Changbin. First sound

В крошечном музыкальном магазинчике было душно, но Соён это никогда не останавливало. Она привыкла пробираться между стеллажами, как между гигантскими волнами звука — ловко, почти не задевая плечами коробки с пластинками. Сегодня на ней был мешковатый свитер — бабушкин подарок — и узкие джинсы, а короткие тёмные волосы слегка торчали в стороны после утренней пробежки. «Хорошо, что хоть кепку надела» — подумала она, поправляя её. Она уже почти добралась до секции K-pop, когда заметила его. Парень был невысоким — даже чуть ниже её, — но в чёрной кепке, маске и объёмном худи казался больше, чем был на самом деле. Он стоял, слегка сгорбившись над альбомами, и его пальцы, тонкие, с серебряным кольцом на указательном пальце, перебирали обложки с такой сосредоточенностью, будто он разгадывал шифр. Соён невольно замедлила шаг. «Осторожно, фанатка» — мысленно пошутила она над собой. Но тут парень взял в руки именно то издание, за которой она пришла — новый альбом Stray Kids. — Э-э… — не удержалась Соён. Он обернулся. Из-под кепки на неё смотрели тёмные глаза — внимательные, чуть удивлённые. — Ты тоже за этим? — голос из-под маски звучал приглушённо, но тепло. Соён кивнула, внезапно осознав, как глупо выглядит: стоит, сжимая в руках пустую корзинку, и явно не случайно пялится на его альбом. — Да… но, кажется, ты меня опередил. Парень на секунду замер, затем резко сунул альбом ей в руки. — Держи. — Что? Нет, я не могу просто… — Можешь, — он склонил голову набок, и Соён поймала себя на мысли, что его движения напоминают котёнка — резвые, но точные. — Я свой уже купил. — Но… — Но если тебе так неловко, — продолжал он, и глаза вдруг смеются, — Можешь купить мне кофе. Вон там, через дорогу. Соён фыркнула. — Это что, самый странный способ познакомиться? — Самый эффективный, — поправил он и вдруг слегка припустил маску. Под ней оказалось молодое лицо с мягкими скулами, что показывали лёгкую улыбку. «Мило» — мелькнуло у Соён в голове, к её собственному ужасу. — Я Чанбин, — сказал он. — Соён, — выдавила она, внезапно осознавая, что краснеет. — Ну что, Соён, — он подхватил её корзинку и поставил туда пластинку с театральными иллюстрациями. — Ты заказываешь мне американо или капучино? Она наконец рассмеялась. — Латте на миндальном с корицей. — О, сложный вкус. — А ты разбираешься не только в музыке, но и в кофе? — Только в том, что нравится мне, — он сделал шаг к выходу, обернувшись через плечо. — И сейчас выясняю, нравишься ли мне ты. Соён закатила глаза, но последовала за ним. «Чёрт, а ведь он хорош» — подумала она, ловя на себе его взгляд.

***

Кофейня напротив музыкального магазина пахла корицей и жареными зёрнами. Соён придерживала дверь локтем, балансируя с двумя стаканами в руках — молоко с корицей для себя, двойной эспрессо для него — он такой тип. Чанбин шел следом, аккуратно неся их покупки: винил Lana Del Rey — Ultraviolence — её выбор и… все тот же альбом Stray Kids — его упрямство. — Ты серьезно купил его второй раз? — Соён поставила стаканы на столик у окна. Чанбин ухмыльнулся, доставая пластинку из сумки. — Я же сказал: коллекционирую разные издания. Это — лимитированное. — С автографом? — она приподняла бровь. — Без, — он покачал головой, но глаза блестели. — Но тут трек-лист напечатан с ошибкой. Видишь? — Он провел пальцем по обложке. — Вместо «Chill» написано «Chillin’». Соён фыркнула: — Ты либо самый преданный фан, либо псих. — Почему не оба варианта сразу? — Он отхлебнул эспрессо, сморщился и тут же потянулся к ее стакану. — Дай попробую твою сладкую бурду. — Эй! — Она не успела отдернуть руку. Он сделал глоток, скривился еще сильнее, но… не отпустил стакан. — На вкус как детство. — Это комплимент? — Зависит от того, какое у тебя было детство. — Он перевернул пластинку Lana Del Rey в её руках. — А вот это неожиданно. Думал, ты за «Born Pink» или что-то из нового. Соён провела пальцем по краю винила. — «Old money, blue jeans…» — прошептала строчку из заглавного трека. — Люблю, когда музыка болит. Чанбин замер. Потом медленно достал телефон, пролистал плейлист и нажал play. Через секунду из динамиков полился «Ultraviolence». — Ты… — У меня все альбомы Ланы, — он пожал плечами. — Даже Lizzy Grant. — Но… Stray Kids? — Люблю, когда музыка взрывается, — он повторил ее интонацию, ухмыляясь. Соён рассмеялась. Ветер с улицы подхватил ее короткие волосы, а солнце поймало край его кепки, высветив рыжий оттенок в тёмных прядях. — Ладно, — она потянулась к его альбому. — Давай проверим, действительно ли ты знаешь все треки. — Легко. — Тогда… — Соён прикрыла глаза, вспоминая самое сложное. — «3rd Eye». Чанбин не моргнув глазом прочитал весь куплет. На «Maze of Memories» он перешёл на английский рэп. К «Grow Up» Соён уже подпевала. — Ты жульничаешь, — она сузила глаза. — Ты точно не просто фан. Он наклонился через стол, ближе, чем нужно для разговора: — Может, я и есть Чанбин. — Может, и я — Лана Дель Рей, — она толкнула его лбом в плечо. Он рассмеялся, снял кепку и нахлобучил ей на голову: — Тогда это наш секрет. В кармане его худи вибрировал телефон. На экране — сообщение: «Бин, где ты? У нас репетиция через двадцать минут!» Соён этого не видела.