Немного холода

Зачем она воспользовалась веревками? Связывание - совершенно бессмысленная трата времени, учитывая болезненную слабость юного Кибуцуджи, который и так не смог бы защититься, постоять за себя. Юноша даже не кричал, не пытался звать на помощь - тот лишь стиснул зубы, полный ненависти. Она чудовище. Прошлые надзиратели судорожно боялись одной только мысли о том, чтобы перечить юному господину, зная о его склонности к жестокости. В детстве, пораженный болезнью, Мудзан требовал у служанки собирать для него цикад. Как только его наказ выполнялся, Кибуцуджи отрывал им крылья, лапки, откручивать от туловищ головы или оставлял заживо жариться под палящим солнцем. И сейчас он сам был подобен такому насекомому. Госпожа Ватанабэ смотрела на связанного юношу сверху вниз. Ее кимоно, как обычно, пахло травами, было аккуратно завязано поясом на спине, на ногах - аккуратные сандалии. Черные волосы обвязаны лентой и собраны в пучок, ведь госпожа терпеть не могла, когда что угодно, даже ее собственные волосы, мешало ее комфорту. В этот раз Ватанабэ использовала не горячую, но могильно холодную воду. Такой низкой была температура, что опустить руку в тару, наполненную водой этой температуры, дольше десяти секунд ты не продержишься. Девушка набрала немного такой воды в свою чашку и окатила ею спину Кибуцуджи. Тот подавленно замычал, вздрогнув от холода. Далее Ватанабэ-сан окатила ледяной жидкостью связанные за спиной руки больного, которые тут же сжались в кулаки под воздействием воды. От небольшой чашки толку нет - так подумала Ватанабэ, вылив на юношу целиком наполненное жидкостью ведро. Послышался томный, протяжный стон. Тело Мудзана сжалось на полу и дернулось. Вместе с потоком ледяной воды пыл Ватанабэ чуть остыл. Остатки человечности дали о себе знать где то в глубинах её подсознания. Все, что происходит - только ли её вина, или причина здесь в другом - воспитание, окружение, воспоминания о прошлом. Каждым монстром что то движет. Веревки были развязаны, и промокший до нитки Кибуцуджи вернулся в свои покои, подальше от комнаты монстра. Почему он не сопротивляется, не зовёт на помощь? Мудзан чертовски слаб, болезнь забирает на себя всю его жизненную энергию, и против "железной" руки сиделки-изверга он ничего сделать не сможет. С отъездом лекаря во всем поместье осталось лишь двое - жестокая тварь и он, больной и слабый, жаждущий мести. ... Госпожа Ватанабэ перебирает лекарства и другие медицинские препараты, аккуратно касаясь каждой колбочки, пробирки и ступки, буквально пылинки с них сдувая. Лекарь, он же господин Х, действительно мастер своего дела. В мгновение взгляд девушки пал на ту самую книгу с собственными рецептами доктора. Взяв в руки тяжёлый сборник, Ватанабэ, страница за страницей, листала его, пока не обнаружила... - Синяя паучья лилия? Хиганбана, он же ликорис. Значит, в этих краях она тоже растёт? Нет, наверное, не растет. Каждый раз, когда я встречала этот цветок в своей деревне, мысленно я проникалась его никчемностью и бесполезностью существования. Но, выходит, для чего то он все таки применяется... Противоядие... Посреди ночи звук открывающейся входной двери заставил Ватанабэ вздрогнуть. Либо этот куда то намылился, либо у них абсолютно нежданные гости. А она тут чужие заметки изучает. Ватанабэ-сан выглянула в окно. Действительно, юный Мудзан зачем-то вышел во двор. Поздняя ночь, а он прогуляться вздумал. В сумрачной темноте его бледная кожа в совокупности с белым халатом создают иллюзию призрака. И сам худой, подобно смерти. Увидишь такого ночью в темном переулке - помрёшь на месте, сердце выскочит от ужаса. Длинные волосы мальчика шевелились под воздействием лёгкого летнего ветра. А в голове юноши, под маской больного страдальца, таился же поистине ужасающий план.