Глава 8. Пасть земли

После того как Райя исчезла во тьме, тишина опустилась, как свинцовая пелена. Молли сжалась вся, тяжело дыша в скафандре. А Джон стоял, не отводя взгляда от того места, где последний раз мелькнул силуэт “Дилана”. — Мы не одни. Он прошептал это, почти себе. И это было не утверждение. Это была уверенность. — Мы… мы не можем идти туда… — выдавила Молли, задыхаясь от паники. — Это не Райя, это… это нечто. Нам нужно… нам нужно выбраться! Нужно назад! Джон повернулся к ней. Его лицо в тусклом свете фонаря было чужим. Суровым. — Назад дороги нет, Молли. — Но… — Нас бы уже нашли. Если бы могли. (Пауза) — Значит, выбираться придётся вглубь. Только через эту тварь. Он указал на расщелину в каменной стене — едва заметную, будто трещину. Но в этой трещине был сквозняк. Слабый, но стабильный. Воздух. Течение. Выход? Молли кивнула. Она не верила, но… выбора не было. И они вошли. --- Путь был узок. Приходилось снимать баллоны, протискиваться боком, прижиматься к влажному, скользкому камню. Каждый метр давался с боем. Свет фонаря выхватывал странные знаки на стенах. Выцарапанные. Символы. Ровные, почти ритуальные. Кто-то был здесь. Давным-давно. Или совсем недавно. Время теряло смысл. Иногда вдалеке слышались отголоски — будто кто-то стучал по металлу. Или смеялся. Или плакал. Но, когда они останавливались — тишина. Наконец, они вышли в зал. Огромный купол, выдолбленный в скале. С потолка свисали сталактиты, внизу — глубокая впадина, заполненная тёмной водой. А за ней — вход. Чёрный, как бездна. Неестественно ровный. Как будто не человек его сделал. Молли подошла ближе. — Это… пещера? Джон осветил стены. Они были живыми. Точнее — покрыты рельефами, изображающими цикл: — корабль, — погружение, — пробуждение, — жертвоприношения, — и… раскрытие пасти. В конце — символ. Тот самый, что выжегся на ладони Джона. Молли обернулась к нему. — Что это всё значит?.. Джон посмотрел на свою руку. Символ пульсировал. Слабое свечение бежало по венам. — Это не просто пещера, — сказал он глухо. — Это… храм. И в этот момент… из глубин коридора, куда они ещё не входили, повеяло ветром. Тёплым. Но пахнущим… кровью.