Глава 1. Тишина, что ломается

Обеденный стол в доме Харрисов был массивным, дубовым, с темной полировкой и лёгким запахом лака. За ним всегда царила тишина. Не из уважения, а из привычки, выработанной годами. Каждое движение — вилка, ложка, стакан воды — звучало особенно громко в этой тишине. Никто не смотрел друг на друга. Никто не говорил. Потому что так было всегда. Джон сидел на своём месте, как и положено — напротив отца, слева от сестры. Он ел медленно, будто пытаясь оттянуть момент. Его взгляд раз за разом поднимался от тарелки, блуждал по комнате, снова опускался. Его сердце стучало в груди громче, чем шум вентилятора за холодильником. Он знал, что сейчас сделает. И знал, что это будет неправильно — по мнению всех, кроме него самого. Он положил вилку. Деревянная ручка слегка дрожала в пальцах. — У меня есть новости, — сказал он, и тишина, как хрупкое стекло, треснула. Он почувствовал на себе четыре взгляда — тяжелые, настороженные. Отец даже не моргнул. Его лицо, как вырезанное из камня, выражало недоверие. Мать напряглась. Сестра удивлённо замерла. — Я уезжаю. На год. Может, и больше. Словно волна ударила в стену — вот так мгновенно изменилась атмосфера в комнате. Отец приподнялся со стула, резко, с глухим звуком. Его пальцы сжались в кулаки на краю стола. — В смысле, Джон?! Кто тебе позволил? Я — нет. Я не даю своего разрешения! — И я тоже, — добавила мать, её голос дрожал, но был твёрд. — Ты... ты не поедешь. Всё это — безумие. — Можете хотя бы выслушать меня?.. — А нам и не надо, — перебил отец, повысив голос. — Всё уже ясно! Ты никуда не едешь! Я не позволю тебе угробить себя! Джон сжал губы. Его дыхание стало тяжёлым. — Вы всё ещё думаете, что я ребёнок? — он встал, его голос дрожал, но был полон решимости. — Мне двадцать семь лет! Я — учёный, не "проблемный подросток", каким вы до сих пор меня считаете! Это мой выбор, моя жизнь. Я поеду. Сестра, до сих пор молча смотревшая на брата, внезапно подалась вперёд. Её глаза были полны тревоги. — Брат... куда? И почему так надолго? — Это экспедиция. Исследование глубоководных разломов. Подводная лодка, девять человек в команде. Я ведущий специалист. Мы плывём туда, где не ступала нога человека. Глубины, сестра. Места, о которых мы даже не мечтали. Повисла пауза. Все молчали, пытаясь осознать услышанное. Мать первой заговорила, её голос почти сорвался: — Это же... смертельно опасно. — И именно поэтому это так важно. — Ты упрям, как твой дед, — прошептал отец, затем стукнул кулаком по столу. — Но я всё равно не позволю тебе уйти на смерть! — А я и не прошу разрешения. Он повернулся и ушёл из комнаты, оставив после себя тишину — уже не ту, как прежде. В этот раз она была наполнена страхом.