Она не прощает ошибок

Гето Сугуро «Было страшно?». - Страшно? Нет. Скорее всего непредсказуемость с ее стороны, - Гето провел рукой по волосам и посмотрел на открытую пачку сигарет. В руках вертел зажигалку. В голове сразу всплыли те моменты ссоры. Отвратительные минуты. - Она ударила неожиданно. Я не успел ничего предпринять даже. В её движении не было ничего хаотичного. Всё чётко, будто Она тысячу раз репетировала этот удар. Может, действительно, репетировала, - Гето все же достал сигарету, но не спешил закуривать. – Ее ладонь раскрылась в последний момент, и удар пришёлся скорее костяшками, чем мягкой частью руки. От этого было ещё больнее. Я увидел, как её брови резко сдвинулись, как задрожали ресницы — не от страха, а от ярости. Я редко видел ее в таком состоянии. Помню запах ее духов в тот момент - лёгкий, цветочный. Теперь этот аромат казался ядовитым. Она не отступила ни на шаг, будто ждала ответа в оправдание. Я же просто стоял, чувствуя, как жжёт щека и как бешено колотится сердце, - парень щелкнул зажигалкой и все же закурил. Яд проник в его легкие, но от этого стало легче. *** Это было раннее утро. Ты стояла перед Гето, сжимая телефон так, будто хотела раздавить его в ладони или разбить об его долбанную башку. Второй вариант нравился больше. Твои глаза — такие огромные, тёмные, полные недоверия. Потом лицо моментально исказилось, и раздался твой крик: - Как ты, мог?! – ты не просто повысила голос — завопила так, что у парня перехватило дыхание. – Давай! Скажи что – нибудь, мудак! - голос сорвался на хрип. Ты швырнула телефон в стену, и экран разлетелся на осколки. Хотелось еще наступить на этот чертов гаджет. Потом схватила первую попавшуюся вещь — вазу, кажется, ты купила ее по акции, и запустила в Гето. Ты не знаешь, хотела ли попасть в эту сволочь или просто выпустить ярость. – Почему молчишь?! Когда ваза разбилась о дверь, а осколки разлетелись по полу, Сугуру понял: ничего уже не исправить. Момент, который ничем не залатаешь. Сатору Годжо «Она сильно разозлилась?» - Злость? – блондин повернул голову в сторону закрытого окна. Ветер сегодня бушевал сильно, разошелся не на шутку. – Я помню все, словно это было вчера, - голос сразу стал поникшим, а в глазах промелькнула грусть, а может сожаление. – Помню, как Она подняла бровь. Потом фыркнула так. Ох, эта забавная привычка у нее, словно предостережение. От ее взгляда хотелось провалиться сквозь землю, - Сатору тяжело вздохнул и коснулся рукой своей щеки. Он вспомнил тот удар, - Ну, тогда я получил. Я даже не буду оправдываться — заслужил, ещё как! Но вот, что обидно: она ударила меня так красиво, что даже злиться неловко. Хотя я и не должен был злиться в тот момент. Не какая-то там неуклюжая оплеуха прилетела, а точный, выверенный удар, с отворотом корпуса, как в кино, - на лице парня мелькнула горькая усмешка. - И самое гадкое — Она даже не испортила маникюр. Стоял, красный, как помидор, а Она смотрела на меня с таким презрением, будто я не человек, а пятно на дорогом ковре. Ну хоть теперь есть, что вспомнить перед сном. *** - Ну, конечно. Как же я не догадалась? – ты нервно посмеялась, поправляя пряди волос. Голос же был спокоен, но в нём проскальзывала ядовитая насмешка. - Всё сходится: 'работа допоздна', 'встреча с друзьями', 'устал, давай завтра'… Ты бросила телефон на диван и скрестила руки. Пару минут назад ты активно штудировала переписки. Не понимала, почему Годжо не мог удалить их. Ты наткнулась на них случайно, хотела уточнить информацию т.к. твой телефон сдох, а там… - Ну что, герой? Будешь оправдываться? Или сразу признаешься, что ты просто мразь? – ты кинула в него игрушкой, которую он дарил тебе недавно. Прямо в лицо прилетела, а потом упала на пол. Это действие было сделано без агрессии. Сатору открыл рот, чтобы что – то сказать в свое оправдание, но ты сразу махнула рукой. - Знаешь что? Даже не надо. Мне плевать. Просто… исчезни. Растворись, - ты повернулась к окну, демонстративно вычеркнув парня из своего пространства. Жизни. Нанами «Что ожидал от нее?» - Сказать честно, - мужчина закрыл кран с водой и вытер руки. - Я ожидал крика с ее стороны, может быть, даже слёз. Почему-то думал, что это правильная реакция будет, но…, - Нанами сделала паузу и продолжил. - Не ожидал удара с ее стороны. Он был и точным, будто Она била не впервые за такие поступки. Боль сразу пронзила челюсть, отдаваясь звоном в ушах. Честно скажу, я не ожидал такого, точнее таких последствий, - мужчина снова замолк, словно заново переживал тот момент. – Еще меня поразило её выражение лица — ни тени сожаления. Только холодная решимость. Она не дрогнула, не отвела взгляд от меня. Казалось, Она не просто ударила меня — Она поставила точку. И теперь я понимал: это не просто ссора. Это конец, - Нанами повесил полотенце и ушел с кухни с неприятным послевкусием тех воспоминаний. *** Ты стояла по среди спальни в ночнушке и перечитывала одно и то же сообщение раз пять, будто не веря глазам. Ты думала, что зрение тебя подводит и очень сильно. Потом подняла взгляд на мужчину, который чего – то ожидал. Твой взгляд был растерянный и непонимающий, почти детский. - Это… шутка?- голос твой дрогнул. Ты убедилась, что зрение не лжет. Нанами молчал. - Ответь мне! Это чей-то розыгрыш, да? - ты трясла телефоном перед его лицом. Конечно, хотелось, чтобы мужчина изменил текст - содержание сообщения. Хотелось, чтобы это было дурацким пранком. Когда мужчина опустил глаза, ты вдруг застыла. Щёки побледнели, губы слегка разошлись. - Ты… ты действительно это сделал? - голосе не было злости — только недоумение и предательски набегающие слёзы, которые стали скатываться по щекам. В этот момент Нанами понял: тебе было больнее от того, что он даже не пытался врать. Не пытался оправдаться как – то. Мегуми Фушигуро «Она оказалась мстительной?» - День оставил отпечаток у меня. Воспоминания отдают неприятным холодком. Он пробегает по спине, - Мегуми передернул плечами и сделала глубокий вздох. Видимо, день действительно был неприятны, ужасный. - Её рука, такая нежная, всегда касалась меня с теплотой. Она поправляла воротник рубашки, смахивала пылинку, когда увидит, задерживала в ладони мою щеку. Так приятно поглаживала пальцами, - парень прикрыл глаза и улыбнулся. Что – то приятное осталось в его воспоминание. – В тот момент та же рука обожгла меня ударом. Пальцы, которые я целовал совсем недавно, сжались в кулак. Глаза, в которых я тонул, стали чужими и колючими. Она ударила — не сильно, но достаточно, чтобы между нами треснуло что-то важное в тот день. Я не знал, можно ли это починить или это точка невозврата. *** - Ты думал, я не узнаю? — прошипела ты, подходя ближе к Мегуми. Он инстинктивно отступил. Ты не плакала. Не кричала. Улыбалась. Но это была не улыбка, а оскал. - Ты думал, что сможешь врать мне в лицо и тебе ничего не будет? - тут ты рванула вперёд и схватила за воротник парня. - Я тебя уничтожу. Ты пожалеешь, что вообще родился, - все свои слова ты произносила тихо, почти шёпотом, но каждое слово било, как молот. Забивало гвоздь в дверь, которой ты огородилась от Мегуми. Оттолкнула парня и вышла, хлопнув дверью так, что задрожали стены. Брюнет еще знал — это не пустые слова. Он не мог подумать, что ты можешь так говорить с кем – то родным.