Часть 1

Дверь камеры со скрипом захлопнулась, эхом прокатившись по мрачным коридорам Азкабана. Рудольфус Лестрейндж с удовольствием втянул влажный, грибной воздух и с блаженной улыбкой растянулся на жёсткой койке. — Наконец-то тишина... — выдохнул он. — Ни воплей, ни криков, ни дементоров, ни Беллатрисы. Только я и мои галлюцинации. Настоящий отпуск. На соседней койке Люциус Малфой с брезгливостью пинал сапогом комки пыли и крошки прежнего жильца. — Надеюсь, это не клопы. Хотя... хуже, чем компания твоей жены, вряд ли что-то найдётся. — Дорогой Люциус, — Рудольфус зевнул, — я бы предпочёл ночь с дементором, чем ещё один день с Беллой. Пусть теперь она объясняет Лорду, как это "мы почти захватили пророчество, но в последний момент вмешалась кучка школьников". — Лорд будет в бешенстве, — сказал Люциус, глядя на стену, словно ожидал, что там вырастет дверь в Малфой-Мэнор. Гойл мрачно почесал затылок. — Надо было слушать батю… — пробурчал он. — А что он говорил? — лениво поинтересовался Теодор Нотт-старший, вытаскивая из стены ржавый гвоздь, с философским видом. — Говорит же — не слушал, — отозвался Рудольфус, закатывая глаза. — А теперь радуйся: ты снова с нами. Прямо как в Хогвартсе, только без прислуги и с ежедневным побоями от надзирателей. — И без Беллатрисы, — добавил он с усмешкой. — Повторяю, праздник. — Знаешь, — сказал Мальчибер, задумчиво глядя в потолок, — я начинаю понимать, почему дементоры ушли. Даже у них был план побега. Долохов засмеялся и тут же закашлялся от пыли. — А Белла не сбежала, — сказал он, утирая слезу, — она просто пошла объяснять Лорду, как она почти всё сделала. — Если повезёт, — мечтательно проговорил Рудольфус, — он поверит, что это была наша вина. И тогда мы тут... надолго. — Ты ненормальный, — констатировал Нотт. — Я женат на Беллатрисе, — ответил тот, укладывая руки под голову. — Сравнительно — я в отпуске на курорте. Где-то в коридоре завыл ветер, или, возможно, кто-то вновь потерял зуб от удара об стену. Камеры вновь наполнились звуками старого, доброго Азкабана — скрежет, стоны и лёгкий запах безнадёги. — Спокойной ночи, мальчики, — хмыкнул Рудольфус. — Пусть вам приснится Белла... у Лорда на ковре. — Мерлин, только не это, — хором простонали остальные. И над Азкабаном вновь воцарилась тишина.