сколько мы путишествуем?! ЛОЛОЛОШКА (телепатичски): — Вроде года так два-три… Я подсчёты не веду. ДЖОН (телепатичски): — “Вроде”. Три с половиной года, мы бы за это время слились бы в одного человека! Скажи такому гению спасибо! Ну и скажи спасибо, что мы контролируем теперь это, а то моя сыворотка бы не помогла! Только телепатию так бы и не смогли контролировать! Быков в этот момент заходит в ординаторскую. БЫКОВ (серьёзно): — Так, быстро эволюционируем до прямоходящих и за мной! И сразу же вышел. Все интерны начали вставать и выходить из ординаторской. Быков уже ждал на коридоре. БЫКОВ (серьёзно): — Задание: Лобанов ты идёшь в кожно-венерологическое отделение, я тебя сегодня подарил доктору Купитману. ЛОБАНОВ (удивлённо): — Что значит вы подарили меня доктору Купитману?! БЫКОВ (серьёзно): — А чё ему только коньяки дарят? Коньяки глупых вопросов не задают, чё стоишь, подарок, я тебя упаковывать не собираюсь, так беги, пятый этаж. У Спицанной из второй полаты сегодня лодоктомия, что нужно делать, доктор Черноус?! ВАРЯ (отвечает): — Подготовить к операции, сделать клизму и побрить пах. БЫКОВ (серьёзно): — Последовательность выберешь сама, ты же врач! Вдруг неожиданно проявил голос Романенко: ГЛЕБ (прося): — Андрей Евгеньевич, а можно мне с Черноус, девушка всё-таки я помогу. БЫКОВ (серьёзно): — Ладно, но будь очень внимательным. ГЛЕБ (удивлённо): — Всмысле? БЫКОВ (серьёзно): — Женщина, пах, бритва. Чувствуешь уровень опастности? Быков позволяет уйти Варе и Глебу для проведения подготовления к операции и переключается на Джона. БЫКОВ (серьёзно): — А вы, доктор Харрис, идите в седьмую палату и наконец-таки поставьте правильный диагноз. В итоге осталось два оставшихся интерна. Они пошли за Быковым к приёмному отделению, где Люба за своей стойкой сортировала бумаги и давала истории болезни. Быков встал возле стойки и начал смотреть в историю болезни. Левин подошёл к нему, попровляя свой халат. ЛЕВИН (самодовольно): — Андрей Евгеньевич, я надеюсь вы мне дадите более серьёзное задание, чем Варе с Глебом и Джону, всё таки я не медсестра. Это услышала Люба и показала кулак, который Левин так и не увидел. БЫКОВ (серьёзно): — Согласен, до медсестры ты ещё не дорос. Люба послала воздушный поцелуй Быкову. БЫКОВ (серьёзно): — Но сегодня я тебе поручу не менее ответственное задание: Ты будешь ходить за мной по отделению с умным видом и поправлять очки. Левин начал поправлять очки на автомате, обдумывая что сказал Быков. ЛЕВИН (поправляя очки): — Всмысле? Я не понял. БЫКОВ (серьёзно): — Вот ты уже начинаешь справляться. Быков дошёл до палаты. БЫКОВ (серьёзно): — Стой здесь до характерного выкрика с твоей фамилией. Быков заходит в палату. Левин и Лололошка стоят возле палаты. ЛЕВИН (с сарказмом): — Ну как, поспал сегодня?! Тебе нужно много спать, ведь скоро везти тебе перестанет и я стану лучшим интерном, а позже и лучшим врачём в отделении, а ты… Левин поправил очки. ЛЕВИН (с сарказмом): — Будешь номер два, и как по мне это будет неплохо, ведь ты будешь сразу после меня. Левин протянул руку Лололошке в знак его мелкого уважения к нему. Лололошка пожал руку, подумав что тот и вправду лучше и то что ему просто повезло, а Левин потратил кучу времени на заучивание. ЛЕВИН (поправляя очки): — Вот и договорились. В это время Быков входит в палату. Она представляля собой большую комнату, покрашенную в жёлтый цвет, с двумя дверьми и несколькими кроватями. Запах специфический: антисептик и спирт. За собой Быков закрывает дверь и проходит: БЫКОВ (серьёзно): — Что джентльмены, скучаем? Сделал паузу, слушая. Тишина, никто ничего не говорит. БЫКОВ (серьёзно): — Ну это дело поправимое, я тут одному доктарёнку хочу экзамен устроить, так что вы не пугайтесь, смотрим, учавствуем, сопереживаем. ДОКТОР ЛЕВИН, ПРОШУ ВАС! Левин отходит от Лололошки, после пожатия и входит в палату с невозмутимым видом. Быков подставил руки как будто представляет его публике. ЛЕВИН (серьёзным голосом): — Здравствуйте. Вдруг Быков замечает Лололошку и после пары воспоминаний и утреннего диалога с Купитманом, решает доказать что все шесть интернов безнадёжны. БЫКОВ (серьёзно Левину): — Левин быстро позови и того, чтоб не сидел без дела! Пусть тоже учавствует! Левин быстро уходит назад, приоткрывает дверь и кричит: ЛЕВИН (криком зовя): — Эй, как там тебя, иди сюда! И стоят уже два интерна, которые смотрят на пациентов, но по разному. Левин как на цель и подопытных, а Лололошка как на тех, кому нужна помощь. БЫКОВ (продолжая): — Доктор Левин думает что всё знает, а доктор Лололошка… Быков покашлял, думая что подобрать. Он подошёл к кровати какого-то пациента. БЫКОВ (продоожая): — Кхм-кхм.. Пропустим. Ваш пациент, интерны. Кузьмин сорок шесть лет, стенокардия напряжения, блокада левой ножки пучка гиса, чем будем лечить. ЛЕВИН (серьёзно): — Хм, ну разумеется антиангинальная терапия, аспирин в малых дозах, что-то из бета-андренаблокаторов… БЫКОВ (перебивая и зевая от нудни Левина): — Остановка.. ЛЕВИН (непоняв): — Что? БЫКОВ (продолжая): — У больного остановка сердца, что делать. ЛЕВИН (открыв глаза как две копейки): — Всмысле… БЫКОВ (серьёзно, подбадривая и прктически крича): — Ну давай быстрее его спасай, у больного остановка сердца. ЛЕВИН (непонимая): — Я не понимаю… БЫКОВ (продолжая): — У больного остановка чт…. ЛОЛОЛОШКА (без всяких шуток и стресса): — Сердечно-лёгочная реанимация, ввести пол миллиграмма андреналина внутривенно, пол куба атрофина и гармоны, подготовить дефибриллятор, а ещё…. БЫКОВ (в мыслях): — Интерестно… Каждое слово Лололошки было действием Джона вчера, при спасении пациента. И после того как Лололошка хотел продолжить Быков остановил его. БЫКОВ (Лололошке): — Ладно, прекращай, достаточно. БЫКОВ (Левину): — Слышал, а! Скажи ему спасибо, он спас твоего пациента в рамках кооперативной работы… но без него ты бы открыл своё кладбище. Ты же ночью оставался, видел же что делать, это должно было быть у тебя на уровне инстинктов, Левин. ЛЕВИН (оправдываясь): — Я-я-я просто растерялся, понимаете из одного случая в другой, да и… БЫКОВ (упрекая): — Молчи, Левин, учи неотложку, тогда может что-то и получится. Левин посмотрел на Лололошку с немой ненавистью, что кто-то умнее его. Он должен быть самым умным, а тут какая-то выскочка всё время молчит и забирает его идеальное место “лучшего интерна” и потом “лучшего врача”. ЛОЛОЛОШКА (в мыслях): — Откуда я это знаю? Почему… почему я всё знаю, что меня спрашивают по медицине, я же не учился на врача! Как помню…. Или же далеко в прошлом я… да нет бред какой-то, хотя если подумать я был революционером, был в мафии, убивал, ломал тюрьмы для мироходцев, дважды! И это только то, что я вспомнил. И тогда это бы многое объяснило…. БЫКОВ (серьёзно): — А если бы он умер, он мне дорог, он похож на всемирно-известного путешественника Конюхова. Левин виновато посмотрел в начале на Быкова, потом на пациента. Быков вышел из палаты, пока Левин и Лололошка стояли ещё пару секунд. ЛЕВИН (виновато пациенту): — Спасу, честно спасу… Он положил руку ему на грудь. ЛЕВИН (продолжая): — Я-я просто растерялся. Левин и Лололошка вышли. В это время Варя и Глеб вышли из процедурной с лекарствами, точнее только Черноус. Глеб ковылял за ней с опущенной головой, хотя спать. Они шли в палату к пациенту, и идя Варя начала говорить: ВАРЯ (воодушевившись): — Честно говоря не думала что ты вызовишься помочь, я думала что тебе щас всё по барабану. ГЛЕБ (следуя за ней, сонный): —Угу. ВАРЯ (воодушевлённо): — А ты что будешь делать клизму и брить пах? ГЛЕБ (следуя за ней, сонный): — Угу. ВАРЯ (воодушевлённо): — Брить пах? ГЛЕБ (следуя за ней, сонный): —Угу. ВАРЯ (воодушевлённо): — А я тогда клизмочку поставлю! Они входят в палату. Она представляла собой среднюю по размером комнату с одной дверью и окошками, одно из которых показывает коридор, но в тот момент оно было завешано. Запах стоял такой же как и в палате, где были Лололошка и Левин. В комнате стояли медицинские кровати, где на одной из них лежал пациент, который был подключён к всяким разным приборам. Пациент представлял из себя мужчину лет так под сорок, который ели как приоткрыл глаза. Они заходят. ВАРЯ (с улыбкой и воодушевлением): — Здравствуете, вы Спицен? СПИЦЕН (ели как): — Да… ВАРЯ (продолжая): — Мы будем готовить вас к операции, я вам поставлю клизму, а…. Глеб в это время ложится на свободную кровать вниз головой и вваливается на неё поспать. ВАРЯ (серьёзно): то — Романенко, ты что спать лёг? Молчание. ВАРЯ (продолжая): — Ты же сам сказал, что поможешь. Глеб приподнял голову и сказал: ГЛЕБ (устало): — Нет, это я Быкову обещал тебе помочь, а тебе я скажу правду: я обманул Быкова. Глеб перевернулся на бок, чтобы не смотреть на Варю. В это время Купитман объяснял Семёну, что делать. Они стоят возле кабинета. КУПИТМАН (серьёзно): — А сейчас, мой юный коллега, вы погрузитесь в удивительный мир кож-венерологии, мы войдём в этот кабинет и вы останетесь один на один с пациентом. Каковы ощущения? ЛОБАНОВ (серьёзно-недовольно): — Да нормально, не вытечет так мы исправим. Последние слова он сказал так, что даже Купитман не понял что он сказал. Но они уже вошли в палату. Глеб спит на больничной койке как вдруг Варя втыкает ему шприц. ГЛЕБ (от боли): - Ай!!! Это что щас было?! ВАРЯ (удивлённо): — Я поставила тебе кофеин. ГЛЕБ (непонимая): — Зачем? ВАРЯ (отвечая): — Что бы ты взбодрился. ГЛЕБ (непонимая): — Зачем? ВАРЯ (отвечая): Что бы брить пах, помнишь мы с тобой договаривались. ГЛЕБ (сердито): — ВАРЯ! Да успокойся ты уже, какой кофеин, ты мне хоть ведро его влей, я всю ночь не спал. Глеб ложится на бок. ГЛЕБ (сердито): — Бодряк ты наш, Варя. Варя выходит из процедурки. И он не может заснуть. ГЛЕБ (на всю палату): — Блин, Варя! В это время Лобанов входит в палату с Купитманом. КУПИТМАН (презентуя Лобанову, зачитывая из истории болезни): — Ну, Андрей Игоревич, тридцать восемь лет, поступил с высыпаниями по всей поверхности тела. Жалобы на повышение температуры, зуд. Приступайте. Купитман протягивает Лобанову перчатки, но Семён на низ даже не смотрит. ЛОБАНОВ (пациенту, протягивая руку): — Будем знакомы, Лобанов. Пациент пожал руку. АНДРЕЙ (улыбаясь): — Здравствуйте. ЛОБАНОВ (улыбаясь): — Здравствуйте. Так что тут у нас, посмотрим. КУПИТМАН (про себя): — Смелые нынче доктора пошли, совсем не предохраняются. Левин и Лололошка сидят всё также в палате у пациента, где Левин терроризирует всех. ЛЕВИН (Лололошке): — Эй, мы же договаривались тогда. Я же сказал не лезь не в своё дело. ЛОЛОЛОШКА (пытаясь что-то сказать): — Но я не.... ЛЕВИН (отмахнувшись рукой): — Ай, ладно с тобой. Запомни, больше не повторяю. После он берёт тапочки на полу и подходит. Он стоит возле пациента с тапками, которые чем-то напоминают дефибриллятор. ЛЕВИН (возле пациента): — Не пугайтесь, это не тапочки, а дефибриллятор. Он потёр тапочки. ЛЕВИН (улыбаясь): — Так, разряд!!! Жух!!! Он издал звук похожий в реальной жизне. ЛЕВИН (продолжая): — Ещё разряд! Снова издал звук. ЛЕВИН (улыбаясь): — Ритм восстановлен. Ну вроде всё. В палату входит Быков. БЫКОВ (серьёзно): — Левин, я сказал неотложку зубрить, а не спокойной ночи малыши играть! ЛЕВИН (ругаясь): — А мне не надо было зубрить, я её и так знал, просто освежил память. БЫКОВ (давая шанс): — Ну, давай показывай. ЛЕВИН (начинает цитировать): — Необходимые мероприятия при клинической остановке сердца. Первое... БЫКОВ (перебивая): — Пена изо рта. ЛЕВИН (удивлённо): — Что? БЫКОВ кивком указывая): — Вон у того пациента пена изо рта, что делать надо?! Бегом!!! ЛЕВИН (оправдываясь): — Подождите Андрей Евген... ЛОЛОЛОШКА (спокойно): — Острый отёк лёгких. Лечение морфин, форсемид, нитроглицерин.... БЫКОВ (удивлённо): — Можешь не продолжать, Хатико. БЫКОВ (Левину): — А ты ещё одного приговорил... ЛЕВИН (оправдываясь): — Я про остановку сердца повторял.... Так нечестно Андрей Евгеньевич. БЫКОВ (Левину): — Это ты не меня, это ты его обвиняй. Чё он болеет не тем, что ты знаешь! Всё же было элементарно, даже твой коллега, тихий коллега смог ответить! Стыдно Левин. Учить надо лучше. Прийду, проверю. Это вас тоже касается, доктор Лололошка. ЛЕВИН (пациенту): — Извините, этого больше не повторится, честно!!! Лобанов стоит возле лестницы на второй этаж и что-то объесняет сам себе. ЛОБАНОВ (рассержано): — И главное почему я, вот мне интерестно!? Люба, ты представляешь, Быков подарил меня Купитману, ну а что Купитман мне естественно нормального больного не дал, дал мне какого-то в пятнах, ну не знаю… леопарда. Люба ничего не сказала она просто издала звук “Угу” и начала уходить. ЛОБАНОВ (продолжая): — А мне теперь знаешь сколько читать!? Лобанов зашёл в ординаторкскую и глазами начал бегать по книжкам и нашёл нужную. В итоге читал от силы минут тридцать и заснул. Именно в момент, когда Лобанов заснул входит туда Купитман. Он это видит. КУПИТМАН (серьёзно, но с улыбкой): — Хм, спящая красавица, что ж ты так разрядился, три странички до ветрянки недотерпел. И Купитман вспомнил, что Лобанов трогал пациента и у него созрел план. КУПИТМАН (вздохнув): — Учить, так учить… Джон же в это время находится в палате и расспрашивает пациента. Палата представляет собой комнату, где находятся пару кроватей, тумбочек к ним. Джон посмотрел в историю болезней и определил где находится его пациент. Он подошёл к мужчине лет двадцати пяти с чёрными как уголь волосами, голубыми как алмазы глазами. Пациент в свою очередь читал медицинскую книжку и как только увидел глазами врача, без улыбки и без каких либо эмоций ждал пока что-то скажет Джон, но по его взгляду виднелось что-то наподобие интереса или ненависти. Харрис ничего не заметил в его взгляде, а точнее непредавал этому значения, ведь он врач. Джон начал: ДЖОН (улыбаясь): — Приветствую, вас... пациент. Я доктор Харрис.. Но он уменьшает голос и говорит про себя, так чтобы пациент не слышал. ДЖОН (про себя, улыбаясь): — Джон Дэйви Харрис. И тутже он опомнился и начинает говорить: ДЖОН (улыбаясь): — Ну что ж, давай-те вас лечить, говорите чем болеете мистер.... ПАЦИЕНТ (представляясь): — Мартин, Мартин Макфлай. ДЖОН (улыбаясь): — Ну чтож, Мартин, давай-те я расскажу вам насколько вам повезло лечится у меня, ведь я самый умный, самый красивый, самый обоятельный, самый компетентный, самый лучший врач для вас. После этих слов по спине Мартина прошёлся холод. МАРТИН (пытаясь перевести тему): — Доктор, давай-те перейдём к лечению, вы же говрите что вы гений, так говорите что нужно сдать: анализы или что вам обычно сдают. ДЖОН (улыбаясь протягивает листик): — Вот коротко о анализах, которые вы должны будете здать! Какой же я молодец!!! МАРТИН (побледнев): — С-с-сколько анализов? ДЖОН (улыбнувшись ещё сильнее): — Двадцать два, я сам считал, это обязательно, для нужного диагноза! Вы рады?! Хотя зачем я вас спрашиваю, конечно же, вы рады!!! МАРТИН (ещё сильнее побледнев): — Двадцать два???? Вдруг Мартин начинает психовать. МАРТИН (раздражённо): — Сдавай сам эти долбаные двадцать два анализа, ты просто кретин, идиот... ДЖОН (перебивая, но улыбаясь): — Дайте листочек, мне нужно кое-что ещё поправить. Мартин думая, что Джон хочет убрать почти все анализы передал ему листочек и с высокомерной улыбкой ждал, когда Джон отдаст. Через пару секунд Джон отдал его обратно. Мартин посмотрел и сказал: МАРТИН (раздражённо): — ЗАЧЕМ МНЕ ЕЩЁ К НАРКОЛОГУ?! ТЫ С УМА СОШЁЛ?! ДЖОН (улыбаясь): — Ну а я о чём, похоже на воздействие наркотических веществ, поэтому проверьтесь и на это, а то лечить вас никто не будет. МАРТИН (раздражённо): — Да ты хоть знаешь кто я?! ДЖОН (улыбнувшись): — Конечно! Идиот, который думает что он кому-то важен, ага. Хоть ты настолько ограничен познанием этого мира, что непонимаешь даже примерное понимание. МАРТИН (крича): — Что ты за придурок, доктор Харрис. ДЖОН (улыбнувшись): — Ага, а ещё и хамло! Давай, оскорбляй сильнее, ведь твои слова настолько ничтожны, что когда ты молчишь бесишь сильнее, чем когда стараешься! МАРТИН (проклиная): — Ты пожалеешь об этом, зови другого врача, а лучше заведующего, а лучше сразу глав-врача. ДЖОН (усмехнувшись): — А может министерство медицины, а может сразу президента? Мартин подумал пару секунд, взял стакан с водой, который был на его тумбочке, отпил так что в глазах Джона стакан был наполовину полон, и сказал: МАРТИН (улыбаясь): — Давай так: я готов тебя простить, но ты становишься на колени и просишь простить! ДЖОН (убрав улыбку): — Чего?! МАРТИН (улыбаясь): — Я так думаю что тебе важна эта работа, но твоё высокомерие слишком большое, так давай что важнее: деньги и жизнь или твоё эго?! ДЖОН (расскрыв глаза): — Ага, верю и кто же ты тогда ,что можешь меня уволить?! МАРТИН (усмехнувшись): — Инспектор, который был прислан для проверки больницы и я готов соврать в твою пользу, если ты признаешь, что я лучше, а ты идиот! ДЖОН (вернув улыбку): — Ага, поверил. Ну и бредятина, докажи! И тут Мартин говорит сложные методы лечения, которые тот ещё недавно читал, а также сложные теории, которые заставили бы даже Быкова или Левина задуматься. Он показал свой паспорт, на котором виднелась должность: "Инспектор". Джон начал суетится и понимая что всё идёт не как он планировал. Стакан в руках Мартина в глазах Джона стал наполовину пустым. ДЖОН (отойдя): — Ты не посмеешь! МАРТИН (улыбнувшись): — Посмею, посмею. Давай выбирай!!! ДЖОН (начал отходить): — Т-ты псих... Да ты псих!!! МАРТИН (усмехнувшись): — На колени. Джон уже был готов сказать: "А вы меня заставьте.", но в его мыслях всплыли слова Лололошки: "Джон, пообещай. Пообещай что сделаешь всё, лишь бы помочь мне и другим людям. Я тебе доверяю, теперь докажи что и ты мне веришь. Скажи обещаю." и тогда он сказал: ДЖОН (тихо, про себя): — Обещаю. МАРТИН (непоняв): — Что ты сказал?! ДЖОН: — Я признаю, я был неправ и да я идиот, кретин и всё что ты до этого говорил. МАРТИН (улыбаясь): — Это конечно приятно слышать, но а как-же на колени?! Джон встал на колени и попросил простить и тогда Мартин сказал: МАРТИН (улыбаясь): — Можно сказать то конфликт ты уладил на половину. ДЖОН (раздражённо): — Что значит на "половину"? МАРТИН (улыбаясь): — Сегодня ты мой раб! Или как ты думал? Спокойно меня оскорбишь и уйдёшь как ни в чём не бывало?! Хахаххаха, ну ты и идиот. В это время Варя находятся в процедурной, где она заливает горячую воду в горчичник. В это помещение входит Глеб: ВАРЯ (интересуясь): — Глеб, ну что, выспался?! ГЛЕБ (невинно): — Как я могу, Варвара, ты что, мы же на работе, мы же врачи, Варечка. Я даже незнаю как мне тебя отблагодарить теперь. ВАРЯ (несмотря на него): — Ты же знаешь побрей пах. ГЛЕБ (удивлённо): — Варя, ну ты что, мы же с тобой не так давно знакомы… ВАРЯ (обижено): — Дурак. Вдруг Глеб втыкает в неё шприц, который пронёс в процедурную. ВАРЯ (от боли): — А ай. Ты что с ума сошёл? Ты что мне вколол? ГЛЕБ (спокойно): — Успокоительное. ВАРЯ (разъерённо): — Успокоительное?! ГЛЕБ (удивлённо): — Ещё не подействовало. Ну ничего, очень скоро ты захочешь спать, но ты же на работе, ты же врач, Варь. ВАРЯ (обидевшись): — А ты имбицил. ГЛЕБ (улыбнувшись): — Угу. Глеб ничего не сказал и Варя вышла из процедурной. В это время Лобанов. Он до сих пор спит и над ним, а точнее над его лицом решает поиздеваться Иван Натанович Купитман. Он взял йод и начал делать на его лице прыщи. Купитман под это дело подпивает. И вот наносит последние штрихи, ложит йод на стол Быкова, подходит к двери, приоткрывает её и со всей силы открывает дверь. Лобанов просыпается. КУПИТМАН (интересуясь): — Ну что, восполнил пробелы в знаниях?! ЛОБАНОВ (проснувшись): — Ага, да, тут как-раз, уточняю кое-что… Купитман смотрит на его лицо и удивляется. КУПИТМАН (удивлённо): — А ну ка, повернись на свет. Трогал больного без перчаток?! ЛОБАНОВ (непонимая): — Да, а что? КУПИТМАН (бормочя про себя): — Я даже не думал, что он может так быстро развиваться. ЛОБАНОВ (удивлённо): — Чего?! После берёт зеркало и показывает его лицо. КУПИТМАН (без эмоций): — Полюбуйся. Лобанов взглянул и начал осматривать и руки, которые оказались покрыты йодом, которую Купитман нанёс ещё раньше, чем на лице. На его лице читалось отвращение. КУПИТМАН ( продолжая): — Ты заразился системным васкулоподобным ихтиозом Шлеймана. Лобанов начигает трогать своё лицо. КУПИТМАН (продолжая): — Не трогай лицо руками! ЛОБАНОВ (непонимая и боясь): — И что теперь делать?! Купитман разводит руками. КУПИТМАН (продолжая): — Лекарств от этой болезни в больнице нет! ЛОБАНОВ (поражаясь): — Как нет, ну давайте вот… тот, которого руками… давайте у него отберём что-ли, ну я незнаю в конце концов. КУПИТМАН (продолжая): — Мы сами его две недели аспирином обманываем. Ладно сиди здесь, я что-нибудь придумаю. Как-же так…. Как-же так… Купитман выходит из ординаторской. Лобанов нервничает, но всё равно ему морально лучше чем Джону. В это время он ходит за Мартином как за повелителем и на все его прихоти отвечает “Да, мой господин.” и вместо того, чтобы как раньше играть роль гения, которому плевать на мнение других строит из себя раба. И вот как только появляется перерыв он находит Быкова. ДЖОН (опустошённо): — Здравствуйте Андрей Евгеньевич… БЫКОВ (улыбаясь): — Здравствуй мой “Самый худший интерн”! Джон промолчал. БЫКОВ (улыбаясь): — Что, язык проглотил?! Говори что хотел. ДЖОН (продолжая): — Почему я… зачем… БЫКОВ (удивлённо): — Ты это о чём? ДЖОН (ругаясь): — Зачем вы доверили мне инспектора, я же уверен вы знали!!! Знали!!! БЫКОВ (понимая о ком он): — А ты об этом. Забыл предупредить что не верь ему, он просто обычный пациент, который любит казаться кем-то влиятельным. Он так и со мной хотел сделать и он ещё главное такой убедительный, даже больше скажу он настолько речь заучил, что его неуверенный голос пропадает. Обычное дело в бесплатной больнице. А ты чего такой… не такой как всегда? ДЖОН (серьёзно): — Что вы сказали… Он пару секунд подумал. ДЖОН (улыбаясь): — Да всё нормально, может не дадите ноутбук, так, для маленького дела. БЫКОВ (удивлённо): — Какого ещё дела? Я сразу говорю что никаких… ДЖОН (улыбаясь): — Програмирование… всего лишь програмирование… Быков повёл его в ординаторскую. БЫКОВ (серьёзно): — Даю час, если будешь лазить по “плохим” сайтам или что-то мне удалишь, то я тебя выкину к чёртовой матери!!! ДЖОН (улыбаясь): — Да, конечно, Андрей Евгеньевич. Слушайте можете сказать ФИО моего пациента, так чисто для интереса. БЫКОВ (улыбнувшись): — Ааааа, понял. Быков берёт листик и пишет, то что Джон попрасил с такой хищной улыбкой, что Джона кинуло в дрож. БЫКОВ (улыбаясь): — Найдёшь, то что нужно мне покажешь, посмеяться хочу! ДЖОН (улыбаясь): — Конечно, Андрей Евгеньевич, я вам лично всё передам и спрошу лучшего совета, как особо опытного врача! Быков вышел, у него как-будто настроение улучшилось. Джон сел за стол Быкова в ординаторской и включил ноутбук. ДЖОН (серьёзно, но про себя): — Включайся, рухлять старая! Мне ещё пробить нужно его, я не дам ему просто уйти, а сделаю так что он пожелеет о том, что он сделал и сказал!!! Ноутбук включился. Джон потянулся к мышке на столе, подключил её. ДЖОН (разминая пальцы): — Ну чтож, как в старые добрые… Жаль что без моей специальной OC и всего прочего, а больше всего жаль, что нету материалов для автоматонов, сделал бы и заработал бы если не милионы, то милиарды! Он зашёл в гугл и начал искать приложения для вычисления по IP и всего прочего и быстро нашёл и скачал. Простенькое, но и не с таким он имел дело. Он начал взлом и через пару минут он уже готов был искать по IP на системе WINDOWS. ДЖОН (улыбаясь): — Есть, теперь ввести имя и довзламывать и тогда… Он ввёл и доделал, то что оставалось и решил договорить. ДЖОН (продолжая): - Покажу ему что врать мне это гиблое дело. О и слабительное… оно же идеально сойдёт для большего эффекта! И наконец появляется полный список информации о нём. ДЖОН (проговаривая): — “Правонарушения, неуплата налогов, номера семьи, номера друзей и коллег по работе” как же ты влип Мартин, ой как влип. Джон откинулся на стуле. И только именно сейчас выходят из процедурной Варя и Глеб. ГЛЕБ (продолжает): — Твои веки тяжелеют, глаза закрываются, как же хочется лечь на кровать... укрыться своим пушистым одеялом, но у нас задание, нам надо... ВАРЯ (перебивая и уставшим голосом): — Романенко что ты конкретно мне вколол. ГЛЕБ: — Себазон ВАРЯ (продолжая): — Сколько. ГЛЕБ: — Ампулу. ВАРЯ (продолжая): — Ну это же очень много, мне сейчас часа на дв...... И она падает без сознания недоговаривая что хотела сказать. Глеб стоит над ней пару секунд и начинает паниковать. ГЛЕБ (проверяя): — Варя, Варя, Варя. Ты чего. Спрашивая это поднимает её на руки и ложит на первую же медецинскую кровать. ГЛЕБ (раздражённо): — Черноус, пошутили и хватит. В этот момент из-за угла выходит Быков, который поедает бутерброд. Глеб видя это ничего разумного не видет, кроме того чтобы накрыть её белым покрывалом. Он это сделал и уже начинает идти как его окликает Быков. БЫКОВ (серъёзно): — Так, неприятный сын глав-врача, где Варя?! ГЛЕБ (оправдываясь): — Так она ушла. БЫКОВ (поедая бутерброт): — Ага, а ты чё, охотишься на кого или так с клизмой погулять вышел? ГЛЕБ (оправдываясь): — Так мы же с... БЫКОВ (доедая): — Пока думаешь я тебе весёлую историю расскажу: звонят мне из операционной и говорят "Мы операцию уж начали, но ещё больного нет, ну вы неторопитесь, мы пока воздух порежем.". Чё стоишь, бегом в палату, больной уже должен быть на столе, а вы его неподготовили. Давай, давай, давай. Глеб ушёл, оставив Варю. В это время Лололошка и Левин сидели и учили книжки. Точнее Левин учил, а Лололошка зевал и чуть ли не засыпал. ЛЕВИН (переживая): — Мммм афелаксия помню, так... так.. ну травматический шок это вообще легкотня. Быков входит в палату. БЫКОВ (доедая последний бутерброт): — Ну чтож палач и... интерн. Заточили топор своей тупостью. ЛЕВИН (заявляя): — Андрей Евгеньевич не спешите иронизировать, я готов купировать любое неотложное состояние! БЫКОВ (думая): — Любое? ЛЕВИН (отвечая): — Любое. БЫКОВ (с улыбкой и надкусывая бутерброд): — Это хорошо.... Вдруг Быков давится куском и падает на пол. ЛЕВИН (в страхе): — Что с вами?! Левин подбежал к Быкову. ЛЕВИН (крича): — Андрей Евгенич, дышите!! Он подошёл к нему и начал бить по груди. ЛОЛОЛОШКА ( Левину): — Стой, Левин! Левин продолжает делать, не обращая внимания на него. ЛОЛОЛОШКА (Левину): — Ты понимаешь что нужно освободить дыхательные пути. Андрей Евгеньевич выплёвывает кусок бутерброда. БЫКОВ (Левину): — Стой, что ты делаешь Левин! Стой, отойди Левин! ЛЕВИН (оправдываясь): — Я вас спасал. БЫКОВ (интересуясь): — От чего?! ЛЕВИН (продолжая): — Ну я предположил что это фибриляция желудочков и оказывал первые реанимационные миропринятия для востановления ритма.... БЫКОВ (ругаясь): — Какого ритма... Включи логику, я вошёл в палату, кушал бутерброд, поперхнулся, что нужно делать? ЛЕВИН (отвечая): — А-аааа освободить верхние дыхательные пути! БЫКОВ (договаривая): — Правильно, ну уж никак не пинать меня, пока твой коллега принимает верные решения! Откуда в тебе столько ненависти, Левин. Ещё очки одел, вон. ЛЕВИН (оправдываясь, но посматривая на Лололошку): — Андрей Евгеньевич, ну вы играете не о правилам. БЫКОВ (попровляя его): — Молчи убийца, ты сегодня отправил на тот свет трёх хороших людей : великого русского путешественника Конюхова, покорителя крымского моста и своего учителя... Я тебе придумаю другое задание. А ты Лололошка иди тоже, присмотри за ним. А то что-то сделает. Быков, Лололошка и Левин направились в неизвестном направлении, которое оказалось одним из самых бездушных, но не безлюдных мест во всей больнице. Это был морг. ЛЕВИН (Быкову): — Морг?! БЫКОВ (Левину): — Да, а чему ты удивляешься? У меня не было выбора, живых доверить тебе нельзя, вот посидишь здесь, перепишешь всё это можешь быть свободен. Быков указал на стол, на котором было куча папок и документов. И после вышел из морга. Левин прошёл немного в глубь помещения. ЛЕВИН (трупам): — Здравствуйте.... В это время парочка санитаров видят больничную кровать и накрытую на ней белую ткань. Первая их мысль, что пациент мёртв и его нужно доставить в морг и они его увозят. Быков и Купитман стоят возле кофемашины. БЫКОВ (интересуясь): — Чёй-та ты, многоуважаемый Иван Натаныч сам себе кофе наливаешь? Я ж тебе отдал самого талантливого из своих имбицилов. КУПИТМАН (объясняя): — Не может он. БЫКОВ (с ещё большим интересом): — Чёй-та? Он конечно, не Софи Колес или Мария Кюри, но с кофейным аппаратом вполне справится сможет. КУПИТМАН (продолжая): — Андрей Евгеньевич, у интерна Лобанова обнаружена страшное заболевание, системный васкулопобный ихтиоз Шлеймана. БЫКОВ (удивлённо): — Вау... И где же он заразился этим чудовищным несуществующим заболеванием? КУПИТМАН (поесняя): — У меня в отделении. Когда к больному ветрянкой голыми руками прикасался. БЫКОВ (поняв): — Угу, ясно, проказничаешь. КУПИТМАН (поесняя): — Да это не проказ, спасать надо парня. БЫКОВ (интересуясь): — Угу, придумал уже как? КУПИТМАН (рассказывая и оказывая свечю): — Ректальный супузиторий раздражающего действия. БЫКОВ: — Да, я помню. КУПИТМАН (улыбнувшись и посмеявшись в конце): — Свечка с перцем. Побегает твой Лобанов, почешется, потом всё отделение за километр обходить будет, если перчаток в кармане нет. Быков тоже улыбнулся. Джон же время зря не тратил. Он взял в приёмном отделении слабительное и поискал информацию о нём. После Джон добавил слабительное во всю еду и решил действовать. Доктор Харрис зашёл в палату к Мартину. МАРТИН (улыбаясь): — О-ооо доктор Харрис, я как раз хотел вас искать! ДЖОН (улыбаясь): — О, также как и тебя полиция? Мартин расширил глаза. МАРТИН (удивлённо): — О-откуда... ДЖОН (улыбаясь): — А я узнал интерестыный момент... МАРТИН (злостно): — И какой же. ДЖОН (улыбаясь): — Что вы не платите долги, задолжали кредиты, а также знаю ваше настоящее имя, Иван Соколов. МАРТИН? (рассеявшись): — Тебе никто не поверит, идиот! ДЖОН (закатив глаза): — Ах да, забыл сказать.... я умею взламывать. Мартин схватился за голову. ДЖОН (продолжая): — У вас есть два варианта. Первый вы попадаете на несколько лет в тюрму. А вот второй вам может не понравится, ведь вам придётся заплатить деньгами, а ещё и встать передо мной на колени. МАРТИН? (открыв глаза): — Ч-чего? ДЖОН (повторил): — Вам придётся заплатить деньгами, а ещё и встать передо мной на колени. МАРТИН? (протянув купюры денег): — Вот, я надеюсь на колени становится не нужно.... ДЖОН (рассмеявшись): — О нет, Иван, как же вы ошибаетесь. На колени. Джон взял купюры и стал ждать. Но долго ждать не пришлось, Мартин встал на колени и стал молить о прощении. МАРТИН? (совестно и на коленях): — О великий доктор Харрис, простите меня, умоляю! ДЖОН (с ухмылкой): — Ага, а теперь тебе пора на клизму. МАРТИН? (удивлённо): — Зачем? ДЖОН (улыбчиво): — Для профилактики, ведь в следующий раз твоя афера выйдет боком. МАРТИН (согласившись): — Ладно.... Ой, мне что-то не хорошо... Мартин убежал в туалет, а Джон лишь встал на руки и посмотрел ему в след. Позже он выходит в коридор и встречает Глеба. ГЛЕБ (удивлённо): — Эй, Харрис, не видел куда увезли каталку? ДЖОН (поставив руки назад и начав ходить кругом): — Нет, но предполагаю, что ты что-то сделал не так и теперь не хочешь попасться на глаза быкову, а если быть точнее не остаться а точное дежурство. ГЛЕБ (быстро): — Откуда ты знаешь, хотя у меня нет времени. Он бежит в приёмное отделение и находит Любу. ГЛЕБ (в спешке): — Люба, здесь каталка стояла, куда делась? ЛЮБА (быстро): — Санитары увезли. ГЛЕБ (непонимая): — Как увезли, куда? ЛЮБА (непонимая): — Как куда, в морг. ГЛЕБ (понимая): — Блин. И быстро побежал в морг. В морге Лололошка сидит спокойно и смотрит как Левин переписывает всё. Ввозят каталку с Варей и ставят возле других каталок. "Труп" начинает шевелится, встаёт. Лололошка и Левин оборачиваются и видят всё. ЛОЛОЛОШКА И ЛЕВИН (вместе и громко): — ААААААААААААА!!!!!!!! И вместе выбегают. Варя же снимает покрывало и видит как она находится в морге. В голову ей лезут всякие страшные вещи, которые могли с ней произойти, которые довели до смерти. ВАРЯ (громко): — АААААААААААА!!!!! Оглядывается на все каталки и всё сильнее и сильнее орёт и плачет. Лобанов же сидит в ординаторской, ждёт Купитмана. КУПИТМАН (серъёзно): — Еле у Начмеда выпросил, это последняя. Если введёшь прямо сейчас, успеешь предотвратить болезнь, вводится в перектум. Надеюсь знаешь, куда это. ЛОБАНОВ (чётко): — Это я знаю в жопу, а почему туда? КУПИТМАН (отвечает): — Там всасывание лучше. ЛОБАНОВ (думая): — Ну да, Иван Натанович? А как же больной? КУПИТМАН (советуя): — О себе думайте Лобанов. Мы врачи, медицинское братство. И вы важный член нашей мощной организации, помните об этом. Вставляйте и помните мы рядом. Он протягивает свечку с перцем в руки и уходит их ординаторской. Лобанов сидит и думает что ему делать и как ему поступить. И перед глазами видит пациента, который тянется к лекарству находящееся в руках у Семёна. И Лобанов поняв что он врач и давал клятву Гипократа бежит к пациенту со свечкой. Варя плачет в морге и наконец уже подбигает и обнимает её, успокаивая. ГЛЕБ (успокаивая): — Тихо, тихо всё хорошо, всё хорошо.... Варя, Варя, ВАРЯ, ВАРЬ. ВАРЯ (пытаясь объяснить): — Я-я проснулась.... а они тут лежат....... ГЛЕБ (продолжая): — Тише, тише пойдём от сюда. ВАРЯ (плачя): — Дурак, это всё ты!!! ГЛЕБ (успокаивая): — Да, да, да я дурак, ну прости меня, пойдём, пойдём отсюда. Он хочет её взять за руку, а она отталкивает его от себя. ВАРЯ (плачя): — Отпусти! Идиот!!!!! Кретин!!! ГЛЕБ (продолжая успокаивать): — Всё, пойдём отсюда, ну... Он снова пытается и она также реагирует. ВАРЯ (плачя и сама вставая): — "Всё хорошо", придурок.... ГЛЕБ (ей кричит): — НУ ХОЧЕШЬ Я ПАХ ПОБРЕЮ!!! Именно в этот момент входят два санитара с каталкой, которые услышали лишь это. Они смотрят на него с некоторым вопросом. ГЛЕБ (оправдываясь): — Да не ей! И не себе! Да чего я вам объясняю! Махнул рукой и побежал. ДЖОН (протягивая историю болезни): — Проверьте, я всё заполнил. БЫКОВ (усмехнувшись): — Точно заполнил верно, или как вчера будет? ДЖОН (улыбаясь): — Конечно же, я от вас ему "подарок" вручил! БЫКОВ (интересуясь): — Ну и какой же? ДЖОН (улыбаясь): — А вы проверьте в истории болезни. Быков посмотрел и увидел в назначении клизму. БЫКОВ (серьёзно): — Вы назначили клизму? Вы что решили ему "насолить"? Ай-яй-яй доктор Харрис, как же вам не стыдно. Как же вам не стыдно не позвать меня на такое событие! ДЖОН (улыбаясь): — Извините, могу в качестве компенсации предложить тоже назначить ему клизму. БЫКОВ (думая): — И почему вы уверены что он жаловаться глав-врачу не будет, на безногих тарантул? ДЖОН (интересуясь): — А почему безногий тарантул? БЫКОВ (серьёзно): — Ну типо пытаешься казаться сильным и крутым, а сам ничего не можешь. Отвечай. ДЖОН (улыбаясь): — Да, так. Узнал о его поддельном паспорте и о долгах.... БЫКОВ (заинтересовавшись): — Откуда? ДЖОН (говоря правду): — Взломал его по айпи и всё нашёл. Для меня это лёгкое дело. Быков вначале осмотрел на него серьёзно, и Джон подумал что Быков рад за него, но через пару секунд заржал в голосину. БЫКОВ (смеясь): — Хахахах, ты и взломал, да и ещё легко!!!! Сказал бы, что у тебя есть связи, а то такой "умный", "взломал по айпи" звучит нереалистично. ДЖОН (уверенно): — Но я говорю правду! БЫКОВ (усмехнувшись): — Хорошо шутишь, даже настроение мне повысил! Так и быть, вернёшься ты домой, взломщик! В этот момент вбегает Левин. У вас, конечно же, возник вопрос "Куда же делся Лололошка?". Я на него отвечю. Немного ранее: Лололошка и Левин выбегают из морга с ужасом. ЛЕВИН (перебирая слова): — Это.... это.... ЛОЛОЛОШКА (продолжая): — Пиздец..... ЛЕВИН (попровляя очки подтверждая): — Да, это слово подойдёт для описания этой невозможной ситуации. Они продолжили идти не быстро. ЛЕВИН (Лололошке): — Кстати я хотел тебя спросить одну вещь. ЛОЛОЛОШКА (интересуясь): — Какую? ЛЕВИН (попровляя очки): —По поводу твоего "подлизования" к нашему заведующему. Я же тебя просил не лезть не в своё дело, а точнее не превосходить меня, Лололошка. Я тебе сказал что повторяю в первый и последний раз, но ты проигнорировал и.... ЛОЛОЛОШКА (перебивая): — Спас Быкову жизнь. Как я мог поступить иначе, ведь я в отличии от тебя ВРАЧ, а не обычный заучка с манией величия и неумением думать. Для обычного санитара это подойдёт. Понял намёк? ЛЕВИН (сердито): — Ты ты... ЛОЛОЛОШКА (перебивая ещё раз): — Молчаливый, компетентный и спокойный, а ещё при этом образованее тебя. Интересно как таких как ты вообще сюда пускают. ЛЕВИН (ещё сильнее рассержанее): — Я лучше!!! ЛОЛОЛОШКА (думая): — И в чём же? В убийствах да, ты непромах. Три из трёх, это все сто процентов. Может ты хотел убить Быкова и так сказать "присвоить" место заведующего отделением? А, Левин. Может ты не настолько врач, как убийца? ЛЕВИН (сердито): — Иди ты! ЛОЛОЛОШКА (наезжая): — Ага, а ты побыстрее может успеешь рассказать Быкову о том, что мы видели. Левин быстро побежал, а Лололошка сделал шаг ещё медленнее. В него врезается Глеб, со страхом глазах. ГЛЕБ (извиняясь): — Извиняюсь! ЛОЛОЛОШКА (интересуясь): — Стой, ты куда. Глеб остановился. ГЛЕБ (быстро): — В морг. ЛОЛОЛОШКА (с интересом): — В морг? Очень интерестно... Я тебя предупреждаю там труп ожил. ГЛЕБ (непоняв): — Труп? Ты сам видел? ЛОЛОЛОШКА (рассказывая): — Ну мы с Левином были в морге, заносят на каталке труп и через пару минут он начинает двигаться. ГЛЕБ (осознав): — Да забей ты, это Варя. ЛОЛОЛОШКА (с ярым интересом): — А она тут причём? ГЛЕБ (махнув рукой): — Просто запомни, Быкову не слово о ней. Это касается лишь меня. ЛОЛОЛОШКА (пожав плечами): — Ну окей. Теперь возвращаемся к моменту с которого мы начали. ЛЕВИН (запыханный): — Андрей Евгеньевич у меня в морге встал!!! Джон еле сдерживает смех. БЫКОВ (необращая внимания): — Бывает. ЛЕВИН (продолжая): — Труп встал!!! Джон лишь закатил глаза, Быков же посмотрел на него. БЫКОВ (серьёзно): — Вот что Левин, выйди и вернись в сознание и войди снова! ЛЕВИН (объесняя): — Андрей Евгеньевич, я не сумашедший! Ну правда я видел!! Да не только я, но и этот Лололошка. Я конспектировал, он сел и потом встал, ну правда пойдёмте я покажу вам!! И именно в этот момент входит Лололошка. БЫКОВ (спрашивая): — Эй, интерн, этот очкастый правду говорит?! ЛОЛОЛОШКА (поправил очки, породируя Левина): — Ну конечно же он врёт, ничего я не видел, может он решил свалить с работы. БЫКОВ (подумав): — Ладно, Левин, я тебе верю. Ну пошли. Он прикрикнул "А" пугая Левина и тот резко отдёрнулся. Лобанов резко вбегает в палату со свечёй. ЛОБАНОВ (резко): — Снимай штаны! АНДРЕЙ (непонимая): — Зачем? ЛОБАНОВ (продолжая): — Некогда объяснять, потом мне спасибо будешь говорить! И запомни, друг, Лобанов моя фамилия! И вставил свечку. А четвёрка уже зашла в морг. Там никого не оказалось БЫКОВ (спрашивая Левина): — Ну и что у нас получается. Ты писал, он сел, а вы убежали? Левин кивнул и издал звук "Угу". БЫКОВ (продолжая): — А сейчас его нет, значит он тоже убежал? Левин пожал плечами. БЫКОВ (продолжая): — По твоему выходит, что по больнице где-то бегает труп, так? ЛЕВИН (думая): — Получается так. БЫКОВ (серьёзно): — У нас чп, Левин! Но шум поднимать не будем, ситуация то, идиотская. Поступим так: Я пойду искать по этажам, а ты останешься здесь на ночь, в засаде. Утром доложишь обстановку. ЛЕВИН (интересуясь): — Это дежурство? БЫКОВ (серьёзно): — Да. Левин остался, а Быков, Лололошка и Джон ушли в ординаторскую. АНДРЕЙ (интересуясь): — Доктор, а что вы мне дали? ЛОБАНОВ (серьёзно): — Жизнь я тебе вторую дал, проживи её только правильно, чтобы стыдно не было. АНДРЕЙ: — Что-то как-то жжёт. Очень сильно. ЛОБАНОВ (серьёзно): — Ничего страшного, нормально. Наверно, жжёт значит помогает. АНДРЕЙ (сердито): — Какое нафиг "помогает"?! Мне так как будто горит всё!!! Доктор ну делайте что-нибудь, а?! ЛОБАНОВ (интересуясь): — Что, что!? АНДРЕЙ (продолжая): — Откуда я знаю что, вы же доктор вы и делайте, а. Может воды туда залить?! ЛОБАНОВ (задумался): — Я не знаю, должно было помочь. В это палату входит Купитман. КУПИТМАН (серьёзно): — Антонов, вы сегодня кровь сдавали? АНДРЕЙ (умоляя): — Иван Натанович, пожалуйста помогите, у меня, кажется, жопа горит. ЛОБАНОВ (шепча Купитману): — Я его спас, свечу ему отдал, а он ноль реакция. КУПИТМАН(Лобанову): — Лобанов, ты.... быстро на клизму. Андрей издал звук "Ага" и побежал. КУПИТМАН (серьёзно): — Лобанов, такие решения сам не принимай, советуйся?иногда. Ну не получается у тебя пока. Надо с ним поаккуратннее... Он выходит из палаты, оставляя Лобанова. В ординаторской сидит Варя, потому что Лололошка и Джон уже ушли домой. Глеб вываливается в ординаторскую и ложится на диван. ГЛЕБ (уставшим голосом): — Всё, я всё сделал. Иди скажи Быкову, что мы всё сделали. ВАРЯ (зевая): — Сам иди. ГЛЕБ (немного сердито): — Черноус, тебе не стыдно, ты здесь спишь целый день, а я вкалывал как проклятый. Давай иди, Варя. ВАРЯ (уставшим и сонным голосом): — Я не могу, мне какой-то урод себазон вколол, прикинь. ГЛЕБ (удивилённо): —Да? Не повезло тебе, а мне прям праздник сегодня. Я одному мужику и клизму поставил и бесплатно интимную стрижку сделал, знал бы торт купил бы, отметить. Иди Варя. ВАРЯ (засыпая): —Я тут.... ГЛЕБ (сонным голосом): — Ну, давай Варя, иди.... И они засыпают в ординаторской.