Когда возвращается боль

Мои отчаянные крики и неконтролированный плач жгли мою душу изнутри. Каждый новый всхлип сжимал моё горло. Горе, которое я проживаю - самое сильное чувство, которое только было за всё это время. Оно превышало любое рациональное мышление и хладнокровность рассудка. От переизбытка стресса и холода меня уже бьет озноб. Мужчина, всё также крепко сжимая меня в объятиях, укрыл меня своей курткой. Д: Лэйн.. - прошептал он мне в макушку - Тебе нужно вернутся в поместье и отдохнуть. Л: Почему.. - всхлипнула я - Из всего что могло произойти случилось именно это. Он был единственным, кто не отказался от меня, был всегда рядом и поддерживал из всего отряда. - я нервно вздохнула - Когда мы ехали с тобой в особняк Романова у меня было странное предчувствие. Ночью я не могла уснуть из-за тревоги и связывалась с ним по рации. С ним было всё в порядке. Д: пойдем. Я заварю тебе чай и мы поговорим. Генерал взял меня под руку и повел внутрь. Весь отряд разбрелся по углам прихожей и сидел в тишине. Мы молча прошли на кухню. Дмитрий поставил чайник на плиту. Д: какой чай ты будешь? Лэйн? Л: он обещал мне заварить по возвращению чай… Травяной чай.. Коротко кивнув, он засыпал заварку в кружку и залил кипятком. Ухватившись за горячую чашку я продолжала смотреть в пустоту. Д: он говорил тебе где он был? Л: да, он кажется что-то говорил. - я мотнула головой собираясь с мыслями - Он обходил лес тогда, всё было тихо. Д: Мгм, значит, он до последнего не подозревал чего-то неладного. Я лишь сглотнула. Внутри разрасталась зияющая дыра страха. Как же я могла так беспечно его отпустить одного. Я должна была всеми силами его обезопасить. Зуд шрама вывел меня из мыслей. С каждой секундой он разрастался также как и мой гнев. Как только зуд стал невыносимым распахнулись двери. Каин вальяжно вошел на кухню и зуд исчез. К: что у вас опять произошло? Д: Ноа пропал после ночного дежурства и весь отряд не находит себе места, если тебе есть до этого дело. Ангел закатил глаза в ответ на упрек генерала. К: меня волнует лишь состояние Лэйн. Как я уже говорил - это единственный человек который не является расходным материалом среди вас. Л: достаточно. Зачем ты пришёл? К: увидел суматоху по всему Роткову и решил убедится что виной этому стали вы. Каин за этот год становился все более подозрительным. Ему не было дела ни до кого из отряда за исключением меня и это настораживало. Он всегда интересовался книгой, однако чем больше времени я за ней провожу - тем больше его это беспокоило. Всё чаще он как-бы невзначай спрашивал про перевод и продвижение. Если быть честной - я перестала доверять всем членам отряда. Между нами появилось много лжи и недосказанности, от чего и я перестала чем-либо делиться. Я отвечала ангелу лишь в общих чертах, не давая никакой конкретики. Обдумывая слова ангела я крутила прядь волос между пальцами. Каин театрально вздохнул. К: что вам известно? Д: Ноа дежурил сегодня один. Мы с Лэйн уезжали и ночью она с ним связывалась. Он обходил лес и ничего странного не заметил. Когда начало светать с нами связалась Анна - он не вернулся. К: не густо, но хоть что-то. - задумался мужчина - Лэйн, что именно он тебе сказал? Л: я спросила как у него обстановка на что он ответил что сейчас осматривает лес и у него всё хорошо. Мне кажется он до последнего не подозревал никакой опасности. К: хорошо. Я осмотрю лес и обрыв. Ангел развернулся на пятках и покинул здание. Я нервно выдохнула и опустила голову на руки. Что-то происходит. Что-то с чем нам предстоит ещё разобраться. Слишком давно было тихо, мы расслабились и понесли за это наказание. Я так и не притронулась к чаю, лишь держала кружку в ладонях и изредка взбалтывала её наблюдая за движением заварки внутри. В последний раз взглянув на остывший чай я вылила его в раковину и направилась в библиотеку. Д: куда ты? - с ноткой удивление произнес генерал. Л: в библиотеку, Нужно продолжить перевод. Я стою на месте. - не дожидаясь ответа я спешно вышла с кухни вытирая щеки от дорожек слез и потекшей туши. Поднимаясь по скрипучим половицам ступенек я все больше затаивала дыхание. То ли от предвкушения работы, то ли и дальше сдерживая слезы и вопль. Я приоткрыла дверь в библиотеку, осматриваясь никого ли тут нет. Убедившись, что я одна я перешагнула порог и захлопнула дверь. Ты должен вернуться, Ноа. Ты не мог меня бросить. Не посмел бы. Это последняя мысль которая посетила меня. Я достала из рюкзака книгу, дневник и ручку и погрузилась в перевод. Знаки были мне вовсе не знакомы. Я не понимала их последовательность и связь. Около часа я пыталась найти схожести между символами из первой и второй части книги, но безрезультатно. Поднявшись с раздраженным стоном из-за стола я прошла к стеллажам с книгами. Я блуждала меж рядов изучая фолианты. Водя пальцами по книгам я остановилась на одной из них. Багровая книга с витиеватыми золотыми росписями зацепила моё внимание. «Апокалипсис Петра». Я ухватилась за книгу как за последний шанс на спасение. Раскрыв первую страницу я судорожно начала читать. Первая же строка привлекла моё внимание. Я перечитывала её вновь и вновь, пока не смогла перевести её. «И когда сидел Он на горе Елеонской, то приступили к Нему те, кто были с Ним…»